Не сломайте зубы...

      Костя, наконец, вошёл в парк. Это был его любимый парк: тут в основном росли берёзы и клёны, которые начинали желтеть самыми первыми. Осенью тут было невероятно красиво и уютно. Листья с дорожек тут никто не убирал, что тоже радовало парня: зачем убирать яркие разноцветные кусочки, открывая серый, унылый асфальт? К тому же, в этом парке было очень удобно гулять с собаками, чем пользовались все близ живущие собачники.       У Кости Острозубова тоже была собака: большой ротвейлер Рэй радостно бегал вокруг хозяина. Люди часто боялись свирепого на вид пса и ругались, что он без намордника. Но Костя любил своего Рэя и знал, что тот, со своего щенячьего детства росший с человеческими детёнышами и разбалованный донельзя, никогда ни на кого не набросится.       Парень поднял с земли палку и зашвырнул её на приличное расстояние. Радостный ротвейлер с грацией слонёнка помчался вслед. Возвращаясь назад пёс не рассчитал свои силы и повалил хозяина на ковёр из уже опавших листьев. Почувствовав вину, этот свирепейший пёс выпустил из зубов палку и… начал лизать хозяину лицо.        — Рэй, прекрати! — парень со смехом отбивался от любимца. Схватив его за массивную шею, Костя повалил пса рядом с собой. Тот безвольной тушкой — хотя нет, тушей — шмякнулся рядом и посмотрел на хозяина счастливо-блаженным взглядом. — Ах ты лентяй! Ану-ка, вставай! — потянул за ошейник парень собаку. Пёс с лёгкостью новорождённого гиппопотамчика поднялся на лапы и запрыгал вокруг, восторженно лая.       Внезапно Рэй застыл на месте и заворожённо куда-то уставился. Костя проследил за взглядом пса: метрах в тридцати от них на лавочке сидел мужчина, обхватив голову руками и сжимая её так, что костяшки пальцев побелели. Рядом сидела собака и легонько лизала хозяину нос. Судя по реакции Рэя, это была девочка. Самка ротвейлера.        — Ромео! — усмехнулся Костя, посмотрев на пса, который уже с надеждой поскуливал. — Пошли, познакомимся, — и, предупреждая рвение любимца, парень быстро защёлкнул карабин на ошейнике Рэя.       На самом деле Костя Острозубов и не подумал бы «знакомить» Рэя с подружкой, если бы не её хозяин: его состояние вызвало у парня беспокойство. Стесняясь подойти и просто поинтересоваться самочувствием этого собачника, Костя, благодаря Рэю, придумал такой безобидный предлог.        — Здравствуйте! Кажется, мой пёс влюбился в Вашу собаку, — шутливо начал диалог парень, на что мужчина поднял голову, снова скривившись от острого приступа боли. Сказать, что Костя Острозубов был в шоке — значит не сказать ничего: перед ним сидел никто иной, как вредный преподаватель социологии Александр Константинович Игрок. Впрочем, шоковое состояние было и у мужчины:        — Я уже думал, что у меня галлюцинации! — проговорил социолог, увидев перед собой одного из самых смелых своих студентов.        — Да? Бывает. А я думал, что у нас с Вами не может быть ничего общего, — парень посмотрел на принюхивающихся друг к другу собак.        — Бывает, что и у самых разных по возрасту, характеру, социальному статусу и развитию интеллекта индивидуумов есть общие интересы. Впрочем, любовь к собакам — не такое уж редкое явление, согласитесь, Константин, — Александр Константинович попытался улыбнуться, но у него вышел оскал: от резкого движения голову снова пронзила острая боль.        — К собакам — да, к ротвейлерам — нет, — не изменяя своим принципам не согласился студент. — Александр Константинович, с Вами всё нормально? — поинтересовался Костя, заметив очередную гримасу боли на лице у преподавателя.        — Да, всё хорошо, — социолог попытался встать, но тут же снова опустился на скамейку: закружилась голова.        — Я вызываю «скорую», — Костя Острозубов достал из кармана телефон.        — Зачем, Константин? Я просто немного простыл, вот голова и закружилась, — взяв себя в руки и сумев всё-таки улыбнуться, Александр Константинович мягким нажатием опустил руку студента, в которой был мобильный.        — Так говорят все, кто не любит врачей: — упрямо парировал Костя. Он сам был из таких: к доктору обратился бы, наверное, лишь в предсмертном состоянии. Но это только когда дело касалось непосредственно его. Он сам не знал, почему, но часто чувствовал ответственность за других. — Обычная простуда может привести к очень серьёзным последствиям. К тому же потом скажут ещё, что специально Вас угробил. И вы меня не переубедите, — и пока преподаватель пребывал в небольшом ступоре, Костя Острозубов набрал номер «скорой помощи», сообщил место, где они находятся и причину, побудившую его обратится в данную службу.        — Ну и зачем? — осуждающе посмотрел на него Александр Константинович. — Вот и дожидайтесь свою «скорую» сами, а я пойду, — мужчина всё-таки встал и пошёл. Ну как пошёл? Побрёл. Начал передвижение. Переставил ноги. — Петька! — внезапно для студента крикнул Игрок. — Зови Лету, пойдём домой, — к нему подбежал мальчик лет шести в лёгкой синей курточке, а после рядом оказалась и собака.       В этот момент по закону жанра Александр Константинович должен был степенно удалиться, а проходящий мимо фотограф сделать классную фотографию гуляющих по парку отца с сыном, но что-то пошло не так. Мужчина вдруг покачнулся и начал падать, но стоявший рядом студент — это только Александру Константиновичу показалось, что он далеко ушёл от скамейки — успел подхватить нездорового преподавателя и усадить его снова на лавочку. Рядом уселся маленький Петька, испуганно пытаясь заглянуть в лицо мужчины. Вскоре послышался вой сирены и в парк въехала «скорая».        — Где тут пострадавший? — поинтересовался вывалившийся из машины грузный доктор.        — Вот, — облегчённо вздохнув, Костя указал на преподавателя.       Оказав первую помощь, врачи решили забрать мужчину с собой.        — Мальчик чей? — спросил всё тот же грузный доктор.        — Мой, — тихо ответил Игрок.        — Сын?        — Сын.        — Офигеть, — присвистнул Костя, за что получил убийственный взгляд социолога и непонимающий — доктора.        — А собаки?        — Одна моя, — быстро сказал студент, взяв любимца за ошейник.        — А вторая моя, — всё так же тихо продолжил преподаватель.        — Плохо. К нам с собаками нельзя, — сурово сдвинул брови врач.        — Значит, я никуда не еду, — с долей радости в голосе развёл руками Александр Константинович.        — Ещё чего! — слишком живо возмутился Костя. — Я отведу собаку куда скажете. Могу даже у себя подержать, — предложил он свою помощь.        — Ладно, — как-то быстро сдался Игрок, а парень заметил, что его лицо снова исказилось от боли. — Сына, я надеюсь, к Вам пустят? — посмотрел преподаватель на доктора.        — Пустят, — кивнул тот.        — Вот, — Александр Константинович протянул Косте бумажку с быстро нацарапанным адресом. — Спросите Алесю, Константин, скажите, что от меня. Только не говорите, что мы с Петей уехали в больницу, скажите, что меня вызвали в универ, а с собаками туда нельзя.       Костя Острозубов быстро нашёл дом, в котором должен был оставить собаку. Он позвонил в квартиру с числом 27 на двери. Ему открыла миниатюрная женщина лет тридцати.        — Извините, Вы Алеся? — поинтересовался Костя сквозь узкую щель между дверью и косяком.        — Да, а что? — несколько настороженно поинтересовалась рыжеволосая женщина за дверью.        — Я от Александра Константиновича. Собаку привел, Лету, — объяснился студент, показывая руку с зажатым в ней поводком, хоть это и был поводок Рэя, — дверь закрылась, послышался звук снимаемой цепочки и перед Костей снова предстала Алеся.        — А что с Сашей? Где он? — обеспокоенно спросила женщина, принимая у парня поводок. Косте настолько непривычно было слышать в отношении преподавателя имя Саша, что он не сразу понял, о ком идёт речь, потому ответил не сразу:        — Он в больнице. Ему стало плохо, и я вызвал «скорую». Петя поехал с ним, а с собаками туда нельзя, вот я и привёл эту девочку к Вам по его просьбе, — несмотря на просьбу социолога, парень сказал правду.       Костя Острозубов никогда не отрекался от своих принципов. Принцип «не врать» у парня появился давно, еще в раннем детстве, после случая, когда маленькая ложь чуть было не обернулась трагедией.