Крылатый Град

Когда сомневаешься, выбирай жизнь. Терри Пратчетт. "Вор Времени".

      Звезды ярко освещали небольшой балкончик на последнем этаже небоскреба, выхватывая из темноты чью-то тонкую фигуру. Легкий ветерок что-то нашептывал задумчивому человеку, трепал его волосы, разбрасывая черные пряди по лицу. Свет пролетающего неподалеку автоманса отразился от стеклянных панелей и осветил человека целиком.       Аструс, подняв бледное лицо к ночному небу, снова и снова проматывал в голове события минувшего вечера. Он вспоминал глаза Эрианны, которые манили последовать за собой. Он мечтал заново оказаться у того рояля и на этот раз повести себя собранно, уверенно и, конечно, он ни за что не отправился бы на зов той девушки в красном платье, если бы ему дали возможность все исправить. Ведь из-за нее, из-за этой богатой незнакомки, Аструс не мог заснуть уже несколько часов – перед ним все вставал ее образ, полный уверенности в каком-то абсурдном факте. Не заключался ли он в том, что Аструс обязательно прислушается к ее словам? Миллионы строн, поступившие на его счет, никуда не исчезли. Пару тысяч юноша ради эксперимента уже потратил. Деньги продолжили быть настоящими.       «Это абсолютно точно приманка. Если бы та девушка была правительственным агентом, то не стала бы об этом говорить. И вообще. Почему она так волновалась о безопасности? Уж не с мафией ли меня связал случай? И чего же ты хочешь, совесть? Желает, чтобы завтра в девять утра я оказался в Жаваре. Может, и так. Может, моя жизнь стоит десять миллионов строн и ни копейкой больше. В конце концов, если это действительно что-то преступное, то мне уже нечего бояться. Захотят – поймают, и тогда у меня будут проблемы. А пока что… Я ведь могу прикинуться глупым мальчишкой, который хочет как можно выгоднее продать свой проект? А если убьют… Моя жизнь не такая уж уникальная и насыщенная, чтобы сильно дорожить ею». Вдалеке послышались раскаты грома, на лицо Аструса упала дождевая капля. Ветер, совсем недавно лениво игравший темными волосами юноши, теперь уже резкими порывами бил в его лицо, холодные струи урагана поднимали плащ, желая сорвать его. Туча, наползающая на крыши небоскребов, уже скрыла звезды, и город окутала напряженная тьма. Рокот грома приближался, на горизонте уже вспыхивали молнии, покрывая черные тучи белыми трещинами. Природа хотела застать людей врасплох, настигнуть Аструса и расплатиться с ним за все людские злодеяния.       А он, прошептав «Решено!», нырнул обратно в здание, прячась от дождя и бушующей стихии.

***

      Серебристой пулей монорельс мчался к окраине города. Солнце начало вставать совсем недавно, и теперь весь левый бок длинного состава искрился ярко-оранжевым светом, бесшумно скользя над направляющими опорами. Вокруг мелькали небоскребы, которые стали более редкими и низкими – приближались бескрайние зеленые просторы, горизонт уже был гладкий, а не испещренный колкими башнями зданий.       Аструс, надвинув шляпу на лицо, съежился на сиденье. В вагоне почти никого не было – в утро рабочего дня мало кто выезжал на природу, а у низших не хватило бы денег, чтобы поехать монорельсом. Но Аструс чуял неладное всем своим существом, и поэтому крепче сжимал в одном кармане плаща электрический шокер, а в другом – кухонный нож, которым думал обороняться в случае нападения. Он позаботился и о том, чтобы каждое слово, произнесенное в радиусе пяти метров, записывалось на диктофон; а если у юноши вдруг пропадет пульс, то экран, обернутый вокруг запястья, немедленно пошлет координаты и записанный аудиофайл на почту Борда Клина.       «Я не параноик, я просто забочусь о своей жизни, - успокаивал себя Аструс, - что плохого в том, что я готов к возможному нападению? Ничего».       Юноша выглянул в окно.       И им сейчас же завладело какое-то беспокойное, необъяснимое чувство, будто он оказался на другой планете, в другом мире, который его отвергал. Небольшие кирпичные домики уступили место зеленеющим равнинам, мрак мегаполиса сменился прозрачностью чистого воздуха, а ограниченные стенами и переходами пространства превратились в одну широкую, необъятную даль, которая расстилалась вокруг города на тысячи километров. Монорельс пронзал однородную гладь земли, несся вперед, рассекая ее на две части, а она тут же срасталась вновь, словно никто и не вмешивался в ее покров.       До ушей Аструса донесся приятный женский голос из динамиков над его головой:       -Остановка Заполь.       Юноша, не отрываясь, смотрел сквозь стекло на зеленую равнину. Ее не загрязнили – надо же! – мусор и отходы сжигали в подземных печах по периметру города, а свалки признали нерациональным способом избавления от мусора.       Иногда, превращаясь в темные пятна, за окном мелькали домики, небольшие поселения. В более цивилизованных населенных пунктах останавливался монорельс, принимая пассажиров. Аструс с ухмылкой смотрел на эти домишки, достигавшие всего пару десятков этажей в высоту. Он смеялся над этой провинциальной жизнью только потому, что боялся ее как домашний кот боится лесного. На часах Аструса было восемь часов и сорок шесть минут, когда женский голос объявил:       -Остановка Жавар.       Юноша вскочил с места и спустя мгновение уже вылетел на платформу.       Сейчас же его обдало волной свежего ароматного воздуха, в глазах зарябило от ярко-зеленого цвета растительности, а сознание померкло от обилия кислорода. Вокруг не было ничего, кроме лугов и редких деревьев – никаких домов. Аструс уже хотел кинуться обратно, в вагон, но не мог двинуться с места. Ноги словно приросли к бетонной площадке. С тихим гулом монорельс унесся дальше, а юноша продолжал стоять как вкопанный.       Оборвав краткий миг паники, справа от Аструса послышался чей-то смешок.       -Я готова была поспорить на глаз, что ты явишься! – прозвучало затем.       Юноша пришел в себя, впился пальцами в рукоятку ножа и обернулся.       В паре метров от него стояла та девушка, которая вчера пригласила его сюда. Ее едва ли можно было узнать – вместо яркого красного платья на ней были холщовые брюки цвета хаки, заправленные в черные ботинки, которые отдаленно напоминали военные своей высотой, и темно-синяя майка, демонстрирующая резкие изгибы сильного тела девушки. Но это было не самым кричащим в ее облике – на левом глазу девушки красовалась треугольная черная повязка, которую теперь не скрывала длинная челка. Волнистые волосы незнакомки были собраны в хвост.       -Пойдем отсюда, Клин, - махнула рукой она в сторону ржавой лестницы с платформы.       Аструс, недоверчиво щурясь, пошел за девушкой.       -Как Вас зовут, мадам?       -Я выгляжу на «мадам»? так старо? – печально осведомилась она, прыгая по ступеням вниз.       -Нет, я не то имел в виду. – Щеки Аструса порозовели. – Но учитывая Ваш маскарад, то Вам не больше десяти лет. Как Ваше имя?       -Я Капитан Крюк. Ар-р-р-р, - и девушка зарычала как пират, щуря глаз.       Аструс состроил страдальческую гримасу и, не пытаясь даже вникнуть в смысл этого странного имени, отвел глаза от незнакомки и окинул взглядом лесок, куда она его вела. Кажется, это был парк феноменальной площади – внизу, в долине, под склоном холма, по которому они спускались, узорами раскинулись лужайки, живые изгороди, поляны с цветами и отражающие солнечный свет глади прудов. Все это создавало иллюзию того, что находишься в раю – наедине с собой, своими мыслями. И никто не отвлекает человека от наслаждения мгновениями, от сладостного пребывания в этом прекрасном уголке планеты.       Спустившись по ступеням, девушка встала на землю, приминая ярко-зеленую траву, и обернулась. Аструс позади нее стоял на последней ступеньке и недоверчиво разглядывал зеленый покров земли. Он не спешил оказаться один на один с природой.       -Я Риккарда. Можешь называть меня Рик, - сказала девушка уже более мягким голосом. – Не бойся, растительность не кусается.       Прежде, чем Аструс сумел достойно ответить на эту реплику, Риккарда потянула его за руку, и спустя секунду он уже лежал лицом в мягкой траве. Юноша онемел, словно был до смерти напуган, и стал разглядывать травинки вблизи. По одной из них полз жучок, по другой – муравей. Все выглядело весьма и весьма христоматийно, в отличие от Аструса, который звездочкой лежал на земле. Впервые в жизни он почувствовал, что имеет хоть самое слабое отношение к природе. И ему стало приятно от этого чувства.       -Поднимайся, нужно много чего обсудить. – Риккарда потянула юношу за штанину и уверенным шагом направилась к воротам в парк. – Поторопись, тут великолепные виды, Клин! Всю жизнь будешь жалеть, если пропустишь! – крикнула она через плечо, обращаясь к Аструсу.       Тот встрепенулся, медленно поднялся на ноги и поспешил догнать свою спутницу. Это оказалось делом нетрудным – Риккарда не была высокой, поэтому не могла похвастаться длинными ногами. Она шла по склону пружинистой походкой, активно что-то соображая. Судя по поведению этой девушки, у нее было слишком много планов в голове. Это было одной из причин, по которой Аструс ее побаивался. Он нагнал ее уже у самого входа, всю дорогу выдерживая дистанцию и сжимая в руке шокер.       У металлических ворот, похожих скорее на золоченые сплетающиеся ветви деревьев, Аструса и Риккарду встретили два дерева-исполина. Парк никем не охранялся, изнутри доносились пение птиц, шум воды в фонтане у входа, шелест листьев. Парк был чем-то неизведанным для Аструса – природа, подчиненная, но не уничтоженная, во всей своей красе, ухоженная и облагороженная человеком, предстала перед юношей. Он мог находиться в гармонии с ней, не причиняя ей вреда. Это никак не укладывалось в его голове.       -Пойдем, - улыбнулась Риккарда, выводя Аструса из остолбенения щелчком пальцев.       Он отстраненно поглядел на нее, стараясь скрыть свое замешательство. Пока что все шло прекрасно. Оставалось надеяться только на расположение удачи и на здравые мысли Риккарды. Они шли по тропинкам, выстланным белой кирпичной крошкой, а вокруг них смыкались яркие заросли ровно подстриженных кустарников и деревьев.       Когда они достигли небольшой лужайки с цветами, Риккарда устало вздохнула и рухнула прямо в соцветия, блаженно прикрывая глаза. Она явно пренебрегала Аструсом, а в миссии забрать у него данные видела лишнюю возможность насладиться миром. Эта девушка, похожая на одну из низших, крайне неуважительно относилась к людям. И это Аструса шокировало.       -Может, я просто отдам Вам носитель, и… - начал было он, но был прерван резким жестом Риккарды, которая сейчас же подобрала под себя ноги и села.       -Послушай, Клин, - впиваясь в его глаза взглядом, заговорила девушка, - Ты неглупый. Ты должен знать, большому количеству людей не обязательно сообщать плохие новости. Ты должен понимать, что наше государство устроено хорошо, работает слаженно, но функционирует далеко не идеально. Ты ведь знаешь, что для того, чтобы справляться с проблемами, нужен способ. Мы – тот самый способ, с помощью которого государство охраняет себя от нападений. Мы – то самое звено, что отвечает за спокойствие. Понимаешь?       -От чьих нападений? – застонал Аструс, - Риккарда, заберите, пожалуйста, проект, и не тратьте на меня так много времени. Честное слово, у меня немало дел.       Девушка, смекнувшая, что больше игра в равнодушие не пройдет, вскочила на ноги и поспешила приблизиться к Аструсу, чтобы положить руки ему на плечи. Она заговорила с азартом, со страстью, с увлечением:       -Послушай. Ты очень умен, твои приёмники – просто гениальны. Нам понадобился твой проект из-за одной ситуации… Видишь ли, с развитием нашего общества, - видно было, как Риккарда старалась выдержать деловой тон, но то и дело срывалась на экспрессивные интонации. – мы стали производить куда больше шума, который может быть замечен во Вселенной. Ты ведь и сам надеешься на то, что кроме нас в космосе кто-то есть.       Аструс, одна часть которого внимала Риккарде, а другая – скептично отмахивалась от ее слов, достал из внутреннего кармана плаща небольшую картонную коробочку. Затем он передернул плечами, освобождаясь от сжимающих его плащ пальцев Риккарды, и протянул ей этот серый предмет. Аструс, не желая сбиться и отойти от своих намерений, уткнул взгляд в ближайшую клумбу. Там, тихо жужжа, опыляла остроконечный цветок пчела, и ее крылья сливались в одно едва заметное светлое пятнышко – такого Аструс не видел в ботаническом саду, там все было иначе, бледнее, мертвее, над соцветиями не вились насекомые.       Риккарда, не раздумывая, приняла коробочку, почесала затылок и открыла ее. Внутри, прикрытый визиткой Аструса, в пластиковом чехле лежал плоский маленький шестиугольник, похожий на соту и испещренный медными проводками и контактами. Девушка, флегматично приподняв брови, осмотрела предмет. Затем достала из кармана небольшую панель, и вскоре правильный шестиугольник с информацией уже был внутри устройства.       -Что ж, - пожала плечами Риккарда, - нет - так нет. Спасибо за проект, он неплох.       Она, напоследок зацепив Аструса крючком-взглядом, направилась мимо него к выходу из парка. Юноша был поражен. Только что она говорила, что он гений, что он нужен, как вдруг… просто взяла и ушла? Что за дела? Наверное, именно такое чувство овладевает человеком, перед которым открывают двери и приглашают, умоляют зайти внутрь, а потом эти двери небрежно закрывают только из-за того, что он пару минут решил покапризничать. Конечно, после того, как возможность упущена, человек готов отдать все, лишь бы она снова ему открылась. Вот и самолюбие больно кольнуло Аструса, он развернулся и, возмущенно глядя на широкоплечую удаляющуюся Риккарду, крикнул ей:       -А Вы были уверены, что я приеду сюда?       Она остановилась и юноша готов был поспорить, что на губах ее заиграла улыбка.       Девушка обернулась и ответила:       -Разве можно отказаться от такого предложения? Вот ты и не смог. Аструс, подогреваемый желанием убедить ее в своей независимости и одновременно попасть туда, куда она совсем недавно его звала (все еще смутно представляя это загадочное место), растерялся. Он не смог придумать ничего лучше, чем подойти к девушке и виновато произнести:       -Риккарда, не могли бы Вы подробнее рассказать мне о месте Вашей работы?       -Не могла бы, - нагло ответила та, - но могу показать. Рискнете довериться пиратке?       Аструс осознавал, что стоит ответить «да», и он сейчас же совершит ошибку, по глупости своей и неожиданности несравнимую ни с чем на свете. Такие вещи делать нельзя, это абсурд, ведь нет ни одного внятного мотива последовать за этой странной девушкой. Ущемленное самолюбие? Его можно побороть, с ним можно справиться. А вот с последствиями от бездумно принятых решений справляться куда труднее, и Аструс это осознавал. Он каждой клеточкой своего тела чувствовал, что совершает ошибку, но… не принимал иного выхода из этой ситуации. Почти двадцать лет он жил с твердой землей под ногами. Не настал ли тот час, когда жизнь человека кардинально меняется, когда приходит ответственность за поступки? Не настало ли то время, когда человеку приходится выбирать, когда он взрослеет и принимает необратимые решения? Может, и пришел этот миг – прыгнуть с обрыва вниз, чтобы вознестись к облакам. «Я придаю этому слишком большое значение, - и, вспомнив сказку из детства, прибавил: - Я не Алиса, а она не кролик. Может, я просто наконец-то найду работу», - оборвал поток величественных мыслей юноша.       В этот момент Риккарда пытливо смотрела в лицо Аструса, надеясь разглядеть напряженный мускул или предательски дрогнувший уголок губ. Но он, умеющий иногда взять себя в руки, холодно и безучастно ответил:       -Один раз можно и рискнуть.       -Я не сомневалась. Пойдем, нам всего пару километров пройти сквозь парк. Ведь места так хороши, согласен? Зелень, сочный ароматный воздух, безлюдность… Сказка, а не место, Клин. Не придумали люди ничего гармоничнее натуральной природы. Знаешь, мы с тобой виделись уже три раза…       Напрасно Аструс ее не слушал, погружаясь всецело в шелест ярко-зеленых, упругих листьев и шепот деревьев. Ведь если бы он придавал словам Риккарды значение, то непременно узнал бы, что именно его подстерегает там, где заканчиваются парковые аллеи.