Я до последнего буду молчать

POV Адриан

      Услышав мои слова, Маринетт отшатнулась назад, испуганно смотря в мою сторону. — Нет! Я не смогу сдержаться, я никогда раньше не пила так кровь! Пожалуйста, Нуар, тебе лучше уйти! — Сколько тебе нужно крови, чтобы дотянуть до дома, не набрасываясь на людей? — Проигнорировав очередную просьбу, я думал о том, стоит ли мне отменять превращение, чтобы дать доступ к венам, или я смогу снять перчатки. Надеюсь, Маринетт не будет против выпить кровь из вены на запястье, потому что прятать следы укуса или другой раны на шее сложнее, чем на руке. «Можешь снять перчатки. Только будь осторожнее — если она не справится с контролем, тебе придётся взять ситуацию в свои руки» — Голос Плагга звучал напряжённо и я его понимал. Но внутри я чувствовал, что Маринетт не причинит мне вреда. — Два глотка. Или три, точно не знаю. — Было видно, как трудно ей даются эти слова. — Ты не боишься меня? — Как я могу бояться Мою Леди? — Я подошёл ближе, стирая слёзы с её щёк. — Я боюсь только за Вас. — Я не хочу кусать тебя, Нуар, правда не хочу! — Ничего страшного не случится. Я верю в тебя. — Я смотрел на эту девушку, которая до последнего борется со своими инстинктами и не даёт взять им верх. — Я надрежу запястье, хорошо?       Маринетт кивнула и я провёл когтями по руке. Побежала кровь, которую, словно какую-то драгоценность осторожно лизнули и начали пить.       Раз. Первый глоток был самый быстрый и резкий. Два. Второй глоток был более медленным и тягучим, я чувствовал, как Маринетт заставляла себя не спешить. Три. Последний глоток был самым долгим, было видно, как девушка борется с собой и пытается остановиться. У неё получилось.       С трудом отстранившись от ранки, Маринетт, лизнув её в последний раз, устало отошла от меня на пару шагов. — Спасибо… — Еле слышный шёпот.       Мы сидели всё у того же завала, прислонившись к стене. Нам нужна была небольшая передышка, поэтому мы оба решили, что лучше будет отдохнуть, прежде чем идти искать выход. — Если ты хочешь задать какие-то вопросы по поводу меня, то лучше сделать это сейчас, когда рядом точно никого нет. — Тихий голос Маринетт разрушил тишину. — Ты можешь слышать сердцебиения людей? — Меня правда волновал этот вопрос. Может ли она через это понимать истинные чувства людей? Знает ли она о моих?.. — Да, у всех, кроме тебя. Моя квами сказала, что это из-за силы талисмана, которая охраняет тайну личности. — Маринетт слегка улыбнулась, а моё сердце снова пропустило удар. — Я могу слышать всё, что происходит в радиусе примерно 300 метров и это жутко раздражает. — Поэтому ты так любишь сидеть на Эйфелевой башне? — Я улыбнулся в ответ. — Да. Там я могу ненадолго ощутить себя обычным человеком. Это, конечно, только иллюзия, но порой так хочется сбежать от всего этого… — Как же я тебя понимаю, Маринетт. Не тебе одной нравится сидеть там и хотя бы на несколько минут представлять себя обычным человеком без всех этих сверхестественных забот…       Мы помолчали. Тишина между нами, как ни странно, после всего произошедшего, оставалась довольно уютной. Если бы можно было так просидеть вечность… — Почему ты не спросил меня, пила ли я кровь у людей раньше? — Неожиданный вопрос Маринетт заставил меня на мнгновение растеряться. — Ты уже сказала, что раньше подобного не было, сразу после того, как призналась, что ты вампир. — Я отпил воды из бутылки, которую принёс с собой. — Но, раз мы затронули эту тему, как часто тебе надо пить кровь, чтобы такое не случалось? — Раз в два дня. Правда, я поступила ужасно безалаберно и напрочь забыла об этом. — Значит, я скорее всего прав и те преследоватеи Маринетт — вампиры. Сомневаюсь, что это произошло случайно. Но чего они добивались? — Что-то случилось, Моя Леди? Могу я чем-нибудь помочь? — Я очень надеюсь, что помощь хотя бы Кота Нуара не будет отвергнута. Так я бы смог лучше её защитить и хоть как-то помочь… — Ничего страшного, правда. — Не правда. И мы оба это знаем. И пусть сейчас я не чувствую твои эмоции, но меня не обманут ни твоё нарочито расслабленное состояние, ни позитив в голосе. Мы оба знаем насколько серьёзна ситуация. Но почему ты всё равно не хочешь втягивать в это даже напарника, который теперь знает твой самый страшный секрет? Ты мне ещё не доверяешь или стараешься уберечь? Как мне заслужить твоё доверие, Маринетт?       Как бы ни хотелось остаться там, мы понимали, что пора выбираться, ведь за нас всё-таки волнуются. Мы договорились, что после того, как выберемся, Маринетт пулей полетит домой и уталит остатки своего голода, а я узнаю, нужна ли где ещё наша помощь.       Помощь оказалась нужна на ещё одной станции метро, поэтому, передав информацию по коммуникатору, я направился туда. Работы по спасению людей из каменной ловушки протянулись почти до самой ночи.

***

      Домой я вернулся довольно поздно, да и в форме обычного кота. Отцу не стоит знать о моей супергеройской деятельности, поэтому стоило соблюдать осторожность.       У Маринетт я сегодня на ночь не остался, потому что сегодня ей стоило просто отдохнуть и побыть с семьёй. Её родители переволновались, когда услышали в новостях, что нас заперло в метро, и как же они были рады, когда дочь появилась перед ними невредимая. Их правда стоило сегодня оставить в узком семейном кругу. — И где ты снова был? — Я настолько задумался, что не заметил в комнате отца, сидящего в кресле. — Объяснись, Адриан, я жду.       Обратившись в человека, я спокойно сел в, стоящее напротив отца, кресло. Не волнуйся, я объяснюсь, но и у меня найдётся к тебе парочка серьёзных вопросов. — Гулял. Мне этого нельзя? — Я смотрел отцу прямо в глаза. — Что-то не так? — Не выделывайся, ты… — Отец замер, его зрачки сузились и я нутром почувствовал неладное. — Кто посмел?! — Такого злого отца я никогда не видел. — Кто?! — Всмысле? Я не понимаю, о чём ты… — Его взгляд. Он увидел порез и похоже понял, зачем он был сделан. Чёрт. — Какой жалкий вампирёныш посмел тебя укусить?! Говори! — За какое-то мгновение меня переполнила ярость. Я мог стерпеть многое, практически всё, но не оскорбления Маринетт. Не зная о ней и о самой ситуации практически ничего, он посмел назвать Мари жалкой… Подлокотник кресла, на котором я сидел, громко хрустнул. — Молчи. — От неожиданности отец замолчал на полуслове. — Ты не имеешь никакого права так её называть. Ты не имеешь права даже упоминать о ней в таком тоне. Ты меня понял?! — Не дожидаясь ответа, я продолжил. — И только попробуй хоть дёрнуться в её сторону, даже банально собирать о ней информацию ты не посмеешь. Я узнаю. Я узнаю, а ты пожалеешь.       Я замолчал, пытаясь успокоиться. Отец тоже молчал и довольно напряжённо смотрел в мою сторону. — И кстати, — Сделав пару глотков из стоящего на столике стакана с водой, я продолжил. Пора заканчивать этот фарс. — Почему я должен узнавать такую важную информацию, как существование вампиров, подобным образом? Разве это не обязанность родителя, помогать своему ребёнку познавать мир и рассказывать о неизвестном? Надеюсь, что подобного больше не повторится. А теперь, извини, но я сильно устал и хочу отдохнуть. Не мог бы ты оставить меня одного?       Как ни странно, отец молча поднялся и, продолжая кидать в мою сторону напряженные взгляды, вышел из комнаты. Я вздохнул с облегчением. С одной проблемой разобрались. — Адриан, я чуть не поседел! Если бы ты видел себя сейчас со стороны… — Плагг вынырнул из-за спинки моего кресла и отлетел от меня подальше. Квами передернуло. — Если мне это приснится, то ты будешь должен два Камамбера на лечение нервной системы. Такое развидеть то не сразу получится. — Ворчал котёнок, летая по комнате.       Не обращая на причитания Плагга, я нашёл телефон и набрал номер старого друга. — Алло? — Хлоя, та компания — вампиры? — На том конце трубки закашлялись.

***

— Адриан, я тебя убью! — Ворчала на меня Хлоя, ходя кругами по своей комнате. — Разве можно так начинать разговор?! — Я устало сидел в её кресле и ждал, пока она выговорится.       Несмотря на жуткую усталость, после разговора с отцом я сразу отправился к подруге. Я планировал поговорить с ней с утра, но из-за вспышки гнева я уже не мог сидеть сложа руки. Правда, когда я пришёл к Хлое, вся усталость, которая скопилась за последние два дня, будто навалилась на меня. Именно поэтому я сейчас сидел в одном из кресел, что были в комнате, и старался держать свои глаза открытыми. — Как ты узнал? — Резко остановившись, спросила Хлоя. — Извини, но я не могу сказать. Это не только моя тайна. — Я покачал головой. — Могу сказать только то, что Маринетт не знает о том, что раскрыла эту тайну именно мне.       Хлоя, не отрывая от меня взгляда, прошла и налила себе воды. Невооруженным глазом было заметно, насколько она возмущена и как сильно старается сдержаться. Случайно её взгляд зацепился за моё запястье, на котором я сделал порез. Проследив, как возмущённое выражение лица превращается в разъярённое, я начал говорить прежде, чем Хлоя выплеснет свой гнев. — Я заставил её. Мари всеми силами прогоняла меня и просила уйти. Я же не только не послушал её, но и заставил выпить своей крови. Поэтому, она в этом не виновата. — Хлоя растерянно села в соседнее кресло, продолжая молча меня слушать. — Это только моя теория, но попроси Сабрину проверить, в какое именно время Маринетт присылались эти сообщения. Возможно, одной из целей было заставить Мари отвлечься и забыть про приём крови. Что, кстати, у них вышло просто замечательно. — Во что вы ввязались, Адриан? — Спросила Хлоя всё также растерянно. — Ты понимаешь, что, если что-то случиться, я не смогу всех вас защитить… — Я сам тебя защищу, Пчёлка. — Я мягко улыбнулся. — Хотя, пусть лучше этим займётся Лука, а то, боюсь, он может неправильно меня понять. — Хлоя рассмеялась. — Мой зубастик понимает, что у нас с тобой только дружеские отношения. И да, спасибо, что затронул эту тему. Сейчас мы поговорим о твоих отношениях с Маринетт.       Я смотрел на Хлою и думал. Думал о том, как быстро у неё меняется настроение, как легко она может прыгать с темы на тему и насколько порой она бывает беззаботна. Если, среди людей, самым близким для меня был Нино, то Хлоя была самой близкой среди оборотней. — Я люблю её. — Не думал, что эти слова могут произноситься так легко. — Меня тянет к ней с самой первой встречи и я не могу этому противиться. Не могу и не хочу. — Повернув голову, я посмотрел на ночной город. — Почему я ей всё ещё не признался? Потому что я всё ещё не контролирую вспышки гнева, которые стали возникать после встречи с ней. Например, до того, как прийти сюда, я угрожал отцу, чтобы он не приближался к Маринетт. А всё потому, что он крайне нелестно отозвался о том, кто пил мою кровь. — Краем глаза я увидел, как Хлоя нервно сглотнула. — Я боюсь навредить ей подобным, поэтому пока медлю с признанием. Правда, в свете последних событий, я даже не знаю, тайна ли для неё мои чувства. — Она не знает. Так Сабрина сказала. Твоё сердцебиение теперь практически всегда учащённое. Маринетт не знает, что то, как твоё сердце бьётся сейчас — это не норма, поэтому ей кажется, что она для тебя безразлична. Мы же понимаем, что ты безумно в неё влюблён. — Хлоя взяла мои ладошки. — Делай так, как посчитаешь нужным, я всегда поддержу тебя, а в некоторых случаях остановлю. А что до тех ребят — мы найдём их, и они ответят по заслугам.