Брать так банк, любить так королеву

Утром я, как только проснулся, встал с кровати и у окна ждал возвращения Рейши. Я видел, как подъехал ее синенький шевроле, она в гражданском вышла и сразу направилась к входу. На удивление на ней было темно бардовое платье с прямой юбкой, а сверху строгий черный пиджак, на голове идеальная укладка и она заменила очки на линзы. — Доброе утро, Микото! — Она смотрела на меня с улыбкой. Может, мне и не поверят, но Мунаката Рейши умеет улыбаться, при чем, искренне. — Ты уже готов? Я стоял в своей привычной одежде, кожанка лежала на заправленной постели. — Доброе, Рей. Да, тебя жду. — Я подошел к ней и обвил руками ее талию. — Тебе идет красный. — Спасибо, а ты хоть иногда меняешься? — Нет, зачем? — Действительно. Я с врачом уже поговорила, поехали? Я киваю и украдкой краду свой законный поцелуй. Проходя коридорами больницы ловлю на себе взгляды персонала, все помнят, как пару дней назад меня доставили в виде пережаренного стейка и не могут понять, как я могу так просто уйти. Муна отвезла меня к себе, по дороге я сообщил Кусанаги, что меня забрали из больницы, и теперь обо мне будет заботиться Мунаката. Я быстро шел на поправку и через три дня все следы ожогов исчезли. Муня все дни пропадала на работе, а когда приходила домой ни на минуту не оставляла меня без внимания. Готовила самую экзотическую пищу, хотела меня порадовать. По ночам грелась у меня под боком, близилась зима и вечно холодные руки Мунакаты становились совсем ледяными. Иногда я посещал бар, предаваясь теплому уютному настроению там, полным ходом шла подготовка ко дню рождения Анны. Иногда гулял с малышкой. В одни из таких дней, вернувшись домой, я обнаружил Рейши в душе и, скинув кожанку и футболку хотел присоединиться к ней. Шуршание душа прекратилось, а я так и остался стоять в джинсах. Мунаката вышла в одном полотенце, и серьезно посмотрев на меня сказала: — Надо поговорить. — Что это за, черт возьми, холодное «надо поговорить», ни добрый вечер, ни подойти обнять? Я решил сам проявить инициативу, но подходя к Рей, заметил, как она отступает назад, пока не уперлась в стену. Хотел было поймать ее лицо и поцеловать, но Муна лишь отмахнулась. Меня все это дико раздражало, я закурил, левой рукой уперся в стену, правой, согнув в локте, уперся с другой стороны Муны и наклонился к самому ее ушку. — Рейши, что происходит? — Она не смотрела на меня, левой рукой придерживала полотенце на груди и только правую, немного сжав, положила мне на сердце. Что могло случиться за день, что бы она так ко мне охладела, всегда первым делом бросалась ко мне на шею и только потом спрашивала, как прошел день. Ее день сегодня, видимо, не сложился, это что, пмс или я ей наскучил? Второе казалось бредом, я не помнил такой холодной, даже ледяной Мунакаты, настоящая Снежная Королева. Как же мне убрать это ненужное «С»? — Микото… — Как-то надломлено, без обычного воодушевления произнесла Рей. — Можно я оденусь, и мы серьезно поговорим? — С каких пор ты начала меня стесняться? — Вот уж одеться я ей точно не дам, она нацепит свой форменный мундир и станет уверенней, чувствую если ей позволю хоть шаг сейчас сделать, то она меня просто выставит отсюда и в следующий раз мы будем выплескивать нашу страсть на поле боя, разрушая полгорода. — Я не стесняюсь, мне холодно. — Отрезала Синий Король. Я приобнял ее за талию левой рукой, прижимая к себе, и окутал нас огненной аурой. Рейши пыталась меня оттолкнуть, но поняла, что это закончится, только если она призовет меч, моя сила при мне, а ей для использования нужна сабля, которая в спальне, как и вся одежда. — Ты не ответила на мой вопрос. — Мы так и будем разговаривать? — Стояла на своем Муна, понимая не выгодность своего положения. — Да, тебя что-то не устраивает? — Рей только вздохнула на мои слова. Повисла пауза, я чувствовал дрожь тела в своих руках, видимо она собиралась с духом, я все это время курил. — Хочешь? — Я предложил ей сигарету. — Хочу. — Как раньше? — Недвусмысленно намекая на наше курение пополам с поцелуями, спросил я. — Нет, если можно просто сигарету. — Я достал пачку, она вытащила одну и я, щелкнув пальцами, поджог ее. После пары затяжек Мунаката собралась с духом и уверенным голосом проговорила: — Нам надо расстаться. — Что? Мне послышалось? — Повтори. — Мы не можем быть вместе, а теперь отпусти меня. — Черта с два я ее отпущу! — Это еще, почему мы не можем быть вместе? Нам было хорошо, что сегодня случилось. — Было, а теперь не можем, просто прими это. — Рейши смотрела на меня снизу вверх. Почему-то мне казалось, что если я сейчас уйду, она расплачется. — Не понимаю. — Я больше ничего не могу сказать. — Мы так и стояли, она упиралась в меня одной рукой, я придерживал ее за поясницу, в другой у каждого было по сигарете. — Я уверен, что это не так. Что тебя натолкнуло на этот бред? — Надо признать, Мунаката была профессиональным полицейским, и слова не вытянешь. — Это не бред, Микото! — Она повысила голос, но я уловил в нем дрожь. Ну хоть какие-то эмоции. — Тогда что это? — Я чувствовал, что за всем этим стоит что-то важное, весомое, что заставило Рейши принять такое сложное для нее решение. Но я не могу отступить и потерять свою синюю птицу счастья. — Это правда, мы поспешно решили, что все можем, мы же Короли… Но мы не учли одного, Короли всегда одиноки и не имеют права на личное счастье. — Значит дело в этом… — Кто тебе это сказал? — Я должен был докопаться до истины, что стоит за этим решением. Мунаката молчала, подтверждая мои слова, что это не ее идея. — Ну, я жду… — Дайкаку… — Вот этого я точно не ожидал, что бы Золотой Король полез в наши отношения, с чего бы? — Ему-то какое дело? В конце концов, мы не делим территорию, не рушим здания, что не так? — Он не знает, что может произойти, если мы и дальше останемся вместе. Не изучен еще резонанс сил. Да и если мы привяжемся друг к другу, то не сможем убить, если меч одного из нас начнет падать… Я молчал, ожидая завершения монолога и подготавливая едкие ремарки. — Микото, это опасно, как ты не понимаешь? — Продолжила Муна. — Золотой Король всегда обо мне заботился, и у меня нет причин ему не доверять. Если он говорит, что наши отношения могут быть опасны для Японии, то я не могу это проигнорировать. Пусть уж лучше будем страдать мы, чем погибнут люди… Какие крайности, почему все не может быть хорошо? Она готова стать жертвенницей, лишь бы следовать своему долгу. Думает, что так будет лучше? А она подумала обо мне? Пострадаю и перестану, так что ли? А если моя сила выйдет из-под контроля, и я не захочу звонить Мунакате? Разрушу к чертям пол Токио, кому от этого будет лучше? Неужели лучше избавить себя от эфемерного страха перед нестабильностью силы и при этом своими руками толкнуть меня в пожирающую бездну силы? Тут даже Татара помочь не сможет и мой меч на небе не провисит и года, а еще учитывая его нынешнее состояние, если я сейчас отсюда уйду, то через месяц Мунаката лично вонзит свою саблю мне в сердце, аккурат туда, где сейчас ее рука. Неужели она этого хочет? Или просто не понимает? Она сильная, я знаю, она переживет, вот только сможет ли она пережить мою смерть? — Я с ним поговорю завтра. — Только и сказал я, опуская губы на ее шею. Запах геля для душа и оттенок духов, вдыхаю аромат и целую разгоряченную шею. — Что? Ты меня вообще слышишь? Прекрати, Микото! — Она снова толкается. Я набираю побольше дыма в легкие и выдыхаю в рот Рейши, она замирает, а после дает притронуться к своим губам. Решено, я ее сегодня не оставлю, пусть хоть кричит, хоть даже бьет. Если мне так нужно добиться ее руки у «папочки» Дайкаку, то у меня нет другого выхода. — Рейши, — выдыхаю я, оторвавшись от манящих губ. — Я тебя люблю и мне нет дела, до того что говорит Золотой Король. Я его уважаю, но он многое не учел, и говорить надо было с нами обоими. — Он тебе скажет то же самое, что и мне. — Скажи, а ты сама хочешь расстаться? — Нет, что ты такое говоришь! Я, наконец, нашла мужчину, который может понять весь груз давящей силы, может быть со мной на равных, которого я полюбила всем сердцем и по собственному желанию я от этого не откажусь! Но… я не могу ставить свои желания превыше долга… — Тогда успокойся, я буду рядом. — Я поцеловал ее красные губки. — Но… — Завтра, я схожу на аудиенцию к Золотому и поговорю с ним, не сомневайся, он изменит свое решение. — Я пойду с тобой. — Рейши обнимала меня, обе сигареты мы уже выкурили, разговор вышел долгим и тяжелым. — Нет. Я пойду один, можешь не волноваться, я не стану на него нападать. Просто поговорим. — Почему? — Не спрашивай. Так надо. — А если он тебя убедит? — Тогда мы уедем, туда, где не будем чувствовать силы сланца. Пойми, я не хочу тебя терять. Синий клан долго существовал без Короля, а без Красного Короля городу будет только лучше… — Микото… — Поцелуй. — Я не заставляю тебя выбирать между мной и долгом, пока не поговорю с Золотым это лишнее. — Мне не надо думать, я поеду с тобой! — Я улыбнулся. Мунаката успокоилась и даже расслабилась. Я недолго думая, подхватил ее на руки и понес в спальню снимать стресс. Как только уложил ее на кровать, она поднялась, и направилась было к шкафу, но я поймал ее руку и потянул на себя, вместе упали на кровать, Муня сверху. Я целовал ее жадно, словно давно не виделись, она мне ответит за этот комок нервов, накопившийся за время разговора. Полотенце легким движением руки отправилось на люстру, и я рассматривал прекрасное белое тело своей теперь уже нежной королевы. Рейши оглаживала мой торс, я, слегка касаясь подушечками пальцев, проводил по ее чувствительным местам, от чего слышались приглушенные стоны. Когда мы позже лежали и курили своим нелепым способом, Рейши жалась ко мне. Я просто не могу ее оставить, она же замерзнет без меня. — Микото… — Ты становишься плохой девочкой рядом со мной: куришь, не слушаешься Дайкаку… Рейши засмеялась: — А ты хорошим мальчиком, сколько ты уже никого не сжигал? — Ха, если я лежу рядом с тобой, то это не значит, что мой клан бездействует. — Что? — Рейши приподнялась и посмотрела на меня. — Твой клан? — Я не особо участвую в их жизни, просто даю силу и защиту. — Вот как, а мои строго подчиняются приказам. Я улыбнулся и потянул Рей на себя. Заурчал живот, однозначно могу сказать, что не мой. — Прости… Пойдем кушать? — Пойдем. Несмотря на мои протесты Муня оделась и ушла готовить ужин, я поплелся следом. Вся нервозность исчезла, будь то, и не было этого разговора, мы разговаривали на повседневные темы, хотя я, конечно, слушал. — Не знаешь, что бы можно подарить Анне? — На рождество? Ты так заранее покупаешь подарки? — Нет, у нее скоро день рождения. — Даже не знаю, надо подумать. — Муна навалилась на мою спину, обнимая за шею. Так хорошо и спокойно только с ней, даже сила спит под кожей. Я настолько потонул в блаженных ощущениях, что уже не слышал Рей. — Эй, Микото, не спи. — Она дунула мне в ухо, заставляя трясти своей красной гривой. — Может туалетный столик, она же маленькая леди? — Это как у тебя? — Ну да. — Поможешь мне выбрать? — Когда праздник? — Послезавтра. — Тогда завтра же и пойдем. — Муна сервировала стол. После ужина я сразу уснул у Рей на руках, сказывалось отсутствие дневного сна.