Схема любви

      Глядя на одновременно входящих в класс Тоширо и Саюри, Карин едва заметно нахмурилась. То как внимательно Хитсугая смотрел на Мияму, Куросаки совсем не понравилось.       Конечно, она старалась держать дистанцию с шинигами, чтобы в очередной раз не попасть под влияние его обаяния и очарования. Вчера они были так близки, что это даже немного пугало. Что могло бы произойти, не зазвони мобильник капитана? Было ли все происходящее продолжением игры Хоку и Хитоми? Или это было проявление настоящих чувств? А может быть, в то время как Карин была самой собой, Тоширо просто следовал своей роли? Столько недомолвок и недопонимания было между ними, что так просто за раз разобраться во всем было невозможно. Если бы они сумели честно поговорить и признаться друг другу в своих настоящих чувствах, все могло бы проясниться, но для этого требовалось мужество. А его им не хватало, поэтому всякий раз они и срывались, устраивая ссоры и скандалы.       — Карин! — выйдя из задумчивости, девушка обернулась к склонившемуся в ее сторону Кудзё, — Сегодня после занятий не забудь про репетицию. Я хочу посмотреть на ваш танец с Тоширо, а после начнем репетировать некоторые сцены из спектакля. Передашь это Хитсугае?       Бросив взгляд на читавшего перед доской материал учителя, Куросаки кивнула. Улыбнувшись, Кота отстранился.       Обернувшись к подошедшему шинигами, Карин быстро передала ему слова брюнета, после чего вернулась к занятию, стараясь игнорировать то, что Тоширо все еще смотрит на нее.       Задумчиво хмурясь, девушка размышляла о том, что им все-таки стоит разобраться в их отношениях, потому что так больше не могло продолжаться. Стоило устранить эту недосказанность, которая так портила жизнь. Правда, для этого нужно было найти подходящий момент, но, когда он будет, оставалось только предполагать.       * * *       После занятий класс направился на репетицию, которую, за неимением более подходящих мест, решили провести в музыкальном кабинете.       Кота вновь был со всеми благодушен и предельно вежлив. Казалось, что его прежнее поведение было просто массовой галлюцинацией.       Первым делом Кудзё решил посмотреть танец Тоширо и Карин.       Готовясь к выступлению, девушка заметно нервничала. Поэтому шинигами постарался успокоить ее и ободрить, сказав, что учитывая их вчерашние старания, они непременно выступят хорошо, поэтому сомневаться и бояться не стоит. Все еще немного натянуто улыбнувшись, Карин кивнула.       Несмотря на свои слова, Хитсугая тоже был взволнован. Но не из-за их публичного выступления, а потому, что в этом танце он слишком остро чувствовал близость с Куросаки. То чувство, которое он испытывал, танцуя с ней, одновременно пьянило возможностью крепко обнимать ее и отрезвляло, напоминая о нелегкости их положения. Ему обязательно стоило признаться девушке в своих чувствах, и даже если она отвергнет его, он обязан это сказать. В принципе, все уроки он только и посвятил тому, что подбирал для этого наиболее подходящие слова. Но пока ничего путного в голову не приходило.       Между тем, само выступление прошло на «ура»! Воодушевив всех «зрителей» так, что дальнейшая репетиция проходила с большим энтузиазмом. Все внимательно слушали каждое слово Коты и полностью выкладывались, обыгрывая моменты в которых участвовали.       Даже Тоширо на какое-то время полностью увлекся спектаклем. Это было странно, но на три часа репетиции он, казалось, перестал быть капитаном Готей 13, став одновременно обычным парнем и Хоку. Это было непривычное и удивительное чувство некой независимости от постоянных обязанностей, свободы от жестоких рамок и правил Общества Душ. И, честно говоря, это ему очень понравилась. Ему доставляло удовольствие жить в этом странном отдельном мирке спектакля. Словно приоткрытая дверь иной реальности, благодаря которой шинигами смог увидеть в себе такие черты характера, о которых прежде даже не догадывался.       Когда репетиция закончилась и все принялись расходиться по домам, Кота попросил Тоширо остаться, чтобы потренироваться в фехтовании. Поэтому Карин пришлось уйти без него.       Покинув музыкальный класс, парни отправились в объединенный клуб кендо* и фехтования. Оказывается, Кудзё уже успел договориться с их лидером о проведении личных тренировок, хотя, как заметил Хитсугая, к подобному заявлению глава клуба отнесся скептически.       Взяв деревянные тренировочные мечи, Хитсугая и Кудзё, чтобы не мешать остальным участникам клуба, у которых было занятие, отошли на край зала и взялись за собственную тренировку.       Несмотря на то, что брюнет просил научить его владеть мечом, шинигами не мог не заметить, что начальный уровень знаний у него все-таки был. К тому же, у парня были хорошо развиты интуиция и чувство боя, которые были так незаменимы для хорошего бойца. Впрочем, ошибки у него тоже имелись, но учитывая то, что с ним сражался капитан Готея, его мастерство можно было оценить как весьма удовлетворительное.       В итоге, после полуторачасового занятия, видя, что Кота устал и выдохся, Тоширо опустил меч и улыбнулся.       — Для первого раза весьма не плохо.       Развернувшись, чтобы пойти в раздевалку, шинигами растерянно замер.       Участники клуба, о которых они во время своего поединка слегка подзабыли, разместившись чуть в стороне, во все глаза смотрели на них с Кудзё. Глава клуба, выйдя вперед, приблизился к Хитсугае и положил руку ему на плечо.       — Это просто потрясающе! Не хочешь вступить к нам в клуб? Я никогда не видел, чтобы кто-то так сражался! Такое чувство, что в тебя вселился дух самого Миямото Мусаси*! Это было невероятно круто! — глаза парня сияли от восхищения.       Осторожно убрав руку со своего плеча, Тоширо сдержанно улыбнулся.       — Спасибо, но меня это не интересует.       — Но как же?! С таким уровнем ты бы мог… стать первым мастером кендо в Японии! Да я не знаю… во всем мире!       Хитсугая только напрягся. Стоя чуть в стороне, Кота, видя лицо шинигами, слегка усмехнулся.       — Это бесполезно. Он не изменит своего решения. Можете считать, что это… его путь бусидо*.       Молча переглянувшись между собой, участники клуба только огорченно закивали. Как бы им не хотелось упускать такого участника, идти против бусидо они не могли, так как иначе нарушили правила уважения седовласого парня как самурая.       Решив больше не задерживаться, Кота и Тоширо как можно скорее покинули клуб. Практически все участники провожали парней до самого порога.       Уже по дороге домой, Кудзё посмеивался над мрачным Хитсугаей.       Не выдержав этого смеха, капитан недовольно проворчал:       — Хватит издеваться! Это совсем не смешно. Я не виноват, что такой уровень для них является слишком трудным!       — Просто им сложно сравниться с шинигами. Вы воюете на протяжении многих лет и наверняка тренируетесь очень часто, к тому же, у вас есть практика сражений с пустыми. Они же занимаются всего пару лет. Да и занятия у них бывают всего несколько раз в неделю. Так что не стоит их осуждать.       Тоширо предпочел промолчать, и дальше они шли молча, но не прошло и десяти минут, как у шинигами затрезвонил мобильный.       Скривившись, Хитсугая мрачно процедил сквозь зубы.       — Черт! Почему их в последнее время так много?!       Наспех покинув гигай, Хитсугая приказал ему направляться в дом Куросаки, а сам устремился в сторону, где чувствовал силу пустого.       * * *       Проводив шинигами задумчивым взглядом, Кота повернулся к уходящему прочь гигаю, который полностью игнорировал брюнета.       Посмотрев на свои наручные часы, Кудзё нахмурился и поспешил к своему дому, что находился в десяти минутах ходьбы от дома Куросаки.       Это был небольшой двухэтажный дом, огороженный металлическим забором, за которым росли кусты роз, в это время года имевшие только зеленевшие листочки.       Пройдя по асфальтированной дорожке и поднявшись по ступеням на порог, Кота открыл дверь ключом, входя в небольшой коридор. Слева от входной двери размещалась вешалка для одежды, обувница и подставка для зонтов. От коридора в стороны отходили две двери, ведущие в гостиную и кухню. На другом конце коридора, с левой стороны стены, находилась лестница на второй этаж.       Сняв куртку и принявшись разуваться, Кудзё, подняв голову, крикнул:       — Я дома!       Спустя пару минут на ступенях раздались торопливые шаги, и вскоре перед брюнетом стояла девочка в зеленом платье.       — Привет, Кота!       — Привет, Ариса. Ты одна дома?       Девочка недовольно скривилась.       — Юзуру ушел гулять.       Парень помрачнел.       — Ясно. Тогда пока поиграй, а я схожу в душ и переоденусь. После пойдешь со мной на репетицию. Договорились?       — Хорошо. А я не буду сидеть с Саюри?       Лицо парня стало сосредоточенным и хмурым.       — Нет. У нее дела.       Пройдя мимо сестры, Кудзё быстрым шагом прошел на второй этаж и толкнул первую дверь слева, входя в свою комнату. В дальнем правом углу разместилась кровать, рядом с ней, вплоть до двери, огромный шкаф. У противоположной стены диван и стол, за которым у окна стоит узкий стеллаж с книгами. Всё пространство над столом и диваном было заклеено листами с различными рисунками, стихами и текстами песен.       Взяв чистые вещи, Кота поспешил в душ, находящийся в конце коридора.       До начала репетиции перед завтрашним выступлением было около часа, а значит, стоило поторопиться.       Уже стоя под теплыми струями, парень размышлял о случившейся накануне ссоре.       Вот уже два года они постоянно ругались с Саюри по одной и той же причине — разногласия во мнениях об одном человеке.       При этом, в итоге, всякий раз идти на уступки приходилось именно ему и теперь это порядком раздражало.       Выключив воду и взяв полотенце, Кота на мгновение застыл, размышляя над тем, что он должен делать дальше.       Он прекрасно понимал, что какое бы решение не принял, в скором времени его жизнь должна была измениться.       Скоро в Японию должен был вернуться Макото, человек который мог с легкостью разрушить его жизнь и которому подобное занятие, похоже, доставляло наибольшее удовольствие. Именно он и был камнем преткновения между Кудзё и Миямой.       Помрачнев, парень принялся вытирать оставшиеся капли воды с тела и волос.       Сейчас ему казалось, что его будущее похоже на битву. На борьбу не только с Макото, но и с самим собой.       Стоило постараться, чтобы в этот раз не проиграть.       * * *       — Йо, Кота! Ты опоздал!!! — Тойя недовольно скрестил руки на груди, однако заметив, что их лидер ведет за руку свою маленькую сестренку, забыл все свои претензии и, просияв улыбкой, бросился к девочке, — Ариса!!! Привет!       — Извиняюсь, у меня были дела, — пока их барабанщик угощал девочку вынутой из своей сумки шоколадкой, Кудзё оглядел остальных участников группы.       — Да, ладно. Мы ведь все понимаем, — Эш мягко улыбнулся, — Ариса, подождешь за тем крайним столиком, пока мы репетируем?       Девочка кивнула и торопливо потопала в сторону стола, у которого были сложены вещи участников группы.       Проводив сестру взглядом, Кота поспешил подняться на сцену, куда уже направились все остальные, принявшись проходить к своим инструментам. Здесь же, лежащей на усилителе, была и гитара брюнета.       — Ну? Что сыграем для начала?       Взлохматив волосы, Кота произнес:       — Для начала стоит разогреться и…       Взгляд зацепился за стоящую в тени дверного прохода девичью фигуру, почти полностью скрытую в темноте небольшого коридора, но свет, горевший около сцены и вокруг нее, ярко выхватывал золотистый блеск лежащей на плече пряди светлых волос…       Ее он бы узнал даже из миллиона.       Сердце взволновано пропустило удар, а в груди перехватило дыхание.       Горько усмехнувшись, парень не без боли подумал: «Почему она здесь? Ей ведь все равно люблю я ее или нет… Но… возможно ли, что для меня не все потеряно?»       Вздохнув, Кудзё вновь посмотрел на слегка удивленного его молчанием Эша.       — Я хочу спеть… эту песню… — опустив голову, Кота принялся наигрывать легкую мелодию. Остальные только удивленно посмотрели на своего лидера, который, проиграв отрывок, улыбнувшись, взглянул на остальных, — «Секреты»… для разогрева.       Окинув Коту задумчивым взглядом, Эш с пониманием улыбнулся.       — Почему бы нет. Она неплохо подходит для начала.       Кудзё только благодарно кивнул в ответ. Все-таки именно их бас-гитарист понимал его лучше других.       Поскольку по влиянию Эш был вторым человеком в группе, остальные только удивленно переглянулись, но, не имея ничего против, принялись играть мелодию вступления.       Кота еще раз посмотрел на замерший силуэт девушки и, не отрывая от нее взгляда, постарался вложить в песню всю свою душу.

(One Republic — Secrets)

      — Другую жизнь б сейчас       И сбросить груз с моей груди.       Жить надоело…       Мне есть в чем признаться,       Пока я руки не запятнал в крови       От всей правды, которой я сказал.       Я честен, я клянусь,       Думаешь, я закрыл на все глаза, неправда,       Я нахожусь на срыве, так что       Скажи, что ты хочешь услышать       Что-то, что напоминает о тех годах.       Как надоела вся эта фальшь!       Поэтому я выдам все свои секреты…       На этот раз я обойдусь без оптимального решения.       Мне даже все равно, если критики никогда не поймут.       Я собираюсь раскрыть все свои секреты…       Боже мой, удивительно, как мы продвинулись,       Как будто мы следим за звездами.       Каждый день новые сплетни,       Кто какие машины водит.       Все проблемы мы могли бы разрешить.       При приятных обстоятельствах       Просто писать это в песнях,       Выпускать альбомы, хотя       На самом деле мне не нравится моя песня, нет, так что       Скажи, что ты хочешь услышать       Что-то, что напоминает о тех годах.       Как надоела вся эта фальшь!       Поэтому я выдам все свои секреты…       На этот раз я обойдусь без оптимального решения.       Мне даже все равно, если критики никогда не врубятся.       Я собираюсь раскрыть все свои секреты…       О, я безрассуден и бесстыж,       Я не могу упрекать свою семью,       Просто не дай мне пропасть,       Я расскажу тебе все…       Скажи, что ты хочешь услышать       Что-то, что напоминает о тех годах.       Как надоела вся эта фальшь!       Поэтому я выдам все свои секреты…       На этот раз я обойдусь без оптимального решения.       Мне даже все равно, если критики никогда не поймут.       Я собираюсь раскрыть все свои секреты…       Скажи, что ты хочешь услышать       Что-то, что напоминает о тех годах.       Как надоела вся эта фальшь!       Поэтому я выдам все свои секреты…       На этот раз я обойдусь без оптимального решения.       Мне даже все равно, если критики никогда не врубятся.       Я собираюсь раскрыть все свои секреты,       Все свои секреты, все свои секреты…       Как только песня закончилась, девушка, развернувшись, быстро скрылась в темноте коридора.       Несколько мгновений глядя ей вслед отрешенным и усталым взглядом, Кота, вздохнув, опустил голову и, стараясь говорить как можно спокойней, произнес:       — Ладно. А теперь отыграем завтрашнюю программу…       * * *       — Ксо! — Тоширо устало остановился, глядя, как рассыпается очередной пустой.       Который день подряд он до вечера носится за этими монстрами, которых почему-то никак не становится меньше. Наоборот, несмотря на то, что он не так давно устраивал массовую зачистку, они выбирались в Мир Живых так, точно им рассылались личные приглашения, чтобы доводить капитана до белого каления. Носиться по всему городу с одного конца на другой, было не самым жизнерадостным занятием.       — Хотел бы я знать, это только мне так везет или Ичиго так же носится по Каракуре?       Вздохнув, парень медленно побрел по улице, на которой сейчас находился. Было уже довольно поздно и вокруг не было ни души.       Денек выдался и правда очень насыщенным, поэтому усталость брала свое.       Еще раз проверив коммуникатор и убедившись, что пустых нет, Хитсугая направился в сторону дома Куросаки, однако не успел он пройти и десяти метров как мерзкий прибор вновь запищал.       Тихо выругавшись, Тоширо устремился к цели.       Уже приближаясь к месту, где должен был находиться пустой, парень услышал женский крик и ускорился.       Выбежав из-за угла, капитан увидел огромного пустого нависшего над испуганной девушкой, сидевшей на асфальте и вжимавшейся в стену дома.       Всего одно мгновение и шинигами устремился вперед, высвобождая свой занпакто. Доля секунды и пустой оказывается в ледяном плену, который через секунду разрушается под лезвием меча.       Убрав катану в ножны, парень обернулся к девушке, одетой в длинное темно-синее пальто и черные сапожки. Светлые волосы спадали ей на плечи, а голубые глаза растерянно смотрели на парня.       — Ты меня видишь? — Тоширо, нахмурившись, смотрел на девушку, которая в ответ осторожно кивнула.       Пройдя вперед, Хитсугая протянул ей руку, помогая подняться.       Встав напротив парня, блондинка все еще растерянно смотрела на него. Капитан, между тем, задумчиво нахмурился. Он был уверен, что раньше уже видел ее. Вскоре память все же напомнила ему, кто сейчас перед ним находиться.       — Тебя, кажется, зовут Саи?       Опустив голову, девушка уставилась взглядом в землю и чуть слышно выдохнула.       — Да.       Подумав, что у нее просто стресс, Хитсугая задумчиво оглядел девушку, проверяя не ранена ли она. Заметив его изучающий взгляд, Саи ошарашено на него уставилась, однако прежде чем она успела что-то сказать, Тоширо удовлетворенно произнес:       — Похоже, ты в порядке. Будет лучше, если ты вернешься домой. Здесь небезопасно. Надеюсь, тебя не нужно провожать? Или ты далеко живешь?       — Нет, я живу поблизости… — девушка, нахмурившись, с недоверием смотрела на парня.       Тоширо между тем вновь уставился в коммуникатор.       — Тогда тебе стоит поспешить. Пока больше пустых нет, — немного подумав, шинигами, уже больше для себя, добавил, — … и, надеюсь, они сегодня не появятся.       Когда парень вновь посмотрел на Саи, девушка мягко улыбалась.       — Спасибо!       Поклонившись, она поспешно развернулась и побежала прочь.       Проводив ее растерянным взглядом, Тоширо еще раз посмотрел на молчащий коммуникатор и, вздохнув, поплелся в сторону дома Куросаки. Благо, до него было идти недалеко.       * * *       Забравшись в комнату Ичиго через окно, Хитсугая с мрачным видом уставился на спящий гигай. Тихо выругавшись, парень поспешил его разбудить и, избавившись от гиконгана, занял его место в искусственном теле.       После этого шинигами направился на кухню.       Все-таки за весь день ему кроме завтрака и обеда в школе есть больше не приходилось, так что стоило хотя бы немного перекусить или выпить чаю, чтобы восстановить силы.       Выйдя в коридор и пройдя к лестнице, Тоширо спустился на первый этаж, где, к его удивлению, горел свет. Войдя в кухню, парень замер на пороге. За кухонным столом, подложив руки под голову, дремала Куросаки. Прямо перед ней стояло несколько тарелок с приготовленным ужином.       Подойдя к девушке и оглядев ее приготовления, капитан только покачал головой и наклонился вперед, чтобы взять ее на руки и отнести в кровать. Но прежде чем он успел ее коснуться, Карин вздрогнула и, открыв глаза, зевнула. После этого брюнетка, нахмурившись, огляделась по сторонам, силясь понять, где и как ее угораздило заснуть. Когда же ее взгляд остановился на внимательно наблюдавшем за ней шинигами, она чуть встревожено произнесла:       — Тоширо? Ты уже вернулся? Который сейчас час?       Оглянувшись на настенные часы, Хитсугая помрачнел.       — Без двадцати двенадцать. Кстати, если ты хочешь спать, то будет лучше, если ты пойдешь и ляжешь…       Не слушая парня, девушка, все еще приходя в себя и просыпаясь, потерла глаза.       — Ничего себе. Вся еда уже остыла, а я так тебя и не дождалась.       Удивленно уставившись на Куросаки, парень резко выдохнул:       — Хочешь сказать, что ты все это время сидела здесь и ждала меня?       Повернувшись к капитану, Карин раздраженно произнесла:       — А что такого? Тебе ведь пришлось быть и на репетиции, и на тренировке, и отлавливать пустых. Хотя у тебя не слишком разговорчивый гигай. Правда, изначально я приняла его за тебя, но потом поняла, что ошиблась и…       Наклонившись к девушке, парень оперся рукой о стол. Глядя в его улыбающееся лицо, Куросаки замолчала.       — Значит, ты ждала меня, чтобы поужинать? Выходит ты и сама ничего не ела?       Сдвинув брови, Карин напряженно произнесла:       — Да. Просто… в одиночестве ведь не очень-то и весело есть, поэтому, я и решила, что было бы неплохо тебя дождаться. Кто же знал, что ты придешь почти в полночь?! Знала бы, давно ушла спать! — отвернувшись, девушка поспешила подняться и, подхватив тарелки с якисобой*, направилась к микроволновке, — в любом случае, теперь тебе придется подождать, пока я все разогрею.       Запустив таймер, девушка обернулась. Хитсугая все так же стоял у стола, наблюдая за ней.       Стараясь скрыть смущение за недовольством, Куросаки мрачно проворчала:       — Так и будешь стоять здесь? Можешь уже сесть.       — Я просто хотел сказать спасибо… — став серьезней, шинигами напрягся и пристально вгляделся в лицо Карин, — … и еще… я давно хотел спросить у тебя, как ты ко мне относишься?       Лицо девушки удивленно вытянулось, а в глазах промелькнула паника. Сейчас ей казалось, что он каким-то образом догадался о ее чувствах. Не зная, что сказать, брюнетка просто смотрела в лицо парня. Внутри у нее все разрывалось. Одна часть ее говорила, что это как раз тот самый подходящий момент, чтобы признаться ему в своих чувствах. Но вторая часть твердила, что если она признается, и он ее отвергнет, это только испортит и разрушит их отношения.       Из-за охватившей ее тревоги, все нормальные мысли покинули голову, заставив девушку впасть в ступор.       В этот момент раздался писк микроволновки, и Карин, придя в себя, поспешила отвернуться и решила поменять тему.       — Все готово, можешь садиться и…       Подойдя к брюнетке, капитан положил руку на разделочный стол, преграждая ей дорогу.       — Ты мне так и не ответила! — выглядел парень невероятно серьезным и, похоже, настроен был очень решительно, — Как ты ко мне относишься, Карин?!       Вздохнув, Куросаки мысленно перебирала варианты ответов, выбирая между двумя частями ее чувств — любви и страха. В итоге, в отчаянье, не найдя ничего лучше, она, нахмурившись, потупила взгляд и сдержанно произнесла:       — Мы ведь… друзья, Тоширо. Так что тебе не о чем волноваться. Я прекрасно помню о нашем соглашении. И… или ты сам забыл об этом?       На мгновение глаза Хитсугаи растерянно расширились, но он подавил в себе эти чувства и, помрачнев, так же холодно и немного обижено произнес:       — Нет, не забыл. Просто… хотел тебя проверить.       Развернувшись, парень прошел к столу.       Об этом чертовом соглашении он совершенно забыл! И зачем они вообще придумали нечто настолько бредовое?!       Карин осторожно поставила перед погрузившимся в свои мысли капитаном тарелку и поспешила сесть напротив.       Наскоро перекусив и пожелав друг другу спокойной ночи, парень и девушка разошлись по своим комнатам, мысленно злясь на собственную глупость и такое безрассудное обещание-соглашение, что они заключили между собой.