Рай в гробу

Ночь - самое прекрасное время для размышлений. На уши давит только гробовая тишина, навевая необъяснимое душевное спокойствие. Елена пялилась на потолок, считая глубокие трещины, оставленные временем. Паучье кружево в углу слегка подрагивало от легкого сквозняка. И ночью мы втыкаем наушники в уши, и начинаем вспоминать то, что терзает нашу душу... Девушка привыкла заглушать боль музыкой. Это, своеобразный катализатор. Гилберт старалась не слушать громкий храп отца за стеной, ворочаясь в кровати. Уже которую ночь подряд Елена не могла познать прелести здорового сна. Девушка, не выдержав, вскочила на ноги, схватила рюкзак и, решив сразу ити в школу, выпрыгнула из окна. Вот и отступает ночь, сменяясь предрассветными сумерками. Из сереющей темноты постепенно проступают неясные очертания окружающего мира – силуэты домов, деревьев. Небо на востоке светлеет. Вокруг царит сонная тишина. Светлое пятно на горизонте становится больше и больше. Дует легкий ветерок. Утренняя прохлада стелется над землей. Природа замирает, будто готовясь к чуду. Наконец, около самого горизонта вспыхивает ослепительная каемка солнечного круга. Она еще совсем маленькая, но уже поразительная яркая. В тот момент, когда она зажигается на востоке, просыпаются первые птицы. Слышится шорох в кустах и ветвях деревьев, первое несмелое чириканье. А солнце все больше выглядывает из-за горизонта, вот уже половина его диска видна над землей. Зашевелились в траве мурашки, слетела с дерева птица, колыхнув ветку. Где-то залаяла собака, скрипнула дверь, зазвучали голоса людей. Солнечный диск разгорается все ярче, поднимается все выше, рассылая во все стороны свои теплые лучи. Вот уже показался полный круг, и стало до слез больно на него смотреть. А еще через несколько мгновений солнце будто оторвалось от земли и поплыло в голубом небе, наполнив все живое силой и энергией. Наступил новый день. Только некоторых это совершенно не радует, а наоборот - оставляет радушными. Ещё слишком рано... Елена сидела на школьной лестнице, поджав колени под себя и безразлично вглядываясь в величавый небоскрёб. - Бегаешь по утрам? - Гилберт подняла красные глаза на нарушителя одиночества. Перед ней стояла недавняя знакомая, Бонни, кажется. Девушка была одета лишь в короткие шорты и майку одной спортивной фирмы. Непослушные волосы собраны в конский хвост, в ушах наушники. По шоколадной коже стекают маленькие капли пота, лицо раскрасневшееся, дыхание учащённое от беспрерывного бега. - Нет - раздражённо ответила Елена, отводя взгляд в сторону. - Прости, так бестактно с моей стороны. Ты наверное хочешь побыть одна - затараторила Беннет, пытаясь отдышаться. - Как ты догадалась? - язвительно спросила девушка, потягиваясь от долгого отсутствия движения. - И всё же... - Бонни резко замолчала увидев багровые синяки на запястье своей собеседницы - Что это? - Ничего - грубо ответила Гилберт, натягивая рукав по самые пальцы. - Это ты называешь ничего?! - Беннет подскочила к девушке, обнажая её руку. Глубокие следы от пальцев, синие полосы по коже, царапины... - Бонни! - Елена отпрыгнула в сторону. - А что с шеей? - в глазах мулатки проскочил неприкрытый ужас и крайнее беспокойство. - Это не твоё дело. Не лезь, Беннет! - Гилберт развернулась и направилась куда подальше от назойливой "подруги". - Отбивай мяч, Форбс! - тренер громко кричал на весь спортзал, зажимая свисток между зубов. Блондинка подпрыгнула и резким движением руки, чуть не разнесла стену. - Отлично, Барби. Донован, на подачу! - продолжил командовать учитель. Мэтт повторил нападение Кэролайн и произвёл впечатление на окружающих девчонок. - Гилберт! Просто отбей мяч. Форбс, подай для неё! Кэролайн ехидно улыбнулась, отряхнув золотые кудри и остановившись около противоположной стенки спортзала. То, с какой силой, девушка ударила по мячу, заставило здоровенных качков открыть рты от удивления. Елена лишь успела прикрыть лицо руками, получив жёсткий удар в живот. Девушка не удержала равновесия и упала на маты. Помещение наполнил презренный смех Форбс. - Я сказал отбить мяч, а не стать мишенью! Повторить манёвр! Кэролайн так же эффектно подала, но на этот раз, Гилберт сложила руки замком и отбила мяч, попадая прямо в голову блондинки. Форбс уже двинулась в сторону ухмыляющейся девушки, но поймав строгий взгляд тренера, прикусила губу. Вообще, волейбол - командная игра, основанная на правилах и обязательствах. Но в этом городе, волейбол - один из видов пытки и расправы на другими. Одна из команд- элита школы, а другая - ничтожества. Кэролайн Форбс, Хейли Маршалл и Мэтт Донован буквально пытались расстрелять Елену, кидая в её сторону мощные удары. Гилберт еле успевала уворачиваться от мячей и периодически отбивать их. Бонни обладала прекрасной реакцией и заработала несколько очков для своей команды. После особо сильного удара в грудь, Гилберт до крови закусила нижнюю губу, с блаженством представляя, как Форбс душиться собственными кишками. После окончания мучительного урока, Елена собрала вещи и быстро ретировалась в уборную, стараясь избежать омерзительного общества. - Плохой день? - Плохой век, Деймон. - Насколько? - Всё просто ужасно. Мужчина обошёл её сзади, кладя руки на плечи, растирая разгоряченную кожу холодными пальцами. - Тебе стоит расслабиться. Ты слишком напряжённая - Сальваторе прикоснулся губами к привлекательному изгибу между плечом и шеей. - Мне пора - жалобно протянула Елена, мечтая навсегда остаться с ним. - И снова ты убегаешь. - Но я же вернусь. - Искренне надеюсь. Девушка ещё раз взглянула в бездонные океаны и вернулась на уроки. - У меня кривой треугольник - на весь класс запищала Хейли, выдирая страницу из тетради и яростно сверкая глазами. Форбс лишь покачала головой, обнажая тридцать две жемчужины. Елена сморщила нос от переизбытка идеальности и продолжила записывать задание. - Здесь не занято? - приземляясь на соседнее место, выпалила Беннет, отгрызая здоровый кусок красного яблока. - Зачем спрашивать, если ты уже села? - Гилберт закатила глаза. - Эй, прости меня. Просто эти следы очень меня напугали. Ты права, это твоё личное дело. Тем более, когда ты сама захочешь, тогда и расскажешь. - Не захочу. Парта содрогнулась под натиском тяжелого тела. - Я правильно расслышал? Гилберт уже не девственница? - по классу прокатилась волна злобного смешка. - Ты хочешь это проверить? - Елена с вызовом взглянула прямо в глаза Донована, сжимая руки в кулаках. - Ты знаешь, я навеки твой. Подружку прихвати заодно - измеряя взглядом мулатку, Мэтт запустил руку в волосы, гадко ухмыляясь. - Застегни ширинку - Гилберт уже закипала от накатывающего раздражения. - Чего такая колкая? Подсказать правильное применение твоему острому язычку? - парень облизал верхнюю губу. Елена впилась ногтями в собственную кожу, пытаясь не взорваться. - Рискну спросить - кто же этот счастливчик? Твой вечно пьяный отчим наконец преподал новый урок физиологии? - кто-то из толпы перекрестился, кто-то одобрительно похлопал Донована по груди. - Он - мой отец. - Мне срать. Размер члена от этого не измениться. Елена резким рывком перекинула парту. Мэтт отпрыгнул в сторону, приземляясь на ноги. Остальные упали на пол, переворачивая стула. Гилберт гордилась своей идеальной растяжкой. Она сильно заехала ногой в тяжелом ботинке по щеке нахала. Не дав ему прийти в себя, девушка схватила его за волосы и грубо ударила головой об колено. Кэролайн в притворном ужасе прикрыла рот рукой. Донован сплюнул кровь на пол, держась пальцами за нос. Елена опустилась рядом с ним на колени и подарила последний удар кулаком прямо в челюсть. Мэтт закричал от боли. Гилберт подошла к нему впритык, насильно открывая парню рот. Она обхватила пальцами один из зубов и с силой дёрнула на себя, вырывая тот с корнем. - Это только предупреждение - прошипела девушка, откидывая его в кровяные массы, вывалившиеся из глотки. Елена хотела лишь одного - забыться. Больше всего желала найти несносного вампира и утонуть в нём. В его шёлковом тембре голоса с нотками хрипоты, в его божественной внешности, таких правильных и идеальных чертах, в его спокойном ровном тоне. Девушка так хотела с ним поговорить, просто побеседовать. И уже не музыка была единственным спасением, а он. Личный сорт героина...