Шансы есть

- Маринетт, у нас проблема… опять, - виновато сообщила Роуз, помогавшая Джулеке надеть костюм. Дюпэн-Чэн тяжело вздохнула, поднялась со стула, на который присела буквально три секунды назад, и быстрым шагом направилась к одноклассницам. - Что случилось? - Перчатки не подходят. Совсем, - пожаловалась Джулека, помахав предметом гардероба. Маринетт кивнула: на девушке был темно-синий брючный костюм, и длинные ярко-желтые перчатки, украшенные белым кружевом, с ним никак не сочетались. Зато Мари знала, с чем они сочетались. - Это от платья, которое будет показывать Хлоя. Наверное, Аликс перепутала, - Маринетт покачала головой. – Ничего страшного, сейчас мы найдем кого-нибудь, кто… Она замолчала на полуслове: все вокруг были заняты. Ким вместе с несколькими парнями из параллельного класса ставил декорации. Сабрина возилась с платьем Хлои – к сожалению, не тем, перчатки от которого сейчас находились у Джулеки. Алья проверяла комплектность костюмов для юношей, одновременно убеждая Натаниэля, что из-за кулис рассмотреть демонстрируемый им наряд никто не сможет. Макс и Нино обсуждали освещение, ракурсы и другие технические тонкости предстоящего шоу, в которые у Дюпэн-Чэн не было ни малейшего желания вникать. И поскольку это был первый день репетиций предстоящего школьного показа мод, все ужасно нервничали и бегали из стороны в сторону. И на Маринетт, пытавшуюся позвать то Сабрину, то Аликс, то Алью, внимания никто не обращал. - Эх, придется самой искать, - вздохнула девушка. – Я сейчас приду. - Может, я помогу? – раздался позади такой знакомый и такой приятный для Маринетт голос. - А-адриан? - Именно. Скажи, что вы ищете, и я принесу, - улыбнулся юноша. Девушка уже готова была прыгать от счастья. - Что ты, не стоит… Не в том смысле, что у тебя не получится, конечно же, получится. Но я… Я не хочу тебя утруждать, ты же лучший… Лучшая… Наша лучшая модель, эм, да. Вот так. «Боже, ну почему я произношу сто слов там, где хватит пяти?!» - Все в порядке, - Адриан снова улыбнулся – он уже привык к путанным объяснениям Маринетт. - Мне все равно пока нечего делать. Так, что вы ищите? - П-перчатки для Джулеки, - начала девушка, пытаясь подбирать слова и оттого говоря в два раза медленнее обычного. – Они должны быть короткие, темные - темно-синие - и… - О! – юноша щелкнул пальцами. – Я видел такие на коробках там, где сейчас Алья и Натаниэль. Ждите здесь, я мигом. - Мигом, да… В смысле спасибо! Но Адриан уже убежал, и Маринетт ничего не оставалось, кроме как проводить его долгим взглядом, глупо, но счастливо улыбаясь. «Сегодня, - думала она, чувствуя, как в животе порхают бабочки. – Сегодня я ему признаюсь». - Он тебе нравится? – вдруг спросила Роуз. - Что? – Дюпэн-Чэн вздрогнула. - Кто? Адриан? Он замечательный... В смысле как модель – он настоящий профессионал. С ним даже начинающий дизайнер сотворит чудо. - Понятно, - одноклассница улыбнулась и кивнула. И тут показался Адриан с перчатками в руке. Маринетт застыла, готовясь принять их как самый желанный дар, но, увы, не только у Джулеки возникли сложности с костюмом. - Марине-е-е-ет! – недовольно позвала Хлоя. – Где ты там? Срочно ко мне. Мое платье… Дальше пошел длинный список претензий девушки к ее наряду, начиная с неправильного оттенка голубого и заканчивая кривым узором на маленьких пуговках, на которые застегивались рукава платья. - Иду, Хлоя, - ответила Мари и нехотя поплелась к юной Буржуа, махнув подошедшему Адриану. «Сегодня, - повторила она себе, - я скажу ему, что люблю его». Решение это зрело в Дюпэн-Чэн уже давно, но только пару дней назад она поняла, что больше так продолжаться не может. Учеба, каждодневные спасения Парижа в образе Ледибаг, все более странные и, пожалуй, напряженные отношения с Котом Нуаром, - все это ужасно выматывало, и держать в себе страхи и надежды, касающиеся Адриана, становилось невыносимо. А теперь еще и показ мод, где Маринетт, недолго думая, назначили дизайнером, а Адриана – консультантом и главной моделью. Нет, еще немного – и она не выдержит и просто выкрикнет признание в самый неподходящий момент. И чтобы этого избежать, она скажет ему сегодня. Все равно она должна с ним посоветоваться, как с консультантом. По поводу чего только? Так, это нужно придумать, а иначе она опять десять минут будет рассказывать ему о том, что репетиция закончилась, а показ через три дня. Весь остаток репетиции Маринетт пришлось провозиться с Хлоей. Закончилось это тем, что Буржуа вовсе отказалась участвовать. Замечательно. «С другой стороны, - подумала Дюпэн-Чэн, рассказывая Алье о случившемся, - это отличный повод начать разговор с Адрианом». - Да уж, Хлоя в своем репертуаре, - Сезар покачала головой и глянула в свои записи. – Ну, один наряд мы точно можем отдать Сабрине, а два других… Заметив мимо проходящего юного Агреста, она позвала его: - Эй, Адриан, можешь подойти? У нас тут проблема: Хлоя отказалась участвовать. - Что? Правда? – юноша мигом оказался рядом. У Маринетт внутри все перевернулось, но она постаралась хотя бы внешне остаться спокойной. - Да. На ней было три платья. Одно – голубое до колен – должно пойти Сабрине. Но я не знаю, что делать с двумя другими. - Надо подумать, - согласился Агрест. Алья расплылась в довольной улыбке. - Чудно. Вот вы с Маринетт и обсудите это, а мне пора идти. Нино уже ждет меня, - и девушка поспешила к выходу, на ходу подмигнув подруге. Та нервно кивнула и сглотнула. Теперь они с Адрианом остались одни в пустом зале. Маринетт повернулась к однокласснику, искренне надеясь, что тот не слышит, как бешено колотится ее сердце. - Так-с, давай посмотрим, - а юноша был полностью занят размышлениями о предстоящем показе. – Где эти наряды? - Одну минутку, - и Мари пулей кинулась к вешалкам. В мгновение ока она вернулась с двумя платьями – желтым с кружевом и красным с широким белым поясом-лентой. - Мне кажется, - начала она, стараясь сосредоточиться на нарядах, - что желтое платье будет хорошо смотреться на Роуз. - Отличная идея, - согласился Адриан, осматривая наряд. - Очаровательнее мы точно никого не найдем. - Ну, можем и на тебя примерить… Ой! – Маринетт дернулась. – Я не… Юноша рассмеялся. - Да уж, - сказал он, подхватывая вешалку с платьем, - я буду просто неотразим. Он приложил наряд к себе и начал кружиться на месте. Маринетт при виде этого зрелища не сдержалась и захихикала. А уж когда юноша остановился и сделал книксен, то она и вовсе захохотала в голос. - Я же говорила, - сказала она, утирая слезы. – Тебе стоит его примерить. - Наверное, - Адриан перевел дух и, немного успокоившись, принялся осматривать последнее платье. – А вот это мы отдадим… Он поднял взгляд на девушку и загадочно улыбнулся, отчего та покраснела. - Что-то не так? - Нет, все отлично. Мы отдадим его тебе, Маринетт, - не дав Дюпэн-Чэн ответить, он приложил платье к ней. – Смотри, как тебе идет. - И правда, - пробормотала она, оглядывая себя. По спине пробежали мурашки. Так бывает, когда на тебя кто-то пристально смотрит. В данном случае кем-то оказался Адриан. Он внимательно изучал девушку, не понимая, какой вихрь чувств и мыслей создает внутри нее. - Тебе нравится? – спросила она. - Очень, - заверил он. – Выглядит отлично. И… И в нем ты мне напоминаешь кое-кого. - Кого? - Эм, неважно, - Адриан опустил голову, чтобы скрыть румянец. Когда он снова посмотрел на Маринетт, на его лице сияла привычная дружеская улыбка. – Итак, теперь мы закончили. - Да. Если тебе все нравится… Я имею в виду наше шоу, костюмы… «И я», - чуть было не добавила Дюпэн-Чэн, но вовремя остановилась. - Да, все просто чудесно. Ты умница, Маринетт, - он поднял вверх большой палец. - И ты тоже, - пролепетала девушка. – Спасибо. - Всегда пожалуйста. Ну что, теперь по домам? «Нет-нет-нет! Еще рано! Я еще не сказала тебе…» - Да. «И не скажу». Помахав на прощание, юноша направился к выходу. Маринетт вернула платья на место и поплелась следом. Она так ждала этого момента. Она готовилась. Она… - Адриан, подожди! – она бросилась к нему. - Что такое? – он остановился, не понимая, что успело произойти за те десять секунд, пока он был к ней спиной. - Понимаешь, я, - «Ну же, Мари, давай!», - я должна тебе кое-что сказать. Адриан кивнул и внимательно посмотрел на нее. Внутри у девушки все смешалось, в голове стало пусто, еще более пусто, чем во время других разговоров с ним. - Адриан, ты, - Маринетт опустила взгляд в пол, - ты замечательный. Ты добр ко всем, ты очень умный, талантливый, веселый, и… Она подняла на него глаза. - И мне жаль, что в день нашего знакомства я обругала тебя. - Все в порядке, я понимаю, - пробормотал он, не совсем понимая, к чему ведет девушка. Впрочем, он догадывался, но не хотел себе в этом признаваться. - Нет, я ошиблась. Очень. Потому что на следующей день, когда ты отдал мне свой зонт, чтобы я не намокла под дождем, я… Слова, которые она так хотела сказать, замерли на языке, не желая проговариваться. «Поздно отступать», - выпрямив спину, она посмотрела прямо в глаза Адриану. - Я влюбилась в тебя! – выпалила она. Повисла тишина. Маринетт видела, как глаза юноши расширились от удивления, видела, как он отвел взгляд, но не видела счастливой улыбки, которая наверняка появилась бы, будь ее чувства взаимны. - Адриан, я люблю тебя, - прошептала она, уже сама не понимая, зачем. «И на что я только надеялась?» - думала она, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. - Прости, - сказала она, делая шаг в сторону. – Я не должна была… Я… Забудь… - Мари… - Я прошу, забудь! – она хотела рвануть к выходу, но не смогла: он схватил ее за локоть и удержал. Хотя и сам не понимал, зачем. Ведь, если б она сейчас убежала, было бы намного легче. - Маринетт, ты тоже замечательная, - начал он, стараясь поймать ее взгляд, который она старательно отводила. – Ты тоже добрая, умная, невероятно талантливая. А еще ты очень ответственная. Я рад, что мы в одном классе, рад, что мы дружим. И я хочу, чтобы мы по-прежнему были друзьями, правда! - Хоть я и не могу ответить на твои чувства, - тихо добавил он. Маринетт услышала. Шмыгнула носом и снова посмотрела ему в глаза. - Я понимаю, - она выдавила улыбку. – Спасибо. Я… Я все еще твой друг? - Конечно, - он улыбнулся и попытался ее обнять. Она отстранилась. - Спасибо… Мне пора домой. Она повернулась и пошла к выходу, изо всех сил стараясь идти спокойно, будто ничего не случилось, будто ее первая любовь не отвергла ее только что. Но стоило Маринетт оказаться в фойе, она тут же перешла на бег и помчалась к выходу. Поэтому, когда в коридор вышел Адриан, он лишь услышал, как за Дюпэн-Чэн закрылись двери школы. Он побежал за ней. - И что это ты делаешь? – подал голос Плагг из сумки. - Хочу догнать ее. Я поступил неправильно. - Сказав правду? – квами фыркнул. – Ты ничего не можешь больше сделать. Если она умная девочка, то сама успокоится, съест кусочек сыра, и вы снова будете милыми-добрыми друзьями. Адриан не очень-то верил советам Плагга. В основном из-за того, что тот все сводил к сыру и превосходству этой еды над всем остальным мирозданием. Но сейчас квами, кажется, был прав. Да и сам Агрест не очень понимал, что он может сказать Маринетт, чтобы ей стало лучше. И поэтому он остановился. По ступенькам крыльца он уже спускался без спешки. «К тому же у меня сейчас тренировка. А потом нужно будет подготовиться к сегодняшнему вечеру, - успокаивал он себя. – Ведь именно сегодня я скажу моей Леди о своих чувствах». Адриан подошел к ждавшей его машине и быстро устроился на заднем сиденье: до урока оставалось всего десять минут. «Надеюсь, Леди не отвергнет меня, как… Впрочем, не стоит думать об этом», - одернул он себя, когда машина поехала вперед.