История одной шпионки

Нет, это история не о Мата Хари. Да, вы не ошиблись. Это фэндом по «Зову крови» и это небольшое промо о Роне Хансен. Оно начинается до событий сериала, моих фиков и частично переплетается с ними. … Двадцать лет назад. Десятилетняя Сара Хелена Норинг, графиня фон Стуре, с обдой смотрела на мать. Будучи единственной полноправной наследницей угасшего королевского рода Скандинавии, она не понимала, как можно предать память отца и выйти замуж за Дэвида Смалли. Хотя мать и не соглашалась с тем, что фамилия у будущего отчима говорящая, но девочка была в этом твердо уверена. Произошел скандал, и наследница огромного состояния ушла из дома. Друг семьи, пожилой эксцентричный миллионер Джеймс Шерри, приютил беглянку. — Сара? — Удивился он, увидев на пороге девочку. — Но как… — Мне помогла Полли. Вы же не прогоните меня, дедушка Джеймс? — Конечно-конечно, заходи, милая. Сара вздохнула. Вот уже год, как она в США. Графский род Стуре официально считался угасшим еще в 16 веке, но неофициально он сохранился. Далеко позади осталась родная Упсала. Матери Сары, графине Маргарите, пришлось покинуть Швецию после смерти своего второго мужа Эрика. Официально числилось, что граф не справился с управлением, а неофициально друг семьи и личный адвокат Сванте Ормундсен был уверен, что Эрик был убит. В ту же ночь на дом графа было совершено нападение, вдове погибшего и его дочери чудом удалось сбежать. И вот теперь они в Америке, вынужденные скрываться, будто преступники. Этого юная наследницы графского рода Стуре не могла вынести… Да, Сара знала, что на улицу выходить опасно. Она понимала, что тайные враги их семьи могут узнать, что девочка жива. И, дьявол всех забери, возможно все. Нет предела человеческой злобе, жестокости и коварству, хотя этому также можно научиться противостоять. Страх — это опасение потерять что-либо ценное для тебя. Родных, деньги, собственную гребанную шкуру. Порой бывает и так, что наша вшивая задница нам милее всего, даже чьей-то невинной жизни. И этакий засранец готов подставлять других, дабы прожить еще пару лишних минут. Нет, не прожить! ПРОСУЩЕСТВОВАТЬ, КАК ИНФУЗОРИЯ ТУФЕЛЬКА! И мы забываем, что в этом мире есть вещи, намного важнее жизни и намного страшнее смерти. Если понять это, вдалбливать себе в башку день за днем, страх уйдет и вы станете свободны, ибо невозможно управлять человеком, который ничем не дорожит, как и невозможно его остановить. Вот что такое свобода. В первые дни она пьянит похлестче темного нефильтрованного «Тетерева», а потом вы поймете, что свобода означает одиночество. Истинно свободный всегда один, ибо если он не один, то так или иначе останутся поводья, а человек превратится в куклу. И он будет бояться. Это аксиома, а потому таких людей можно по пальцам пересчитать. Но именно людей. Не тех жрущих и испражняющихся скотов, а именно ЛЮДЕЙ с большой буквы. Сара поняла это довольно рано, ведь в своем доме она была чужой. Чужой она была и для своего государства. Сидя у камина в гостиной старого мистера Шерри, девочка рассказывала, как они с матерью пробирались оврагами и корчами. Как мать приняли за проститутку и изнасиловали четверо человекообразных животных, а потом принялись и за Сару. Она не рассказала, что тогда впервые в жизни совершила убийство (убийство?). Нет, не убийство. Когда ее, плачущую и кричащую, оттащили в чащу и надругались, в сознании девочки словно щелкнул выключатель. Она не помнила, что делала, но когда очнулась, то увидела у своих ног умирающее тело. Насильник жалобно всхлипывал, лежа ничком, а вокруг него ширилась красная лужа. Умирающий мужчина перевернулся на спину и застонал снова. Хотя этот стон был совсем тихим, но он такой жуткий, такой душераздирающий. Едва взглянув на его лицо, Сара с трудом подавила позывы к рвоте. Глаза мужчины были вырваны и лежали неподалеку, напоминая улиток в раковине. Горло его было располосовано и несколько зубов не доставало. Рядом с умирающим лежал и его, кхм… инструмент. Теперь уже Сара не сумела сдержать вопль желудка. Кое-как приведя себя в порядок и прополоскав рот из ближайшего ручья, девочка припустила что было силы на опушку. Мать все еще пребывала без сознания, а трое насильников исчезли, посчитав жертву мертвой и бросив оставшегося приятеля на произвол судьбы. Маргарита с дочерью переночевали у знакомых и уехали в Штаты по поддельным документам. Позже графиня Стуре устроилась уборщицей в магазине и стала крутить шашни с заведующим. Его имя было Дэвид Смалли. Он был красивым тридцатилетним мужчиной, с пышной длинной вьющейся шевелюрой, аккуратной бородкой и усиками. Дэвид был безупречно вежлив и галантен. Но Сара чувствовала — тем седьмым чувством, порой присущим детям — что ему нельзя верить. Гадюки тоже бывают красивыми, но многим ли из нас придет в голову прикасаться к ним голыми руками? Дэвид был такой змеей — в этом Сара была уверена. — И все же, как ты спаслась от того педофила? — Нахмурив клочковатые седые брови, спросил старик, имея ввиду насильника. — Наверное, мне повезло, — с обаятельной улыбкой ответила ему гостья. Внутренний голос говорил ей, что доброму мистеру Шерри знать такие мрачные подробности совершенно не обязательно. В голове снова послышался отчетливый щелчок, словно сработала пробка на предохранителе электрощитка. Будто под гипнозом, глаза старика расширились, зрачок расплылся на всю радужку. — Да, ты права, — медленно сказал хозяин дома. — Тебе просто повезло. — Мистер Шерри? С вами все в порядке? — Встревожилась Сара. — Да, милая, да. Тебе принести свежих булочек? Моя куховарка отлично готовит, — так же медленно продолжал дедуля. — Да, пожалуйста, принесите, — ответила девочка, вся дрожа. Остаток вечера они промолчали. Сара понимала, что с ней что-то не то — и боялась этого. О боги, как десятилетней девочке осознать, что она не такая, как другие дети? И дело вовсе не в дворянском происхождении. Дело было в силе, способной изменить мир.Единственное, что она понимала — никто не должен узнать об этих способностях. Ни мать, ни ее приживальщик, ни добрейший чудак, мистер Шерри. Сара промолчала о том, что около их дома вертятся подозрительные особи, что ее инстинктивно начинают бояться другие дети, что их соседи стали пропадать. Она не осознавала, почему это происходит, но твердо знала, что не такая, как другие. Она осознавала, что надо молчать. Молчать, как можно дольше. Сара прожила у мистера Шерри около десяти лет. За это время к ней не раз приходила и графиня Маргарита, и ее супруг. Девушка осталась непреклонна — к матери она не вернется. Сара с отличием закончила школу. Единственное событие, которое так или иначе волновала Большое Яблоко, в котором жила наша героиня, это появление маньяка, отличавшегося большой жестокостью. Но вот что странно — он охотился только на убийц, педофилов и иных извращенцев. Девочка пережила первую любовь, первые разочарования. И вскоре она встретила свою настоящую любовь. — Ну надо же, и меня накрыло, — грустно вздохнула пятнадцатилетняя Сара, наблюдая из окна маминого магазина за объектом своих симпатий. — А я думала, такого не случится. Через пять часов после этого в трущобах нашли очередного педофила с выколотыми глазами…