Дьявол - Хранитель

***

      Раздражённый, Марк метался по своей комнате уже в своём мире. Поступок его брата вызвал у него бурю эмоций. Неприятную для самого Марселя, который боялся каждого пристального, испепеляющего взгляда Марка.       — Как ты посмел нарушить мои планы? — прокричал Марк. Он не собирался скрывать своего истинного состояния. Ему помешали, его позвали обратно, и всё ради какого-то очередного грешника? Ему с трудом в это верилось.       — Прости, — пролепетал Марсель. — Но я понятия не имею, что с ним делать, — резко подскочив со стула, проговорил он. — Он здесь, а, значит, грешен и заслуживает наказания. Но, посмотрев, я ничего не увидел, — продолжил оправдываться мужчина. — Я не увидел настоящих грехов.       — Я всегда говорил, что ты несерьёзно относишься ко всему, что здесь происходит, — процедил Марк. — Ты слишком много времени отдаёшь шуткам и сношению с наложницами. Для чего ты прожил здесь столько лет? Ведь я учил тебя. Давал советы перед тем, как покинуть на время дом.       — Послушай, Марк, — стараясь говорить спокойным тоном, произнёс Марсель. — Давай ты посмотришь на него, а после вновь отправишься на землю. Это в первый и в последний раз. Обещаю, — тихо добавил демон.       Марк жёстко смотрел на стоявшего напротив брата. Он знал, что брат боится его. Кого он перед собой видел? Настоящего демона или существо, которому попросту повезло родиться его младшим братом? Дьявол не знал ответа или боялся ответить себе же, ведь ответ мог быть не в пользу Марселя. Хотя, что он мог требовать от человека, чьим любимым занятием были сношения с демоницами и долгие беседы с мучениками, которые тысячами висели у него в зале, прикованные цепями к стенам и столбам.       — Прекрасно, — ответил Марк. — Сейчас же веди меня к нему, — накинув чёрный пиджак, проговорил дьявол. — Где он?       — Он в том самом зале, — не раздумывая, ответил Марсель. — Где же ещё ему быть? — усмехнувшись, добавил он. Но очередная улыбка мгновенно улетучилась, как на него пал пристальный, укоряющий взгляд Марка. С этим существом шутки были плохи. Собой Марсель не любил рисковать.       Они шли недолго. Несколько лестничных пролётов, и слуги резко распахнули перед своим повелителем высокую арочную дверь. Марк, подобно порыву ветра, стремительно ворвался в комнату. Он, как никогда, желал видеть грешника, из-за которого его позвал брат. Он уже презирал его. Несколько шагов, и он остановился напротив молодого мужчины, который спиной прислонился к холодной, влажной стене и что-то нашёптывал. Шевелились лишь его тонкие обветренные губы. Но Марку была не важна громкость его голоса. Он прекрасно обо всём знал.       — Молишься? — с ухмылкой поинтересовался Марк. — Думаешь, твой бог поможет тебе? — скрестив за спиной руки, заключил дьявол.       — Перед казнью грешнику всегда даётся право на молитву, — открыв глаза и посмотрев на Марка, ответил мужчина. — Это устоявшийся тысячелетиями закон.       — Начитанный пьяница, — проговорил Марк. — Всё, как обычно. Может, ты мне ещё и стих прочтёшь? Или расскажешь научный доклад какого-нибудь известного деятеля? У вас на земле таких полно.       — У нас на земле кого только нет, — иронично ответил грешник. — Иногда мне жаль землю. Кого только не носит, бедняжка, — вздохнув, прошептал мужчина.       — Тебя, например. Верно?       — Что сразу я-то? Разве хуже меня никого нет? — поведя уголков губ, поинтересовался грешник.       — Есть. Конечно же, есть. И хуже и лучше. Но сейчас-то передо мной сидишь именно ты, — проговорил Марк. — И именно из-за тебя я поменял свои планы. Думаешь, я просто так оставлю это?       Грешник замолчал. Резко. Он вспомнил, что говорил Марсель о том, что дьявол отсутствует.       — Что ты молчишь? Боишься. Тебе интересно, я ли это на самом деле? Тот ли, о ком говорил тебе мой брат? — усмехаясь над мужчиной, спросил Марк. — Именно. Я — дьявол. Тот, к кому ты любил посылать свою жену, когда вы ругались. Ну, а в один прекрасный для тебя день, ты не стал куда-либо посылать её, а попросту толкнул. Да так, что несчастная смогла посчитать каждую ступеньку на лестнице в вашем доме. Верно? — продолжил Марк. — Но после ты всё вывернул так, что она подумала, что вся эта ситуация случайна, и ребёнка она потеряла не по твоей вине. Так? Но на самом-то деле, Джек, ты ведь не хотел того ребёнка. Ты не желал становиться второй раз отцом. Эти бессонные ночи, смеси и педиатры… Тебе ведь было ни до них. Кабак и шлюхи. Вот это твоё. Я прав? — Марк вопросительно смотрел на мужчину. — Конечно, я прав. Можешь не раскрывать свой поганый рот. Я даже не буду думать над твоей пыткой. Она будет простой. Твои гениталии сожрёт кучка оголодавших крыс. Ты будешь это видеть. Постоянно. Вечно, — самодовольно продолжил Марк. — Но сперва тебя поимеют несколько десятков демонов-развратников, их у меня также предостаточно, — ухмыляясь, заключил дьявол.       — Я не хотел его, это правда! — немного задрожав от услышанного, ответил грешник. — Но она хотела рожать, и я не мог ей внушить, что нам и одного хватит за глаза. Мне пришлось, — покрываясь холодным потом от одного только сверлящего взгляда Марка, заключил мужчина.       Марк усмехнулся.       — Твоя жена потеряла живого человека, правда, ещё не родившегося, но всё-таки он был жив. А знаешь, где он сейчас? — Марк со значением посмотрел на оживившегося грешника. Он презирал его. Это был тот тип человека, который способен на всё, только бы всё было так, как желает он.       — В раю, — прошептал грешник. — Где же ещё быть убиенному ребёнку?       — Какой ты догадливый, — проговорил Марк. — Именно там твой сын и бегает. Впрочем, там ему и место. Это лучше, чем жить и воспитываться под началом такого, как ты. Уведите его, — отдал приказ Марк. — Перед пыткой как следует высечь, чтобы от спины этого ничтожества осталось кровавое месиво, — не оборачиваясь на демонов, которые под руки поволокли мужчину, добавил дьявол.       Марсель стыдливо опустил голову. Он понял, в чём заключался грех этого мужчины. Он убил своего ещё не родившегося сына. Здесь, в аду, это не было новостью. Марсель видел и беседовал с теми, кто убивал уже родившихся своих детей. Тех, кто любил и доверял. Им Марк назначал самые изощрённые пытки. Он же приказывал своим демонам исполнять указания дьявола.       — Теперь ты всё понял? — Марк недовольно посмотрел на брата.       — Да, — стыдливо, не поднимая головы, ответил Марсель.       — Сегодня я останусь здесь, — проговорил Марк. — Я устал. Оказывается, перемещение в мирах тяжёлое занятие даже для меня.       — Как там? Расскажи! — с блеском в таких же чёрных, как и одежда, глазах произнёс Марсель. Его любопытство было врождённым. И иногда не знало границ.       — Тот мир совершенно непонятен, — ответил Марк. — Кто-то любит, кто-то ненавидит, кто-то убегает, кто-то догоняет. Сумасшедший мир, и люди в нём такие же.       — И чем же, интересно, ты там занимаешься? — Марсель вопросительно посмотрел на брата.       — Отдыхаю от всего этого, — он взглядом окинул комнату. — Наблюдая, усмехаюсь. Чем я могу там заниматься?       — Хотел бы я оказаться на твоём месте, — с грустной ноткой в голосе проговорил Марсель       — У тебя есть своё. И довольно-таки приятное, — сказал дьявол, покидая комнату. — Ты мой брат, и, сердясь, я не могу выпустить тебе кишки или сломать хребет. Тебе повезло, братишка, — ехидно усмехнувшись, добавил Марк.       — Согласен, — ответил Марсель. И всё же дрожь волной прошлась по его телу. Взгляд брата напугал его. Такое случалось очень редко.       — Я к себе, — проговорив, Марк в сопровождении двух демонов направился в свои покои. Сейчас он хотел только одного — отдохнуть. Всё же, перемещение в мирах сказалось сильной усталостью.       Вернувшись в свою спальню, Марк прилёг на постель. На ней всегда было одиноко. Наложницы ублажали его в своих спальнях. Здесь им места не было. Слишком огромная честь для простой демоницы оказаться в личных покоях дьявола. Чёрный шёлк. Водя ладонями, он чувствовал его. Сейчас он напоминал ему Полину. Возвращение, гнев — всё это выбило его из колеи. Марк прикрыл глаза. Хотелось спать. Он редко это делал, чаще просто дремал. Мысли смешались. Усталость взяла верх. Дьявол уснул.

***

      Полина торопливо спешила на учёбу. Чувство постоянного холода прошло, впрочем, как и преследования. Она ощутила необъяснимое облегчение. Желание дышать полной грудью, смеяться, радоваться. Подумав скосить путь, Полина спустилась с моста и решила пройти по узким улочкам своего района. Она слышала, что ночью на них могло случиться что угодно: от простой драки до убийства, но был день, и вокруг было полно народа. Полина сразу же постаралась не думать о плохом. И у неё это прекрасно получилось. Перепрыгивая через небольшие лужицы на асфальте, она проходила один дом за другим. Запах недавно прошедшего дождя нравился ей. Она старалась дышать глубоко. Ведь повсюду был её любимый запах — запах мокрого асфальта.       — Девушка! — незнакомый мужской голос окликнул её.       Обернувшись, Полина увидела трёх мужчин. Молодые, опрятно одетые, светловолосые с красивой улыбкой каждый. Они, не спеша, подошли к остановившейся девушке.       — Чем могу помочь? — улыбнувшись, поинтересовалась она.       — Вы знаете, многим, — с улыбкой ответил один из мужчин. — Например, сходить с нами в кафе, потанцевать, — он с интересом смотрел на мало что понимающую девушку.       — Я не могу, — пролепетала Полина. — У меня много дел, — сделав несколько шагов назад, добавила она. Дрожь от страха начала медленно овладевать ею.       — Дела могут подождать. Правда же? — обернувшись на двух усмехающихся мужчин, произнёс всё тот же, одетый в тёмно-синий костюм, незнакомец. — Нам скучно, и мы хотим, чтобы нас развлекала именно такая красивая девушка, как ты. Пойдём с нами. Уверяю, что скучать мы тебе не дадим. Мы те ещё затейники, — чуть слышно рассмеявшись, заключил мужчина.       — Нет! — громче обычного, ответила Полина. — Не смейте даже подходить ко мне.       Они рассмеялись. Громко. Самодовольно.       — Человеческая женщина сопротивляется? — сквозь смех, проговорил один из троих мужчин. — Как же мне страшно. Давно у меня не было таких милых девственниц, — он подошёл к Полине: видел её дрожь. — Знаешь, почему мы здесь? — коснувшись пальцем её подбородка, он немного приподнял испуганное лицо девушки. — Ответь, — сжав пальцы, добавил мужчина.       — Нет. Не знаю, — пролепетала Полина. — Отпустите меня, пожалуйста.       — Не знаешь. Это естественно, — усмехнулся он. — Мы хотим позабавиться, а ты, как вариант, просто чудо.       — Но почему? — ничего не понимая, спросила дрожавшая от страха девушка.       — Наивная девочка, — сказал юноша. — Каждый день я вместе со своими братьями слушаю твои молитвы и наблюдаю за тобой. Ты ходишь в церковь, прилежно ведёшь себя, и каждую ночь ты умоляешь нас помочь тебе, — не умолкал мужчина. — Глупышка, — немного помолчав, заключил он.       — Она слабая, — проговорил второй. — Посмотри на неё. Она же само воплощение слабости. Её слёзы и сопли мы видим почти каждый день. Тебе выпали испытания, и ты должна была пройти их с честью. Подумаешь, теряешь сознание. Но ты выбрала иной путь: ты обратилась к самому дьяволу, — злобно процедил он. — Как верующая девочка, ты должна знать, что к нему не желательно обращаться, ведь он может и услышать тебя. Ты молилась нам и ему. Зачем? — он сурово посмотрел на девушку.       Полина внимательно, но ничего не понимая, слушала трёх молодых мужчин, от которых она уже явно не сможет уйти. За их внешней красотой скрывались агрессия, желание причинять боль и страдания.       — Кто вы такие? — пролепетала девушка. Страх овладел всем её телом. И скрывать его было уже бесполезно. — Откуда вам известно про мои молитвы?       Мужчины рассмеялись, нахально хватая её за плечи и кисти.       — Пусть это останется тайной, — усмехнулся один из трёх. — Тебе незачем это знать. Мы хотим расслабиться, поиграться, заняться с тобой сексом и расстаться хорошими приятелями. Разве это плохо? Мы будем ласковыми с тобой, обещаю, — наклонившись, на ушко шепнул мужчина.       Полина оцепенела. Что она услышала? Что говорили эти странные незнакомцы? Сердце колотилось с чудовищной силой. Дышать было трудно, а ноги в мгновение стали тряпичными. Ком в горле. Что отвечать этим людям? Как обезопасить себя? Одни вопросы и ни единого ответа. Только лишь страх.       — Я прошу вас, — проговорила она. — Пожалуйста, не надо.       Вновь рассмеявшись, мужчины на этот раз ничего не стали отвечать. Подхватив её и забросив себе на плечо, один из троих направился к широким металлическим дверям. Остальные двое послушно последовали за ним. На двери висел большой замок, но для этих существ никакой металл не был помехой. Один рывок, и замок лежал на мокром асфальте в брызгах уличной грязи. Полина истошно кричала, но на её крики так никто и не вышел. Не слышали? Вряд ли, просто в этом районе никто не хотел вмешиваться в чужие проблемы. В этом районе, на этих улицах по этому закону жили уже не одно десятилетие. Увидев позади идущую женщину, Полина закричала что есть сил, она умоляла её помочь, позвать на помощь, но увидев трёх мужчин с девушкой на руках, женщина моментально повернула и скрылась с глаз Полины.       Они вошли в некогда запертый склад. Повсюду ящики да пыльные мешки, наполненные каким-то неизвестным веществом. Оказавшись брошенной на них, Полина попыталась встать, но резкий удар под дых мгновенно остановил девушку. Согнувшись, задыхаясь от боли, она осталась лежать, приняв позу зародыша. Осознавая всю печальную для себя ситуацию, Полина в очередной раз закричала, но её крик превратился в хрип. Голос сорван. Шансов быть кем-то спасённой улетучился.       — Расслабься, так будет лучше и для тебя, и для меня, — самодовольно проговорил расстёгивающий молнию брюк мужчина. — Я старший брат, а, значит, я первый получаю удовольствие. Кстати, я люблю сзади, так что поворачивайся, дорогуша, — нахально улыбнувшись, он начал ласкать себя.       Полина, казалось, и не слышала своего хрипа, когда незнакомец жёстко овладел ею. Её плач, его стоны от получаемого удовольствия и смешки братьев, наблюдавших за происходящим и готовившихся к своей дозе удовольствия, — всё это смешалось в старом, грязном складе, где мыши и крысы научились совместной жизни с иногда захаживающими в это помещение бездомными.       Боль — это всё, что она могла чувствовать. Душевная не уступала физической. Рвущаяся, режущаяся, она присутствовала в каждом миллиметре её тела. Закрыв глаза, она попросту ждала, когда закончится весь этот ужас, что вытворяли с ней эта троица здоровых, жилистых мужчин. Но они и не думали прекращать — им нравилось мучить её. Наблюдая за её муками и хриплыми, мучительными стонами, они смеялись. Громко, нахально. Каждое прикосновение этих чудовищ — именно таковыми считала их Полина — приносило ей неописуемое отвращение. Их похотливые шлепки по её обнажённому телу, их любимые позы и зверские движения внутри неё. Она терпела. Да и что ей оставалось ещё делать? Ах, если бы она только могла умереть перед этим. Её выбор был бы очевиден: она и думать не стала бы, а попросту сбросилась с моста, и дело с концом. Но нет. Всё началось на несколько минут позже. Мост остался в прошлом. Но до него ещё можно добраться, и тогда всё прекратится. Каждая мысль девушки была исключительно о смерти. Умереть. Теперь она хотела только этого. И это будет правильно — так считала девушка.       — Заканчивай уже, — надевая брюки, проговорил старший брат, смотря на то, как младший наслаждается телом юной красавицы. — Пора возвращаться, нам проблемы ни к чему, — с усмешкой добавил он.       — Ты жива? — подойдя к неподвижно лежащей Полине, спросил старший из братьев. — Хочу сказать, что мне было хорошо с тобой. Быть первым у такой красавицы как-то всегда приятно, даже лестно. Поверь мне, — усмехаясь, говорил он. — Надеюсь, теперь-то твои наивность и глупость пройдут?       — Будь ты проклят, — чуть слышно пролепетала девушка. Больше ей бояться было нечего, самое страшное уже произошло.       Он рассмеялся.       — Там, где я живу, нет места проклятию и злу. Но временами нам с братьями очень хочется забыться. Хотя бы на несколько вот таких чудесных часов, что мы провели с тобой, — произнёс он. — Знаешь, среди ангелов тоже есть плохие парни, мы как раз из таких! Мы — исключение из правил, дорогуша. Но, я надеюсь, ты не будешь жаловаться нашему отцу?! — громко рассмеявшись, спросил мужчина. — А-то ты любишь молиться, глядишь, и ему пожалуешься.       Полина посмотрела на стоявшего перед ней мужчину.       — Я больше никогда не буду молиться, — апатичным тоном ответила она.       — Вот и славно, — проговорил мужчина. — Иначе мы не в состоянии справиться со всеми вашими мольбами и просьбами.       Несколько мгновений, и от троих мужчин не осталось и следа. Полина пребывала в полном одиночестве. При каждом движении боль овладевала всем её телом. Слёзы сами по себе катились по красным от постоянных пощёчин щекам. Синяки, ссадины — ими было покрыто всё тело девушки. Осматривая себя, она почувствовала, как закружилась голова, в глазах стало темно. Сердце вырывалось из груди. Полина чувствовала, как приближается очередной приступ, но сейчас ей было уже всё равно. Жить дальше она не хотела.