Все его ловушки

По шее скатилась ледяная капля, и парень, привязанный к стулу, затаил дыхание. Прислушался. Веревки заскрипели на запястьях. Узлы делал явно не мастер, но некто старательный. Повязка упала с глаз, позволяя заполонить все ослепительным лучам. — Это ты! — преждевременно расплылся в улыбке связанный. Но, увидев затейливую ухмылку, понял: его не собираются освобождать. — Тш-ш. Ничего не говори. 1. Висит груша Не имело значения, закрыты окна и двери на замок или нет, — Макс чувствовал себя здесь как в тюрьме. Всегда. Эта белоснежная комната стала тюрьмой сразу, ещё до знакомства с тюремщиками и местными заключенными. Неважно, ты тринадцатилетний парень, попавший сюда в первый раз, или семнадцатилетний Макс, знавший уже каждую трещину на стенах. — Опа, так и знал, что ты здесь. — Кит бросил сумку с клюшками для гольфа в угол и рухнул на диван рядом. — Не играешь сегодня? Макс не играл никогда — Кит это хорошо знал. — А ты не присоединишься к лиге? Скоро чемпионат… — негромко сказал Макс. Лучше бы вообще никакого диалога не начинать. — Какой на хрен чемпионат? Ты правда думаешь, что в этом клубе есть мне соперник? Все разговоры сводились к грубости или издевкам, ну и ко всему в таком духе. — Чего умолк, малявка? — Кит ткнул Макса в бок с такой силой, что у того дыхание спёрло. — Не знаю, наверно, нет, — процедил сквозь зубы Макс. — О-ох, какой же ты тупой, — выдохнул Кит и закинул голову на спинку дивана. Макс глянул на его угловатую бледную шею. Воткнуть бы в нее что-нибудь — и конец всем жестоким играм. Можно будет забыть, как его, Макса, силком поили виски, раздевали, заставляли голым выходить в лобби, петь песни, связывали, и даже о нескольких попытках изнасилования. Макс оглядел комнату. Из острых предметов вспомнился разве что штопор. И то его еще надо было найти за барной стойкой! А в мини-баре стояли только бокалы да бутылки. — Смотри-ка, Джейн сегодня заглянет и Пэт, — Кит читал приходящие СМС. — Организуем групповуху? Макс все же решил отыскать штопор, он не будет лишним. Почему не рассказал о жутких издевательствах отцу? Макс такой роскоши не имел не только из-за гордости, но ещё из-за воли в достижении цели и высокого болевого порога. Стоило ли заканчивать это лето линчеваний небольшим нервным срывом? Макс с интересом покрутил в руке штопор и оглянулся. Кит, ни о чём не подозревая, набирал эсэмэски. — Что? — он поднял тяжелый взгляд. — Что ты там задумал? Макс сжал бледные губы и покачал головой. Он этого не сделает. Последний жалкий месяц — и он навсегда переедет из этого города. И не будет больше гольф-клубов. Новые представители сильных мира сего, новая комната отдыха, а там — новые звёздные сынки. Они наверняка стопроцентно не окажутся погаными уродами, как Кит, или Пэт, или Джейн, но особенно Кит. Второго такого ублюдка просто не может быть на свете. — Чего рожу такую скорчил? Ну? — Ничего. — Сюда подошел. Я не разрешал тебе пить. Или, может, двери закрыть и преподать тебе урок манер? — Кит помахал магнитным брелком, которым закрывал обе двери, когда его игры выходили за рамки приличия. Макс сел рядом. — Ты мне ни хрена не нравишься сегодня. Какой-то странный. Остаться наедине с Китом было хуже, чем вместе с Джейн и Пэтом, хотя они те еще выродки. Джейн — красотка с азиатской внешностью. У нее были длинные ноги, плоская грудь и нимфомания. При первом знакомстве она дала Максу кулаком по лицу, и с тех пор никто так отчаянно и сильно не бил, как она. Джейн стала мечтой всех, у кого был член или любовь к женщинам. И только Макс испытывал отвращение. Воспитанный глубоко верующей христианской мамой, он не понимал, как может потасканная и оттраханная кучей подонков девушка вызывать у кого-то интерес. Дверная ручка дёрнулась, и Кит нажал на магнитный брелок. Он всё-таки запирал двери. — Сраная жара. — Пэт зачесал рукой волосы назад и полез в мини-бар за холодным пивом. Его смуглый лоб и правда блестел от пота. — Там, кроме кучки наших идиотских папаш, никого и нет. Долбаные трудоголики. Не проще ли было твоему отцу вообще закрыть на сегодня клуб, Кит? — Чувак, когда я стану полноправным управляющим, при температуре плюс сто клуб точно будет закрыт, — заверил Кит. Соблазнившись примером Пэта, он тоже отправился к мини-бару. Все наследники находились в этой комнате каждую среду с десяти до трёх. Но заложником был только Макс. Остальные — наблюдатели, участники, игроки. Когда как. Макс хотел стать таким, как Кит или Пэт, позволять себе всё, что заблагорассудится, быть свободным от чужого мнения и своих предрассудков. Кит выпил полбутылки холодной «Короны» одним махом. Макс сглотнул слюну в сухое горло и глубоко вздохнул. Кит вперился в него взглядом и облизнул губы. Идей у него было не очень много, и по прошествии трёх лет Макс мог назвать его предсказуемым. Совсем не так, как в один из первых дней в этом жарком городе, когда Макс наивно расспрашивал Джейн о жизни и школе, а она, издевательски ухмыляясь, отвечала: «Школа — хорошее место, там много укромных углов». — Почему они не перестанут играть в долбаный гольф? Играли бы в поло, я бы, может, тоже не просиживал тут задницу. — Не смеши меня, ты не знаешь даже, какой стороной лошадь вперед ходит. — Заткнись, умник, ты тоже клюшку лучше задницей держишь, чем руками. — Спорим, я задницей лучше ударю, чем ты руками? Макс хохотнул, решив, что это шутка. — Чего ржёшь? — зло рыкнул Пэт. — Может, тоже научишь меня играть задницей в гольф? — Ха-ха, подумаешь, клюшка… — зевнула Джейн. Кит дотянулся до сумки Пэта с клюшками и достал одну. — Что ж, давайте устроим мини-гольф. Макс тогда побелел от страха и, не веря в серьёзность происходящего, поднялся с дивана. Держали его все трое, а перед тем еще и ловили минут двадцать. Деться из круглой, со всех сторон запертой комнаты было некуда, и его всё же скрутили на полу. Клюшку им засунуть удалость, но не более того. Каково же было удивление Кита, Джейн и Пэта, когда в следующую среду Макс предстал перед ними. Пусть весь поцарапанный и в ссадинах после попытки поиздеваться над ним, но спокойный. Макс понимал: своим приходом он показал, что не сдастся, стерпит все и будет противостоять. Пэт был разочарован, он хотел видеть Макса сломленным, а Кит и Джейн — заинтересованы. Несломленных они еще не встречали. Предоставленные себе с детства, они росли как сорняки и сами сколотили свои ужасные характеры. Оставляя позади лишь обломки от бывших друзей. Макс в такой дружбе не нуждался. Но отец привёл его сюда именно затем, чтобы он общался с отпрысками из высшего общества, и Макс не мог подвести. Особенно после того, как отец его «осчастливил»: — Ричардсон говорит, ты очень понравился Киту. Это отлично, общайся с ним, потом заимеем с тобой бесплатное членство в их клубе. Эта карта немало мне обходится, знаешь ли. — Круто, — холодно ответил Макс тем утром. Какое-то сраное членство в клубе выродков, неплохо поднявшихся благодаря удаче, но в основном за счёт родителей, не компенсировало всего того, что вытерпел за три года Макс. Но он стоически ждал перемен и не подавал виду. И наконец, кое-что изменилось. — Хочешь? — Кит поманил закрытой бутылкой. — Хочу. — Надо заслужить, — пожал плечами он. — Хочу стриптиз, — сказала Джейн, стоя в дверях. Ширинка на ее джинсах была расстегнута, лёгкая хлопковая блузка вообще держалась на одной криво застёгнутой пуговице. — Не пора ли тебе немного притормозить, подружка? — вскинул бровь Пэт. — Как там того парня, что стоит за ресепшеном? Стив, Мэтт… — Уилл. — Да. Он ничего. — Джейн достала зеркальце и принялась подкрашивать губы. Макса передёрнуло от мысли, где только что были эти губы. — Что насчёт стриптиза, Макс? — переспросил Кит. — Вам еще не надоело? — Ну, ты ведь нам так и не отдал свою девственность. Сражался как лев, — недовольно сказал Кит. — Давай, создай нам хоть немного атмосферы. Послышался щелчок закрывшихся замков. Раньше этот звук вводил Макса в ступор, но сейчас он был спокойной ноткой безысходности. Не предвещающей ничего хорошего, но и ничего смертельного. Очередной поединок за честь. Здравомыслие против озабоченности пары придурков. Макс встал с дивана с каменным лицом и вплотную подошел к барной стойке. Кит даже отшатнулся от неожиданности. — Тебе хочется холодненького, а нам горяченького, всё честно, — негромко сказал Кит, приблизившись. Его прохладная ладонь забралась под футболку Макса и заскользила по торсу вверх. Почувствовав, как чужие пальцы добрались до соска, Макс поймал Кита за локоть и брезгливо убрал его руку от себя. Макс залез на барную стойку. Тут он ощутил некоторую недосягаемость, это было приятно. — Как насчёт музыки? — Ого. — Что-то новенькое, — поддержала Джейн. — Подожди минутку, маленький проказник, — ухмыльнулся Кит, выискивая трек на айподе. — Готово. Макс покачивал бедрами, привыкая к ритму знакомой песни. On my waist, trough my hair, Think about it when you touch me there… Для танца на узкой барной стойке мелодия была быстровата, но Макс хорошо понимал, как стоит двигаться. Даже, пожалуй, открыл в себе танцевальный талант, а глаза, наоборот, закрыл. Он знал, они смотрят, они удивлены — так легко Макс никогда еще не подчинялся. Tell me baby, if it’s wrong To let my hands do what they want? Он неторопливо стянул футболку и бросил ее на пол. Провел пальцами по груди — для разнообразия. Все же это стриптиз, а не просто танец. Двигал задом, крутился и трогал себя. Краем глаза стал проверять реакцию. Джейн, закусив губу, полезла ладонью в свои расстёгнутые джинсы, и Макс тут же перевел взгляд. Какой бы распоследней шлюхой она ни была, он отказывался верить, что она совсем пропащая. Кит сидел в расслабленной позе, но задышал чаще, когда рубашка Макса упала. Бутылка пива в его ладони покрылась испариной. Он устремил внимательный тёмный взгляд на стойку. Диван скрипнул, Джейн впилась ногтями в белую кожаную обивку, Макс услышал приглушенный стон. Пэт играл в приложение на смартфоне. Настала очередь джинсов. С ними было не так просто. Высунув ногу из одной штанины, Макс удержал их, пританцовывая и раздумывал, как двигаться дальше. I wanna see who you are I got a sex drive to push start… I got a sex drive to push start… Стоило быть аккуратным, готовым к броску одного из похотливых придурков. Пэт, Кит и Джейн не раз уже занимались групповым сексом прямо в этой комнате, вместе и по отдельности друг с другом, но Макса никому из них совратить не удалось ни разу. Чуть приспуская трусы, Макс думал, возможно, над ним бы так не издевались, сдайся он разок. Но это понимание пришло лишь сейчас, когда незабываемый опыт «общения» уже навсегда сломал его психику. — Ну и шлюха же ты… — с презрением покачал головой Кит. Макс натянул трусы обратно. — Может, я и шлюха, — пожал плечами он, спустившись со стойки. — Зато не нимфоманка и не насильник… — Ой, да заткнись ты, никто тебя не насиловал. Макс достал бутылку ледяной «Короны» и одним глотком выпил половину. Джейн тяжело дышала, раскинувшись на диване. — Может, в этом твоя прелесть. Неоконченный гештальт делает тебя таким желанным. — Она потянулась рукой в воздух. — Гештальт… — негромко повторил Макс. — Что за хуйня? — скривился Кит. Макс хмыкнул и закатил глаза. У него было много мыслей на этот счет, но за несколько лет он хорошо научился держать язык за зубами в этой комнате и даже при очень большом желании не сказал бы лишнего, пускай и находился бы здесь в одиночестве. — Ты питекантроп? Все просто. Если задача трудновыполнима, она интересна. Так и с Максом. Висит груша… нельзя трахнуть.