Схема любви

      — …Баклажан, перец, чеснок…        Вышагивая по тротуару, Куросаки загибала пальцы, шепотом перечисляя недавно приобретенные покупки — сверяясь, все ли необходимое для собы с овощами куплено. Покончив с этим занятием, девушка подняла недовольный взгляд на Хитсугаю, в руках которого находились пакеты с продуктами.        — Кажется, мы забыли соевый соус. Подождешь здесь, я быстро за ним сбегаю!        Не дожидаясь ответа, Карин сорвалась с места, бросившись в сторону магазина.        Радуясь тому, что они не так далеко отошли от магазина, брюнетка поспешила купить соус и устремилась к выходу. Выйдя на улицу, девушка дошла до конца дома и замерла, столкнувшись нос к носу с Хинамори, вывернувшей из-за угла. Подобная случайная встреча стала неожиданной и для лейтенанта 5 отряда.        — Куросаки-сан! Здравствуйте! Рада вас видеть!        — Добрый вечер, — Карин вымученно улыбнулась, стараясь быть предельно вежливой и вести себя как можно более сдержанно, не выдавая настоящих чувств и эмоций.        — В прошлый раз вы так быстро ушли, что я не смогла вас поблагодарить.        — Прошу прощения. Я тогда вспомнила об одном неотложном деле.        — Понимаю. Но раз уж у меня есть такая возможность, то спасибо за помощь! Я действительно нашла подходящее платье.        Испытывая неловкость и стойкое желание поскорее уйти прочь, Куросаки хотела попрощаться и убежать как можно дальше, но Момо опередила ее, спросив:        — Кстати, а где Тоширо? Вы сегодня одна?        — Нет, он ждет меня в конце улицы, — мрачно пробормотав, Карин поджала губы и отвела взгляд в сторону.        — Вы… поссорились?        С трудом удержавшись, чтобы не ответить грубо: «А по чьей, ты думаешь, вине?!» — Куросаки ограничилась сдержанным кивком.        Хинамори задумчиво нахмурилась.        — Надеюсь, вы скоро помиритесь. Я, конечно, не знаю, в чем дело. У Широ действительно непростой характер, и он бывает вспыльчив, но… вы очень много для него значите!        — Сомневаюсь, — руки Карин сжались в кулаки.        Взволнованно подавшись вперед, Момо выпалила:        — Это не так! Еще на свадьбе вашего брата он признался мне, что любит вас!        Недоверчиво сощурившись, Куросаки недовольно уставилась на лейтенанта. Подобные слова, после всего произошедшего, казались издевательством.        — Думаю, это ошибка. Он не мог такого сказать. В то время он неоднократно говорил мне, что… у него есть чувства к другой девушке, — позабытая злость и обида возвращались в утроенном размере.        Хинамори растерянно смотрела на Карин.        — Так… вы из-за этого поругались.        Глаза неприятно защипало, и Куросаки сжала зубы, чтобы не заплакать. Меньше всего ей хотелось, чтобы ее слабости увидела, пусть невольная, но соперница. Тем не менее, скрыть это полностью ей не удалось. Заметив изменившееся поведение девушки, Момо приблизилась к ней и, взяв за руку, сжала ее в своих ладонях.        — Извини, что расстроила. Но он по-настоящему тебя любит. Он очень изменился после вашей встречи. И мне жаль, что ты не видела, как он рассказывал мне о тебе в Готее, — лейтенант говорила со всей горячностью, на которую была способна, — Я никогда не видела его таким счастливым! Поэтому, поверь в искренность его чувств, пожалуйста. Я не думаю, что ему будет легко потерять еще кого-то важного.        Не очень понимая смысл последних сказанных слов, Карин, постепенно успокаиваясь, рискнула посмотреть в лицо собеседницы, недоуменно спросив:        — А что произошло раньше?       Хинамори погрустнела.        — Бабушка принесла его совсем крохотным, ему было несколько месяцев. Тогда в мире живых была война* и голод, поэтому неизвестно погиб он от того, что его родители просто избавились от лишнего рта или их убили разбойники, охочие до чужой еды, или же он умер из-за болезни, или его убили враги. Теперь это все равно не узнать, — Момо сделала небольшую паузу и, тяжело вздохнув, продолжила, — В то время, да и сейчас, если честно, в Руконгае было тяжело прожить. Но, несмотря на трудности, бабушка решила воспитывать нас обоих, хотя я сама была маленькой. Именно потому, что мы росли вместе, мы были близки. Остальные всегда избегали Широ из-за непривычного цвета глаз и волос. Поэтому, когда я поступила в Академию шинигами, думаю, ему было очень одиноко. Когда же спустя несколько лет он тоже решил стать шинигами, я надеялась, что он сможет сблизиться с кем-нибудь, но в Академии его сторонились из-за того, что он был гением. Единственный, с кем он смог сблизиться — его лучший друг Кусака, погиб перед их выпуском. После этого Тоширо стал закрытым и по-настоящему не старался с кем-либо сближаться. Даже с Матсумото они не так близки, как может показаться. Поэтому, когда он открылся тебе, я подумала, что ты сможешь стать для него надеждой. Пожалуйста, поверь в него!        Закончив говорить, лейтенант 5 отряда с надеждой заглянула в сизые глаза.        Прикусив губу, Куросаки быстро кивнула. Вряд ли Хинамори стала бы лгать о подобных вещах, а значит, Хитсугая действительно был честен перед ней, и поэтому Карин всем сердцем хотела ему доверять. Хотя, чтобы полностью осмыслить всю полученную информацию, ей требовалось некоторое время.        — Спасибо! Я обязательно постараюсь помириться с ним! — девушка виновато улыбнулась, после чего, немного сомневаясь, неуверенно добавила, — Если хочешь, можешь пойти со мной. Тоширо будет рад тебя увидеть.        — Конечно!        Неторопливо девушки зашагали по улице.        * * *        — Кажется, мы забыли соевый соус. Подождешь здесь, я быстро за ним сбегаю!        Не успев ничего ответить, Хитсугая с тоской проводил взглядом удалявшуюся прочь девичью фигуру. Вздохнув, парень огляделся по сторонам и направился в сторону находившейся неподалеку скамьи, попутно ворча:        — Неужели нельзя было проверить это в магазине.        Едва достигнув своей цели, Тоширо присел на скамью. Однако проведя там пару минут поднялся. Почему-то ему было не по себе. Обеспокоенно хмурясь от дурного предчувствия, капитан отошел на пару шагов и развернулся в сторону магазина, ожидая увидеть знакомый силуэт. Несмотря на то, что идти было недалеко, Карин не показывалась. Всё сильнее хмурясь, шинигами начал подумывать о том, чтобы пойти навстречу Куросаки, но его тревожные мысли были грубо прерваны — на него со спины штормом налетела знакомая большегрудая фигура.        — Тайчо! Как я рада вас видеть! Я шла встретиться с Хинамори, но увидела вас и…        — Матсумото! Надо же, какая встреча!        Объятия рыжеволосого лейтенанта распахнулись, а сама девушка сделала несколько шагов назад. Вокруг похолодало.        — Что… что-то не так?        Седовласый развернулся. Бирюзовые глаза недобро взирали на Рангику.        — С каких пор ты взяла привычку скрывать от меня свою реацу. Недавно я пытался найти тебя и не смог. Ты ведь не покупала чего-то странного у Киске, чтобы прятаться от меня?        — Ну… э… вы слишком остро отреагировали на мое появление в Мире Живых, и я решила не беспокоить вас и не попадаться вам на глаза.        — Если ты забыла, то я напомню — Ты моя подчиненная! И впредь не вздумай выкидывать нечто подобное!        Не желая сильнее гневить капитана, Матсумото поспешно сменила тему.        — Хорошо, как скажете. Но для чего вы меня искали?        Отвлекшись от особенно неприятных мыслей, Хитсугая немного успокоился.        — Хотел узнать, что по поводу задания, которое я тебе давал? Уже пришел ответ из Общества Душ? Мой запрос рассмотрен?        — Да. Они не против этого, — Рангику посерьезнела, — Безусловно, это необычно, но учитывая обстоятельства этого дела, даже у главнокомандующего не было причин препятствовать.       — Это хорошо. Осталось обсудить возможные методы реализации этой идеи с Урахарой. Но с этим, наверное, проблем не возникнет. Правда, пока рано говорить об итогах.        Опустив взгляд, Тоширо задумался над тем, что ему следует делать дальше.        Наблюдая за своим капитаном, лейтенант не сумела сдержать любопытства.        — Тайчо, я хотела спросить о Хинамори? Вы действительно в порядке?        «Зря я это сказала… кажется очень-очень зря…» — нервно сглотнув, Матсумото покосилась в сторону принявшихся ежиться от холода прохожих.        — Т-тайчо?        Медленно подняв на рыжеволосую взгляд, Хитсугая холодным тоном прорычал:        — Какого черта ты рассказала обо всем Карин? Ты обещала, что никто не узнает о произошедшем в прошлом. Так зачем тебе понадобилось это делать?        — Я… я думала она ваш друг и сможет поддерживать вас и…        — Она — моя девушка!!!        Кровь схлынула с лица Рангику.        — Девушка?        — Во всяком случае, была ею до разговора с тобой!        — Я сожалею. Я не хотела вам навредить. Если хотите я все ей объясню.        — Благодарю, но лучше оставить эти разговоры, пока наши отношения окончательно не испортились.        Взгляд лейтенанта забегал. Мысли вихрем носились в ее голове.        — Но… но тогда… вы уже встречались, когда прибыли в Общество душ в последний раз?        — Да. Тогда мы и разобрались во всем с Момо. Но ты зачем-то влезла в мою личную жизнь и все испортила!        — Но вы пели! Вы сами пели про то, что отвержены!        Став угрюмым, Тоширо насупился.        — Это для школьного мюзикла. По приказу Ямамото, я вынужден учиться как обычный школьник.        — Вы?! Вы поете… в мюзикле?!!!        Матсумото могла бы рассмеяться, представив себе капитана 10 отряда отплясывающего на сцене и распевающего песни, но устремленный на нее мрачный взгляд лишал всякого веселья.        Совладав с подступающим смехом, Рангику, несколько мгновений приходя в себя, произнесла:        — Это неожиданно. Похоже, ваше пение, поставившее в тупик весь отряд, наконец, становится более понятным. Вот только… вы уверены, что сможете принять брак Киры и Хинамори. Вы ведь так не хотели его, что даже плакали.        — Я…        — Широ-чан?        Одновременно вздрогнув, Хитсугая и Матсумото оглянулись в сторону. В нескольких шагах от них стояли мрачная Карин и растерянная Хинамори. Последняя с особым недоумением смотрела на брата.        — Ты был против нашей свадьбы? Ты плакал? Но почему?        Если бы можно было испариться подобно льду в огне, Тоширо предпочел бы такую незавидную участь той ситуации, в которой оказался. Но из-за невозможности исчезновения, парню пришлось срочно взвесить все «за» и «против», чтобы выбрать то, что ответить на поставленный вопрос, при этом сохранив хорошие отношения как с Куросаки, так и с Момо.        Глубоко вздохнув, Хитсугая выпрямился и постарался принять хладнокровный вид.        — Это правда. Вначале я не считал вашу свадьбу хорошей идеей. Потому что я сомневаюсь в том, что Кира тот, кто сможет тебя защищать.        — Широ-чан, ты всегда беспокоился обо мне, но сейчас я сама могу позаботиться о себе. Тебе не нужно так волноваться. К тому же, ты мой брат, и если что-то произойдет, в любом случае сможешь прийти ко мне на помощь. Мы ведь не отдалимся после моего замужества.        — Да. Ты права, — вся эта ситуация безумно не нравилась Тоширо, заставляя чувствовать себя не в своей тарелке.        Окинув задумчивым взглядом Карин, Момо и под конец Хитсугаю, Рангику внезапно хмыкнула, подавляя смешок и привлекая тем самым к себе всеобщее внимание.        — Прошу прощения, но получается… вы просто боитесь одиночества, тайчо? Поэтому вы…        — Матсумото! Кто тебя вечно тянет за язык?!        — Широ-чан! Это так?        От очередного смешка рыжеволосая все же не удержалась, заставляя Куросаки и Хинамори с растущим непониманием смотреть на лейтенанта, в то время как капитан все больше сердился.        — Тайчо! Вы такой милый! Странно, что я не додумалась до этого раньше!!!        Чувствуя, что сейчас Рангику непременно ляпнет еще что-нибудь странное, Тоширо напрягся.        — Хватит нести ерунду, Матсумото!        — Но это действительно забавно. Ведь у вас просто сестринский комплекс! Поэтому вы и ревнуете, что ваша сестра будет уделять больше внимания кому-то другому, а не своему братику.        Карин растерянно уронила вниз челюсть. Впав в ступор, Хитсугая невольно принялся краснеть одновременно от злости и от смущения. Переварив сказанное рыжеволосой, Момо, обернувшись к брату, бросилась ему на шею.        — Прости, Широ-чан! Я не знала! Ты поэтому всегда так заботился обо мне и волновался. А я даже думала тебя убить во время заговора Айзена. Прости меня! Ты всегда будешь моим любимым младшим братиком, поэтому не волнуйся, что я тебя забуду. Такого никогда не произойдет!        Бросив гневный взгляд на своего лейтенанта, Тоширо приобняв Хинамори погладил ее по голове.        — Все в порядке. Главное, что ты нашла свое счастье с Кирой. Поэтому, я буду рад вашей свадьбе. Я же не ребенок и прекрасно понимаю, что ничего не изменится после твоей свадьбы. Ты все равно останешься моей сестрой. Поэтому не вини себя в том, что прошло давно.        Отстранившись, Момо вытерла выступившие на глаза слезы и улыбнулась.        — Спасибо! Надеюсь, у вас с Куросаки-сан тоже все будет хорошо.        Только сейчас парень осмелился взглянуть на Карин, наблюдавшую за всей этой сценой. Он был уверен, что она будет зла, но почему-то сизые глаза не держали в себе гнева. В них была только задумчивость и что-то еще, что определить капитану не удалось.        Вместе с ним развернувшись к Куросаки, Хинамори добродушно произнесла:        — Оставляю Широ-чана под твоим присмотром. Надеюсь, то, что я сказала тебе раньше, сможет помочь тебе.        Смущенно улыбнувшись, Карин кивнула.        — Да. Спасибо. Это было полезно.        Девушки обменялись многозначительными взглядами, заставив и без того обеспокоенного капитана сильнее занервничать.        — Рада это слышать. Тогда, мы пойдем. До встречи!        — Пока!        Куросаки сдержанно улыбнулась, в то время как Хитсугая задумчиво нахмурился.        — Да. Увидимся.        Улыбнувшись, Момо прошла к Матсумото и, подхватив ее под руку, повела прочь. По пути Рангику, сгорая от любопытства, пыталась расспросить лейтенанта 5 отряда о том, что значили ее слова, но ответом ей была только загадочная улыбка.        Карин не отрывала взгляда от девушек, до тех пор, пока они не скрылись в толпе и капитан, все это время задумчиво наблюдавший за брюнеткой, не рискнул спросить:        — О чем вы говорили?        Повернувшись к парню, Куросаки мягко улыбнулась.        — Секрет, — подняв руку, девушка помахала сжатой в ладони бутылочкой, — Я купила соус. Можно идти домой.        Опустив взгляд в землю, Карин, задумавшись о произошедшем, побрела по улице.        Поспешно забрав со скамьи пакеты, Тоширо двинулся следом, стараясь скрыть за маской хладнокровия беспокойство. Меньше всего ему хотелось, чтобы их отношения из-за случившегося повторно начали разваливаться.        * * *        Останавливаясь, Куросаки оглянулась на следующего за ней Хитсугаю и устало улыбнулась. Несмотря на видимое спокойствие, общаясь с парнем длительное время, девушка не могла не заметить его нервозности — напряженное тело, мрачно сдвинутые брови, полный тревоги взгляд. Сделав глубокий вдох, Карин на выдохе произнесла:        — Я совершенно на тебя не злюсь. Поэтому не нужно смотреть на меня, как загнанный дух на пустого.        Когда шинигами поравнялся с ней, брюнетка продолжила идти, но уже с ним наравне. Капитан облегченно выдохнул, становясь спокойней и уверенней.        — У меня и в мыслях такого не было. Но ты действительно не сердишься?        Подняв взгляд, Куросаки задумчиво принялась наблюдать за плывущими по небу облаками.        — Если честно, то это мне стоит попросить у тебя прощения. Даже если вы не кровные родственники, она все равно твоя семья. Обижаясь на тебя, я невольно заставляла тебя выбирать между мной и ней, а это было нечестно. Я не представляю, как бы я себя повела, окажись в такой же ситуации. Выбирать между любимым человеком и родными — невозможно. Если бы ты заставил меня выбирать между тобой и Юзу или Ичиго, это причинило бы мне много боли. Я вела себя как ребенок, но мне стоит повзрослеть, если я хочу быть с кем-то вроде тебя…        — С «кем-то вроде меня»? Что ты имеешь в виду? — Тоширо задумчиво смотрел на девушку.        — Несмотря на твой внешний вид, ты старше меня более чем на сотню лет. Я могу лишь догадываться, сколько всего тебе пришлось пережить за это время. Даже для шинигами ты слишком серьезен и рассудителен. Поэтому, я не могу вести себя по-детски, устраивая истерики.        Остановившись, Хитсугая опустил взгляд. Пройдя на несколько шагов дальше, Карин обернулась.        — Что-то не так?        Шинигами покачал головой и, тихо хмыкнув, посмотрел на девушку.        — Нет. Ты права. Иногда мне кажется, что ты понимаешь меня даже лучше, чем я сам. Это немного смущает.        — Ну… — покраснев, Куросаки отвернулась, продолжив идти, и смущенно призналась, — если честно, на это меня натолкнули слова Хинамори.        Тоширо насторожился, вышагивая позади.        — О чем вы все-таки разговаривали с ней?        — Она немного рассказала мне о твоем прошлом. Не все конечно, а только в общих чертах, но этого было достаточно.        — Выходит, мы можем вернуться к прежним отношениям? — парень непроизвольно улыбнулся, с надеждой взирая на свою спутницу.        Оглянувшись на него, Карин рассмеялась.        — Скорее всего…        — Это значит «Да»?        Повторно краснея и испытывая легкий мандраж, брюнетка, словно впервые признаваясь в любви, взволнованным голосом проговорила:        — Да.        Руки девушки едва заметно дрожали. Позади раздался звук быстрых шагов.        — Карин! — Хитсугая на выдохе произнес ее имя.        Куросаки оглянулась на шинигами. Оказавшись рядом с ней, он, словно стараясь успеть, пока она не передумала, наклонился и отрывисто поцеловал ее, практически сразу отдалившись.        — Не уверен, что в подобной ситуации стоит это говорить, но… Спасибо! — казалось, что Тоширо задыхался, говоря эти слова. Ему до сих пор не верилось, что он прощен.        Улыбнувшись, Карин погладила его по щеке.        — И тебе, Спасибо.        Брюнетка отвела взгляд в сторону и, сделав шаг назад, медленно развернулась, после чего неспешно направилась домой. Капитан шел рядом с ней. Сейчас их настолько захватывали эмоции, что разговаривать просто не было сил, да и желания тоже не было. Любые слова были лишними — казалось, они могли только все испортить.        Поэтому, до самого дома и после, уже разбирая на кухне продукты, парень и девушка сохраняли молчание. Нарушить его решил первым Хитсугая, и то, когда Куросаки начала готовить ужин, а он остался без дела.        — Тебе помочь?        — Нет, я справлюсь сама. Ты и так нес продукты всю дорогу, так что можешь просто посидеть вместе со мной.        Опустившись на стул, Тоширо принялся наблюдать за тем, как Карин, поставив воду для собы, чистит и нарезает овощи.        Слегка прикусив губу, девушка, не глядя на Хитсугаю, неуверенно спросила:        — Это, конечно, не так важно, но то, что сказала Рангику-сан. Это правда?        На минуту в воздухе повисло неловкое молчание. Тяжело вздохнув, Тоширо заговорил:        — Знаешь, что самое ужасное?        Карин бросила быстрый взгляд на его лицо.        — И что же?        — То, что чем больше я думаю над словами Матсумото, тем сильнее это кажется мне правдой.        Куросаки удивленно вздернула брови, а парень продолжил:        — Я считал, что ближе Хинамори у меня никого нет. Когда все сторонились меня, она была добра ко мне, и это давало надежду. Поэтому я цеплялся за нее всеми силами. Но на деле, моя привязанность была не той, о которой я думал. Все это время, она была важна для меня, потому что, как ты сказала, была моей семьей. Я думал, что люблю ее как девушку, но встретив тебя, понял, что ошибался. Мне трудно облечь свои чувства в правильную форму, но единственное, что я могу сказать точно — я верю, что на самом деле Кира сможет позаботиться о Момо, но тебя я не смогу отдать никому.        — И тебя не смущает, что я человек, а ты шинигами? — повернувшись к капитану спиной, брюнетка нарезала овощи, — Ведь когда я стану старой дряхлой старухой, ты все еще будешь выглядеть молодо. И это не говоря о том, что мы принадлежим разным мирам. Только представь, что каждый раз, приходя в наш мир, ты будешь видеть меня все более древней. Не хотелось бы такого итога как в Питере Пэне.        — А причем здесь Питер Пэн? — капитан угрюмо насупился. В Обществе душ, на сказки у шинигами времени не было, поэтому эту историю он знал лишь в общих чертах.        Расстроено хмыкнув, брюнетка на пару секунд поджала губы и заговорила:        — Питер Пэн был ребенком, время которого остановилось. Однажды, ловя свою сбежавшую тень, он познакомился с девочкой Венди и ее братьями. С помощью волшебной пыльцы фей он позволил детям полететь вместе с ним на остров Нетинебудет, там он познакомил их с такими же детьми как он. У них было много приключений и им было весело вместе. Они сражались с пиратами и одолели злого капитана Крюка. Но Венди и братьям пришло время возвращаться в свой мир и вместе с ними в него прибыли друзья Питера. Сам Пэн не захотел становиться взрослым и остался на острове. Но иногда он решил навещать Венди, — вздохнув, девушка обернулась. Хитсугая внимательно слушал, не отрывая от нее взгляда, поэтому она продолжила, — Он вернулся через год, потом еще через два. Для него это было как один день, но для остальных шли годы. Наконец, Венди стала взрослой и когда она уже вышла замуж и у нее родилась дочь, Питер Пэн вновь прилетел к ней. Он позвал ее полететь с ним на остров, но прошло слишком много времени, и она не могла летать. Поэтому он подружился с дочерью Венди — Джейн, и она вместо матери отправилась на Нетинебудет. Когда и она выросла, Питер подружился и с ее дочерью — Маргарет. Так что в итоге, к этому времени Венди была уже стара…        Натянув фальшивую улыбку, Карин отвернулась, глядя прямо перед собой.        Поднявшись, Тоширо приблизился к Куросаки и со спины обнял ее.        — Но я ведь не сказочный герой. Поэтому у нас такого точно не будет. Мы что-нибудь придумаем. К тому же, ни твоих родителей, ни родителей Коты, ни твоего брата и Рукию не остановила эта разница. Обещаю, что у нашей истории будет счастливый конец.        Рассмеявшись, девушка повернула голову к парню.        — Вроде «И жили они долго и счастливо»?        — Почему бы нет, — шинигами небрежно пожал плечами, — ты против?        — Нет, хотя это звучит как предложение, — улыбка на лице брюнетки растянулась еще шире, но почти сразу пропала. Слишком серьезный вид был у Хитсугаи, — Ты что? Серьезно?!        — Серьезно. Так ты согласна?        Едва не подпрыгнув от неожиданности, Карин высвободилась из объятий.        — Это… то есть… ты хочешь, чтобы я… я…        Капитан отошел подальше от взволнованной девушки, которая поджав руки у груди, походила на напуганного кролика. Стараясь успокоить ее, Тоширо, сдержанным тоном произнес:        — Разумеется, это будет не так скоро. Тебе нужно закончить школу, и ты скорее всего захочешь поступить в университет. Я буду ждать столько, сколько нужно.        — И… мне придется стать шинигами, как Ичи-нии?        Хитсугая нахмурился.        — Надеюсь, удастся обойтись без этого. Твой брат получил свою силу очень опасным способом, и подвергать тебя ему, считаю не подходящей идеей.        — Но как же тогда быть?        — Я уже говорил, что обязательно что-нибудь придумаю. Доверься мне.        — Хорошо.       Куросаки все еще пребывала в легкой панике. Покосившись в сторону плиты, про которую брюнетка явно забыла, шинигами, прокашлявшись, привлекая к себе внимание, произнес:        — У тебя вода выкипает.        Охнув, приходя в себя, Карин вернулась к готовке, а капитан, чтобы не отвлекать ее и дать время собраться с мыслями, вернулся к столу. Честно говоря, он и сам был в шоке от своего внезапного предложения, однако отказываться от него все равно не собирался.        Находясь в прострации, девушка на автомате сварила собу, добавила ее к жарившимся овощам и, прожарив их уже вместе, разложила по тарелкам.        Приступив к еде, Тоширо периодически поглядывал на брюнетку. Слова шинигами не на шутку ее озадачили. Чтобы хоть немного успокоить Куросаки, Хитсугая мягко улыбнулся.        — Знаю, что это внезапно, но я приму любое твое решение. И если ты позднее изменишь его, я пойму.        Перемешивая в тарелке овощи, Карин нахмурилась.        — Все немного не так, как ты думаешь. Но разве ты не торопишь события?        — Я просто хочу спокойно с тобой встречаться, — капитан пожал плечами, — можешь считать это проявлением трусости или слабости, но пусть так, на словах, я хочу иметь гарантию, что когда я уйду в Общество душ, я могу быть спокоен и верить, что ты меня дождешься.        Брюнетка насупилась.        — По-твоему, я ветреная девушка?        — Нет, но в прошлый раз, за неделю моего отсутствия, ты успела познакомиться с двумя парнями.        — Я уже говорила, что между нами ничего нет!        — Я помню, — Тоширо изо всех сил сжал палочки, грозя в любой момент их переломить, — Но разве это так сложно? Все, что я прошу от тебя, это возможность быть рядом.        — Но я не готова к… к свадьбе… — Куросаки, с растерянным видом, на выдохе произнесла последнее слово.        — Я и не говорю о браке. Во всяком случае, не сейчас. Если я решу сделать тебе предложение, то это должно быть более официально и…        — Остановись, пожалуйста. А то у меня сейчас мозги закипят. Я уже ничего не понимаю. Чего ты хочешь?        — Всего лишь права быть с тобой, — тяжело вздохнув, Хитсугая посмотрел в сторону часов, — Если мы так продолжим, боюсь, снова поругаемся. Просто подумай над тем, чтобы воспринимать меня не просто как парня на месяц, а на более длительный срок. Я хочу, чтобы ты официально стала моей девушкой. Для всех, включая твою семью и наших общих знакомых.        Стул протяжно скрипнул о пол. Поднявшись, шинигами продолжил:        — Сейчас мне нужно вернуться к Урахаре, чтобы обсудить с ним некоторые дела. Поэтому теперь мы увидимся только завтра. Доброй ночи!        Развернувшись, капитан вышел из кухни. Через минуту раздался звук щелкнувшего замка закрывшейся двери.        Отложив в сторону палочки, Карин облокотилась обеими руками на стол и запустила пальцы в волосы.        Несмотря на то, что ей следовало думать о предстоящем спектакле и готовиться к нему, теперь все ее мысли были забиты словами Тоширо. Слишком странными и внезапными они оказались. Задумываясь об этом, Куросаки совершенно не представляла, какой ответ ей следует в дальнейшем дать парню.