The end.

Выстрел. Мимо. Еще один. Еле уворачиваюсь. Неужели ему не жалко автомобили на выставке? Майкрофт бы точно забрал себе парочку… И снова выстрел. Не могу удержаться и стреляю в ответ. Чей-то вскрик. Попадание в цель! Никогда не сомневался в том, что гении гениальны во всем. Еще один крик. Теперь уже другой. «Джон!!» Я выбегаю из-за машины и мчусь в сторону своего друга. - Джон?.. Эй, ты как? – подбегаю, немного запыхавшись. Держится за живот. «Болван!» Пытается показать, что все нормально, но от меня-то ничего не утаишь. - Черт, Джон, совсем сдурел? А если… - я осматриваю рану. Не если. Пуля задела жизненно важный орган. – Джон! У тебя мозг еще крошечней, чем я себе представлял! - Сам такой… - он улыбается с последних сил. – Может, скорую уже… вызовешь? - Ее и звать не надо, - бурчу я, увидев, как к нам приближаются люди в белых халатах с носилками. Быстро они… - Что, совсем ужасно, да? – сипит тот, глядя на врача, пытающегося его перевязать. «Они с ума сошли, подсылать ему какого-то новичка? Джону надо профессионала, а не «зеленого»!» Я психую. Да-да, куда делось мое хладнокровие?.. - А что, в «скорой» нормальных врачей не осталось? – спрашиваю, пронзив «зеленого» насквозь. «Работа не нравится, учится средне. В семье еще как минимум двое младших детей. Видимо, отца нет. О, он еще и гей...». Как всегда, не подаю виду, что внутри у меня все горит от злости. Но наконец Джона кладут в машину, которая везет нас в ближайший госпиталь. Звонок. Лестрейд. - Джона везут в больницу. А у того парня был напарник, которого я п… - запинаюсь, - …не успел поймать. - Шерлок, все будет хорошо. Всех найдут, всех спасут… «Ха-ха…» - я сердито выключаю телефон. Джон без сознания. - Сколько ему осталось? – спрашиваю, заранее зная ответ. Просто чтобы убедиться. - Два дня максимум. Но он должен продержаться, он сильный. Я киваю. Так и есть. Через два дня меня все хором будут жалеть и советовать мне искать другого соседа по квартире. А мне другого не надо. Мне Джон нужен. С ним веселее. Он единственный, кто меня сравнительно хорошо понимает, и иногда даже наталкивает на нужные мысли. А все остальные идиоты... Хотя он тоже болван. И кто его просил высовываться??! Наконец машина подъезжает к высокому зданию. Рядом уже сверкают надоедливые полицейские машины, возле одной из которых подпрыгивает Лестрейд. Джона сразу определяют в реанимацию, хотя зачем?.. Он ведь и так скоро умрет. Тьфу, о чем я только думаю?! - С ним все будет хорошо, - Грег (так, кажется, его зовут?) нерешительно хлопает меня по плечу. Да как он!.. «Все хорошо… Все хорошо… Все будет хорошо!» - шепчет ветер. Один я знаю, что это не так?! Доннован и Андерсон в замешательстве переглядываются, молча спрашивая друг у друга: злорадствовать или все-таки сочувствовать? Ну и пусть подольше переглядываются. Пока мне не до них. Через два часа к нам выходит врач. - Он пока спит. Пулю вытащили, но она задела печень, и потеряно слишком много крови. Максимум полтора дня. В лучшем случае, он будет в сознании, в худшем – все это время пролежит в коме. Лестрейд посмотрел на меня. К этому времени я уже вновь надежно натянул маску безразличия. А мне и правда плевать. Правда же?.. А, ну да… вроде. Черт. - А к нему сейчас можно? – спрашивает Грег, твердо глядя на хирурга и уверенный в том, что его взгляд непробиваем (похоже, специально брал курсы у Майкрофта. Только пока ему далеко… До должности-то Британского Правительства). Тот не менее твердо смотрит на него в ответ. - Не раньше, чем через час, – Лестрейд тут же съеживается и виновато смотрит на меня. Я снова чувствую на себе сочувствующий взгляд. Глотаю комок в горле. - Перед кем ты красуешься, Шерлок? Зачем ты делаешь безучастный вид? Можешь не напрягаться. Здесь все свои, – он смотрит на меня «успокаивающе». Мне, честно, очень хочется его послать. Пожалуй, стоит увидеться с Молли. Она один раз уже хорошо поработала в роли моего психолога. Я ухмыльнулся. Я уже второй раз теряю Джона. Только в первый раз я знал, что он будет жить…