ГЛАВА 4. "Хороша Маша, да не наша..."
8 сентября 2016 г., 08:11
Илиана
***
Марина обнимала меня за плечи, а я плакала. Слезы текли по щекам потоками, стекали по подбородку и падали в чашку чая с лимоном. - Тише, тише, - шептала Марина, укачивая меня, как ребенка, - девочка моя, как же тебя угораздило так влюбиться? Да если ты только скажешь, мы горы перевернем. Я лично без сна и отдыха буду следить за этим Арсением Юрьевичем! Я тебе такой план по охмурению составлю, сам Джаред Лето в тебя влюбится, а не только какой-то препод... - подругу уже понесло. - Маринка, прости, мне с Лилей не тягаться. - Подумаешь, Лиля Бородина, что в ней такого, чего у тебя нет? Три сиськи? - Рыжая коса до пояса, голливудская улыбка и богатый папенька, - отец Лили Бородиной действительно был человеком ну-очень-богатым, он даже входил в попечительский совет института. А сама Лиля была очень хороша собой: высокая, стройная, с длинными ногами, тонкой талией и звонким смехом. Она очень изящно откидывала голову и ее ярко рыжие локоны рассыпались по спине. Нежные розовые губки, алебастровая кожа и пронзительные зеленые глаза, которые она красила так, что они казались огромными, делали ее похожей на девочку-лисичку из аниме-мультика. Рядом с ней мои довольно симпатичные черты терялись. Ростом я пониже, волосы обычные русые и кожа обычная, даже немного смугловатая, глаза карие и телосложение не такое изящное. Продолжать можно долго, и, чем дольше я продолжала, тем больше хотелось плакать. Началось все еще вчера, после пар, выходя из института, мы с Мариной прошли мимо Лили и компании второкурсниц, у которых Арсентий преподавал весь этот год, Лиля интересовалась "всем, что касается препода по макроэкономике, и чем его можно зацепить." Видимо, зацепила, потому что наша староста, ходившая к нему за новыми расчетными данными для рефератов, вернулась и попросила Лилю зайти к нему. - Илечка, ну в самом деле! Ты ничуть не хуже Бородиной. И вообще, с чего ты взяла, что она его заинтересовала? - Ты видела, с какой довольной рожей она вернулась? - Успокойся, кольца на пальце не появилось, значит - еще не все потеряно.***
- Лиля Бородина, - староста Лиля Головкина вошла в аудиторию, - тебя Арсентий Юрьевич просит зайти. Сейчас. Бородина удивилась, но виду не подала. Мало ли, в работе что-то не понравилось, или услышал, что она на него досье собирала, или... запал. Последний вариант ей особенно нравился. Лилия дошла до кафедры макроэкономики, постучала в дверь и вошла. Молоденькая методистка выглянула из-за монитора. - Я к Арсентию Юрьевичу, - бросила ей девушка. Методистка кивнула и снова спряталась за монитором. Лилия подошла к кабинету и постучала. - Войдите, - услышала она из-за двери - Здравствуйте, вызывали? - спросила девушка, заходя в кабинет. Там, помимо Арсентия, находился еще один молодой мужчина, тоже симпатичный, атлетического телосложения — хотя на фоне преподавателя макроэкономики он казался худым — с живыми голубыми глазами и ежиком светлых волос, дорогой костюм сидел на незнакомце идеально, но все же до Арсентия он не дотягивал. - Добрый, Вы у нас кто? - поинтересовался сам преподаватель. - Ясно, не запал, - поняла Лиля и вслух сказала, - Лилия Бородина, ФИК-3. - А, Лилия, проходите, присаживайтесь, - велел преподаватель, кивнув на стул. - Разрешите представиться, - вступил в разговор второй мужчина, - Я — Александр Минин. Главный экономист Российского отдела Сибириан Танс Корпорейтед. Дело в том, что мы с Арсентием старые друзья и мой друг любезно делится со мной лучшими студентами, чтобы у Сибириан Транс Корпорейтед были только лучшие кадры. Господина Лунца, как в последующем и меня, очень заинтересовала Ваша работа... Александр расспрашивал девушку около десяти минут, в конце собеседования вручил ей свою визитку и просил позвонить, если Лилия вдруг надумает прийти на стажировку в Сибириан, а так же, если ей нужны ответы на любые вопросы, он будет рад ее звонку. Александр взглянул на друга: после ухода девушки Сеня был мрачнее тучи. - Эх, хороша Маша, да не наша... - протянул Саша, - если это — не твоя Дэни, можно мне... - А как же Светка? - Ой, да ну ее, эту истеричку. Если милая Лилия сходит со мной на свидание — брошу эту истеричную дуру. Лилия довольно улыбалась, возвращаясь в аудиторию. Вот она и нашла практику в хорошем месте, точнее, практика нашла ее. Конечно, отец пристроил бы дочь в теплое местечко, о чем потом не преминул бы постоянно напоминать, а ей уже двадцать лет: хочется независимости и самостоятельности; а на зарплату в СТК вполне можно будет прожить и без отцовской поддержки. А еще этот Александр... Вот у кого можно узнать все про Арсентия... А если не получится, то и сам Александр ничего... Лилия тряхнула волосами и счастливая вошла в кабинет Арсентий***
Арсентий недоумевал. Обе Лили оказались не теми. Он ведь точно слышал, как одна двушка сказала другой: - Идем, Лиля. А ведь все так хорошо начиналось. Алекс предложил гениальный план. Он давно хотел взять практикантов в СТК, вот и вызовет обоих Лиль, якобы, на собеседование. Но все прошло еще лучше. Когда приехал Саша, и они стали думать, кого из девушек вызвать, раздался стук в дверь. - Лилия Головкина, староста ФИК-3. Я за расчетными данными. Арсентий без сожаления протянул девушке стопку бумаг. Это была не Дэни. Сомнений не оставалось, Дэни - это Лилия Бородина. Сперва он не хотел приглашать Бородину, но желание еще раз услышать этот голос победило. Но пришедшая девушка оказалась Не Дэни, он понял это сразу. - Итак, - Алекс взглянул на погрустневшего друга, - что будем делать? - Я не знаю... - Сеня вздохнул. - Итак, все, что мы знаем о девушке: 1. У нее голос Дэни; 2. Она учится в группе ФИК-3; 3. Поет песни Джареда Лето, из чего делаем логический вывод — ей нравится Джаред Лето и "30 Seconds To Mars"; 4. Опыт номер один показал, что она — не Лиля. Сколько девушек в группе ФИК-3? - Двадцать одна. - Черт, почему мы не в какой нибудь Бауманке, где две бабы на группу. - Радуйся, что не в ГИТИСЕ, где было бы два мужика в группе. - Да уж, нет худа без добра. Итак, я предлагаю следующее: нужно посмотреть их ведомости с оценками по иностранному языку, всех троечниц и даже хорошисток можно откинуть. Человек с произношением Дэни, поющий Джареда Лето, не может не быть отличником. Спустя полчаса, когда Юленька принесла ведомости, стало ясно, что этот путь тоже бесполезен. Тройки по английскому стояли только у трех парней и некой Татьяны Смирновой. Четверки еще у пятерых парней и двух девушек. - Даже противно, что они так хорошо учатся, но этих двоих воткни в конец списка. И Татьяну, так и быть, туда добавь. Закон подлости еще никто не отменял, - посоветовал Александр. - Опыт номер два ничего не дал, - констатировал Арсентий. - Значит, приступим к опыту номер три. - Что за опыт номер три? - Сеня приподнялся в кресле и посмотрел на друга. - В четверг проведем анкетирование на должность второго помощника главного экономиста Сибириан Транс Корпорейтед. - Да, и включим туда вопрос "Как вы относитесь к Джареду Лето и продолжите строчку "It's a beautiful lie, It's the perfect denial...", и тогда окажется, что полгруппы, желающие работать в СТК, обожают душку Джареда и знают все альбомы наизусть. В том числе мужики... - Нет, просто помимо стандартных вопросов про хобби и увлечения, включим более расширенный список. Я приготовлю к пятнице. - Ты - настоящий друг! - Я знаю, но другу еще надо работать. Я поехал. - Да, давай.***
Всю среду Алекс составлял анкету. Им двигало желание помочь другу и вновь увидеть Лиличку. Света выела весь мозг, поэтому Саша собрал ее вещи, дал денег на такси и отправил к маме в Орехово-Зуево, сообщив, что они расстаются навсегда, потому что Светкина ревность не знает границ, а Сашино терпение границы имеет. В обед четверга, вместо ресторанчика, в котором он обычно обедал, Алекс запрыгнул в машину и поехал в МЭИ, по пути он купил в киоске букет из пятидесяти одной нежно-розовой, как губы Лилички, розы на длинных стеблях, перевязанных белой лентой. Букет он оставил в машине, а сам поспешил к другу. Пары у Сени уже закончились, он ждал совещания в три часа дня, так что визит друга был как нельзя кстати. Внимательно выслушав Алекса по поводу будущей анкеты и букета, лежащего в машине, отправил друга за цветами, а сам попросил Юленьку позвать Лилию Бородину из ФИК-3. Юленька сбегала за Лилей, и вернулись как раз к приходу Алекса с букетом, Арсентий подмигнул методистке и увлек ее в сторону столовой, указав на шедшую следом Лилю. - Не будем мешать моему другу и моей студентке устраивать личное счастье, давайте, я угощу Вас кофе и булочками. Светящаяся Лиля вернулась в аудиторию с шикарным букетом. Одногруппники, сопоставив, что за Лилей приходила методистка кафедры макроэкономики, пришли к выводу, что букет от Арсентия, та довольно улыбалась, никак это не комментируя, но и не опровергала. Алекс предупредил, что завтра будет анкетирование на должность второго помощника и, чтобы не давать компромата одногруппникам, ей тоже придется пройти. Лиля согласилась и теперь пыталась скрыть, что она знакома с Александром. Пусть лучше думают, что в нее влюбился преподаватель, чем будущий начальник! Илиана***
Я снова рыдала дома у Марины. Как хорошо, что у нее большой дом - мои всхлипы и завывания не пугают людей. Если бы я так плакала дома, Тетя Маша получила бы инфаркт. - Чем я ху-уже-е, - причитала я, - как у нее это получи-илось? - Тише, тише, - поток убеждений Марины уже иссяк. - Как та-ак?! Почему о-он? Почему я-а-а?! Перед глазами стояло счастливое лицо Лили, шикарный букет и ее загадочные улыбки в ответ на все вопросы девчонок. Ну почему нельзя выцарапать глаза кому-то только потому, что эта сучка счастливее? На самом деле, я могла причитать сколь угодно долго, но здравый смысл подсказывал, что я сама виновата. Я ведь ни шагу не сделала на встречу. Хотя, как профессор должен был понять, что я него влюблена, он же не телепат. А сердце упрямо твердило: "Мог бы влюбиться с первого взгляда, завалить цветами и увести в свой замок". Хотя, это все-таки не сердце, а бабская глупость, к тому же не ясно, что предприняла Лиля, она ведь собирала досье на профессора. Однако здравый смысл все же взял верх, и я успокоилась. Уезжала домой от Марины с гулкой пустотой в душе. Все эти дни мне снился Арсентий, при этом сны с ним были сплошь эротического характера. Один из них запомнился особенно тщательно: Я сижу на подоконнике в большой светлой комнате и читаю книгу, на мне лишь белая мужская сорочка, кружевные трусики и чулочки с подвязками. В комнату заходит Арсентий в джинсах, с голым торсом, я соскакиваю с подоконника и иду к нему навстречу. Он на ходу подхватывает меня на руки и снова сажает на подоконник. Медленно стягивает рубашку, оголяя плечи, целует шею, медленно спускаясь все ниже, прикусывает мышцу над ключицей, с моих губ срывается стон. - Илечка, я так люблю твой голос, - шепчет мне профессор, спускаясь губами все ниже, проводит языком по груди и прикусывает сосок. Рубашки на мне больше нет. Я выгибаюсь ему навстречу, сильные руки прижимают меня в районе поясницы. - Я уж мокренькая, - шепчу ему на ухо, находя его ремень, расстегиваю ширинку. Арсентий в это время страстно целует мне шею, сжимая груди в руках, щекочет носом чувствительную зону за ушком. Я уже достала его член из джинс и они, ничем не поддерживаемые, падают к ногам, он переступает штаны и подходит ко мне еще ближе, я откидываюсь спиной на холодное стекло, массирую руками горячий пенис, шелковистая кожа вызывает бурю эмоций, он настолько большой, что даже если я обхватываю у основания одной рукой, а сверху другой, головка все еще торчит из рук, обнаженная и такая соблазнительная. Его стоны сливаются с моими. Я не успеваю заметить, в какой момент лишаюсь трусиков, только чувствую, как сильные руки сжимают мои бедра, а пальцы чувственно ласкают клитор и нежную кожу вокруг. Чувствую, как в меня один за другим входят большой и указательный пальцы его руки, другой он все еще сжимает грудь. В губы впивается страстный поцелуй. В какой-то момент я понимаю, что между ног плавно движется что-то твердое и горячее, мышцы расширяются, и тут же сжимаются, чтобы поплотнее обхватить его член. Я уже больше не сижу на подоконнике, мою попу удерживают его руки, я обнимаю его за шею, тела крепко прижаты друг к друг и только мое скользит вверх- вниз, яростно насаживаясь на член. Наши стоны сливаются в один, я чувствую горячие толчки внутри себя, и мы обессиленные падаем на низкую кровать, застеленную покрывалом. - Или, - шепчет он, - ты - мое сокровище, - и целует в висок. В пятницу утром в институт я собиралась, как на эшафот. Мне уже было все равно, в чем и как увидит меня профессор. У него ведь была Лиля. Я бы пошла в хоть в пижаме, но в семь утра раздался звонок в дверь. На пороге стояла Марина во всеоружии, с косметичкой, больше похожей на небольшой чемодан, наперевес. Не слушая моих пререканий, она отправила меня в душ. За то время, что я была в ванной, Марина уже что-то рассказала моей Тете, и та принимала живейшее участие в моих сборах. Марина сделала легкий дневной макияж с жемчужными тенями, убрала волосы назад, скрутив их объемным гладким пучком, оставив мне лишь игривую прядь на лбу. Пучок был перевит жемчужной ниткой, а на меня надели обтягивающие голубые джинсики, белую рубашку, из ворота которой торчала еще одна жемчужная нить, и бежевые Маринины лабутены, в завершение образа на меня надели белый атласный пиджак, а в руки всунули квадратную сумку в цвет лабутенов. Увидев меня, Тетя Маша всплеснула руками и погнала нас пить чай. В Универе на меня, наверное, впервые с первого курса обратили внимание. Даже попытались заговорить. Но мне говорить не хотелось. Я ждала Макроэкономику словно казни. Арсентий вошел в аудиторию с каким-то молодым мужчиной. При виде них Лилия расцвела. Тьфу-ты! Бородина чуть из кожи вон не вылезла от счастья. Сидит, глазками лыпает. Скоро дыру протрет в своем ненаглядном. Мужчина представился Александром, втирал что-то про стажировку. Потом раздал какие-то анкетки. Я написала что-то про олимпиады, склонность к точным наукам и отличное владение английским. На вопросы из разряда "о себе" я отвечать откровенно задолбалась. Создалось впечатление, что я заполняю детскую анкету. Поэтому в графе "Любимая группа/Любимый исполнитель" я с ехидцей написала Борис Моисеев. В конце пары Александр поблагодарил нас за заполнение анкет и пообещал прийти еще раз. Мы дружно попрощались и разошлись по домам. Кажется, мой костюмированный маскарад Арсентий даже не заметил. Отказавшись от предложения Марины попить кофе, я, сославшись на головную боль, поспешила домой. Хотелось лечь, накрыться одеялом с головой и не вставать до лета. Арсентий***
- Ну, как успехи? - Алекс заглядывал через плечо, пока Арсентий изучал последнюю анкету. - Знаешь, никто про Джареда Лето не написал. Хоть ты иди к их преподам по английскому, узнавать, кто из них говорит с американским акцентом. - И пойдем, если надо, - Алекс с жалостью посмотрел на друга, - ты вообще в зеркало себя видел? Ты же похож на безумного гения! Всклоченный! Глаза горят сумасшедшим огнем. Сеня, ты дикий! - Но симпатичный! - улыбнулся тот. - Знаешь, я с этими поисками столько работы не сделал. Ладно, ты иди давай на работу, а я буду отчеты делать. Времени у меня до двадцать четвертого числа очень мало. - Помешанный, - с восхищением произнес Алекс, закрывая дверь.
