Брать так банк, любить так королеву

Как только Муна ушла, я провалился в сон и планировал оставаться там до ужина, ибо еда тут, мягко говоря, не очень. А Рей придет, только когда закончится рабочий день. Но и в этом есть свои плюсы, я могу компенсировать все часы недоспанные ночью. Моя уникальная способность это спать где угодно и сколько угодно. Наверное, в прошлой жизни я был котом. Несмотря на ожоги, спал я довольно спокойно, слышал, как заходил врач, медсестра делала укол, на перевязку меня разбудили, но я умудрился задремать и сидя. — Чем же Вы ночью занимались? — Хохотнула девушка в коротком белом халатике. Надо будет на Рейши нацепить что-то подобное. — Я могу спать по восемнадцать часов в сутки. Лицо девушки приняло скучающее выражение лица, видимо, ожидала пикантных откровений, а я лишь сонный кошак. Я спал спокойно, но чутко, поэтому, когда дверь в очередной раз скрипнула, я решил притвориться спящим. Может, уйдут? Почти невесомые шаги приблизились к койке. Рука осторожно погладила по волосам. Либо это бессмертный человек, либо Рейши. Я приоткрыл сначала один глаз, нашел раздражитель и только когда убедился, что это Муня открыл второй. — Доброе утро, ты все это время спал? — Оставила поцелуй на виске. — Доброе, я рад тебя видеть. Да. Уже вечер? — Солнце еще светило ярко, но Рейши уже пришла… Зашуршали пакеты, открываемые Муной. — Нет, я просто приехала пообедать с тобой. — Значит, она даже спокойно работать не может. Боится, что я сбегу или переживает? — Извини, самой готовить времени не было… — Ничего, в другой раз. — Да, если хочешь, я вечером заеду домой и что-нибудь приготовлю. Все, что захочешь. — Не надо, лучше скорее приезжай. А ночью домой поедешь. — Нет, я хочу остаться с тобой. — В голосе была слышна упёртость. — Тебе надо выспаться и привести себя в порядок. — Я могу заехать туда утром. — Ты хочешь, что бы я тебя выгнал? — Не-не-ет… — Прошептала Муня. — Мне приятна твоя забота, но тут ты даже отдохнуть нормально не можешь. Рейши, я тебя очень люблю, но не хочу быть обузой. — Я вытянул руку, она, помедлив, взялась за нее. — Я поняла. — Вот и хорошо. Что у нас на обед? — О, я выбрала лазанью, не знаю, ты любишь? — У меня нет предпочтений в еде. — Микото! — Она потрепала меня по обгорелым иголкам волос. — Приступим к трапезе? Сесть сможешь? Мне удалось боле-мене усесться на кровати, не без помощи Муны. Она села на стуле напротив меня, отломила кусочек лазаньи и, аккуратно подув, поднесла его к моему рту. — Я же не маленький. — Ну же, Микото, не хмурься, открой ротик. — Рей… — Договорить мне не дали, заткнув рот едой, надо отметить довольно вкусной. — Давай, открывай рот! Летит самолетик! — Рейши, заведи себе ребенка и его корми с ложечки! — Я отбился от атаки вилкой, и даже смог перехватить инструмент моего унижения. — Я не против. — Совершенно серьезно сказала Муна. — А теперь отдай вилку. — Я так опешил, что ей не составило труда забрать прибор и отправить пару порций мне в рот. — Хватит, зачем ты это делаешь? — Я тебя кормлю, это же мило. — Хорошо, зачем ты сюсюкаешь со мной как с ребенком? — Не знаю, ты в больнице и я хочу о тебе позаботиться. — Давай, если тебе так нравиться, я тебя покормлю. — Давай. Рейши не сопротивлялась и послушно открывала ротик. На щеке осталась капля соуса, я взял салфетку и, свернув уголком, стер напоминание о лазанье с прекрасного лица Муны. Видимо, она увидела в этом что-то романтичное, поэтому, когда я убрал белый накрахмаленный кусочек ткани, она впилась мне в губы. — Прости, с тобой я забываюсь… — Прошептала она. — Мне нравиться… — Мой обед заканчивается… — И Рейши должна снова стать строгим капитаном Скипетра 4. — Закончил я за нее. Она кивнула. На прощание помогла мне устроиться на кровати и, оставив после себя невесомое воспоминание поцелуя на губах и тонкий аромат духов, вернулась ловить преступников и перебирать бумаги. Я же, как и положено сытому коту, завалился на бок поспать, в надежде, что мой сон никто не потревожит. Снилась мне сила: золотой лев с огненной гривой удовлетворенно облизывался, закусив Бесцветным Королем. Я подошел ко льву и потрепал гриву. — Спасибо, что защитил Рейши. — Лев в ответ рыкнул, как бы показывая свое одобрение Рей. А после, взглянув на меня, виновато опустил голову. — Ерунда, не бери в голову, ожоги быстро проходят. На этот раз рык был подавленным с нотками извинения. Я уселся рядом со зверем, он встал и перешел мне за спину, лапой одернул мою белую футболку. — Что ты хочешь? — Спросил я, обернувшись к нему. Жест повторился, видимо, если я ее не сниму, он разорвет ее в клочья. Я подчинился, лев одобрительно рыкнул и, высунув шершавый язык, начал лизать раны. Было немного больно, влажно, но после каждого движения спине становилось легче. Закончив, лишь одному ему ведомо когда, он улегся у меня за спиной, предлагая прилечь. Я так и сделал. Вскоре я задремал даже во сне. Нас сложно было назвать друзьями или партнерами, мы просто жили в одном теле и старались не причинять друг другу неудобств. Проснулся я от излишне пристального взгляда. Вздохнул, прежде чем открыть глаза и повернулся к гостю. — Король! Ты проснулся! — Жизнерадостным голосом промурлыкал Татара. — Давно ты тут? — Умм… — Тоцука задумался. — Примерно час. — Почему не разбудил? — Зачем? Я, как верный вассал стерегу твой сон! — Солнце Хомры засмеялось. Даже мои губы тронула улыбка. — Вот, это тебе ребята передали. — Он протянул пакет. — Тебя тут нормально кормят? — Об этом Мунаката позаботилась. — О, Синий Король приказала готовить тебе отдельно? — Губы миротворца, как всегда были растянуты в улыбке. Он вполне мог посоперничать с Чеширским Котом за первенство самого улыбчивого. — Нет, просто она заказывает еду в ресторане и делает вид, что это все для нее. Тоцука засмеялся. — А еще Анна передала рисунок. Она очень хотела пойти со мной, но Изумо сказал в другой раз. — На картинке стояли два Короля: я и Рейши, держались за руки. На мне была красная мантия, на Мунакате синее платье, обе головы венчали короны соответствующих цветов. — Красиво, покажу Рейши, когда придет. — Она часто бывает у тебя? — Вчера весь день просидела, ушла только утром, приезжала на обед и после работы тоже должна приехать. — Король, я так рад, что ты теперь не одинок! — Татара просто сиял. — Я и не был одинок, у меня всегда были вы. — Это другое. Я очень хотел, что бы ты себе нашел человека, который тебя бы понял. — Ты лучше себе кого-нибудь найди. — Я с улыбкой смотрел на друга. — Ох, Король, ты же знаешь, как это сложно. — Мы оба засмеялись, Татара — звонко, в голос, я — в душе, но мой верный вассал все заметил. После некоторой паузы: — А помнишь, как вы с Изумо приходили ко мне в больницу? — Да, тебя тогда неслабо избили. — Тебя сейчас тоже потрепало. Мы еще некоторое время разговаривали, пока не пришли врач с медсестрой. Тоцука продолжал сидеть рядом, палата была на особом обеспечении, поэтому тут не было ограничения посещения, Мунаката постаралась. Татара внимательно следил за тем, как снимали бинты. Врач расспрашивал о самочувствии и делал пометки в карте. Медсестра ахнула, тем самым привлекая внимание врача к моей спине. Я взглянул на Татару, он в ответ пожал плечами, мол «ничего необычного». — Что-то не так? — Пауза неприятно затянулась. — Ваши ожоги… — Бесцветным голосом произнесла сестра. — Они почти прошли… — Закончил за нее врач. — Такие травмы от пожаров проходят обычно за недели, а то и месяцы. — Еще утром спина была такой, как когда Вас доставили. — Что за чертовщина?! — Медперсонал был напуган. Татара откровенно смеялся. Я ничего не отвечал. — Думаю, можно не обрабатывать и бинты не накладывать… — Да… я зайду позже, когда приедет Мунаката-сан. — Заходите. — Отозвался Татара. И когда дверь за врачом закрылась: — Король? — Сила начала действовать. Ты же тоже ее чувствуешь? — Угу. Я посижу с тобой, пока Синий Король не вернется? — Как хочешь. Тогда расскажи, как дела в баре? — Все как обычно, Кусанаги-сан получил партию отменного алкоголя, обещал угостить, когда тебя выпишут, Ята-кун разучил новые трюки, Анна постоянно смотрит в свои шарики и ждет твоего возвращения… — Татара заботливо, с любовью перечислил всех и каждого, но ничего не сказал о себе, то ли из скоромности, то ли не привык о себе рассказывать. — А ты? — А что я? — Тоцука немного удивился, но с легкостью продолжил. — Скоро у Анны день рождения, я хотел написать песню, о всех нас, о ней. Думаю, пора начинать готовиться! Тебя же уже выпишут к тому времени? — Думаю, это случиться раньше, чем они планировали. Придумай для нее что-нибудь особенное, она это заслуживает. — Может большой-пребольшой торт? — Не знаю. — А подарок? Я только слабо улыбнулся, когда Тоцука чем-то увлекается, его сложно остановить. Он так и фонтанировал идеями, одна за другой, делал пометки, и мое присутствие было необязательным. Я уснул пор воодушевленный щебет Татары. — Микото, ты как всегда спишь! Ничего, что у тебя гость? — Рейши меня разбудила. Я перевел взгляд на Татару, все еще сидящего рядом. — Мунаката-сан, все в порядке, я бы скорее беспокоился, если бы Король не уснул. — Значит, ты всегда такой. — Я всегда много сплю. — Это сложно не заметить. — Ну же, не ссорьтесь, а я, пожалуй, пойду. Обещал Анну сегодня к себе забрать, не хорошо заставлять леди ждать. — Спасибо, что пришли, Тоцука-сан. — Можете звать меня просто Татара, Мунаката-сан. — Хорошо, тогда тоже зовите меня Рейши. Татара улыбнулся и на всех порах помчался в бар. — Ну, что у тебя новенького? — Жизнерадостно спросила Рей после приветственного поцелуя. — Хочется курить, спать, есть, а еще мои ожоги почти прошли. — Как это прошли? — Не веря своим ушам, переспросила Рейши. — Сама посмотри. — Она откинула одеяло, которым все это время был прикрыт я, и удивилась отсутствию бинтов и новой розовой кожице, на месте черных ожогов. — Это?.. — Сила, она восстановилась. — Микото, это же замечательно! Значит, тебя скоро выпишут! — Муна укрыла меня и принялась подготавливать наш ужин. — Врач остался в шоке. — Не удивительно, я со всем разберусь. — Из пакетов доносился приятный аромат — Он обещал зайти, когда ты приедешь. — Может, успеем покушать? — А покурить? — Муня улыбнулась. Меня усадили на кровати, она привезла маленький столик-поднос и, усевшись рядом, открыла контейнеры с очередной вкуснятиной. Я только молился, что бы мой живот не выдал свое желание. — Очень вкусно. — Отбивные с овощами, вкус оказался знакомым. — Ты сама их приготовила? — Да, думала, не догадаешься. — Твоя еда в разы вкуснее. Трапеза прошла спокойно, но покурить мы не успели, пришел врач. Муна внимательно его выслушала и вынесла вердикт: «Если Микото уже поправился, я забираю его домой». Возражений не поступило и выписку назначили на завтра. После мы курили, мне позволили стоять у окна и на этот раз я выпускал дым в рот Рейши. Муна рассказала, как прошел день, сколько работы накопилось и, выслушав весь рассказ, я отправил ее домой. Расставаться не хотелось, но нужен был отдых. Она пообещала приехать утром и перевезти меня к себе домой на дальнейшее лечение.