Быть Артуром

      Осень набирала цвет, вступая в свои права. Деревья озолотились, кое-где уже укутываясь багрянцем, в воздухе пахло грибами и прелой травой. Год в Камелоте выдался на редкость урожайным, крестьяне трудились не покладая рук, обеспечивая себе сытую безбедную зиму. Наследный принц Камелота находился в прекрасном расположении духа: отцовское задание оказалось лучшей прогулкой за последние полгода, что принц провел в дозорах и учении. Укутанный в простой серый плащ Артур, с припорошенными дорожной пылью волосами, чувствовал себя по-настоящему счастливым. Он мог свободно общаться с подданными, не называя своего имени, наслаждаться осенней прохладой и просто расслабиться. Хоть когда-то.       Ехавший рядом Леон, единственный, кого младший Пендрагон взял с собой, молча поглядывал на юношу, даже не пытаясь нарушить тишину. Осталось совсем немного, и Артур снова станет самим собой. Тем, от кого жизнь больше требует, чем дает. Тем, у кого больше обязанностей, чем привилегий. Тем, у чьего отца в сердце больше деспотичности, чем любви. Хотя, спроси самого Артура, и он бы оспорил все эти утверждения. Но в этом был весь он - единственный наследник трона Камелота. Именно поэтому, когда Артур, хоть и неосознанно, нарушил приказ короля и задержался дольше, чем того требовало задание, Леон промолчал. Он давно не видел своего принца таким счастливым и довольным. Однако, что-то принца угнетало. Что именно, Леон не знал. Как не знал и то, почему Мерлин остался в замке, хотя верный слуга всегда находился подле своего господина. Что-то было в этом неправильное, но что конкретно, не его Леона ума дело. Хотя, где-то в глубине души, рыцарь понимал, что, периодически, появляющаяся складка между бровей на лице наследника очень сильно взаимосвязана с личным слугой принца. Но Леон привык не совать свой нос, куда его не просят. Тем более, в отношения своего сюзерена и его друга. Леон даже улыбнулся этой мысли. Да, слуга-друг. Вот уж точно готовый повод для недовольства старшего Пендрагона. Но эту мысль верный рыцарь спрятал еще глубже. От греха подальше.       Артур и сам понимал, что задерживаются они прилично, но никак не мог себя заставить ехать быстрее. Три дня - не так и много, ведь в пути может произойти всякое. Зато как хорошо ночевать под открытым небом, вдыхать запах костра, слушать ночной лес. И, если бы не этот дубина стоеросовый, по недоразумению ставший его слугой, все было бы еще лучше. Правда, и Артур был виноват, но принц еще не решил, стоит ли ему извиниться, или оставить все, как есть. И упорно гнал от себя мысль, что с Мерлином в поездке было бы еще веселее.       Ноздри защекотал запах дыма с примесью жареного мяса. Такой ароматный, что у обоих рыцарей слюни потекли и, молча переглянувшись, Артур и Леон пришпорили коней. Постоялый двор встретил их людскими голосами, ржанием лошадей и поросячьим визгом. По двору носились дети, от которых улепетывали ополоумевшие от страха куры, выдыхая винными парами в лицо миловидной служанки, немолодой кавалер пытался ее облапать, на что девушка лишь заливисто хохотала и подливала ему еще эля. Все как всегда. Конец тишине и покою, уже завтра Артур вернется в Камелот. И, может быть, извинится. А, может, и нет. - Здесь заночуем. - Артур спрыгнул с коня и кинул поводья подбежавшему служке. - Но мой принц, мы и так задержались... - шепотом напомнил Леон. - Мы. Заночуем. Здесь.       Леон лишь пожал плечами и устремился за своим господином в шумный жар таверны. Рухнув за свободный столик, Артур вытянул ноги и скинул капюшон. Еда оказалась на редкость вкусной, а тягучий эль согрел и расслабил. Но тут Артур напряг слух. За соседним столиком примостилась странная компания: парочка местных пьяниц, распахнув глаза, внимали рассказу толстого разодетого вельможи. - А что, принц-то ихний, действительно так хорош? - икая через слово, вставил один из слушателей. - Ой, что ты! - картинно закатив глаза, вельможа сделал вид, словно прямо здесь и сейчас грохнется в обморок. - Не знаю, кто сочиняет про него байки, да только глупости все это. Артур Пендрагон - напыщенный неуклюжий индюк. Как там менестрели поют? Платиновые волосы? Ага! Он брюнет, да к тому же самодур. Может, кто и сочтет его привлекательным, да только уши торчком еще никого не красили.       Рука Леона потянулась к мечу, но Артур жестом остановил его. - Эй, уважаемый, - медленно произнес Пендрагон, - А вы уверены, что говорите о том Артуре? На сколько я знаю, он совсем другой... - Ой, блондинчик, да что ты знаешь о принце Артуре? Я-то его своими глазами видал. Такого болвана долговязого еще во всех королевствах поискать... Толстяк отвернулся и продолжил жевать, а сер Леон не понимал, то ли снова за меч схватиться, то ли расхохотаться - такого выражения полного шока на лице младшего Пендрагона он еще не видел.