Глава 2
17 сентября 2016 г., 12:42
***
Бросив сумку на пол в гостиной, Полина неторопливо прошла на кухню. Всё было, как всегда: привычная тишина, запах приготовленного обеда и выпечки. Лея, так звали мать девушки, была как раз из тех матерей, что никогда и ни при каких обстоятельствах не оставят своего ребёнка голодным, сколько бы ему ни было лет! Ничего нового, казалось, не происходило, кроме того, что в последние дни девушка замечала за собой странное поведение. Ей казалось, что кто-то наблюдает за ней. Просыпаясь ночью, она пристально, с испугом всматривалась в каждый уголок своей комнаты. Но всё было, как обычно, и ничего нового Полина не замечала. Иногда, сбрасывая с себя во время сна одеяло, она просыпалась, укрытая им же. Но вот воспоминаний о том, как она им укрывалась, не было. Девушка опасалась за своё психическое состояние. Что это было? Сказывались постоянное напряжение и приём лекарств? Или она действительно начала сходить с ума? Эти два вопроса не давали ей покоя. Задавать их матери или подругам Полина не хотела. Их реакция была предсказуема. Мама потащит по врачам, а подружки посмеются и продолжат заниматься своими делами. Возможно, пустят какой-нибудь неприятный слух. Отчего только будет хуже. Сходить к психологу? Нет денег. Эти доктора умеют зарабатывать. Кивают, улыбаются, пишут что-то себе в блокнот и забирают всё, что у тебя есть. Полина была наслышана о таких бизнесменах. Прикрыв за собой дверь, она вошла на кухню. Подойдя к плите, девушка принялась, как обычно, варить свой любимый кофе. Его она могла пить постоянно. Укутавшись потеплее в вязаный тёмно-зелёный свитер, Полина чувствовала, как замерзает. Обычно на кухне, стоя у плиты, замерзать не приходится, но сейчас всё было иначе. Она замерзала, по спине пронеслась холодная волна. Мурашки. Дёрнувшись от неожиданной прохлады, Полина только лишь продолжила приготавливать себе свой ужин. Родителей дома не было, каждый из них работал за пятерых, дабы как следует обеспечить будущее лечение дочери, ну, а старший брат, как обычно, гулял со своими закадычными друзьями по улицам сумеречного города. Марк стоял позади неё. Хищно усмехаясь, он внимательно следил за каждым движением юной особы. Как же она его увлекала! Её тонкая шейка привлекала к себе особое внимание дьявола. На ней он чаще всего задерживал свой въедающийся взгляд. Прежде Марк никогда не испытывал таких чувств. Впрочем, он в принципе никогда их не испытывал. В его мире им нет места. Но сейчас он здесь, в мире людей, в мире любви и предательства, в мире, где ради любви умирают, и где с таким же успехом погибают от предательства и безысходности. Мир, насыщенный действиями и чувствами, — именно так Марк его видел. Разве он ошибался? Взяв какой-то журнал, Полина лениво перелистывала его яркие глянцевые страницы. На них жизнь кипела, была красочной, богатой, с безграничными возможностями для тех, у кого есть деньги. Она же к таковым не относилась. Никогда. Но хотелось ли ей хотя бы на миг побывать там, где круглый год светило солнце, а до океана — всего лишь несколько десятков метров, если не меньше? Конечно. Но нужно было отложить журнал подальше и готовиться к завтрашним занятиям. Взяв с собой кружку кофе, она вошла в свою комнату. Холод не покидал её, и девушка решила, что простудилась. Да и что она могла ещё подумать? Комната была совершенно обычной, именно такой, в которой живут семнадцатилетние девушки-подростки, хобби которых — фотография и музыка. На стенах висели несколько постеров с музыкантами, полки заставлены мягкими игрушками, рамками с фотографиями друзей Полины либо с ней самой, стол, застланный множеством книг, блокнотов. Присев за него и включив ноутбук, девушка принялась что-то печатать. Её внимательный взгляд был устремлён только на небольшой и яркий монитор. Пальцы же быстро нажимали на некрупные квадратики. Для Марка всё это было чуждо. В его мире ничего этого нет. Нет запаха кофе и ноутбуков. Нет всего того, что окружало его в этом мире. Присев рядом с Полиной, он не спускал с неё глаз. И пусть он видел, что девушке не по себе, его это мало волновало. Он хотел смотреть на неё, и он смотрел. Остальное не важно.***
Марсель внимательно, с неподдельным интересом рассматривал очередного грешника. Молодой мужчина в порванной верхней одежде, сидя на полу, молча смотрел на стоявшего перед ним, как ему казалось, человека. Облачённый во всё чёрное, Марсель не сводил глаз с ничего не понимающего человека. Демоны-слуги молча стояли по сторонам и послушно ожидали приказа Марселя. На время, пока Марк отсутствует, именно он будет исполнять его обязанности. Было волнительно и интересно одновременно. Исполнять дела дьявола — это было великой честью. Хоть что-то новое в долгом существовании Марселя в аду. Всю свою жизнь он лишь исполнял приказы своего старшего брата. Но сейчас перед ним стоял то ли грешник, то ли нет. Понять было сложно. Возможно, только Марсель не мог понять, кто перед ним? Он не видел страшных грехов у сидевшего на полу мужчины. Да, он любил выпить, иногда напивался, даже мог подраться. Изменял жене и имел не один десяток любовниц, пробовал марихуану. На этом всё. Детей не насиловал, не убивал, не воровал. Как поступить? Что делать с человеком, который умер на земле, но предстал перед ним? Ведь он попал в ад, значит, не такой уж он и святой. — Я понятия не имею, что с тобой делать, человек, — присев напротив мужчины, проговорил Марсель. — Кто ты? — немного настороженно прошептал мужчина. — Марсель. Так меня могут называть люди, которые попадают сюда, — не мешкая с ответом, проговорил он. — Может, расскажешь о себе? А-то у меня что-то не получается разобраться с тобой. Не вижу настоящих грехов. — А ты кто такой, чтобы их у меня видеть? — удивившись услышанному, вызывающе спросил мужчина. Он даже не подозревал, кто стоит перед ним. Демоны-слуги, стоявшие рядом, казались ему всего лишь сном, очередным его кошмаром после очередного застолья с друзьями, не больше. Марсель улыбнулся. — Снова одно и то же, — вздохнув, проговорил он. — Я тот, кто отправит тебя на пытки. Они будут длиться вечно, так что советую приготовиться! — с иронией заключил Марсель. — Я серьёзно спрашиваю, — уже более настороженно произнёс мужчина. — Мне не до шуток. — Так кто же тут шутит? — ухмыльнувшись, вопросом на вопрос ответил Марсель. — Посмотри на меня, на них, — он рукой указал на двух уродливых демонов. — Разве они похожи на шутников? Это тебе не твой кабак со стриптизом и прочими плотскими утехами. Мужчина повернулся и пристально посмотрел на демонов. Два уродливых создания неподвижно стояли, держа в руках кнут и цепи. Жёлтые клыки торчали из пасти, коричневая кожа, больше походившая на обожжённую, покрывало всё то огромное, как могло показаться простому человеку, туловище. Длинные когти могли служить прекрасным оружием. Хотя, возможно, именно этим они и были? Кто знает. — Где я? — В аду. — Я что, умер? — Да. — Как? Где? — Тебя зарезали в баре, — уверенным тоном ответил Марсель. — Ты же у нас тот ещё кутила. Верно? — И что со мной будет дальше? — Пока не знаю, — ответил Марсель. — Мой брат всегда занимается такими, как ты. Смотрит ваши грехи, оценивает, ну, а после отправляет в Зал Пыток. Там уже я приступаю к своим обязанностям. Сейчас его нет, и мне приходится сидеть здесь, перед тобой. Но я не вижу у тебя особых грехов. Может, поведаешь мне о них? Чтобы времени зря не терять. Ведь меня ждут другие грешники, — пронизывающе всматриваясь в мужчину, проговорил Марсель. — Пил, трахал девок, курил травку. Вот и всё, — прошептал грешник. — Разве это грех? — Несильный, скорее, обыденная жизнь человека с развитием чуть выше начального. Но ты попал в ад, а значит, ты грешный. — Жутко тут у вас, — оглядевшись по сторонам и на пару мгновений остановив свой взгляд на демонах, проговорил мужчина. — Правдивый, значит, художники рисуют ад. Они что, бывают у вас?! — усмехнувшись, поинтересовался грешник. Марселю понравилась реакция мужчины. Впервые за долгие годы грешник так спокойно себя вёл. «Не боится смерти и вечных мук — это похвально», — проговорил про себя демон. — Нет. Просто они умеют видеть своё будущее, — иронично ответил Марсель. — Я знаю много художников, все они такие странные, слабые. Но девять из десяти — любят всё запретное. — Согласен. С шахтёрами их не сравнить, — чуть слышно рассмеявшись, ответил мужчина. — Значит, ты у нас шахтёр. Считаешь себя сильным? Верно? — Конечно, — не раздумывая, ответил грешник. — Сильным и в какой-то мере психом тоже. — Почему? — Так какой же нормальный человек захочет каждый день рисковать своей жизнью? — Возможно, — проговорил Марсель. — Но что самое интересное и смешное, умер-то ты не в шахте, а в сраном кабаке, среди алкоголя и вонючей блевотины. Такой кончины мало кто хочет? Верно? — Может, я сейчас открою для вас тайну, но на земле мало кто хочет кончины. Все хотят жить долго и счастливо. Есть такие, кто хочет жить вечно. Секты организуют, поют странные песни, молятся своим богам. Смешные, — грустно улыбнувшись, заявил мужчина. — Это не тайна, — ответил Марсель. — Таких у нас полно. Брат обычно отдаёт их на одну и ту же пытку. — Какую? — немного настороженно поинтересовался грешник. — Им отрезают языки. Да-да, именно за их лжемолитвы и прочую ерунду, которую они распространяли по земле. И заметь, это длится вечно, — продолжил Марсель. Он не желал прекращать беседу. — Ты подумаешь, что, может, пытка не такая уж и страшная, если сравнивать с другими. Но нет! — усмехнулся он. — Поверь мне, они кричат так же сильно, как и те, с кого сдирают кожу. Уже не одно столетие я слышу их вопли. Они мне стали как родные, — с улыбкой на бледном лице, заключил Марсель. Грешник боялся задать своему собеседнику вопрос. Боялся услышать ответ. Кто этот человек? Да и человек ли он? — Ты же не человек? Верно? — почти шёпотом проговорил грешник. — Ты… — резко замолчав, мужчина испуганно смотрел на демона. — Да-да, — с усмешкой проговорил Марсель. — Я — демон. Мой мир — это Зал Пыток. Кстати, это будет твоё последнее пристанище, — с наигранным сожалением заявил он. — Но ты выглядишь, как человек. — Мне нравится выглядеть, как человек, — ответил Марсель. — Нравится смотреть на свою руку и видеть пять красивых длинных пальцев, обтянутых белой кожей, а не длинные когти и широкую лапу. Надоело! — Тут, получается, художники ошибаются, — иронично подметил грешник. — Они всегда норовят изобразить дьявола в ужасном виде. Таким, на которого страшно смотреть. Марсель улыбнулся. — Я не дьявол, я — демон, — ответил он. — А мой настоящий внешний вид просто ужасен! Я не краше вот этой парочки, — он окинул взглядом своих слуг. — Разве есть разница? Дьявол или демон? — Конечно. Дьявол — главный в аду, а демоны его подчинённые. Вот и вся разница. Я младший брат дьявола. Я же говорил тебе, что сейчас его нет. — Ты больно разговорчивый для такого жестокого существа, — проговорил мужчина. — Почему? — Потому что этот разговор последний, — ответил Марсель. — У тебя, — немного помолчав, добавил он. — Почему? — В Зале Пыток тебе будет не до разговоров, дорогой мой, — с усмешкой ответил Марсель. — Ты будешь способен только лишь кричать и стонать от той боли, которую будешь получать от моих слуг. Там никто не говорит. Только стоны, крики и плач — всё, что мне приходится слышать. Для душевных бесед я прихожу сюда. Здесь обычно ведутся короткие разговоры — мой брат не любит прелюдий. А я люблю, — улыбнувшись, добавил Марсель. — Разве у тебя есть душа? — Нет, конечно, — рассмеявшись, ответил демон. — Я сказал это лишь для красоты фразы. Не больше. — Ценишь красоту… это заметно, — посмотрев на Марселя, сказал мужчина. — Даже на земле мало таких ухоженных мужчин, каким сейчас выглядишь ты. У вас тут своя атмосфера? Верно? Женщины? Дети? Семьи? Что тут вы делаете в свободное время? — Ты прав, — произнёс Марсель. — Я ценю красоту, но здесь её мало. Здесь больше вот таких вот особей, — он рукой указал на стоявших рядом демонов. — Да и с женщинами у нас проблемы. Здесь, в аду, есть демоницы — они наши женщины. Наши самки. — И какие же они? — с нескрываемым интересом в глазах спросил грешник. Он был неисправим. Марсель цинично рассмеялся. Сейчас он перед собой видел только лишь неисправимого похотливого самца. Человеком его назвать было сложно. — Ненасытные, жестокие, страстные, ревнивые. Умеют и любить, и ненавидеть. Рвут в клочья любого, в ком видят угрозу. По желанию принимают ванны из человеческой крови, которой, кстати, в моём зале полно. Ну, иногда могут съесть человека, но это бывает очень редко. Брат жестоко наказывает за такие поступки. — А какие они в сексе? — пропустив мимо ушей всё остальное, продолжал свой опрос мужчина. — Это тебя уже не касается, — встав и выпрямившись во весь рост, ответил Марсель. — Нужно обратиться к брату. Мне всё же необходима его помощь. Я понятия не имею, что с тобой делать, — сказав, демон сразу же покинул комнату, оставив грешника в полном одиночестве. Осмотревшись, мужчина изо всех напряг тело, которое не покидала ноющая, непрекращающаяся ни на минуту боль. Он захотел встать. Сил хватило, но какого же было желание упасть, потерять сознание и прийти в себя в каком-нибудь другом месте. Но нет. Встав, грешник хотел как следует всё рассмотреть. Обернувшись, он увидел одного демона-слугу, второй последовал за своим хозяином. В своих лапах он крепко сжимал кнут со стальным концом. «Явно для таких, как я», — подумал про себя мужчина. Демон лишь чуть слышно фыркнул, подобно быку. Впрочем, на это животное он и был похож, только намного страшнее, ведь быки не уродливые…***
Устало стянув со своих ног джинсы, Полина осталась только лишь в одном нижнем белье. Она любила бродить по своей комнате именно в таком виде. Перед этим, конечно же, заперев дверь на ключ! Прохаживаясь по комнате, Полина на ходу взяла в руки свою любимую, изрисованную различными узорами гитару. Присев на постель, девушка начала неторопливо перебирать струны. Получилась мелодия. Грустная. Её девичий бархатный голосок сливался с тоскливой музыкой, превращаясь в красивую песню. Тонкие, изящные пальчики играли, внося в пустую комнату волшебную по своей красоте музыку. Ту, без которой Полина не представляла себя. Он сидел недалеко. Марк не желал отрывать от девушки свой пристальный въедающийся взгляд. «Как же она прекрасна!» — подумал про себя дьявол. Его длинные ледяные пальцы резко сжались в кулак. Встав с кресла, Марк подошёл и аккуратно присел на край постели. Её ножки оказались в сантиметрах от него. Худенькие, ступни которых были совсем крошечными. Молочного цвета кожа была подобна шёлку. Марк это понял, как только прикоснулся к ней. Он сделал это! Наконец-таки. Ногам сразу же стало холодно, но от чего-то Полина не обратила на это никакого внимания. Она была увлечена музыкой. Сейчас она пела свою песню. Ту, которую сочинила несколько лет назад, но, будучи скромной, так и не решалась никому её показать, даже своей подружке, Бекки. Касание, ещё одно, спустившись с постели, Марк не желал прекращать начатое. Нет! Только ни это! Он прикасается к ней. Он чувствует её запах, её тепло. Трясущимися руками Марк осторожно гладит её ножки. Её же это совершенно не беспокоит, Полина попросту этого не видит, не замечает. Что может быть лучше? Но был ли Марк рад этому? Возможно. Он знал, что ещё рано давать о себе знать, да и стоит ли? Она рядом. Он имеет возможность дотронуться до неё. Что ещё ему нужно? Но всё же, временами ему до дрожи в руках хотелось дать о себе знать. Предстать перед Полиной. Обнять, защитить, поцеловать её. Щекой прижавшись к ступням девушки, Марк наслаждался всем происходящим. Он слушал её, он ощущал её тепло. Впервые за несколько столетий он ощущает тепло живого человека, приятного ему человека. Прежде ему никогда не хотелось быть с кем-то ласковым. Все его связи с демоницами заключались только лишь в сексе. В жестоком, где нет места ласки и любви. Конечно, юную Полину невозможно было сравнить с кем-то из преисподней, да и сами наложницы были далеки от нежности. Каждая из них была рада и тому факту, что дьявол выбрал именно её. Впрочем, возможно, демоницы тщательно скрывали свои желания. Кто знает? Но Марку было всё равно на каждого из ада. Сейчас он здесь, рядом с той, ради которой оставил свой безжалостный, страшный мир.
