Чистая линия

      — Очередная лаборатория. Как банально.       Лампы дневного света мерно освещали белую стерильную комнату, заполненную всякими специфическими приборами и реактивами. Только одна из них периодически мигала с противным звуком.       — Они недействующие, — произнесла внешне спокойная Сейра. Но лишь внешне. Регис периодически отмечал как она иногда прикусывала губу, а её тонкие пальчики подрагивали. Но потом снова брала себя в руки и превращалась в Снежную Королеву. Всегда красивую, всегда спокойную.       Напускное равнодушие или же просто воспитание.       Он признавал, что тоже привязался к людям. Но она...       — А? — отвлёкся от своих мыслей юный благородный.       — Используется лишь малая часть помещений.       — Ну, эта действующая, — Регис брезгливо осмотрел плавающие в зелёном растворе плоды экспериментов и толкнул дверь, ведущую куда-то дальше. — Мерзость какая, об элегантности я вообще молчу.       Дверь не поддалась.       Впервые за то время, что они провели, гуляя по вражеской базе, им что-то не открылось. У них был полный список кодов к замкам, и всё такое. Ещё ни разу осечек не было.       Их здесь не ожидали? Выходит, что так. Того коридора, в который они свернули, на предложенной карте не было. Могли не дать сюда пароль.       Тем интереснее было её вскрыть.       Жалобно скрипнула снятая с петель многострадальная дверь, открыв перед ними тёмную комнату.       Надобности в освещении не было, они и без этого прекрасно видели во мраке.       Смотреть снова было не на что. Это просто продолжение лаборатории.       Собственно, их коридор ничем, кроме подобных комнат, и не выделялся. Никто не встретился, никаких камер с пленниками или чего-то подобного не было обнаружено. В лучшем случае лишь что-то непохожее на человека плавало в растворе или находилось на специальном "стенде" в аквариуме. Реактивы, снова реактивы, стенды со множеством книг, приборы. Иногда встречались комнаты, заваленные всяким хламом, библиотеки с консервацией на фолиантах.       И почему их пригласили именно в подобное место?       Сейчас была ночь, этим можно было объяснить отсутствие персонала... Для обладателей контроля разума обычные люди преградой не были — о них бы не вспомнили, но окажись тут кто серьёзнее, то могли возникнуть проблемы.       Только никто не встретился. И этот факт настораживал сильнее всего.       Было подозрительно тихо.       Словно им отдали на откуп всё это здание, превратив его в большую мышеловку. Мол, заходите гости дорогие. Что найдёте — всё ваше, вход бесплатный... А вот с выходом у вас, мои хорошие, уже возникнут проблемы.       Пока об этом не хотелось думать.       Неприятное липкое предчувствие мучило юного благородного. Но для паники пока не было причины. Только домыслы.       — Там кто-то есть, — тихий голос девушки нарушил тишину. Она указала в темноту.       Он первым ступил на неизведанную территорию. Внимательнее осмотрелся.       На одной из выдвижных стен висело окровавленное тело. Похоже, он до последнего сопротивлялся и пытался освободиться.       Регис шумно выдохнул, поняв, что это не Шинву. Он был рыжим, а этот блондин. Но всё равно издеваться над людьми нехорошо.       Немного угловатая фигура подростка, достаточно высокий, спутанные светлые волосы...       А ещё он казался страшно знакомым.       Сделал ещё несколько шагов к нему, чтобы проверить или опровергнуть всплывшую в голове догадку.       К его ужасу, он его и правда узнал.       — Раэль?!       Сейра подошла ещё ближе и прикоснулась к его шее.       — Он жив.       Не став медлить сразу попытался связаться с Франкенштейном.       "Нет связи".       Чертыхнувшись, выбежал в коридор. Кертье, хоть и раздражал Региса своей заносчивостью и манией собственного превосходства, но такой же как и они. Нельзя его тут оставлять.       Но раз его поймали, то могут поймать и их. Нельзя медлить.       Наконец сигнал появился.       — Регис?       — У нас проблема. Тут бессознательный Раэль.       — Понял. Старайтесь не привлекать к себе внимание. Мы разберёмся с небольшой проблемкой и отправимся к вам.       — Хорошо.       М-21 повёл носом, нервно оглядываясь. Они вышли на поверхность. Выкинул в сторону уже ненужные остатки железного замка.       Полная Луна освещала покрытую белыми каменными плитами огромную площадку, напоминающую вертолётную.       — Да-а-а, а снаружи не так заметно, что внутри катакомбы, — Тао задумчиво почесал затылок, рассматривая здание.       — Идём назад? — Эмыч всё сильнее и сильнее нервничал.       — Вернуться никогда не поздно. Но, может, он живёт в одном из этих корпусов? — снайперу было неуютно как раз в катакомбах, а здесь вздохнул с облегчением. Но на душе и у него было неспокойно.       — Тут и возможностей для манёвра больше... — начал соглашаться Тао.       — И вероятности, что нас заметят, тоже, — М-21 был против.       — М-21 прав. Очень большая вероятность.       ГМО резко повернулись в сторону источника непринадлежащего им голоса.       В свете луны стояла молодая девушка.       Она смотрела на них с превосходством, словно на муравьёв. Ни тени улыбки, только лёгкий интерес. Волосы, завязанные в хвост, ничуть не уступали по своей длине шевелюре Такео.       А ещё, её прекрасно узнал молодой оборотень.       — Давно не виделись, Эксперимент 21.       — Ох, Мэри... Ты в монашки пошла? Тебе идёт.       — Наглец.       К слову, она и правда выглядела немного приличнее, чем при их предыдущей встрече. Вместо короткой юбки чёрные облегающие брюки, а куртка застёгнута.       — Твоя подружка? — подколол хакер.       — Тао, ты не к месту. Это Мэри из Союза, — шикнул тот.       — О, Мэри! Богатой будешь.       — Очень на это надеюсь.       — Она же мертва, — подал голос Такео.       — Живее всех живых, как видишь.       Оборотень подавил желание попятиться и убежать отсюда как можно дальше. Особенно, когда она начала подходить ближе.       Эта девушка вызывала... нет не страх. Она была живым напоминанием о той жизни. Когда он был лишь мусором, неудавшимся экспериментом. Когда он боялся раскрытия своих новых способностей, потому что прекрасно знал, что тогда живым из лабораторий он уже не вернётся, навечно застряв в застенках чудовищ в человеческих шкурах. Когда он боялся не только за себя, но и за единственного близкого человека — своего товарища.       Он словно увидел привидение. А в голове звучала всего лишь одна мысль: "Почему жива ты, а не он?! Он заслужил обычную жизнь. Он заслужил дышать, ходить под этим небом. Не ты..."       Но он не один, и надо держать себя в руках. Способности врага ему известны, но предел их нет.       Слишком опасно.       — А ты похорошел, — она оценивающе проскользила взглядом по его фигуре. — Из расходного материала превратиться в нечто подобное... Я видела твою трансформацию. Это впечатляет — практически ничем не отличаешься от реального оборотня, родившись человеком и имея в себе лишь его сердце.       — К чему такая лесть? — Эмыч старался казаться спокойным.       — Это не лесть, а лишь констатация факта. Жалко уничтожать такой материал, — не став терять времени зря, она трансформировала руки уже известным оборотню способом, а на её губах появилась странная полуулыбка. — Интересно, сможешь ли ты на этот раз хотя бы поцарапать меня?       Такео увеличил расстояние между ними, заняв более выгодную позицию, а М-21 остался на месте.       Пока старые знакомые обменивались колкостями, Тао сообщал о произошедших изменениях в плане Франкенштейну:       — Шеф, у нас проблемы. Мы напоролись на Мэри. Уровень сил неизвестен, так как вы тогда сражались с куклой. Попробуем устранить.       Непродолжительное молчание прервалось новой порцией ЦУ:       — Я в вас не сомневался... Если не получится — отступить и не геройствовать. Я скоро приду.       — Что, дружков сюда зовёте, раз самим не под силу справиться? — она с любопытством наблюдала за действиями гмо, даже не двигаясь с места. — Маленькие слабенькие модифицированные... Раз такое дело, то можете нападать всем скопом. Разрешаю.       Он понимал, что пожалеет об этом, что рациональнее, правильнее, логичнее напасть на неё втроём, но стерпеть это не было сил. Разум отчаянно сопротивлялся, но его словно что-то душило, заставляло отойти на второй план и выпустить на поверхность нечто иное, звериное. Слова слетели с языка уже помимо его воли.       — Как насчёт боя один на один? — сказал М-21 и тут же получил подзатыльник.       — Сбрендил? Шеф сказал не геройствовать, — Тао не разделял чувств своего товарища и пытался вернуть его мозги на место. Но это было тщетно. Он уже не слышал. Мир перед его взором сузился до одного человека, стоящего перед ним.       До его врага.       Появилось непреодолимое желание... нет, не овладеть ею или защитить тех, кто ему дорог. Почему-то тело жаждало совершенного иного. Вцепиться в шею. Попробовать её плоть на вкус. Почувствовать горячую и тёплую кровь на своём языке.       Хотелось разорвать эту тварь голыми руками.       Чтобы такие как она не ходили по этой земле.       Странное чувство, так несвойственное ему, заставляло разум замолкнуть, выпуская на передний план лишь инстинкты.       Пусть даже он слабее. Пусть даже он погибнет.       Это всё не имело значения.       Разум отступил. И под влиянием инстинктов лишь хотел понять, насколько сильно уже его тело изменилось за это время...       А ещё, на поверхность всплыло ещё одно яркое желание.       Месть.       Он медленно, но верно терял себя.       — Ох, я поспешила со своими выводами. Что ж намордник не нацепили на животное?       На площади раздался звериный рык.       — К чёрту скрытность, хуже уже не будет. Вы как думаете?       Ноблесс кивнул, провёл по шершавой каменной стене и стал идти намного быстрее.       — Помнишь, я рассказывал о лаборатории? — мягкий голос благородного нарушил наступившую тишину. —  Её остатки были здесь.       — Значит, тут ловить уже нечего... Я должен вам в кое-чём признаться.       Франкенштейн потупил взгляд, усиленно делая вид, что следит за дорогой.       — Когда я был моложе, я любил копаться в разных книжных лавочках, архивах... Особенно мне нравились литература Союза как средоточия знаний. Одно время я работал в данной организации... Но для вас это не секрет.       Рей повернулся к своему дворецкому, прекрасно понимая, о чём он расскажет. Но людям необходимо иногда выговариваться, поэтому решил промолчать.       — Как-то раз я нашел один древний фолиант, в котором было описано создание предметов с интересными свойствами... Ну, я и попытался повторить начертанное. Маленький браслет. Там были описания украшений, дающих силу, предметов, статуэток... Но мне очень понравилось именно кольцо. Я раньше никогда не увлекался чем-то подобным. Мне было интересно, почему эффект должен был быть именно таким, что стоит за этими свойствами.       Он замолчал, стараясь правильно подобрать слова.       — Создать получилось далеко не с первого раза, а когда получилось, выяснилось, что этот сплав во время соприкосновения с кожей высасывал силы. Чем больше высасывал, тем больше становился. Забавный получился Артефакт... Он не был живым, поэтому, когда я ушел искать вас, я не посчитал нужным что-то с ним делать. Да и уничтожить его было проблематично — он поглощал энергию как ни в себя и перестал деформироваться от внешних воздействий... Не знаю, что произошло. Когда мы с вами вернулись в Лукедонию лаборатория, выделенная вами для меня, была разрушена. Крыло дома тоже. В книге не была описана такая реакция, но... Кажется, это я создал того монстра.       — Ты думаешь?..       — Да. Все мои исследования —  это мои исследования. А оно... Было вызовом моему самолюбию. Что-то неизведанное и неизвестное. То, до чего додумался кто-то другой. То, что сделал кто-то не менее гениальный, чем я... Мне хотелось повторить это. Создать что-то подобное и самому. Я начал его делать ещё при вас, а потом ещё некоторое время... Простите меня.       — Вот как...       — Когда Анна рассказывала о странных снах, я не ассоциировал то, что я пытался создать и то человекоподобное чудовище как единое целое. То, что это именно то, что пытался создать я... Алан рассказал мне, что такое Артефакты, и как они эволюционируют. У вас же в особняке был кровавый камень... Он мог сожрать его.       Мне не стоило касаться этих рукописей, но исследовательский азарт, любопытство и желание самосовершенствования оказались сильнее... Это моя вина, и я готов понести наказание.       — Люди такие странные... И я сам...       Запнулся, остановился у новой развилки.       — Мастер?       — Ты не виноват.       Франкенштейн открыл карту, но, как и ожидалось, этого места там тоже не было.       — Пойдёмте направо? — благородный направился в левый коридор. — Мастер, право там.       — Туда идёшь ты.       — Мастер?! Но... Он же охотится на вас!       Рейзел не остановился, а человек был не в силах ослушаться.       Молча стоял и смотрел, как тот шёл дальше в темноту.       — Мастер, позвольте, я пойду с вами.       Остановился.       Франкенштейн попросил ещё раз:       — Пожалуйста.       — Франкенштейн. Дети. Займись ими.       — Но он убьёт вас!       — Думаешь, он не мог сделать этого раньше?       Этот вопрос поставил человека в тупик. Он не хотел в это верить, и всячески отгонял от себя мысли подобного рода. Но сейчас, припомнив предыдущие демонстрации силы, отчётливо понял, что он прав.       — Мог... Но... Но тогда почему?       — Он никуда не спешит. Возможно, у меня ещё есть время пожить обычной жизнью... Захотел бы — уже бы давно получил моё тело.       — Но вы же Ноблесс.       — Ослабевший. А он умеет ловить благородных... — тяжело вздохнул и обернулся. —  В нашем мире благородные и оборотни являются сильнейшими. Но есть и другие миры, в которых мы лишь материал для опытов и усиления людей.       Франкенштейн попытался разглядеть его выражение лица, но его Мастер словно спрятался за тёмными прядками, отгородившись от него. Расстояние тоже не способствовало этому.       — Боюсь, что к этому всё и идёт. Они поймали Раэля, а до этого им попался Геджутель. Вы же... — он запнулся, — не будете сдаваться ему?       — Я никогда и не перед кем не преклоню колени. Тем более перед подобным ничтожеством, поправшим всё, что только можно.       Франкенштейн покрылся холодным потом от осознания, что и кому он сказал.       — П-простите, что оскорбил вас. — он впервые слышал из его уст что-то настолько сильно наполненное гневом. — Я просто немного не так выразился, я не сомневаюсь в вас, я... Я не могу позволить ему получить ни капли вашей крови. Позвольте мне пойти с вами.       — Тебе направо. Поспеши, — сказал снова спокойный благородный и исчез.       Франкенштейн остался один. Стоял на развилке и смотрел в темноту. Туда, куда ушел его господин.       Потом, словно очнувшись от наваждения, бросился, дальше по коридору, как было сказано.       Пока срочная помощь детям была не нужна — трое на одного в случае с Мэри и бессознательный Раэль в одной из лабораторий на руках двух благородных проблемой не являлись. Пока что они справляются, он периодически проверяет, всё ли у них в порядке. Если что — он должен успеть помочь.       Но чем быстрее он найдёт ребёнка, тем быстрее он сможет помочь им. И самое главное — тогда можно будет броситься уже за Мастером. Он же не запретил, а лишь сместил приоритеты.       А если проблем у детей не будет, то к Мастеру можно будет направиться сразу же.       Главное, чтобы не было поздно.       — Сейра... Ты жива...       — А могло быть иначе?       — Ты пришла за мной... Не стоило. Убегай отсюда. Это всё большая лов... — недоговорив он замер и потерял сознание.       — Раэль?       — О, ещё один представитель Лукедонии. А я и не поверила сначала тому человечишке, что к нам заявится столько перспективных подопытных. Это просто праздник какой-то!       — Ох, Кадис Этрама Ди Рейзел собственной персоной... Не ждал тебя так рано. А мы тут чай пьём. Присоединяйся, — глава охотников сделал приглашающий жест на одно из свободных мест.       — Вынужден отказаться.       Благородный настороженно посмотрел по сторонам, огляделся, пытаясь найти какой-нибудь подвох. Но реальность оказалась такова, что в этом богато украшенном зале и правда просто сидели и пили чай знакомые ему личности. Часть из них ему была незнакома лично, но был "наслышан".       Только состав такого застолья был ему немного непонятен. Ладно испугавшиеся его присутствия Роктис, Лагус или Идиан. Он знал, что те присягнули этому существу, а девушку выкупил. Ладно тот бородатый учёный, заинтересованно поглядывающий на него. Но почему среди таких существ затесался маленький модифицированный? Взял шефство? И где виновник их беспрепятственного проникновения сюда?       Как вообще правильно вести себя в такой ситуации? Прерывать приём пищи невежливо. Но ждать он не намерен.       — Жаль. Скоро принесут десерт... Может, всё-таки передумаешь? Невежливо отказываться, да и мне неловко, что ты так просто стоишь. Это негостепреимно, — задумался, а потом махнул тому маленьком человеку. — Кальвин, зайка, принеси нашему гостю кресло, раз уж разделить трапезу с нами он отказывается.       — За "зайку" можно и яду в чай получить, — еле слышно пробурчал отравитель и поплёлся исполнять поручение, обходя по широкой дуге "гостя".       — Мы быстро, хорошо? А потом всё обсудим. Подерёмся там или договоримся... Нам спешить некуда. И не смотри волком на этот предмет мебели. Кресло не кусается.       Мальчишка аккуратно поставил его рядом с Ноблесс и бочком направился к столу, не спуская глаз с благородного. Мало ли.       Задумчиво провёл пальцами по спинке и, не почувствовав никакого подвоха, сел.       Нет, оно не схлопнулось, не выпустило никаких тентаклей, скрутив благородного, не впрыснуло яд, не перевернулось, отправив присевшего на него куда-нибудь в подвал...       Это было просто кресло. Высокое, чёрное, очень мягкое, с тонким красным узором по краям и удобными подлокотниками. Таких ещё штук шесть стояло в разных частях зала.       — Не надо быть таким недоверчивым. Может, чайку?       — Я отказываюсь. Просто ответь на один вопрос. Где ребёнок?       — Как же с тобой сложно... И людей неадекватно сильно любишь... Я недавно попытался возобновить свою старую добрую программу подготовки перспективных кадров, но что-то не заладилось. Я решил исправиться.       — Для этого ты похитил Раэля Кертье?       — О, так ты уже и об этом знаешь... Нет, он сам пришёл. Какая-то "птичка" ему напела, что здесь содержат Сейру, а вы собираетесь её спасать, но что-то не торопитесь. Вот он и пришёл ко мне в гости. К слову, он сбежал из Лукедонии немного раньше. Ему там что-то не понравилось.       — Вот как. Ради чего ты всё это делаешь?       — Это уже третий вопрос, а мы договаривались на один, — он со смешком глянул на благородных, пялящихся на Рейзела так, словно увидели привидение. ИН им рассказывал о том, что Ноблесс жив, показывал фотографии и всё такое... Но реальность и носители информации — это разные вещи. Сейчас они в полной мере осознали, что он существует. И были очень впечатлены. — Где там десерт-то?       За дверью послышалась возня и сдавленная ругань.       Рей широко распахнул глаза, узнав того, кто скрывался за дверью и с кем-то отчаянно спорил.       — Ох, кажется, у нас будет что-то более интересное, чем десерт.       Отставил чашку и, глубоко вздохнув, с видом "как меня все достали" встал из-за стола.       — Прошу прощения, но мы с Ноблесс отойдём поговорить уже сейчас. Ни к чему заставлять гостя ждать... Желающие выяснить отношения — в очередь.