Ещё не поздно

Тетсуя сейчас кормила своего новорожденного ребенка. Малыш был невероятно похож на маму. Просто у него ее глаза, такие же светлые, добрые и красивые. Голубые, которые однажды покорили его отца. Девушка тихонько покачивала его, боясь нарушить такой трогательный момент. — Даичи, — шептала она, придерживая голову малыша. Потом поцеловала в лобик. Никак не могла налюбоваться. Слезы так и наворачивались. Великий первый сын. — Сколько препятствий перед нами ни встанут, я всегда буду сильной ради тебя, я обещаю, — она смотрела в глаза, так похожие на ее, и видела, что мальчик понимает. Даичи с интересом рассматривал маму. — Я люблю тебя, сыночек. Больше жизни, — она улыбнулась, когда он взял ее палец в крохотную ладошку. — Мы справимся вместе. Ты же поможешь мне, Дай? — и малыш агукнул, выпустив из рта сосок. Тетсуя думала, что у нее самый лучший сын на свете. Будущий мужчина. Стук в дверь. — Тетсу!.. О-ой… — Аомине как зашел, так и вышел, увидев процесс кормления. Шестая лишь хмыкнула и оделась, осторожно вставая с койки. — Всё хорошо. Проходите. Хирамичи уже заходил с утра. Старик так расчувствовался. Куроко с нежностью вспоминала, как он держал на руках внука. Сейчас он искал ей новую квартиру. — Как ты себя чувствуешь, Куро-чин? — Мураскибара положил на тумбочку фрукты. — Лучше всех, — она так лучезарно улыбнулась, что остальные не смогли не улыбнуться в ответ. — Как там Дай-чи? — Кисе нетерпеливо попросил подержать ребеночка. — Он так похож на тебя, — прошептал Мидорима. Они столпились вокруг Рёты. Даичи переводил взгляды с одного взрослого на другого. Столько новых лиц! — Такой спокойный, — заметила Акина, когда мальчик схватил ее за палец. — Не плачет. — Неудивительно, — повернулся к ней Аомине. — Тетсу всегда была эталоном спокойствия. Видела бы ты ее в средней школе! Да и Акаши тоже. — Не совсем так, — проговорила Куроко. — Просто Сейджи очень хорошо скрывает свои чувства, — она перевела взгляд на сына. — Я думаю, он будет похож на него. — Он совсем не похож на Ака-чина, — как бы невзначай сказал Атсуши. — Это только пока, — голубоглазая с нежностью погладила Даичи по голове. — Он возьмет от него всё самое лучше. Ведь его папа абсолютный. Все посмеялись, но парни почувствовали укол вины. Должны ли они рассказать ей обо всем? Вчера она была слишком уставшей после родов, а сегодня у нее слишком хорошее настроение. — Можете не переживать, — Тетсуя забрала засыпающего сыночка из рук блондина и уложила в постельку. — Я всё знаю. — Что? — Шинтаро неверяще на нее посмотрел. — Как? — она усмехнулась, значит, не ошиблась, они думают об одном и том же. Убедившись, что малышу комфортно и он уже уснул, девушка подошла к окну, спиной ко всем, обнимая себя за плечи. — Я звонила ему пару часов назад. Flashback — Алло? Сейджи? — она очень переживала, что не поздравила его. Всё так быстро произошло. — Тетсуя? — его голос был еле слышен на фоне музыки. Постепенно этот звук стал удаляться всё дальше, свидетельствуя о том, что он ушел в другое помещение или на улицу. — Вспомнила обо мне? — она представила, как Акаши выгнул бровь, при этом немного хмурясь. И была уверена, что так оно и есть. — Я никогда о тебе не забывала, — и это была чертова правда. В те мучительные часы Куроко мечтала только об одном: чтобы он был рядом и держал ее за руку. — С трудом верится. Уже 10 часов вечера, а я даже не удосужился звонка от моей девушки в мой день рождения, — несмотря на слова, в его голосе не было слышно сильной обиды. Скорее обвинительный тон. Голубоволосая зажмурила глаза. Она хотела ему рассказать, пусть даже по телефону. У него родился сын! — Я… — Не важно, — Сейджуро не услышал ее попытку. — Тетсуя. Мне кажется, что нам нужно сделать паузу в отношениях. Это прозвучало как приговор. — Считаешь? — она поджала нижнюю губу. — Да, — он говорил тихо, ему тоже тяжело, она чувствовала это. — Я-я должен разобраться в себе. Прости, но я… тебе изменил. Она долго не могла вымолвить и слова, красноволосый терпеливо ждал. — Я догадывалась, — ее голос дрогнул, но не более. — Честно говоря, я рассчитывала, что ты выдержишь без секса, пока не приедешь в Японию. — Я тоже, — горечь ощущалось в каждом их слове. — Ты, — она закусила губу. — Нашел себе другую? — он судорожно выдохнул и молчал некоторое время. — Да. Она кивнула самой себе, позволяя одной слезе скатиться, но тут же стерла ее. — Ты, — снова начала, думая, что не хочет этого знать. — Больше не любишь? Тетсуя заломила пальцы в ожидании. — Для тебя ничего не значат 6 лет вместе? — продолжала добиваться ответа, медленно начиная злиться. — Я для тебя тоже уже ничего не значу? Не могу поверить, что ты не продержался и полугода, — девушка часто дышала. — Ответь уже, если любил меня когда-то. — Я всегда тебя любил, — настойчиво сказал он. — И наши отношения значат для меня гораздо больше, чем ты можешь себе представить. Не надо выставлять меня аморальным уродом. — Тогда почему? — она не кричала. Она тихо спросила, но от этого тона у него прошлись мурашки по коже. Он знает этот ее тон. — Я не знаю! — яростно крикнул, переводя дыхание. — Почему, по-твоему, я прошу у тебя паузу? Если бы мне было наплевать, я бы просто бросил тебя, не пытаясь объясниться. — А ты, оказывается, такой заботливый, Акаши, — он вздрогнул. Куроко больше не назовет его по имени. Так, как зовет только она. — Не нужно мне врать. Я знаю тебя гораздо больше, чем ты думаешь, — она всхлипнула. — Ты больше не мой Сейджи. — Я всё тот же Ака… — Нет, — Тетсу покачала головой. — Не смей. Так сказал он, перед тем, как растоптать меня, — Сейджуро скривился. — Я буду помнить тебя таким, каким ты был до отъезда. Считай, что тогда же мы и расстались. — Да как ты… — Я оставлю ключи у твоих родителей. Акаши беспомощно привалился к стене в туалете. — Значит всё? — безразлично выдал он. Куроко грустно улыбнулась. — Это был твой выбор, а не мой. — Я знаю. Но ты можешь жить в моей квартире. — Не стоит. Мы справимся сами, — она бросила трубку. Акаши же задумчиво смотрел на ее фото на экране телефона. «Мы?» End of flashback. — Куроко… Они не знали, что и говорить. Просто не укладывалось в голове. Для всех Акаши и Куроко всегда были примером настоящей пары. — Я плакала, — проговорила она, повернулась и успокаивающе улыбнулась. — Но потом увидела, как Даичи тянул ко мне руки. И поняла, что не имею права раскисать. — Тетсу… — Да, мне больно, — не стала противиться. — Очень больно. Хочется напиться и забыться. Но я не могу, — легко пожала плечами. — Куроко-чи… — Я чувствую, что это больше не Сейджи, — Тетсуя опустила голову. — Это не Император снова взялся за старое. Хоть после игры против Джаббервок он исчез, я не отрицала, как вариант, его повторное появление. Этот парень по телевизору… это не наш Акаши Сейджуро. То ли слава, то ли вечеринки, то ли девушка так повлияли. Мне кажется… он забыл, почему мы играем в баскетбол. Он забыл наш баскетбол. — Куро-чин… — Дядя уже ищет мне новую квартиру. Нет, я не уйду в запой, и нет, в загул тоже. Поимел меня один и свалил. Больше мне не надо. Зато такое сокровище оставил, — голубоволосая расслабленно выдохнула. — Куроко… — Наверно, я не та, кто ему нужен, — горько проговорила. — Но я всё равно буду помнить его старого. Будто не было этих месяцев. Чувствую себя героиней сопливого романа, — она усмехнулась. — Меня бросили, а я, как все глупые малолетки, продолжаю его любить. Забавно, не правда ли? — Совсем не весело, — Рёта подошел и крепко обнял подругу. — Но проиграть было бы еще грустней, да? — он хотел забрать себе ее страдания, чтобы облегчить эту ношу. Помочь, как она делала это в свое время. Куроко судорожно взялась за его кофту на спине, уткнувшись ему в плечо. — Да, — пока Тетсуя лила слезы, прощаясь со своей первой любовью, остальные охраняли сон ее победы, мысленно поддерживая подругу. Через два дня Хирамичи нашел отличную квартирку, рядом также парк, продуктовый и аптека. Двухкомнатная, не в центре города, район спокойный. Идеально. Правда, девушка долго ругала дядюшку, что он купил квартиру, а не взял в аренду. И пообещала, что обязательно вернет, как встанет на ноги, а произойдет это очень не скоро. Тот лишь покивал, улыбаясь. У него есть возможность, а племянница не должна так стремительно врываться во взрослую жизнь. Он всегда подстрахует ее. Особенно сейчас, когда ее моральные силы так малы. Квартира очень даже обжита, мебель и техника есть, сколько же она стоит? Куроко качала головой, чувствуя огромный долг перед дядей. Сразу же она начала переезд. Собрали все ее вещи очень быстро, вшестером то. Прибрались, будто никого и не было здесь всё это время. Потом она еще долго решала, куда поставить кроватку сыночка. Но время шло, и пришлось идти к родителям Акаши. Это был канун Рождества. Она решила испечь торт в качестве подарка. И вот, оставив Даичи с Акиной на пару часиков, стояла перед дверьми отчего дома своего возлюбленного. Тетсуя устало выдохнула. Она задала себе такой бешеный темп с этим переездом и обживкой квартиры, чтобы реже вспоминать о плохом. Но всё сказывалось на ее состоянии. Она даже похудела, хоть и старается хорошо питаться, чтобы было молоко. Дверь открыла Шиори и радостно воскликнула. — Тетсуя! Неужели это ты! Заходи скорее! — после событий в средней школе родители Акаши изменились, это точно. Они стали похожи больше на обычную семью, а не аристократов. Но хватка у них та же, этого не изменить. Через 5 минут все уже сидели в гостиной и пили чай с тортом. Они похвалили кулинарные умения девушки и стали расспрашивать о жизни. Куроко отвечала честно, кое-где недоговаривала, а где прямо врала. Говорить о ребенке нельзя, не то узнает отец. В свою очередь голубоглазая интересовалась их делами. Но долго тянуть было нельзя, она не хотела оставлять Даичи так долго. Шиори очень вовремя спросила. — Ты давно разговаривала с Сейджуро? Это обормот совсем не звонит матери! — шутливо пожурила она сына, потягивая чай. Улыбка Куроко начала сходить, и она отставила кружку, серьезно взглянув на мужа и жену. Те сразу поняли, что что-то не так. — Масаоми-сан, Шиори-сан, — Тетсуя потерла виски и выпрямилась. — Я как раз хотела вам сообщить, что… мы расстались. — Что? — голос женщины повысился, она взялась за сердце. Она не могла в это поверить! Муж успокаивающе положил руку ей на плечо, а Куроко в это время думала, что Масаоми — хороший и заботливый муж. — Что случилось? — он мягко взглянул на девушку впереди, но стальные нотки всё же чувствовались в его голосе. Тетсу подумала и решила, что в этом нет ничего такого и сам Сейджуро точно не стал бы так низко опускаться, начиная врать о причине разрыва. Тем более, если сам стал инициатором. — Он изменил, — вполне легко ответила она. От этого Шиори теперь даже рот прикрыла в ужасе. — Недавно позвонил с просьбой расстаться. Я не могла его держать. Девушка видела, что ввела их в глубокий шок. — Поэтому я принесла вам ключи от его квартиры, — достала из сумки связку. — Я больше не хочу там жить. Простите. — Тебе не за что извинятся, — покачал головой глава семьи. — Это мы просим прощения за своего сына. — Что вы, — поспешила остановить его Куроко. — Вы здесь не при чем. Это только наше с ним дело. Простите, но мне нужно идти, — она встала и поклонилась. Те не стали ее отговаривать. После ее ухода они еще долго сидели и думали. — Масаоми… — Да, — выдохнул мужчина. — Ещё не поздно позвонить ему и поговорить. — Но… — Понимаю, — кивнул он. — Да, это его решение. Но лучше услышать это от него. — Ты прав, — поджала губы жена. — И… — Не говорить, что мы виделись с Тетсуей. Я знаю. Женщина не удержалась от смешка. Понимание наивысшего уровня.