Недосягаемое небо

      – Так Вы... Вы — серафим?! – воскликнул Генос, быстро пробежав глазами по геройскому сертификату Сайтамы с жирной буквой «С» посередине.       – Да, а ты что думал? – грубо пробурчал тот. Серафим немного завидовал, всё-таки на листочке кентавра красовалась изящная буковка «S».       – Я думал, Вы из расы людей, – потупив взгляд, ответил Генос.       – Какая теперь разница, – фыркнул Сайтама, извлекая из шкафчика свою толстовку с оранжевыми рукавами. – Крылья-то уже не вырастут.       – Вы в этом уверены? – тихо проговорил Генос, опуская ладонь на спину учителя между лопаток. Серафим вздрогнул, и от неожиданности уронил толстовку на пол.       – Ты чего творишь?! – прошипел он, заливаясь краской. Как и у всех представителей его народа, спина Сайтамы была крайне чувствительной.       – Здесь, да? – кентавр, привычно проигнорировав слова учителя, надавил пальцами на область у позвоночника. Серафим ахнул, впиваясь пальцами в дверцу шкафчика, которая тут же со звоном отвалилась.       – Похоже, Вам не помешал бы сеанс массажа, – серьёзно проговорил Генос, убирая руку и отходя к шкафчику с собственным доспехом. – Мышцы очень напряжены.       Сайтама злобно зыркнул на кентавра из-за плеча. Напряжение и правда приносило дискомфорт. Вот только локализовалось оно отнюдь не в спине.       Покинув отделение Ассоциации, новоиспечённые герои двинулись каждый по своим делам. Серафим бодро зашагал в сторону дома, а кентавр, немного помедлив — в Вулканическую кузницу. Обоим требовалось время, чтобы разложить полученную информацию по полочкам.       Сайтама размышлял, насколько быстро слава о нём разлетится по континенту. Ведь он теперь настоящий, лицензированный герой! Пускай и С-класса.       Без доспеха Генос выглядит ещё лучше...       Всего-то и остаётся, завалить при случае особо опасного монстра, и у него тут же появятся толпы фанатов. Серафим сладко зажмурился, представляя, как миловидные девушки, краснея, будут просить у него автограф.       Тёмно-рыжие бока так и лоснятся, под шкурой перекатываются литые мускулы...       А такие наглые типы, как Снек, перестанут кичиться своим рангом, признавая Сайтаму как сильнейшего! Впрочем, польза от собеседования со Снеком была — серафим узнал, что героям платят пособия из пожертвований обычных граждан.       Переход от конской части к человеческой очень плавный; по середине спины от холки взбегает вверх тёмная дорожка...       Но это было единственное, что Сайтама уловил из речи нага.       Кстати о наглых нагах.       Тихо прошуршав по грунтованной дорожке своей змеиной частью, путь Сайтаме преградил Снек.       – Урок номер один, – прошипел полузмей. – Сокрушение новичков!       Серафиму не потребовалось даже бить. Он просто направил стремительный выпад нага в ближайший кювет. И, как ни в чём не бывало, потопал дальше.

***

      Мастер критически оценивал новый, только что завершённый доспех, поправляя то одно, то другое крепление. Но это было излишним — броня сидела на кентавре, как влитая. Помимо пластин из метеоритного сплава она состояла из серебристо-чёрной мифриловой ткани, славящейся своей прочностью.       Сам Генос задумчиво рассматривал вкрапления драгоценных камней на чёрном матовом металле.       – Рубины и топазы? – уточнил кентавр. Стенч, наконец оторвавшись от ненужной подгонки доспеха, со вздохом отстранился.       – В основном — да. Ещё для большей энергоёмкости имеются гелиодор, гиацинт и огненный опал.       – Ясно, – тихо кивнул Генос. Такая броня у богатых коллекционеров наверняка бы оценилась в кругленькую сумму.       – Мальчик мой, – наконец, решился Мастер. – Скажи, так ли тебе было нужно вступать в Ассоциацию героев?       – Учитель сказал, что если я пойду вместе с ним, то официально стану его учеником, – с толикой гордости в голосе ответил кентавр. Стенч глубоко вздохнул.       – Если Вы опасаетесь, что я забуду о магмовом големе, то это напрасно, – поспешил утешить кузнеца Генос. – Это основная цель моей жизни! Жизни, которую Вы когда-то спасли.       Мастер скрипнул зубами от бессилия. Он знал Геноса уже давно и прекрасно понимал, что любое высказывание тот трактует так, как удобно ему.       Кентавр беспокойно пританцовывал на месте, словно был готов вот-вот сорваться в галоп. Ему не терпелось поскорее испытать новую боевую мощь, и потому он не замечал хмурого вида Мастера. Стенч вздохнул ещё раз и легонько шлёпнул по конскому крупу.       – Беги уже к своему учителю. И... будь осторожен. – добавил он, когда цокот копыт затих вдалеке.