Братья

Меня окружала густая непроницаемая тьма. Где я? Как я тут оказался? Ах, да, кажется, я умер. Но страшно не было. Наоборот, я чувствовал странное спокойствие и умиротворение, словно так и должно быть. Словно это в порядке вещей. Но, если я умер, разве не должен в конце, где-то там, появиться свет, который укажет мне путь?.. Наверное, надо подождать. Сожалений, как ни странно, не было. Только пустота. И ожидание. Ну и где же ты, мой свет в конце туннеля? Или я не заслужил билетик в рай? А он вообще существует? Или в конце меня все-таки ждет большой облом? Типа «извини, мальчик, но это конец и продолжения не будет». Я не люблю темноту. И меня не прельщает идея провести в ней вечность. Ох, нет, я, кажется, ошибся, вот и мой долгожданный луч. Такой маленький, но яркий... Кажется, пора. Я двинулся в сторону света. И внезапно открыл глаза. Что за?.. На мне сидел мой мертвый брат Зенья и ехидно улыбался. – Ну что, проснулся, спящая красавица? – привычно растягивая гласные, произнес мой брат и, наконец, слез с меня. Я едва подавил желание протереть глаза. Однако все же ущипнул себя для верности. Ладно, я могу понять один раз. Но дважды?! Такое чудо не может произойти дважды. За что боги так жестоко надо мной смеются? Не может быть, чтобы мне дали еще один шанс. Это все бредовый сон. Я посмотрел на его улыбающееся лицо и вдруг понял, что мне все равно. Черт возьми, я недавно обменял у смерти свою жизнь на спасение брата. И вот он снова передо мной, а я жив, здоров и снова могу его обнять. Теперь, после всего пережитого мной, все те вещи, что волновали меня раньше, кажутся настоящей ерундой. Все это мелочи. Главное, что сейчас он рядом со мной. Заметив, что брат направился к двери, я тут же подскочил с кровати и бросился к нему, крепко обнимая его сзади. В этот раз я его никуда не отпущу, не отойду от него ни на шаг. Зенья явно опешил от моих действий, его спина напряглась, и мне не нужно было видеть его лица, чтобы понять, что он в шоке. Еще бы, я никогда так себя не вел. Но мне было все равно, что он подумает обо мне в этот момент. Я не собирался останавливаться на достигнутом. Я ведь так и не сказал ему самого главного. И вот теперь у меня есть возможность. И я ее использую. – Зен, знаешь... Я люблю тебя, – это так естественно слетело с губ, словно я говорил ему это уже тысячи раз. Мне на секунду показалось, что я обнимаю не моего брата, а каменную статую. Наконец, отмерев, Зен вырвался из моих объятий и повернулся ко мне лицом. Взгляд у него был несколько странный, но, тем не менее, точно обеспокоенный. Предупреждая его слова и действия, я ответил: – Со мной все в порядке, и я в своем уме, – абсолютно серьезно ответил я, внимательно смотря на выражение его лица. – И когда я сказал, что люблю тебя, я имел в виду, что люблю тебя не как брата. Шокированное выражение его лица уже сменилось на озадаченное, и я, не выдержав, фыркнул, а потом и вовсе рассмеялся. Какой же он забавный. Я ему тут в любви признаюсь, а он отказывается в это поверить, глупенький. Интересно, как скоро он отвезет меня в психушку? Потому что мне и самому сейчас кажется, что я сошел с ума. Ну и все равно. Я быстро сократил между нами и так небольшое расстояние и накрыл его губы своими. Всегда хотел узнать каково это – поцелуй с ним. Его губы оказались теплыми и сухими. Он снова замер и я уже подумал, что он меня сейчас оттолкнет, да что там, я был в этом почти полностью уверен, но он на удивление быстро пришел в себя и даже начал мне отвечать. Я удивился, когда почувствовал его руки на своей талии, а когда он открыл рот и проник в мой языком, я и сам на секунду замер, все еще не веря, что это действительно происходит здесь, сейчас, со мной. Я и не смел надеяться на ответные чувства... Никогда и не мечтал о подобном. Всегда был полностью и безоговорочно уверен, что он в лучшем случае ответит мне отказом, а то и пошлет куда подальше. Черт, я, наверное, действительно умер и сейчас оказался в раю. Иначе я это объяснить не могу. И чем я заслужил такое счастье? Постепенно поцелуй становился все более жадным и требовательным, и сейчас вел явно не я. Я медленно терял контроль над мыслями, чувствами, да и ситуацией в целом. Все мое тело горело как в огне, подумать только, я так завелся только от одного поцелуя... И когда он научился так целоваться? И с кем? От этой мысли меня кольнуло в области сердца, и я уже хотел отстраниться, как неожиданно потерял равновесия от сильного толчка в грудь. Я упал на мягкую кровать и удивленно взглянул на Зенью. Он действительно только что меня пихнул? Не давая мне и слова сказать, Зен быстро запрыгнул на кровать, схватил меня за запястья, и сев на меня сверху, подавляя зачатки всякого сопротивления, снова жарко и жадно поцеловал. В голове тут же стало пусто и легко. А еще стало очень жарко. Когда кислорода стало катастрофически не хватать, Зенья отстранился и тут же хрипло прошептал мне на ухо: – Думаешь, я тебя так просто отпущу? Думаешь, сможешь сбежать? Только через мой труп, дорогой братец, хе-хе~ Ввиду отсутствия на мне другой одежды, помимо пижамных штанов, Зен тут же воспользовался своим преимуществом и провел дорожку жадных поцелуев вниз от моей шеи к животу. Прикосновения его рук и губ обжигали, каждый участок кожи, которого он касался, горел, словно в огне. Дыхание стало быстрым и тяжелым. Он, уже успев сбросить с себя почти всю одежду, в одних боксерах сидел прямо передо мной и по дьявольски соблазнительно изгибал губы в дразнящей улыбке. Золотистые волосы спадали на его лицо и вызывали непреодолимое желание прикоснуться к ним и ощутить всю их шелковистую мягкость. А я не отрывая от него взгляда, лежал на спине, на мягких белых простынях и смотрел как он лениво-неторопливо стягивает последний атрибут своей одежды. В горле пересохло. Как же он прекрасен. Он всегда меня завораживал. Он для меня Аполлон – бог солнца, сошедший на золотой колеснице с небес. Когда он снова навис надо мной, расположив руки по обе стороны от моей головы, его длинные золотые волосы коснулись моего лица, щекоча кожу. Они переливались разными оттенками от бликов солнца, проникающего сквозь занавески на окнах. Я не удержавшись, запустил пальцы в его гриву и немного растрепал, наслаждаясь приятным мягким прикосновением. Он тихо рассмеялся и посмотрел так, что у меня дыхание перехватило. Его глаза горели дикой необузданной страстью, такой же дикой и безумной, как и он сам, и я, раз посмотрев в них, забыл обо всем, кроме него. Весь мир отошел на второй план. Уже не важно, кто мы, не важно, где мы, не важно... Все мысли исчезли из головы, когда он снова наклонился ближе и поцеловал меня со всей этой страстью и даже несколько собственнически. В голове и перед глазами витал туман, несколько торопливые, грубые и жадные ласки Зеньи завели еще сильней... И я только удивленно посмотрел на стену, когда обнаружил себя в позе на четвереньках и почувствовал резкую пронзающую боль сзади. Хриплое дыхание возле уха, его неразборчивый шепот и более осторожные движения позволили немного привыкнуть к необычным ощущениям, и боль постепенно притупилась, заменяясь приятной тяжестью в животе. Зен помогал снять напряжение ласками, и я невольно расслабился, чувствуя его заботу. Когда боль стихла и причудливо смешалась с удовольствием, с губ невольно сорвался стон, и я залился краской. Как хорошо, что Китани с Кунихито уехали... Услышав мой стон, Зенья постепенно увеличил темп и жадно поцеловал меня в шею. Я почувствовал на своей коже его довольную улыбку. Сдерживать стоны становилось все труднее, а он, словно подливая масла в огонь, продолжал свои настойчивые ласки. Температура комнаты, казалось, повысилась на десяток градусов, тишина разрывалась легкими скрипами пружин и хриплым дыханием двух разгоряченных слившихся тел. Наконец, после очередного особенно глубокого толчка, когда Зен задел что-то внутри, я запрокинул голову назад и словно со стороны услышал свой собственные протяжный стон. Зенья впился губами в мою шею и слегка прикусил, оставляя красный след, я уже практически не сдерживался в стонах, полностью потеряв над собой контроль. Его темп ускорился, перед глазами поплыли цветные искорки. Наконец, напряжение в разгоряченном теле достигло пика и изогнувшись, вместе с низким хриплым стоном я прижался спиной к груди любимого и обессилено упал на кровать, Зен опустился сверху и мы еще долго вот так лежим, не двигаясь. Наконец, он слегка приподнялся и лег рядом, облокотившись на локте, и стал долго и внимательно разглядывать мое лицо, словно впервые его увидев. – Что? – я вопросительно посмотрел на него, а Зенья лишь как-то странно улыбнулся и слегка покачал головой. – Да, поверить не могу, ты так громко стонал, хе-хе, – при этом Зенья довольно улыбнулся, словно кот объевшийся сметаны – Наверняка, мои великолепные навыки окончательно тебя пленили. Естественно, все это звучало как уверенное утверждение. Я, наверное, покраснел как рак и запустил в Зенью подушкой. – Заткнись. Тут Зен, внезапно, замер и быстро приблизившись и поцеловав в губы, отстранился, и пристально посмотрев мне в глаза, заявил: – Хм, чуть не забыл. Я тебя тоже люблю, бака, – и снова ухмыльнулся, как ни в чем, ни бывало. Я только тепло улыбнулся в ответ. Ох, он никогда не изменится. Но я не возражаю. Главное, чтобы он всегда был рядом. – Никогда меня не покидай, ладно? – я посмотрел ему прямо в глаза. Брат удивленно на меня посмотрел, но спустя мгновение, улыбнулся: – Да я и не собирался. Куда бы я делся? Ты сегодня какой-то странный... – тут его улыбка стала шире и довольнее – Но я все равно счастлив, ведь и века не прошло, как ты, мне, наконец, признался... Аах~, до сих пор не верится! Может, повторишь, мм~? – продолжал дразнить меня Зен. – Ой, да заткнись уже... – и я, перехватив инициативу, закрыл его рот поцелуем, предотвратив все дальнейшие возражения. Если это сон, то, боже, не дай мне проснуться. Хоть бы он длился вечно.