Долгий путь домой

      День моего рождения совершенно не обещал быть необычным. Солнце загадочно светило сквозь задернутые шторы сиреневого оттенка, пропуская игривых солнечных зайчиков скакать по стенам моей просторной спальни. Я лениво потянулась, открыв свой подтянутый животик ласковым теплым лучикам, и с лукавым прищуром взглянула на часы, стрелки которых неумолимо двигались к полудню.       — Сердце мое, просыпайся! — крикнула мне с первого этажа нашего поместья в Мадриде моя maman.       — Уже бегу! — ответила я, рывком вставая с шикарной кровати, отдернув балдахин.       Идя в ванную комнату, которая после моей трехчасовой истерики все-таки подверглась отделке в красные тона, я мимоходом заглянула в огромное (на полстены) зеркало, обрамленное золотым узором. Из зеркальной глади на меня взирала юная дева, такой неписаной красоты, что даже у меня захватило дух: черные, как вороное крыло, волосы сильными локонами струились до поясницы, сверкая в лучах полуденного солнца и оттеняя смуглую кожу. Глаза, цвета сияющих изумрудов, со смехом смотрели на меня из отражения. Я изящно вздернула тоненькую бровку и улыбнулась пухлыми, розоватыми губками, чуть сморщив крохотный, вздернутый кверху, носик.       Меня зовут Миланья Нефертити, и я самая обычная девочка с не самой обычной судьбой. Только пока я еще об этом не знаю. Пока я просто спускаюсь по лестнице, чтобы принять поздравления от своей мамы, выпить чашечку бодрящего зеленого чая с кусочком именинного тортика, и пойти на прогулку по территории нашего поместья. До вечера мне делать больше нечего, потому что мой папенька — широко известный в узких кругах миллиардер, вернется домой только к вечеру, и я должна морально подготовиться к тому непременно дорогущему подарку, который он наверняка мне уже приготовил.       Позавтракав и получив порцию крепких поцелуев от мамы, я непринужденно подошла к входной двери дома, ожидая, пока дворецкий откроет ее. Я обернулась что-то напоследок крикнуть маман и повернулась обратно, в сторону уже открытой двери, как совершенно неожиданно прямо мне в лицо смачно врезалась летящая со скоростью света сова.       — ЕПТВОЮМАТЬ! — гаркнула я на все поместье, вцепляясь своим французским маникюром в пернатое существо. Сова ухала, хваталась за мои волосы когтистыми лапами и пыталась выклевать мне глаза — мерзкое насикомое! Когда наконец битва была окончена и я, применив недюжинную силу, откинула от себя зарвавшееся животное, то с удивлением обнаружила, что в одной из когтистых лап было зажато письмо.       — Дай сюда! — буркнула я, вырывая пожелтевший пергамент из начавшей коченеть лапы уже мертвой птицы.       Открывая письмо, я и не предполагала, что моя жизнь, моя уютная, спокойная жизнь в родительском поместье, среди множества слуг, удобств и личного массажиста Пауло так круто изменится. «ШКОЛА КОЛДОВСТВА и ВЕДЬМИНСКИХ ИСКУССТВ Директор: АЛЬБУС ДАМБЛДОР (Орден Мерлина первой степени, Великий Влшб., Гл. Колдун, Важная Персона, Всемирная Конфедерация Волшебников, Всенародный Слет Анонимных Алкоголиков) Уважаемая м-с Нефертити! С превеликим удовольствием извещаем, что Вы приняты в Школу колдовства и ведьминских искусств „Хогвартс“. Список необходимой литературы и оборудования прилагается. Начало занятий — 1 сентября. Ожидаем ответную сову не позднее 31 июля. Искренне Ваша, Минерва МакГонаголл, Заместитель директора»       Я перечитала несколько раз, пытаясь вникнуть в содержание, а затем задумчиво повертела конверт в руках. На нем стояла гербовая печать с надписью «Хогвартс».       — Ма-а-ам! — завопила я, пиная сову. — Опять коммивояжеры! Нам надо сменить решетку с электрическим током! Они теперь присылают сов!       Это письмо мало того, что смущало и пугало, оно к тому же еще и весьма дурно пахло. Но было еще кое-что, помимо мертвой совы в гостиной, что заставило меня всерьез обеспокоиться. Письмо было послано, судя по дате, много лет назад. И вот это «не позднее 31 июля». Какого года, спрашивается, если сейчас вообще декабрь?       — Странно это все… — согласился с моими мыслями Билл, повертев в руках конверт.       Братья Каулитц проживали в соседнем от меня поместье, периодически наполняя окрестности диким бренчанием гитарных струн, бряцаньем тарелок и орами, по децибелам сравнимые лишь с вожделеющими самочку мартовскими котами.       — И правда, странно, — согласился Том, намотав на указательным палец светлый дред.       — Продать что-то хотят, — махнула я рукой и прилегла, уложив голову на тощие ноги Билла. — Там список какой-то есть.       Билл тяжело вздохнул и мечтательно взглянул на небо, по которому живописно проплывали облака.       — Вон то похоже на слоника, не находишь? — спросил Том, толкнув брата в плечо.       Я презрительно фыркнула. Сначала я долго встречалась с Томом. У нас был бурный роман, мы целовались под тенью осенних немецких лип и пили шоколадные коктейли, прячась от дождя в кафе. Но все это было до того, как я впервые увидела его брата Билла. Такой мрачный, такой стройный и как будто бы из другого мира — мое сердце сладостно замерло, когда он взял мою руку в свою и представился.       — Слышь, — позвала я.       Билл оторвался от созерцания небосвода и опустил взгляд на мое недовольное личико и обиженно надутые губки.       — Давай поженимся! — внезапно предложила я, вставая с его колен и кокетливо хлопая пушистыми, густыми, черными как смоль, ресницами. — А то заберут меня в этот вот Хогвартс! Вдруг это больничка для душевнобольных какая, а? И будешь ты со своим братцем трахаться. Один.       — Так если он со мной трахаться будет, то уже будет не один. Разве нет? — Том серьезно нахмурился, задумавшись над моими словами.       — Пидарасы, — буркнула я. — Передумаешь — знаешь, где меня найти.       И я ушла, не оборачиваясь назад, но знала наверняка — Билл и Том проводили меня тоскливыми взглядами.       Отец вечером так и не приехал, сославшись на неотложное совещание или еще какую-то супер важную бурду. Мама плакала в своей комнате, а я тем временем затаскивала лезущих ко мне в окно горе-музыкантов.       — Щас упаду! — повизгивал Билл, пока я, схватившись за его патлы, пыталась затащить его в комнату.       — Ты мне на голову наступил! — шипел снизу Том, подталкивая брата вверх.       — Иисусе, за что мне это? — вопрошала я небеса, ломая свой френч об этих двух негодников.       Когда сцена «любовники лезут в окно» была успешно завершена, мы наконец-то оказались в темном полумраке моей комнаты.       — И чо надо-то? — уточнила я, оглядывая двух парней, которые потирали ушибленные места и поправляли свои прически.       — Да мы это… ну… — начал Том, дергая брата за рукав.       — Поздравить пришли! — нашелся Билл и натянул при этом на свою почти женскую физиономию настолько счастливую, до того идиотскую ухмылку, что я брезгливо поморщилась.       — Ну, поздравляйте, раз уж залезли, — я фыркнула и уселась на мягкую перину своей кровати, выжидающе глядя на братьев.       Парни пару минут помялись, переглянулись, почесали в затылках, а затем резко и решительно сняли штаны.       — Вы решили показать мне свои… эээ… трусы? — моя бровь удивлено поползла вверх. — Я оценила. Это все?       Я сложила руки на груди и подняла глаза к смущенным лицам парней.       — Вообще-то не совсем все… — замялся Том, нерешительно поглядывая на своего брата.       — Мы хотели, ну… ну… — Билл виртуозно замахал кистью правой руки в воздухе.       Я бы соврала, если бы сказала, что не понимала, что они имеют в виду, но дальнейших расспросов мне, к счастью, не потребовалось. Оба брата быстро рванули ко мне, и я опомниться не успела, как уже лежала придавленная к матрасу тяжестью двух глистовидных тел, и изнывала от желания под градом требовательных поцелуев.       Каждый избавлялся от одежды сам, перекатываясь по кровати, но меня ни на секунду не оставляли без внимания. Стоило отвлечься от моего тела Биллу, как за меня сразу принимался Том. Оставшись обнаженными, мы принялись за дело. За то, ради которого мы все сегодня собрались.       — О, Иисусе! — покрикивала я, когда Том, гремя костями, бился безволосыми яйцами о мои ягодицы.       — Давай быстрее! — отрывисто ворчал Билл, поглаживая свой крохотный, стоящий колом член ладонью.       — Сейчас, сейчас, вот сейчас… — стонал Том, потряхивая густой копной дредов и впиваясь тонкими пальцами в мою поясницу.       Том в этом деле был более опытен и, судя по всему, являлся любителем заходить с заднего хода.       — Ептвою! — вскрикнула я, почувствовав, как в мой анус беспощадно врывается его член.       — Ща будет приятно, — пообещал Билл, кивая брату.       Тот пристроился так, чтобы его лицо оказалось прямо под нашими бедрами, и он мог нежно ласкать своим язычком мой набухший от возбуждения клиторок. Не долго думая, я сразу взяла в ротик находящийся прямо у моего лица член Тома, чувствуя, как он стонет под моей киской.       Мы кончили быстро и одновременно. Я сглотнула семя, которым Том обильно оросил мою ротовую полость, и почувствовала, как пульсирует в оргазме член Билла. До утра мы провалялись на кровати, обсуждая новые модные тенденции в современной рок-музыке.       Просыпалась я как-то долго, ворочаясь и пытаясь вновь забыться сном, но что-то мне мешало. На это что-то я наткнулась, широко раскинув руки вдоль кровати.       — Ай, — безэмоционально произнесли с той стороны, где моя правая рука нашла себе преграду.       Я открыла глаза и увидела лежащего рядом с собой мужчину. Небритого, какого-то побитого, и почему-то в блестящем темно-синем скафандре.       — Вы кто? — сонно спросила я, отпихивая потихоньку мужчину с кровати ногой.       — Я? — переспросил мужчина, задумчиво глядя на меня. А потом внезапно встрепенулся, вскочил и заорал, что есть мочи, пугая птиц, сидящих на ветвях деревьев, которые росли возле дома. — Я КОММАНДЕР ШЕПАРД! ВЕТЕРАН ВОЙНЫ НА ИДЕН ПРАЙМ! МЕНЯ НАГРАДИЛ САМ АДМИРАЛ ХАКЕТ!       — Я Вас поздравляю, — вежливо ответила я, пугливо прикрываясь одеялом. — Но что Вы делаете в моей кровати?       — Я прилетел сюда для важной миссии не требующей отлагательств! — выпрямившись и гордо выпятив грудь, промолвил мой нежданный гость. — Мне надо доставить Вас в Хогвартс!       — О, — я понимающе закивала, пытаясь незаметно дотянуться до тапочка. Почему-то с оружием в руках я чувствовала себя безопаснее в компании психов. — А на чем Вы меня собираетесь доставить в этот ваш… Хогвартс?       — На Нормандии, конечно же, глупенькая! — капитан по-доброму улыбнулся и ласково потрепал меня по щеке.       Вдруг за окном что-то завыло, затряслось, поднялся ветер, и я обернулась, чтобы увидеть, как через стекло виднеется поблескивающий в лучах солнца стальной корпус космического корабля. Наверное космического.       Спорить сил уже не было, особенно после такой бурной ночи и такого странного пробуждения, поэтому я молча накинула на себя шелковый розовый халатик и поманила мужчину следом за собой. Выйдя в коридор и пройдя за мной буквально пару шагов, капитан неожиданно громогласно завопил, прижался к стене и попытался залезть под кофейный столик.       — Что случилось-то опять, а?! — закричала я, пытаясь поднять мужчину с пола.       Шепард, как он себя назвал, не отвечал, а просто таращил глаза и тыкал пальцем на противоположную стену.       — И чего? — кривилась я. — Это аквариум. АКВАРИУМ!       — РЫБКИ!!! — нечеловечески взвыл капитан, закрывая лицо ладонями.       Я устало вздохнула и, махнув на него рукой, продолжила путь. Позже он догнал меня, вцепился в руку и шел позади, томно шепча мне в шею:       — А ты их покормила? Точно? Самое главное — это покормить рыбок. Покормить. ПОКОРМИТЬ!!!       Обойдя дом, я получила великолепную возможность лицезреть космический фрегат коммандера Шепарда во всей красе. Немного потертый, проржавевший, но местами сияющий новенькими, как будто бы впопыхах наколоченными поверх старой обшивки, пластинами.       — Добро пожаловать на борт Нормандии! — басом прокричал воодушевившийся капитан корабля, за шкирку запихивая меня внутрь и игнорируя мое гневное верещание о том, что я не собралась и толком не оделась.       Внутри корабль казался еще более старым, чем снаружи. Кое-где из-под панелей со светящимися кнопками свисала паутина, а стоило мне удариться затылком о какую-то переборку, как на меня свалился целый кусок слипшейся пыли. Я оглушительно чихнула и как только открыла глаза, обнаружила нацеленное на себя дуло винтовки.       — Она из Цербера! — проворчало серо-коричневое создание закованное в синюю броню и больше похожее на курицу-переростка.       — Да нет, Гаррус, это просто девочка! — заверил его Шепард, обходя меня сзади и за щеки натягивая на моем лице улыбку. — Видишь? Миленькая, маленькая девочка!       Существо, которое капитан назвал Гаррусом, подозрительно оглядело меня с ног до головы, особенно долго почему-то пялилось в область декольте на моем халатике, и в итоге согласно кивнуло.       — Допустим.       — Стартуй, Джокер! — крикнул Шепард, и корабль неожиданно загремел, затрясся, завыл, и мне пришлось ухватиться за коммандера, спасаясь от болезненного падения.