За стеной

*** Однако непринужденный тон Кармен на него не подействовал, и Мэтт не сдвинулся с места. Он твердо решил в этот раз во что бы то ни стало докопаться до истины.  — Я жду объяснений, — холодно проговорил Мэтью, глядя на Кармен. — Как ты могла врать мне все это время?  — Что… О чем ты? — Кармен сдвинула брови, старательно изображая недоумение и замешательство. — Да мы вообще не о тебе говорим. С чего ты взял? Дыхание Мэтта было частым и неровным, ноздри едва заметно раздувались от волнения.  — Не надо, — сузив глаза, начал он угрожающе-тихо, выделяя каждое слово и постепенно повышая голос. — Делать. Из меня. Идиота!  — Да разве кто-то собирался? — тут же воскликнула Кармен, невинно распахивая глаза и разводя руками, а потом затараторила:  — Мэтти, солнце, я тебя совсем не понимаю! Не успел переступить порог, как уже что-то там себе насочинял, разве это нормально? Как вообще можно делать выводы, не разобравшись в ситуации? Мы это уже обсуждали, но, видимо, мне придется снова затронуть эту тему… Ты просто сам не свой в последнее время, и, если честно, твое поведение меня пугает. Только посмотри на себя, ты совершенно точно нуждаешься в помощи! Как там у нас, кстати, дела с психотерапевтом? Ты договорился о приеме? Милый, это абсолютно верное решение, можешь не сомневаться. Все те засевшие в твоей голове небылицы, истории про… — Снисходительно усмехнувшись, она мельком переглянулась с Виктором, как бы извиняясь за странности друга. — Кхм… оборотней, они… Короче, ты просто обязан взять себя в руки, а грамотный специалист поможет тебе сделать это быст…  — Мэтт, это был я. Кармен зло сверкнула глазами на подавшего голос соседа и тут же материализовалась напротив него, тем самым заслоняя собой от Мэтью.  — Виктор, дорогуша, о чем это ты? — сохраняя натянутую улыбку, прошипела она на высокой ноте. — Нет, ну правда, парни… У меня от вас уже голова идет кругом…  — Ты правильно обо всем догадался. — Виктор выглянул из-за ее спины. — Это я был той ночью в твоей комнате. От услышанного перехватило дух, а в груди что-то взволнованно затрепетало. Хотя для него это не было новостью, такого поворота Мэтт не ожидал.  — Ты что несешь, придурок? — вдруг рявкнула Кармен, ударяя ладонью по столешнице перед Виктором. — Сейчас же закрой варежку, или я за себя не отвечаю!  — Он имеет право знать! — прорычал сосед.  — Ничего он не имеет! Это знание его не касается! Виктор в негодовании вскочил со стула. Теперь они с Кармен стояли лицом к лицу, сцепившись взглядами. Воздух потяжелел от напряжения, и казалось, будто между этими двумя вот-вот полыхнут искры.  — Знание о том, кто занимался с ним любовью, касается его напрямую, — сказал мужчина непреклонно. Несмотря на то, что обстановка была накалена донельзя, выражение «занимался любовью» приятно пощекотало слух Мэтью.  — О, неужели? — ядовито протянула Кармен. — Интересно, где была вся твоя рассудительность и порядочность, когда ты шлифовал об него шишку так увлеченно, что сыпалась штукатурка?! При упоминании таких интимных подробностей его личной жизни Мэтт смущенно поморщился.  — Все сложилось бы иначе, если бы не наше вранье. Надо было сразу рассказать ему обо всем!  — Да ты хоть понимаешь, что его теперь ждет? Эффект от использования интегратора непредсказуем, он работает бессистемно! После засвечивания он даже меня может не узнать, чертов ты кретин!  — Что-о?! — Мэтью окончательно выпал в осадок. — После какого еще засвечивания? Я не давал согласия ни на что такое! Однако ни один из участников словесной перепалки даже не взглянул в его сторону. Никто из них не собирался сдаваться. Когда Виктор заговорил, его лицо было сосредоточенно и выражало твердую непреклонность.  — Нам и не придется этого делать, если…  — Он не будет работать на Аскалон, — процедила Карм, угрожающе понизив голос.  — Это не тебе решать, — качнул головой Виктор. Кармен раздраженно фыркнула.  — Да ты посмотри на него! Можешь представить себе эту неженку вгоняющей нож в глотку гарпии? Вот и я не могу. Такая жизнь не для него, это яснее штопаного апельсина! Ловцом он станет только через мой труп.  — У него есть все необходимые ловцу качества. Он проявил наблюдательность, смелость и упорство и все-таки смог докопаться до истины.  — Да он просто искал засранца, поимевшего без спроса его сладкую задницу, пока он спал! Перебивающие друг друга голоса давили на нервы, и, в конце концов, Мэтью не выдержал.  — Вашу мать, да замолчите уже оба! — жмурясь и вскидывая руки, закричал он. Кармен и Виктор, синхронно повернув головы, уставились на Мэтта, как будто только сейчас вспомнили о его присутствии.  — Что здесь происходит? — стараясь, чтобы голос звучал как можно более спокойно, снова спросил он. — О чем это мне не надо знать? Видя замешательство на лицах обоих заговорщиков, Мэтью понял, что к признанию их придется подтолкнуть.  — Я не уйду без ответов, — сказал он с нажимом. — Так что лучше вам рассказать обо всем сейчас, это значительно сэкономит нам время. Кто вы, черт возьми, такие? Мэтт выжидающе замолчал. Виктор метнул взор на Кармен, которая теперь внимательно изучала поверхность столешницы.  — Мы ловцы, — наконец произнес Вик и тут же ахнул от неожиданности, потому что Кармен что было силы наступила соседу на ногу. Мэтт сдвинул брови, пытаясь вникнуть в смысл сказанного.  — Ловцы, отлично… И что это значит? Кармен обреченно вздохнула и закатила глаза.  — Окей, получай свою правду. Но учти, она не принесет ничего хорошего. ***  — Значит, это не выдумки? Вампиры, духи и прочая нечисть — они на самом деле существуют?  — Как ты сам успел догадаться, — кивнула Карм, разводя руками. Мэтью сглотнул.  — И вы?.. Кармен, ты?..  — Нет, я не ведьма и не вампир, — усмехнувшись, заверила она. — Я их отлавливаю. Собственно, поэтому нас так и называют.  — И он тоже? — Мэтт с недоверием мотнул головой в сторону соседа. — Но я видел тебя той ночью, и, могу поклясться, на человека ты совсем не был похож. В коснувшейся тонких, но четко очерченных губ улыбке он уловил горечь, а серые глаза на мгновение отразили странную смесь мучительной боли и смирения.  — Так ты… вервольф? — неуверенно спросил Мэтт. Едва сдерживая смех, Кармен и Виктор обменялись снисходительными взглядами, словно Мэтью был несмышленым ребенком, который только что сморозил глупость.  — Вервольф бы не отпустил тебя так легко, — заботливо заверила его Карм. — Да-да, и не делай такое лицо. Встреча с одним из этих ребят могла бы стоить тебе жизни, тогда как ты отделался легким испугом и… ладно, так и быть, поруганной честью. Хотя, если честно, не сказать, чтобы ты был сильно против, так ведь? Окей, окей, все, я не трогаю эту тему, остынь… — Она быстро замахала руками, заметив, как расширились от возмущения глаза Мэтта. — Так или иначе… Он не вервольф. Виктор вилтакис.  — Виклткшта-а-а?  — Вилтакис, — повторил за нее Виктор. — Это особая разновидность ликантропов.  — И что же в вас такого особенного? — Мэтт нахмурился.  — Их описание можно встретить в литовском фольклоре — сказки, легенды, мифы… От известного тебе вервольфа они отличаются тем, что способны сохранять человеческий разум и, как правило, миролюбивы. Вилтакис может, конечно, если сильно припрет, утащить с пастбища овцу или загрызть корову…  — О господи-боже…  — …но и это случается редко и только у тех вилтакисов, которые обратились по собственному желанию, — быстро закончил фразу Виктор, видя, как стремительно бледнеет лицо парня. — Остальные же без особых проблем уживаются в цивилизованном мире, питаясь тем же, что и люди. Вилтакисы не зависят от лунного цикла и полностью контролируют свои обращения. И да… Обычно нас изображают с белым пятном на верхней части груди, очертаниями напоминающим шейный платок, и человеческими зубами. О первом тебе и так уже известно, а вот что касается зубов…  — Да уж, это точно! — с чувством отозвался Мэтт, воссоздав в памяти подробности их второй по счету встречи. — Приврали так приврали.  — В остальном мы ничем не отличаемся от людей.  — Ага, ну конечно же, ничем не отличаетесь. А как же эти вопли, доносящиеся из твоей квартиры?  — Всему есть причины. — Виктор стыдливо отвел взгляд. — Слегка повыть и почесать обо что-нибудь когти ведь никто не запрещал.  — Мы ищем способ избавить Виктора от проклятья, попутно расчищая город от всякой периодически заявляющей о себе гадости, — включилась в разговор Кармен. Внезапно на ум Мэтью пришла поразившая его догадка.  — То есть, когда ночью тебя не бывает дома, ты не с цыпочками развлекаешься, а…  — Скорее всего, — не дожидаясь, пока Мэтт полностью озвучит вопрос, произнесла Карм. — Хотя им я, конечно, тоже не забываю уделять внимание.  — И все те синяки и ссадины… — с видом Шерлока Холмса попытался он развить свою мысль.  — О, нет, синяки на прошлой неделе — это как раз таки дело рук Лайлы. — Кармен расплылась в мечтательной улыбке.  — Боже, где ты их находишь с такими именами? — Мэтью брезгливо поморщился.  — Эй, я бы попросила! — Приподняв брови, она изобразила обиду.  — И давно ты пудришь мне мозг про себя? — вдруг спросил Мэтт, устремив резкий взгляд на подругу. Кармен потупилась.  — Я ловец с пятнадцати лет.  — Зашибись. — Мэтт ошеломленно покачал головой. — И что, так сложно было упомянуть об этом? Или, может, ты недостаточно мне доверяешь?  — Не в этом дело. — Кармен со вздохом опустилась на стул и устало потерла виски. — Я… пыталась огородить тебя, надеялась, что тебе никогда не придется столкнуться с этой стороной реальности. Потому что, вопреки тому, что может показаться на первый взгляд, поверь мне, в ней нет ничего хорошего. Ни волшебства, ни света — ничего. Чаще всего это ужас, кровь и всюду следующее за тобой дыхание смерти, которое ощущаешь за ухом.  — Кто или что такое Аскалон? — озвучил Мэтт то, что давно вертелось у него на языке. Заранее готовая к объяснениям Карм приоткрыла рот, но, уловив суть вопроса, сразу же осеклась.  — Орден, на который мы работаем, — послышался обволакивающий теплом голос Вика. — Согласно средневековым легендам так назывался меч святого Георгия, что-то вроде символа борьбы с нечистью. Но в нашем случае это группировка, истребляющая ее и предотвращающая утечку конфиденциальной информации за пределы узкого круга посвященных.  — Стало быть, я теперь буду работать с вами? — Под ложечкой заныло в предвкушении.  — Хрена с два ты будешь! — отрезала Карм жестко.  — Это лучше, чем позволить кому-то ковыряться в твоей кочерыжке, чтобы потом не быть в состоянии даже тебя, чертову шлюху, вспомнить, — негодующе воскликнул Мэтью. На вопросительный взгляд Кармен он пожал плечами. — А нечего так бурно обсуждать свои сомнительные делишки, когда вы в комнате не одни. До того украдкой за ним наблюдавший, Вик умильно усмехнулся. Кармен же явно не собиралась сдаваться.  — Если ты постараешься забыть о случившемся, не будешь высовываться и перестанешь копать носом это дерьмо еще глубже, возможно, нам удастся обойтись без засвечивания. Никто ни о чем не узнает…  — Ты же понимаешь, что не перестану. И потом, я хочу другого, хочу… попробовать. — Мэтт закусил губу. — По крайней мере, скучать на такой работе точно не придется.  — Ты с ума сошел, — тихо проговорила Кармен, качая головой. — Мэтти, послушай, она… За нее не стоит браться, если ты не… Даже у самых способных и закаленных в бесчисленных схватках ловцов случаются неудачи, и тогда… Они умирают. Здесь ошибки не прощаются. Придется полностью распрощаться с прежней жизнью, годы тренировок не смогут гарантировать безопасность, и, даже имея огромный опыт, ты никогда не будешь знать наверняка, что на этот раз ждет тебя по ту сторону стены.  — Блядски точно подмечено. — Уголок губ парня слегка приподнялся, когда он исподлобья глянул на Виктора. Видимо, ощущая тщетность своих усилий, Кармен сердито поджала губы.  — Ты понятия не имеешь, насколько это опасно…  — Я принял решение и менять его не собираюсь. Это мое последнее слово, — стараясь, чтобы голос звучал как можно более непоколебимо, произнес Мэтт.  — Ну уж нет, пизденыш мелкий, я не позволю этому случиться, — прорычала подруга, вскакивая с места.  — Нам придется принять его выбор, — вмешался Виктор. — Мы не вправе препятствовать.  — Да ну? — Брови Кармен взлетели вверх. — Ты не о нем печешься, блохастый, а о себе. В противном случае кое-кто будет вынужден убрать свой облезлый полушубок из его жизни, а тебе ведь так этого не хочется, правда? Где уж тут найти время на раздумья о том, во что она превратится, когда он станет одним из нас? Схватив графин с водой, Кармен разъяренно запустила им в стену. Стекло со звоном разлетелось вдребезги.  — Ты отвечаешь за это. — Немного переведя дух, она снова обратилась к Вику, указывая в сторону Мэтта. — Если с ним что-то случится, это будет целиком и полностью на твоей совести. — Кармен прищурилась. — Сможешь ли ты тогда простить себя? Дверь оглушительно хлопнула — девушка вихрем вылетела из квартиры. Испытывая некоторую неловкость, Мэтт поднял глаза на Вика. Они остались наедине. ***  — Мэтью, я… хотел извиниться, — наконец нарушил тишину Вик, старательно отводя взгляд. — Это было безграничным хамством, и я действительно не собирался лезть в твою постель без позволения, просто… Было видно, что слова даются ему с трудом.  — Это животная часть меня. Я не мог остановиться. Мэтью несказанно удивило и вместе с тем растрогало то, что этот сильный и, должно быть, при других обстоятельствах грозный мужчина, в каждом движении которого обычно читалась несгибаемая уверенность, переживает сейчас неприкрытое смущение.  — Ты же сказал, что полностью контролируешь свои превращения?  — За исключением случаев крайней опасности и осознания где-то поблизости своей истинной пары.  — Чего? — не понял Мэтью. — Истинной пары? Это еще что за бред?  — Не бред, а физиология вилтакисов, — обиженно буркнул Виктор. — Мы распознаем ее по запаху. Я сразу вычислил тебя: Кармен заранее предупредила меня о твоем переезде, чтобы избежать всяких случайностей и непредвиденных обстоятельств, при которых наша тайна могла бы всплыть на поверхность. Ну знаешь, вроде меня, вбегающего средь бела дня в окровавленной одежде и сжимающего в вытянутой перед собой руке голову орка. Столь красочное описание заставило Мэтта поежиться.  — Мне и раньше доводилось слышать твой запах, — продолжил вилтакис. — Время от времени он появлялся в квартире Кармен, — полагаю, после твоих посещений — но тогда был едва уловим. Гораздо отчетливее индивидуальный аромат ощущается там, где его носитель находится чаще всего, — дом, рабочий кабинет… В таких местах им пропитывается не только воздух, но и мебель, стены, вещи… Ты, к тому же, привез с собой свои. Наконец, паззл сложился. Когда мне стало ясно, что друг Кармен — мой истинный, я сразу же поделился с ней этим открытием. Поначалу мы думали, что все обойдется… Что до тех пор, пока я не увижу тебя, а ты — меня, все под контролем. Но мы ошиблись, потому что вскоре осознание того, что ты находишься так близко, заставило меня рвать когти… в буквальном смысле слова.  — Это когда у стиралки отлетели подшипники? Вик слабо улыбнулся.  — Именно. А потом ты появился у меня на пороге, собственной персоной. Тогда-то мне и снесло крышу окончательно. Я решил переждать какое-то время в убежище — это надежное место, за несколько миль отсюда… Но надолго меня не хватило. А дальше… Ты и сам знаешь, что было дальше. Виктор виновато опустил голову.  — Да уж, такое сложно забыть, — протянул Мэтт, переваривая свалившуюся на него информацию.  — Я лучше пойду. Не хочу подвергать тебя риску. — Мужчина уверенно направился к выходу из кухни.  — Нет, подожди… — Мэтт нервно облизнул вмиг пересохшие губы. Может, вилтакис был прав, и на него так действовало какое-то малоизвестное, необъяснимое притяжение, но он точно знал, что не может сейчас позволить ему вот так уйти. — Я подумал, может быть, мы, э-э… повторим? Черт, я знаю, как это, должно быть, вопиюще звучит, просто не хочу, чтобы ты думал, что я какая-то там озабоченная потаску-мпфф-мпфаф… Договорить он не смог, так как рот оказался заткнут поцелуем.