Большие радости за большую цену
7 ноября 2016 г., 00:51
Примечания:
время повествования: за долгое время до отправления на Пандору
эм, мои извинения?..
это правда не совсем то, что я хотела написать, но вышло именно это
упс
скажу вам, что Рис работает в отделе исследования аборигенной фауны
если вы играли в пре-сиквел, то примерно даже понимаете, где это находится
Рис счастлива. По-настоящему.
Знакомый по разработкам любовно подогнал для неё индивидуальный проект, подходящий по всем ранее обговорённым условиям: надежность, мощь, прочность и стиль. Вживление провели прямо на разделочном столе во время обеденного перерыва, где около часа назад препарировали живоглота. Отойдя от анестезии, к отчётам пришлось вернуться моментально — каждый час был на счету, а простои являлись табу, иначе летать тебе в открытом космосе без дыхпайка и с парой сломанных рёбер.
Ковыряться одной рукой в бумагах сложно, но необходимо — телу требуются сутки, чтобы привыкнуть к протезу; ЭХО-глаз каждые пять минут фокусируется на механических пальцах, постепенно обретающих слабые тактильные ощущения, проверяет состояние организма и возвращается к копированию бессмысленных бумажек в сетевые архивы, — до конца её смены остаётся часа три, а желание всё рассказать (и показать) Вону становится невыносимее с каждой минутой. Когда работа уже более, чем перевыполнена, Рис открывает блокнот, где буквально на коленке ей набросали правила эксплуатации новой игрушки, и, впервые за весь день, облегчённо выдыхает.
Рис нежно проводит подушечками пальцев по холодному металлу своей кибернетической руки и плачет, — от счастья, конечно же. Добровольно отдать конечность (на благо науки и пополнения материальных средств) и тут же получить более улучшенную версию сравнимо с волшебством. Заботливо отполированный до блеска протез черного с красными жилками цвета, в двадцать раз мощнее и практичнее её левой — настоящее оружие, полезнее сенсорных часов и шокера, висящего на ремешке, подаренного Иветт из лучших соображений, но теперь такого бесполезного, исходя из недавней обновки.
Рис захлёбывается слезами в самых светлых чувствах, а живоглотик, всеми забытый и очнувшийся от наркоза, — кровью в её железной хватке. Реакция действительно стала отменной.
Очередной некогда белый халат, вымазанный черт знает чем, отправляется в ведро. Вон её уже заждался.
Рис утирает слёзы и улыбается: она счастлива, мать его, просто до безумия.