Схема любви

      Приоткрыв дверь в комнату Ичиго, Юзу довольно улыбнулась.       Карин и Тоширо спали на неразобранной кровати в той же одежде, в которой светловолосая видела их сегодня днем. Одна рука брюнетки лежала под подушкой, а вторая накрывала руку парня, которой он обнимал девушку за талию.       Прикрыв дверь, Юзу облегченно вздохнула.       Похоже, ее план прошел даже лучше, чем она ожидала, хотя в итоге ей и пришлось вернуться домой около полуночи.       Развернувшись, девушка вернулась в свою комнату и, раздевшись, забралась в постель, поставив рядом с кроватью будильник — утром ей следовало вернуться в общежитие школы.       Устав за день, светловолосая быстро заснула.       А за стеной в это же время Хитсугая, проснувшись, растерянно уставился на лежавшую рядом с ним темноволосую девушку, однако удивление быстро сменилось радостью, постепенно переходящей в тревожную задумчивость.       То, что Карин любит его, казалось шинигами чем-то невероятным и необычным. Он слишком долго был опьянен любовью к Хинамори, но те чувства всегда были безответными, и теперь, появившаяся на душе легкость и безмятежность от взаимности были непривычными и немного пугающими. Одна мысль о том, что по какой-то причине все это может оборваться, заставляла его холодеть от страха. Разойдись их пути в стороны, ему бы пришлось вернуться к обычному распорядку жизни: пустые, отряд, отчеты, сражения. Конечно, он не хотел отказываться от своего звания капитана, ведь в этом была вся его жизнь, но уйти от Карин? Возможно, если он постарается, ему позволят забрать Куросаки с собой. Хотя согласиться ли на это она сама?       Крепче обняв девушку, парень вглядывался в ее темнеющий во мраке силуэт и вдыхал аромат ее шампуня, которым пахли ее волосы. Сладкий, чуть терпкий запах цитруса и корицы. Он очень подходил ей, ведь она была одновременно мягкой и дружелюбной, но в то же время — упрямой и своевольной.       Сможет ли он, если придется, отказаться от нее?       Возможно… это будет не так уж и сложно, просто уйти в Общество душ, забыть все и…       Думать о таком было неприятно.       Карин так быстро и легко вошла в его сердце, что он даже не успел осознать, в какой именно момент сестра Ичиго перестала быть в его душе гостьей, а стала её частью.       Но одного желания быть вместе недостаточно для его исполнения.       Тоширо не мог остаться в ее мире, ведь его место было не здесь, а в Обществе Душ. А если он заберет ее с собой, то, что он сможет дать ей там? Мир с обедневшим Руконгаем и Серейтеем, в котором постоянно, сменяя друг друга, царили военные положения?       Сейчас Хитсугая как никогда был недоволен собственной судьбой. В то время как он должен был радоваться тому, что девушка, которую он любит, отвечает ему взаимностью, перед ним оказываются новые трудности и преграды. Безусловно, можно было отбросить сомнения и просто продолжать встречаться ни о чем не думая, но такой вариант совсем не устраивал парня. Через пару лет этот вопрос вновь может стать между ними. Карин — человек. С годами она будет взрослеть, а он… будет отставать от нее. Когда ей будет тридцать или пятьдесят, он все еще будет юн и молод.       Замерев, шинигами на несколько секунд задержал дыхание, боясь дышать. Такой нежной и слабой внезапно показалась ему Карин. Хрупкой и уязвимой, как куколка из самого тончайшего фарфора.       Недовольно заворочавшись, Куросаки вытащила из-под подушки принявшуюся затекать руку и перевернулась на другой бок, высвобождаясь из объятий Тоширо.       Даже в темноте Хитсугая мог различить ее бледные щеки, подрагивающие во сне ресницы, чуть сдвинутые брови, вздернутый носик, сжатые губы.       Сердце словно обожгло, когда оно ускорило свой темп, разгоняя по телу кровь.       Осознание странной, но незыблемой истины сошло подобно горной лавине, которую нельзя отринуть и от которой невозможно спастись.       Он не сможет. Ему будет не по силам оставить ее и уйти, сделав вид, что ничего не было. Он любит ее. И, похоже, даже сильнее, чем он думал ранее. Теперь, когда они признались друг другу в собственных чувствах, прятаться за безразличием стало невозможно.       Мысли в голове лихорадочно носились, стремясь придумать способ, который позволит им остаться вместе. Так же спать вдвоем по ночам, просыпаться и желать друг другу доброго утра, но ни год, ни два, а долго, так долго пока они будут живы.       От таких планов могло бы даже стать смешно, ведь сейчас он, пусть и в мыслях, но практически был готов сделать ей предложение. Да, над этим можно было посмеяться, вот только из-за этого ему становилось только больнее.       Стоило признать, что выход для решения этой проблемы был только один и он Хитсугаю не устраивал.       Сделать ее шинигами и увести в Общество Душ было очень соблазнительно. Тогда не возникало бы причин, которые были против них.       Вот только их пара была не такой как у Ичиго и Рукии. Несмотря на развитую реацу, Карин значительно уступала своему брату по силе.       Поэтому, стоило умерить свой эгоизм и вернуться к изобретению провальных идей, выдумывая их снова и снова.       Забрезживший за окном рассвет привел парня в чувства.       За стеной зазвенел будильник Юзу.       Прислушиваясь к перемещениям и сборам девушки, Хитсугая на время отвлекся от своих мыслей, полностью сосредоточившись на тихих, едва слышных звуках. Вскоре шаги Юзу затихли возле лестницы. В воздухе повисла тишина, и Тоширо еще несколько минут напряженно вслушивался в нее, словно надеясь услышать в ней подсказку к решению своей проблемы. Но ответа так и не появилось, и парень, сев на кровати, задумчиво посмотрел на Куросаки.       Сколько времени было у них еще в запасе? Возможно несколько недель до конца этого месяца, пока он не вернется в Общество Душ. Или пара лет? Пока разница в возрасте не станет слишком заметной. Безусловно, для него это вряд ли стало бы проблемой, но сможет ли смириться с этим Карин?       — Люблю, Тоширо… очень люблю!       Резко обернувшись, Хитсугая взволнованно заглянул в лицо Куросаки.       Девушка все еще спала, но на лице ее вместо прежней мрачности и угрюмости было счастливое выражение с некой долей довольства.       На лице парня появилась теплая улыбка. В мгновение ока за спиной словно распахнулись два огромных крыла, и он почувствовал неимоверный прилив сил и радости.       Даже не подозревая об этом, Карин придала ему сил.       Пусть у них осталось совсем немного времени, Тоширо хотел потратить его с пользой, проводя как можно больше времени с ней.       Не удержавшись, Хитсугая наклонился к Куросаки и поцеловал ее. Проснувшись от столь страстного пробуждения, Карин на несколько секунд опешила, широко распахнув глаза. Чуть отстранившись, Тоширо с нежностью пригладил растрепавшиеся во время сна волосы девушки.       — Доброе утро!       — Доброе. А… что это только что было?       — Это вместо звона будильника. Ты ведь не забыла про школу? — застонав, Карин прикрыла глаза, — похоже, все-таки забыла.       Вновь открыв глаза, брюнетка недовольно посмотрела на парня.       — Просто выходные прошли слишком быстро.       — В любом случае стоит начать собираться. Поэтому тебе стоит вернуться к себе и для начала переодеться.       Сокрушенно вздохнув, Куросаки села на кровати, после чего пригладила волосы и поднялась.       — С этим ничего не поделаешь. По-крайней мере, в ванную я первая.       — Но я встал раньше!       Тоширо возмущенно смотрел на довольную девушку, которая уже успела добежать до двери.       — Тогда тебе стоило поторопиться раньше! — после этого Карин скрылась за дверью, которую Хитсугая, хмурясь, сверлил взглядом.       — И все-таки она совершенно неугомонное создание!       * * *       «Это просто нечто нереальное!» — сидя за столом, Карин периодически бросала недоверчивые взгляды на, сидевшего по правую руку от нее, Хитсугаю.       Еще пару дней назад их общение ограничивалось постоянными ссорами и перемириями, а сегодня они уже просыпаются вместе, целуются и Тоширо все время находит повод, чтобы коснуться ее — то небрежно погладит по плечу, то придержит ладонь, то обнимет за талию.       — Тебе стоит быть аккуратней. Ты чуть не зачерпнула рукавом соус карри.       Промолчав, Куросаки ограничилась кивком. Сегодня, несомненно, было непривычное утро.       Выйдя из ванной девушка, наскоро одевшись в школьную форму, спустилась на первый этаж. Юзу уже не было, хотя приготовленный ей завтрак стоял на плите, а на разделочном столе стояли коробочки с бенто. Поверх них лежал сложенный надвое лист, подписанный одним словом «Карин». Внутри записки так же было всего несколько строк: «Поздравляю! Похоже, наш план удался! Удачного продолжения отношений!»       Смущенно покраснев, девушка порвала лист и выбросила его в мусор. Ей не хотелось, чтобы Тоширо узнал об этом. Даже если это было сделано с благими намерениями, обман и махинации оставались такими же.       — Карин? — девушка с недоумением подняла взгляд на парня, — Тебе стоит поспешить. Мы можем опоздать.       Бросив взгляд на настенные часы, Куросаки, чертыхнувшись, принялась усиленно заталкивать в себя рис, пока Хитсугая убирал со стола грязную посуду. Когда же он вновь обернулся к девушке, Карин походила на набившего щеки припасами хомяка, зато тарелка перед ней был абсолютно чистой.       Стараясь не рассмеяться, парень забрал у девушки ее посуду. После чего, глядя на то, как она исподлобья смотрит на него, пытаясь не подавиться, Хитсугая, не удержавшись, произнес:       — Тебе стоит быть сосредоточенней и делать все вовремя.       Окончательно проглотив рис, брюнетка выдохнула.       — Просто я задумалась и потому отвлеклась!       Тоширо, улыбаясь, с интересом смотрел на Карин.       — И о чем же ты задумалась?       — Ну, о… — осекшись, девушка замолчала и задумчиво нахмурилась. Но подобрав наиболее подходящие слова, заговорила вновь, — Я просто немного растеряна. Все слишком быстро изменилось. И твое поведение для меня… непривычно.       Став серьезней, парень приблизился к ней.       — Я много думал над этим… — подняв взгляд, Куросаки с интересом вслушалась в слова Хитсугаи, — Рано или поздно… мне придется вернуться в Общество Душ, поэтому я не хочу напрасно тратить отведенное нам время. Я буду сожалеть, если не смогу полностью донести до тебя свои чувства.       Карин потрясенно смотрела на парня. В то время пока она беспокоилась о всякой ерунде, Тоширо думал о том, что ожидает их в будущем. А ведь всего через пару недель ему действительно придется уйти.       Сглотнув вставший в горле ком, девушка с тоской кивнула:       — Ты прав. У нас осталось только три недели. И… я тоже не хочу потерять это время.       Заглянув в глаза Хитсугае, Куросаки почувствовала, как по телу прошла волнительная дрожь. Всего три недели, чтобы насладиться влюбленной утопией. Жалких три недели, прежде чем они разойдутся по разным мирам.       Рванувшись вперед, Тоширо крепко обнял Карин, принявшись ее страстно целовать — словно их хотели разлучить уже сейчас. Пропуская между пальцев его седые пряди, Куросаки чувствовала как от его губ, скользящих по ее спине рук, голова безумно кружилась, а сердце болезненно щемило.       Из коридора донесся звук дверного звонка. Отстранившись, шинигами нахмурился, не спеша убирать руки с талии девушки.       — Похоже это Кудзё…       — Нужно идти в школу… — Карин все еще поглаживала волосы парня.       Чувствуя, что ей тоже не хочется отпускать его, Хитсугая еще раз коротко поцеловал девушку и, разжав объятия, двинулся в коридор, откуда доносился повторный звон.       — У него удивительный талант появляться не вовремя.       Поправив блузку, брюнетка поспешила следом за Тоширо.       Распахнув дверь, шинигами недовольно уставился на Кудзё, стоявшего на пороге. Кота привычно просиял дружелюбной улыбкой.       — Привет! Готовы к новой трудовой неде… — видя недовольный взгляд Хитсугаи и розовеющие щеки взволнованно облизывающей губы Куросаки, брюнет удивленно отстранился, — Кажется… я чему-то помешал?       Покраснев еще сильнее, Карин поспешила подхватить лежавшие около вешалки сумки и, пробежав до дверей, всучила одну из них шинигами.       — Нет, Кота. Мы сами собирались уже идти в школу.       — Понятно, — губы Кудзё расплылись в усмешке.       Бросив смущенный взгляд на все еще мрачного Хитсугаю, Куросаки, быстро нырнув в туфли, хотела выскользнуть вперед, но шинигами удержал ее за руку и, наклонившись, сдержанно прошептал ей на ухо:       — Всего три недели, Карин…       Заглянув в бирюзовые глаза шинигами, девушка кивнула и смущенно обернулась к Коте.       — Мы просто начали с Тоширо… встречаться.       В этот раз Кудзё улыбнулся уже без иронии, но с легким снисхождением.       — В таком случае поздравляю!       Потупив взгляд, Карин чуть слышно выдохнула:       — Спасибо!       Обувшись следом, Хитсугая вышел из дому и, дождавшись, пока девушка замкнет дверь, хотел взять ее за руку, но в последний момент, передумав, просто пошел с ней рядом.       * * *       Несмотря на свое напоминание о том, что у них осталось мало времени, Хитсугая больше не старался обнять Куросаки или хотя бы коснуться. Из-за этого девушка чувствовала одновременно и облегчение и беспокойство. К тому же ее удивляло то, как спокойно воспринял эту новость Кота. Он не допрашивал их о том, как это случилось, не подкалывал и не подшучивал. Вместо этого его разговоры были такими же как всегда: об учебе, спектакле, музыке, манге и других мелочах повседневной жизни.       Поэтому к обеденному перерыву у Карин закралось подозрение, что накануне Юзу все же стукнула ее сковородкой и ей все только привиделось.       Видя потерянное состояние Куросаки, Хитсугая, когда они поднимались обедать с Кудзё и Миямой на крышу, отозвал ее в сторону, остановившись на верхнем лестничном пролете.       — Что-то не так, Карин?       — Все в порядке, но… мы действительно встречаемся?       — Ты сомневаешься?       — Просто мне кажется, ты меня избегаешь.       — Но ведь тебя смущает, когда я касаюсь тебя, особенно при ком-то. Поэтому я и подумал, что нам нет необходимости афишировать то, что мы вместе. Мне достаточно того, что ты знаешь, что я люблю тебя.       Не удержавшись, Карин, улыбнувшись, коснулась щеки парня быстрым поцелуем и поспешила выйти на крышу, где Кота что-то обсуждал с Саюри.       Проследовав за девушкой, шинигами сел возле Кудзё, который мгновенно обратил свое внимание на него. Больше всего брюнета интересовала их следующая тренировка для сражения на мечах, к тому же стоило потренировать и тех, кто должен был играть демонов в их сражениях. После нескольких минут споров и обсуждений, Тоширо нехотя согласился. Когда же было решено устроить тренировку сегодня, Карин, не удержавшись, попросилась присутствовать, так как ей невероятно хотелось увидеть владение Хитсугаи катаной.       Беспечные разговоры, редкие касания украдкой, понятные только им с Тоширо легкие полуулыбки — атмосфера спокойствия и безмятежности казалась Куросаки совершенно естественной. Уроки, репетиция, тренировка, на которую вместе с ней пришла и Мияма, прежние тревоги казались нелепыми и странными. И только когда они уже возвращались домой и у Хитсугаи принялся пищать коммуникатор, Карин снова ощутила тревогу и беспокойство.       Он — шинигами, она — человек.       Существовало ли будущее, в котором между ними не было такой пропасти различия происхождения.       * * *       — Что?! Карин и Тоширо встречаются?! — от удивления Саюри остановилась посреди улицы и слегка приоткрыла рот, однако видя упрек во взгляде Коты, девушка уже спокойнее произнесла, — Похоже, мы зря за них волновались. Но… это здорово!       — Вроде того… — Кудзё чуть повел плечом. Все-таки сражаться с капитаном Готея, даже если он, сдерживаясь, сражается в сотую долю силы, было занятием опасным и травматичным.       — Я думала, ты будешь рад за них, а ты все равно чем-то недоволен.       — Не знаю. Мне не по себе. Это хорошо, что они начали встречаться, но сейчас это еще ничего не значит. Хотя может быть, я просто завидую им. Но у меня голова забита не только этим. Просто слишком много сейчас всего происходит…       — Это снова из-за Юзуру? Он опять влез в драку?       — Нет… хотя из-за него тоже хватает беспокойства, но сейчас… Когда приезжает Макото?       Мгновенно побледнев, Мияма осипшим голосом произнесла:       — Я не знаю.       Усмехнувшись, Кота двинулся дальше.       — И все-таки я им завидую. Действительно завидую… они не то, что мы…       — Кота… — Саюри поджала губы и хотела проследовать за парнем, как ее остановил звонок телефона. Вытащив его из сумки и посмотрев на экран, девушка, нахмурившись, посмотрела вслед удаляющейся фигуре и поспешила ответить на звонок. Несмотря на то, что ее менеджер звонила достаточно часто, сейчас каждый ее звонок вызывал тревогу и беспокойство, однако пока эти чувства себя не оправдывали.       Стараясь придать голосу как можно больше спокойствия и безмятежности, Мияма произнесла:       — Доброго дня, Накахара-сан! Что-то случилось?       Женщина быстро затараторила, рассказывая последние новости. Когда же она закончила, девушка вежливо попрощалась и отключилась.       Поскольку Кудзё успел уйти достаточно далеко, а рядом никого не было, Саюри опустила голову и прикрыла глаза рукой. Срываясь с длинных ресниц, на асфальт закапали крупные капли слез.