Fallout: Equestria - Jackpot

      Настырная группа Вспышек уже час не давала им вылезти из-за уцелевшей стены здания, и даже Джошуа, бывший профессиональным снайпером, начинал терять терпение. Что до грифины, то она уже лезла на стенку почти в буквальном смысле и обильно сквернословила в сторону пяти кобыл, зажавших напарников в разрушенном жилом квартале. Броня преторианца спасала от большинства попаданий, однако предотвратить случайную дезинтеграцию она была не в силах, и экс-легионеру не особо хотелось проверять удачу нападавших. Так что теперь они просто сидели за чудом уцелевшей короткой стенкой и изредка посылали несколько выстрелов в сторону нападавших, тут же прячась от несущихся в ответ зелёных сгустков плазмы и красных лазерных лучей. Джошуа уже успел пожалеть, что не завёл привычку носить с собой на задания гранаты. Гранаты Клаис продали торговцу на ближайшей дороге, потому что грифина, как обычно не рассчитав свои силы, схватила слишком много снаряжения и её нытьё почти сразу же успело достать зебру. По счастью, видимо, у Вспышек были те же проблемы. Ну, или они просто считали, что это не спортивно. Так что теперь, за неимением взрывчатки, обе стороны сидели в укрытиях, не желая получить в голову поток энергии или пулю, и изредка постреливали друг в друга, надеясь на удачу. Джошуа, который привык стрелять незаметно и издалека, такой расклад боя вообще не устраивал. Преторианцы, конечно, поголовно были мастерами копытопашного боя, но для этого к противнику нужно сначала подобраться, а ему этого делать совершенно не хотелось. Пару раз Клаис пыталась обстрелять противников с воздуха, однако Вспышки, очевидно, привыкли сражаться с грифонами и пегасами, и просто не давали ей пространство для манёвра. Осознание невозможности действия бесило энергичную грифину даже больше, чем вечная флегматичность Джошуа и подколы Тайгера. Она просто не привыкла, что не может ничего сделать, и сама очень надеялась, что все бои будут проходить примерно так же, как её первый - тот, где её отряд пытался убить одного-единственного преторианца Оставшихся, - но с более удачным концом. Она ещё не особо понимала реальную структуру боя, а то, что видела совсем не походило на сидение за стеной и перекрикивание ругательствами с врагом, сидящем в не менее хорошем укрытии. В конце концов, ей это надоело. - Эй, полосатик, - пробормотала она Джошуа, - Если мы щас не начнём что-то делать, то я точно одна с винтовкой на них выпрыгну.       Преторианец не ответил, лишь смерил Клаис многозначительным взглядом и снова стал пробовать выглядывать из укрытия так, что бы никто не пальнул лазером в морду. Грифина издала страдальческий стон и шлёпнулась на землю. С самого начала путешествия этот зебра её изводил своим стоицизмом. Она надеялась, что миссии с напарниками будут проходить по схеме "поболтал - пострелял - переспал", и никак иначе. Разочарование по всем пунктам. -Если тебе нечем заняться, могла бы слетать и посмотреть обход, - негромко проговорил преторианец.       Клаис вздохнула. Разведка. Опять. В любом патруле на разведку отправляли именно её, и она никак не могла понять, почему так. Она даже не брала обучение на разведывательный профиль, а тренировалась на штурмовика. Разведка мало того, что напрягала грифину, заставляя её становиться жутко параноидальной, так ещё и была дико скучной. Нужно было только ползать, смотреть и записывать. Ей же всегда хотелось побольше стрелять, бросать гранаты и перехватывать караваны. К сожалению, ни один раз её выбирать было не позволено. Она пригнулась, сменила магазин в винтовке и поплелась искать путь для обхода или хотя бы подкрепление.       Когда она выходила из развалин квартала, то в голову пришла отличная идея - а почему бы не совместить приятное с полезным и, найдя обходной путь, самой разобраться с надоедливыми Вспышками. Взвесив плюсы и минусы, Клаис решила, что это всё-таки хорошая идея, так как она наверняка поднимет свой авторитет у нового начальника и получит море удовольствия. О том, чем подобные идеи обернулись для "нового начальника", ей было совершенно невдомёк. Она рассчитала, что если тихо появится сзади, то сможет с одной очереди положить большую часть противников. "Значит, хочешь, что бы я в разве-е-е-дку шла...", - злорадно думала Клаис, тихо двигаясь к переходу в другой квартал. На бывшем шоссе, разделяющем кварталы, заваленном теперь обломками зданий и разбитыми и ржавыми повозками, никого не было. Она тихо пробралась на другую сторону, и, оглядевшись, тихо побежала в сторону, где, предположительно, должны были находиться зажавшие их пони.       Джошуа тихо выругался, когда ещё один сгусток плазмы расплавил камень в полуметре от его головы. Он не вполне понимал, как сумел загнать себя и грифину в ловушку за каменной стеной. "Навык теряю," - пронеслось в голове, но он не стал думать эту мысль дальше, сосредоточившись на мыслях о том, что можно было бы предпринять против сволочей, сидящих за баррикадой из шлакоблока и кусков бетона. Он проверил боезапас. Результаты были пока что в норме. Винтовку он поддерживал в хорошем состоянии, а патронов пока хватало. Он не был уверен в том, что сейчас с оружием Вспышек, но точно был уверен, что при таком темпе стрельбы их хватит надолго. Непонятно было разве что то, что кобылы, не смотря на свой численный перевес, не стремились пойти в атаку - это сильно бы облегчило Джошуа работу. Оставшиеся никогда не заходили так близко к Хуффу, и едва ли хотя бы одна из здешних банд могла иметь представление о стратегии боя зебр. В худшем случае, до него добрались бы лишь трое, с которыми расправиться было бы вполне возможно. Обидно, что на этот раз его противники не бестолковые налётчики, а кто-то более опытный. - Ладно, полосатый, - послышался крик с баррикад противника. Очевидно, не одной лишь грифине надоело просиживание зада за стенами, - Давай ты просто сложишь пушку и мы поговорим.       Преторианец не ответил, а лишь навёл винтовку на баррикады. Ничья голова не высовывалась за них. Джошуа ещё давно начал жалеть, что эта пушка всё же не антимех - он бы спокойно пробил и того Паладина, чей наплечник зебра сейчас носил как трофей, и шлакоблочную баррикаду. - У тебя есть время передумать, - проорала та же кобыла, - Пять... Четыре... Три...       Джошуа снова ничего не ответил, а лишь сильнее прильнул к прицелу. Никого всё так же не было видно. -Один! - проорала ему кобыла из вспышек, - Слушай, полосатик! Мне надоело ждать. У нас твоя гибридная подружка, и если ты сейчас же не сложишь ствол, то у меня не будет выбора, кроме как уменьшить твой отряд!       Зебра молча изогнул бровь, но от прицела не отстранился. - Покажи! - проорал он в ответ. Он уже даже не удивился такому варианту событий. Вероятность того, что Клаис пойдёт геройстовать была... Ну, близка к ста процентам. Что делать в этом случае? Что ж, у него не останется выбора - если он хочет быть тем, кем хотел быть всегда, то придётся научиться уважать не только свою жизнь.       Из-за баррикады показалась кобыла-единорог, магией удерживавшая пистолет у виска грифины, которая даже не пыталась вырываться. "Птенец," - презрительно подумал Джошуа. И как таких можно в бой посылать... Он прикинул её возраст - возможно, лет шестнадцать. Легионеры в таком возрасте проходили второе Испытание. Молодой зебра должен был в одиночку достать какую-либо неизвестную вещь из логова радскорпионов. Достал не ту - отправляйся снова. Пришёл ни с чем - отправляйся снова. В Испытаниях рекруты могли положиться только на себя. Никто их не лечил, не снабжал патронами и бронёй пока они не проходили Испытание до конца. Лишь после прохождения трёх Испытаний рекрут становился полноправным легионером Оставшихся. Эта грифина вряд ли протянула бы и в первом испытании.       Джошуа опустил прицел и выстрелил в землю неподалёку от себя, потом положил винтовку, а затем кинул рядом свой меч. Баллистическое копыто, которое носили все преторианцы, всё так же оставалось на его ноге, тщательно замаскированное под деталь брони. Зебра не любил это оружие, предпочитая ему свой клинок или же голые копыта, но порой оно оказывалось полезным, как минимум потому, что куда эффективнее било тяжёлую броню. К нему тут же осторожно направились две кобылы, держа на прицеле своих лазерных карабинов. Он легко мог бы расправиться с ними, едва они подойдут ближе, а затем добежать и положить оставшихся в живых кобыл на баррикаде, но всё же судьба грифины его беспокоила. По многим причинам. К тому же, кто знает, сколько Вспышек тут ещё неподалёку собралось. Так что преторианец спокойно подождал конвоиров. - Не вздумай дёргаться, полосатый, - предупредила земнопони, - Будь моя воля, прибила бы тебя прямо сейчас.       Джошуа не ответил. Он уже столько раз слышал подобные угрозы... Он молча встал между конвоирующими кобылами, уже подобравшими его оружие, и двинулся по направлению, которое ему задавали. Одна из Вспышек пару раз пыталась заговорить, что бы хотя бы узнать имя пленника, но зебра всё так же молчал, всем своим видом показывая, что будет говорить только с командиром, так что в конце концов единорожка бросила эту затею.       Когда они подошли к импровизированному форпосту, Джошуа заметил, что Вспышек там гораздо больше пяти. Он вздохнул. В следующий раз такая ошибка может обернуться куда хуже. "Хотя куда уж хуже..." - мысленно усмехнувшись, подумал он. В Легионе Оставшихся не было понячьих слухов и стереотипов о бандах, в частности о "сексуальном рабстве Вспышек". Легион не стремился их изучить. Для них они были лишь такими же дикарями, как любая банда рейдеров, но только с пушками посерьёзней. Об Оставшихся же пони было известно совсем не многое, да и то строилось на основе слухов и домыслов. Обычно их представляли как безжалостных фанатиков, ничем не занимающихся кроме вешаний на крест. В этом была доля правды - самая малая. В общем, ни одна из сторон друг о друге почти ничего не знала, а то, что было известно, ограничивалось километровым списком злодеяний. Джошуа мог почти что чувствовать презрительные взгляды со всех сторон. Ну и пусть. С тех самых пор, когда он получил звание преторианца и потерял смысл в своей жизни, мнение других совсем перестало его интересовать.       Он бросил безразличный взгляд на Клаис, которой две кобылы-пегаски пытались смотать проволокой крылья и клюв. Та пыталась сопротивляться, но выходило как-то вяло. Заметив Джошуа, она скривилась. - А приказ об атаке мирного поселения ты выполнила без вопросов, - холодно заметил он, не сбавляя шагу. Грифина лишь опустила глаза и совсем прекратила сопротивляться.       Легионер поймал на себе непонимающий взгляд земнопони, одной из тех, что его конвоировала, но как обычно ничего пояснять не стал. Та подождала пару секунд, затем пожала плечами и отвернулась. Пока они шли по лагерю Вспышек, Джошуа сокрушённо заметил, что это место было построено ужасно со стратегической точки зрения. Обзорных вышек он не заметил; половина проходов не была забаррикадирована, а те, что были, охранялись далеко не идеально. Всего он заметил около десятка пони, при чём все были кобылами. Если бы он успел удачно выбрать позицию для атаки, а в лагере не было бы пегасов, то они с грифиной имели бы куда более высокие шансы на победу. - Стой здесь! - приказала конвоир, когда они остановились у входа в строение, сложенное из одних лишь шлакоблоков и мешков с цементом и крышей из кусков шифера. Казалось, что на то, что бы снести это здание, хватило бы не то, что гранаты, а разрывной пули. Он отметил это в памяти. Если уж здание настолько "прочное", то пара ударов с баллистического копыта снесут его на раз. Земнопони тут же покинула его и быстро вошла в импровизированный штаб. Охранять Джошуа осталась лишь кобыла-единорог, которую зебра, за неимением иного занятия, тут же принялся изучать. Она была младше его лет на пять, то есть около двадцати трёх, коричневой масти с серой гривой. Да, на фоне разрушенного городского квартала это была довольно неплохая маскировка. Была она красивой или нет - Джошуа не мог сказать наверняка, но скорее да, чем нет. Понравилась ли она ему? Его не особо интересовали кобылы в этом плане. Когда-то, возможно, он бы мог даже запасть на неё, но с известных пор всё поменялось. У него была лишь одна кобыла, которую он страстно желал увидеть, и на остальных он старался не обращать внимания. Сейчас для него они были такими же потенциальными союзниками, возможными предателями или же опасными противниками, как и любой монстр с пустоши. Он отметил, что единорожка краем глаза поглядывала на него с интересом, и на всякий случай машинально проверил маскировку баллистического копыта на ноге, правда потом спохватился и поставил ногу обратно. Вскоре вышла другая кобыла и толкнула Джошуа, намекая на то, что он должен зайти. Преторианец повиновался и зашёл внутрь "штаба".       Изнутри постройка выглядела ещё меньше чем снаружи, хотя, вероятнее всего, тут играла роль заставленность - куча ящиков, оружейных стоек, стол, мешки и много чего другого почти не оставляли свободного места. Джошуа едва не рассмеялся, посмотрев на Вспышек-охранниц с длинными плазменными винтовками - кобылы точно не были профессиональными солдатами. Им повезёт, если они вообще смогут развернуться с такими стволами. Осветительный талисман висел низко, и в случае чего зебра легко смог бы дотянуться до него и разбить - а окон в строении не было. Впрочем, пока что легионер всё ещё надеялся на мирное решение проблемы, и лишь изучал возможные пути. Наконец, он всё же обратил внимание на пони, сидящую за столом. Это так же была простая земная пони, крепкого сложения. На ней была одета довольно неплохая боевая броня, на морде - чёрные солнцезащитные очки, а из оружия Джошуа смог рассмотреть какой-то продвинутый плазменный пистолет, причём в довольно неплохом состоянии. В целом, она была единственной, кто, по мнению преторианца, мог представлять серьёзную проблему.       Пару секунд они просто сверлили друг друга взглядом, при чём выглядело это так, будто бы зебра с пони просто играли в гляделки - и он, и она сохраняли абсолютно каменное выражение на лице. Наконец, кобыла всё же заговорила. - Значит вас, полосатых сволочей, ещё не выбили отсюда, - с явным пренебрежением в бросила ему начальница. - Нас больше, чем ты думаешь, пони, - совершенно спокойным голосом ответил легионер, а затем добавил с саказмом, - Не знал, что в ваших традициях начинать разговор с оскорблений. Предки бы вами гордились.       Ещё некоторое время кобыла молча смотрела на него злобным взглядом. - Ух, какие мы умные, - ответила она наконец, - Слушай, дружок. Я могу прямо сейчас приказать тебя расстрелять. Посмотрим, какой ты будешь умный, когда тебя выведут на плац, кретин!       Легионер лишь снова посмотрел на неё абсолютно спокойными глазами. - Я уже много раз слышал подобные угрозы, - коротко ответил он. - Что ж, значит в этот раз тебе повезёт меньше, - снова злобно ответила начальница, не сводя с легионера взгляда, - Брайтред Кэйп я, если тебе так интересно.       Легионер кивнул, но не стал отвечать, решив пока что держаться так же, как и всегда - неразговорчивым и спокойным. Обычно это производило неплохое впечатление на пони и зебр, с которыми ему приходилось вступать в словесный поединок. - Так и что вы забыли на территории Вспышек, - задала вопрос зелёная земнопони. Сам факт того, что ещё не все Оставшиеся были уничтожены после того самого сражения, был крайне неприятным, и то, что один из них заявился сюда тоже не поднимало настроения. Брайт была весьма неуравновешенной кобылой, но она не была глупа - она понимала, что сейчас перед ней стоит один из телохранителей Легата, и вряд ли он здесь просто потому, что заблудился, хотя на самом деле почти так оно и было. - Вы не оставляли знаков, - ответил легионер. - А, так значит у вас ещё и проблемы со связью? Или с восприятием карт? - усмехнулась кобыла, - Удивлена, что ты не опираешься на кулаки и выговариваешь своё собственное имя. Почти.        Джошуа попустил оскорбление мимо ушей. Он уже давно смирился с тем, что зебр на Пустошах воспринимают не совсем так, как следовало бы. Те же, кто застал "полосатых дикарей" на поле боя, обычно уже никому не могли об этом рассказать. Пони относились к зебрам так же, как зебры к пони - начиная от полного недоверия и заканчивая откровенной ненавистью. Были, конечно, места, выбивающиеся из этих шаблонов. Например, небольшое поселение под скромным названием Коньюктио, "Объединение" в переводе с зебринского. Городок, основанный во время войны двумя воинами - Стальным Рейнджером и фрументарием Цезаря, оба из которых оставили позади всё, что бы показать, чего могут добиться два народа вместе. К сожалению, на них практически никто не обратил внимания - имя Рейнджера было опозорено, фрументарий был объявлен предателем и изгнанником. Хоть что-то они смогли сделать - поселение, построенное вокруг одного из тех самых пресловутых Стойл, в котором мирно жили и пони, и зебры, стояло до сих пор. Но, к несчастью, таких мест на Пустоши было мало - в большинстве остальных мест зебры, живущие в Эквестрийской Пустоши, непременно услышали бы реплику о "проклятых полосатых тварях". Примечательно, что в зебринских хрониках хранилось не меньше информации о военных преступлениях пони, однако многие из Оставшихся относились к ним с уважением, хотя и считали своими врагами. - И чего ты хочешь добиться оскорблениями? - задал вопрос зебра, глядя в глаза Брайт, которая, судя по всему, уже начинала выходить из себя из-за абсолютно спокойного вида легионера. - Честно говоря, ты просто меня бесишь, - бросила в ответ кобыла, - А если серьёзно, то помимо того, что мне нужно знать, что же здесь забыла какая-то важная шишка из "великого легиона", то уж очень у меня копыта чешутся убить тебя за то, что Оставшиеся сотворили с помощью своих кибернетических шавок.       Преторианец едва не рассмеялся в ответ на это заявление. Большинство пони обвиняли Легион в атаке Отродий Койотла - тогда как именно это событие и положило конец единству Оставшихся. Не говоря уж о том, что многие зебры, ранее служившие Легату, сражались с Отродьями наряду с пони. Но тем не менее, почти никто разбираться не стал, и вину, разумеется, повесили на Легион Оставшихся. Джошуа всегда хотелось задать кому-либо из обвинявших вопрос о том, почему же зебры не должны уничтожить пони или грифонов из-за работорговцев Красного Глаза и Стерн, которые не раз брали в рабство и зебр, в основном в таких местах, как Глифмарк. Он всегда держал этот вопрос при себе - и этот раз не стал исключением. - Оставшиеся не несут ответственности за действия Легата, пони, - только лишь ответил он, - Он был простым изменником. - Поздновато оправдываешься, - резко ответила лидер Вспышек, - Вы всегда будете врагами - не важно, двести лет назад или сейчас. - Так же считали и Оставшиеся, - парировал Джошуа, - Тогда чем вы отличаетесь от нас? - Мы вас не трогали по крайней мере! - не сдержавшись, крикнула Брайт. Её напускная "крутость" куда-то делась, и теперь она действительно демонстрировала неприкрытую злость - очевидно, слова преторианца задели её за живое, - Даже не думай сравнивать себя с кем-то из тех, кто погиб тогда! - Банды и наёмники так же убили немало из нас, - не теряя своего спокойного состояния ответил легионер, - Почему же мне не стоит винить любого пони за это? - Да что с тобой говорить, - злобно ответила кобыла и пару минут просто сидела молча, очевидно обдумывая ситуацию. Самым лёгким вариантом было просто пристрелить зебру, но этот вариант она решила отложить на крайний случай. Не только потому, что в ближнем бою, который непременно состоится на небольшой территории оборонительного поста, преторианец, пусть и бывший, будет иметь куда больше шансов на победу, чем любая из вспышек, и уж тем более в столь маленьком помещении. Слова преторианца несколько пошатнули её уверенность в правомерности убийства каждого Оставшегося, которого она встретит. Она почувствовала даже какое-то уважение к легионеру, хотя и не могла понять, почему. Джошуа же просто стоял, ожидая, когда Брайт решит, что же ей делать. Он тоже отнюдь не был идиотом, и понимал, что злить пони сейчас - идея далеко не самая лучшая. Одним из важных талантов зебры, которые не раз спасали его, было отчётливое понимание, когда стоит говорить, а когда молчать. Хотя с тех пор, как он стал преторианцем, он больше молчал. - Я давно не слышала об Оставшихся. Что у вас там происходит? - спросила не совсем к месту Брайт. Очевидно, она либо решила выведать информацию о том, что же всё-таки Джошуа тут делает, каким-то другим путями, либо просто использовала по максимуму ценный источник информации, случайно попавший к ней. "Умная, да? Посмотрим...", - про себя усмехнулся зебра, решив, пока что, подыграть пони. - Раскололись после той самой атаки Отродий на Хуффингтон, - ответил он, - Многие посчитали, что Легат их предал, а остальные остались ему верны. Потом пара радикалов начала мясорубку и лишь немногие решили уйти, в основном - ветераны. Во всяком случае, оставшихся больше нет, если это тебя беспокоит. - Беспокоит, - подтвердила Брайт, задумавшись над словами зебры. Не было похоже, что бы он врал - об Оставшихся действительно давно не было вестей, тогда как раньше некоторое всё же просачивались, в конце концов, они даже торговали с некоторыми пони, хотя и неохотно, а теперь... Во всяком случае, это была достаточно хорошая новость, которая смогла слегка успокоить Брайт. По крайней мере, беспокоиться о новом нападении, которое унесёт ещё больше жизней, теперь не стоит, - Ты хоть знаешь, чем обернулась атака вашего Легата с его жестянками? - Догадываюсь, - просто ответил Джошуа. Он вполне понимал, что могут сделать несколько тысяч киберзебр, особенно если рядом есть несколько устройств для их производства. Было странно лишь то, что Легат, располагая такими силами, почему-то бросил их совсем не туда. Вместо штабов, госпиталей, заводов и военных баз он бросил их на поселения вроде Капеллы или Мегамарты, в итоге разделив их на небольшие отряды, которые отбили, хотя и с потерями. Непонятно было так же и то, почему Легат не защитил производящие устройства отрядами преторианцев, хотя бы из тех, кто был лоялен. Либо он был просто идиотом, во что Джошуа не верил, либо у него был какой-то собственный план. "Какая жалость, что он уже сдох," - иронично подумал зебра, - Я повторюсь, Оставшиеся не несут ответственность за действия Легата. - Вы его поддерживали всё это время, - возразила Брайт. - Мы понятия не имели о том, что он хочет делать, - парировал Джошуа. - Вы даже и не пытались узнать! - Потому что мы верили Легату. Он нас объединил, тогда как остальные так и остались дикарями. С чего бы нам было ему не доверять? - И никто из вас не задался вопросами даже после того, как вам приказывали атаковать свои же поселения? - снова ответила кобыла. Это было... Неожиданно. Джошуа не знал, что пони осведомлены об этих деяниях Оставшихся. Обычно атаки на поселения проходили тихо и без свидетелей. Видимо, у банд всё же была какая-никакая шпионская сеть. Ну, или же просто какую-нибудь зебру случайно не пристрелили или пожалели во время задания. Тем не менее, этот вопрос ударил больнее всего - слишком много плохих воспоминаний было связано с первым таким заданием. - Почти все спрашивали, пони - с куда большей долей суровости в голосе ответил Джошуа, - Некоторые ломались. Большинство держались. И не все это одобряли. - Но никто не возражал, - снова с нескрываемой злостью ответила Брайт. - Легион был нашим домом, фактически - семьёй, - пожал плечами преторианец, - Для большинства - единственным способом выжить. Мы не могли идти против него. В одиночку никто бы не выжил. Некоторые уходили. Только одна зебра ушла при мне. Не знаю, где она сейчас. - И тем не менее, почему-то все вы вырезали своих же, но никто не дезертировал. Это многое о вас говорит, не так ли? - Большинство верили Легату, называющему эти действия "справедливым воздаянием", - возразил Джошуа, - Глупо обвинять их в этом. Те, кто остался на сегодняшний день, в основном избрали мирную жизнь. Правда, обычно пони не дают им подолгу жить мирно. - Вот только что-то я не видела, что бы кто-то из них пытался исправить содеянное, - хмуро ответила Брайт, осознавая, что словесный поединок уже начала проигрывать. Она слишком плохо знала Оставшихся, и на каждый её аргумент легионер находил своё возражение. Из-за этого решение, что же делать дальше, давалась ей со всё большим трудом. - Если бы каждый, кто хоть чуть-чуть был виноват, нёс наказание, то Пустоши сейчас были бы полны работающих на благо общества пони, зебр, гончих и грифонов, - резонно возразил Джошуа, - Что-то я их не вижу.       Брайт вздохнула. Этот спор начинал ей надоедать. Она уже подумывала о том, что бы по быстрому расстрелять пленников и не мучиться, но всё же не стала - легионер определённо её заинтересовал. Он не был похож на большинство проходимцев из Пустошей, пытающихся всучить крышки, льстить, прикрываться связями в Обществе и Коллегии, лишь бы его отпустили. Этот зебра предпочёл отстаивать своё мнение. Он был внутри вражеской базы, но тем не менее он не боялся. Он не матерился и не угрожал расправой, как многие другие, кто попадался ей на этом участке. Он, судя по всему, не раскаивался за то, кем был в прошлом... Но и не гордился этим. На Пустошах зебр привыкли видеть совсем другими: либо это были забитые жители Глифмарка, на которых было даже жаль патроны тратить, либо высокомерные сволочи, выставляющие себя высшей расой и смешивающие всех, кто не носит полосок, с грязью. У этого же экс-легионера определённо была своя философия. Он привык думать сам, а не полагаться на то, что всё за него решит лидер. Таких зебр - да и не только зебр, даже пони, - она встречала сравнительно не часто. Обычно, такие долго не жили. Закон Пустошей - прогнись или умри. Большинство прогибались. Анклав, Оставшиеся, Стальные Рейнджеры... Даже Отступники, не смотря на то, что являлись примером неподчинения ордену, по сути оставались теми же - просто шли за другим пони с другими идеалами. Те же, кто шли своим путём, обычно находили бесславную смерть где-нибудь в довоенных развалинах. - Дискорд с тобой, - плюнула в сторону Брайт. Возможно, в словах легионера и была правда. Может быть, он и не должен отвечать за все преступления Оставшихся. Возможно, будет лучше, если он поймёт, что же его Легион сотворил с Пустошами, - Считай, что твой длинный язык тебя спас. И это милосердие, а не принятие. - Эти признак силы, - кивнул Джошуа. Он тоже отнюдь не был тупым и понимал, что тут всё куда глубже, чем просто "отродья Койотла порешили несколько городов". На Пустошах почти все теряют кого-то. Многие винят в этом себя, остальные начинают искать виноватых среди других. Кого потеряла эта кобыла, он не знал, да это было и не важно, но всё же какая-то зебринская порядочность заставила его продолжить, - Прими мои соболезнования. Кто это был?       Брайт глубоко вдохнула. Она понимала, что этот вопрос последует - зебра, стоящий перед ней был не из тех, кто просто убежит, поджав хвостик, как только услышит об амнистии. Правда, она и сама не знала, готова ли рассказать кому-либо об утрате. Она постаралась закинуть эту боль куда-то поглубже, и последние четыре года старалась как можно усерднее поддерживать вид "кобылы-мачо". Было какое-то ощущение, что именно этот образ помогает ей справиться с потерей, произошедшей во время войны. Но каждый раз, когда ей напоминали об этом, боль возвращалась, при чём как будто бы с новой силой. Брайт была не из тех кобыл, кто могли поплакаться на груди у любимого или подруги, и порой она жутко ненавидела эту черту своего характера, особенно в те моменты, когда что-то заставляло её вспоминать о том, что ей пришлось перенести. В такие моменты она понимала, что нуждается в поддержке - но не могла просто взять и оставить свой новый "образ". - Брат, - постаралась как можно суше ответить Брайт, - Защищал жеребят в Капелле, завалил какой-то гавнюк с крыльями и винтовкой.       Джошуа снова кивнул. Он понимал Вспышку даже слишком хорошо. Когда-то он тоже был простым жеребцом, любившим просто посидеть с любимой кобылкой или провести время с другими легионерами, такими же как он. Порой ему точно так же хотелось долго жаловаться кому-либо на несправедливость мира, злого декана или высокомерность ветеранов. Когда-то давно была зебра, к которой он мог прийти, которая искренне желала помочь ему с любой проблемой, душевной или же физической. А потом он точно так же её потерял. Джошуа понимал, что глупо было возлагать вину на кого-то, кроме себя. Именно себя он и винил. И с тех самых пор он стал тем, кто он сейчас. Неразговорчивый, безэмоциональный, холодный легионер-снайпер. Да, он понимал Брайт слишком хорошо. - Понимаю, - спокойно ответил он. В отличие от кобылы, он всё же смог принять свой образ. Теперь Джошуа чувствовал себя тем, кто он есть, вполне комфортно. Порой он задумывался над тем, что происходило, но редко эти мысли вызывали у него всплески эмоций. Лишь недавно, снова посетив места, где он вырос, преторианец начал чувствовать что-то ещё. Он не мог понять, что, - У меня было что-то похожее, но виноват был я сам. - Похоже, я достаточно плохо знаю Оставшихся, не так ли? - выдавив из себя некое подобие ухмылки, спросила Брайт. Теперь легионер действительно заинтересовал её. Брайт стало интересно, что же было с ним раньше, от чего он стал таким, каким предстал перед её глазами в первый раз. Спокойствие, уверенность... Как ни странно, дружелюбие. Он не стал сыпать оскорблениями и угрозами. Наоборот, был вежлив и стал решать дело словами, а не копытами. - Едва ли хуже, чем я знаю пони, - уже более свободным тоном ответил Джошуа. Он всё же смог проложить мостик доверия между ними. Теперь лишь осталось укрепить его, - Оставшиеся лишь хотят казаться брутальными ксенофобами. Большинство из них - всего лишь зебры, которые хотят держаться вместе, что бы выжить. Все эти истории о Найтмэр Мун, Деве Звёзд, Пророчествах и всём остальном, это лишь предлоги, которые помогают нам держаться вместе, объединяют. Да, в окружении Легата было немало фанатиков, действительно верящих во всё это и искренне желающих вести войну, окончившуюся двести лет назад. Легион против целой нации... Красиво звучит. Но всё же большинство из нас были неплохими ребятами. Запутавшимися, но неплохими.       Брайт просто кивнула. Такого взгляда на Оставшихся она, разумеется, не встречала, но, в прочем, иного и не следовало ожидать. Но следующий вопрос преторианца застал кобылу врасплох. - В чём философия Вспышек? - Что? - ответила она спустя пару секунд. К такому вопросу она не была готова, но всё же мысленно пнула себя, потому что именно такого вопроса и следовало ожидать от зебры или пони с подобным складом ума. - Вы не очень-то похожи на обычную банду рейдеров, - пояснил преторианец, - По крайней мере, я с такими не сталкивался.       Брайт вздохнула. Да, она прекрасно понимала, что объединяет всех Вспышек. Это были не самые приятные воспоминания. Наоборот, любая из Вспышек старалась вспоминать об этом как можно реже. Возможно, ей повезло больше, чем остальным. Возможно - нет. Она старалась не думать об этом. С тем, что произошло, она уже смирилась. Эти воспоминания не сильно тревожили Брайт, но были всё так же неприятны.       Молодая кобыла лежит на каменном полу в каком-то из довоенных заводов. Когда она шла сюда, то и не думала, что всё обернётся именно так. Она была простым старателем, членом группы "Диггеры" - одного из самых удачливых объединений пони, занятых раскопками всяких ресурсов на заказ. Не хочешь рисковать шкурой, отправляясь в какое-то заброшенное здание? Зови "Диггеров". Не хочешь терять писцов и рыцарей, доставая из какого-то опасного места какую-нибудь малоинтересную побрякушку, стреляющую лазером? "Диггеры" тут как тут. Они брали не так уж и много крышек за свои услуги, но при этом работали быстро и качественно. К сожалению, смертность среди старателей, независимо от группировок, была очень высока. Ни одна большая шишка не хотела брать под свою протекцию очередную группу мусорщиков, распыляя силы ещё и на их защиту. Обычно такие объединения существовали лишь потому, что постоянно переходили с места на место, а грабить у них было особо нечего. К сожалению, это касалось лишь основной массы. Поисковые группы, встретив очередную банду, постоянно несли огромные потери. Плохо вооружённые и немногочисленные, они практически ничего не могли противопоставить обкуренным и безбашенным бандитам, гангстерам и рейдерам. Группе Брайт не повезло - встреченные оказались даже не обычными бандитами. Кобылка, всё ещё лежащая на полу не в силах подняться, видела перед собой лишь ноги жеребца, только что закончившего свои "развлечения" с ней. Он как раз надевал на них чёрную, отполированную броню. Когда она всё же пересилила себя и подняла голову, то увидела перед собой лицо насильника, теперь уже закрытое жутковатым чёрным шлемом с несколькими торчащими шлангами и открытой мордой. Обычно разведотряды Анклава предпочитали действовать тихо. Тем, кто их видел, обычно крайне не везло. В лучшем случае близкие находили их тела, а обычно - лишь рассеянный пепел. Сегодня поисковому отряду "Диггеров" просто не повезло натолкнуться на отряд пегасов, посланный за тем же импеллером из генератора, что и они. Разумеется, не только пони по прозвищу Красный Глаз, давший заказ на импеллер, был заинтересован в работающих генераторах. Энергии требовали, например, вертибаки Анклава, вроде того, что сейчас гудел где-то неподалёку. И, по видимому, несмотря на распространённые заблуждения, многие солдаты Анклава уважали те же самые развлечения с пленными кобылками, что и большинство пони на Пустошах. Брайт, конечно, понимала, что участь быть изнасилованной и избитой где-то в старом заброшенном здании может не обойти стороной и её, но всё же это были лишь мысли, догадки, попытки не зазнаться своей удачей. На деле всё было по иному. Она сама не понимала, как себя чувствует. Мысли путались, боль в определённых местах лишь усиливалась, она не знала, что ей делать дальше - бежать отсюда как можно дальше, не взирая на пушки пегасов-разведчиков, покорно принять свою судьбу и ждать конца, который, несомненно, наступит очень скоро или же просто свернуться клубочком на этом самом полу и зарыдать. Одно она знала точно - конец наступит скоро. Отряды Анклава не привыкли оставлять свидетелей. Теперь она, скорее, была даже рада этому. - Ну и что нам с ней делать? - донёсся голос пегаса. Было довольно необычно слышать голос пони в силовой броне, не искажённый динамиком шлема. Это был вопрос, над котором все, кто знали о броне пегасов, ломали головы - почему им не сделали защиту для морды на шлеме. Самой распространённой версией было то, что так сделали специально для того, что бы солдат мог с одинаково эффективностью использовать и оружие, предназначенное для боевых сёдел, и оружие с зубным хватом. В прочем, в тот момент это мало волновало Брайт. - Ты знаешь инструкции, пятнадцатый, - ответил другой пегас, выплюнув на пол сигарету, которую покуривал, стоя в стороне, - Плазмой в башку и двигаем отсюда. Импеллер уже у нас. - Да ладно тебе, Севен, - весело ответил пегас, стоявший перед кобылой, - По мне так, она отработала свою жизнь. Не её вина, что тебе не захотелось с ней поиграть. Да, парни?       Пара стоящих поодаль пегасов, принявших участие в "исправительной работе" и уже успевших нацепить силовую броню, согласно кивнули. - Чёрт с ним, - возразил "курильщик", - Я сразу предложил её пристрелить, инструкции на этот счёт ясны. Не моя вина, что тебе приспичило. - Ой, да ладно тебе, - беззаботно ответил пегас с номером пятнадцать, всё ещё не отходя от пленницы, - Будет хорошим примером, что бы не связывались с Анклавом. - У тебя есть приказ, пятнадцать, - холодно ответил Севен, даже не взглянув на Брайт, - Никто не должен видеть нас на поверхности. - Брось, уж вертибак-то трудно не заметить, - встрял из угла комнаты один из пегасов, - А эта пусть валит, всё равно долго не протянет. - Я пока ещё терплю ваши "вольности", - пригрозил Севен, - Но однажды мне надоест и я вас сдам начальству к чейнджлингам Дискордовым.       С этими словами пегас взвёл две плазменные винтовки, готовясь к аннигиляции. Брайт, взглянув на него, просто закрыла глаза. Сил, что бы что-то делать, уже не оставалось, да и желания тоже. Ей лишь хотелось, что бы всё это поскорее кончилось. Но пегас не успел завершить начатое. Снаружи, из-за бронированной двери, послышался звук каких-то ударов и шевеления. Пегасы переглянулись. - Чёрт, парни, валим, - крикнул пегас в красном берете вместо шлема, хватая своего нерасторопного товарища и таща его к лестнице на крышу. Пятнадцатый, посмотрев на Севена, кивнул в сторону лестницы, а затем, схватив оружия, бросился к выходу. Пегас со взведёнными винтовками ещё пару секунд постоял, смотря на пленницу, затем махнул копытом, плюнул в её сторону и пошёл убираться отсюда. Минут через пять, бронированная дверь всё же раздвинулась. В помещение вбежали грифон и пара пони в боевой броне. Один из них тут же бросился к лежащей на полу Брайт. Он осторожно перевернул её на спину и присел возле неё. - Брайт! - почти закричал он, - Ты слышишь? Брайт!       Она узнала голос Найса, своего брата. Видимо, она отсутствовала куда дольше, чем ей казалось. Довольно долго провалялась, оглушенная пегасами. Брайт вяло кивнула. Ей почему-то не казалось, что всё кончилось хорошо. Сейчас, единственное, что хотелось кобыле - это просто потерять сознание и пролежать так час, или два, или вечность. Жеребец облегчённо вздохнул, осторожно приподнял её и прижал к себе. Он гладил её по гриве, шепча какие-то успокаивающие слова. Брайт, в свою очередь, обхватила его копытами, уткнулась ему в грудь и зарыдала. Снаружи донёсся звук лопастей улетающего вертибака. - Скажу тебе так, - вынесла вердикт Брайт, посмотрев в упор на легионера, - Вспышки - это те кобылы, которых кто-то жёстко поимел, и что бы не рехнуться, мы все держимся вместе. Друг с другом нам комфортнее, чем с другим полом.       Легионер просто коротко кивнул. К огромному облегчению Брайт, ему хватило такта, что бы не спрашивать о том, как это произошло - тогда бы она собственноручно пристрелила преторианца. Это ей, на самом деле, тоже понравилось в нём. - Ладно, если теперь мы хоть сколько-то можем доверять друг другу, - начала Брайт, - Может теперь ты всё-таки соблаговолишь рассказать мне, что легионер Оставшихся и такая миловидная грифина забыли на нашей территории?       Джошуа ударил себя копытом по лицу. Ну конечно, он совсем забыл про Клаис. Первой его реакцией было тут же задать про неё вопрос, но потом он решил подождать - судя по всему, грифина ещё жива, да и наверняка сейчас это вечно щебечущее создание ещё в центре внимания. Он не думал, что кто-то здесь захочет пристрелить столь артистичное и милое создание. - Идём, ищем кое-что, - уклончиво ответил преторианец. - И что же за кое-что вы ищете? - задала вопрос Брайт, не особо рассчитывая на ответ. - В условиях контракта был пункт о "секретности", - резонно ответил Джошуа. Он в любом случае не стал бы разглашать то, что они ищут - слишком много стоит на кону. Контракт был лишь удобным предлогом.       Брайт лишь вздохнула. - А, к Дискорду, - махнула она копытом, - Валите отсюда, и поживее.       Джошуа не стал прощаться. Он вышел из "штаба" ровным шагом и огляделся, ища глазами грифину. Долго искать её не пришлось - прямо впереди он уже увидел группу из Клаис и пары кобылок, которые сейчас что-то горячо обсуждали. Преторианец усмехнулся, смотря на них. "Всё ещё жеребята," - подумал он, медленным шагом идя к напарнице. Клаис явно пыталась что-то втирать слушательницам, но, видимо, никто её особо не верил. Та сначала не заметила его, а заметив тут же закричала: - Эй, босс! Тут они не верят, что ты отряд наёмников перебил!       Джошуа не ответил, просто указав грифине в сторону выхода. Она собиралась было сказать что-то ещё, но передумала и, закатив глаза, поплелась в след за преторианцем. Зебра довольно долго шёл ничего не говоря, видимо, уводя их подальше от территории Вспышек, пока кто-нибудь, сидящий в верхах не решил передумать и пустить ему лазер в голову. Да, можно считать, что им сегодня крайне повезло, ведь Вспышки считались одной из наиболее оснащённых и подготовленных банд на территории вокруг Хуффингтона, не считая Жнецов, конечно. Но, видимо, как и в любой "приличной" армии, на дальние аванпосты особо никого стоящего и не послали, не считая угрозы с этой стороны достаточными. И уж тем более Джошуа не хотелось думать о том, как он смог уговорить эту кобылу, которой вполне подошла бы роль декана или центуриона, судя по её манере командовать. "Да у нас половина офицеров именно такими и были," - пронеслось в голове у преторианца. Вспомнился наставник, центурион, а позже и фрументарий Ланий. "Удачи, старик..."       Он остановился только когда они дошли до края леса. Преторианец сел, прислонившись к стволу дерева и с шумом выдохнул. - Эммм, босс? - вдруг посмотрела на него грифина, - Я тут поспрашивала... Мне кажется, я знаю, куда нам дальше.