Там, где нет надежды

Император нервно барабанил по столу пальцами левой руки, а в правой держал тоненькую чашечку с уже холодным чаем. Его весь день лихорадило от ожидания какой-то новости — плохой или хорошей, Палпатин не знал. Сила, что-то невнятно показывала, но ситх видимо совсем впал в отчаяние и потерял концентрацию, что никак не мог распознать течение её потоков. Прошло вот уже пять стандартных дней с того момента, как стало известно о похищении Татьяны, а новостей не было абсолютно никаких. Предатель — мофф Трахт как сквозь землю провалился, и его было не найти никакими силами, последнее место, где видели его шаттл — одна маленькая планета в Среднем кольце. Там его хотели перехватить службы Империи, но нашли только брошенный сгоревший до тла маленький шаттл, в котором всё было уничтожено до последней детали: оборудование, все навигационные карты, записи видео звонков, задачи главного компьютера, записи с камер наблюдения. В шаттле не было абсолютно ничего важного, он был бесполезен для расследования. Но на этом неудачи не закончились. Предполагалось, что флот и армию смогут успешно возглавлять заместители Лорда Вейдера, однако армия терпела сокрушительные поражения в, казалось бы, простейших операциях, они были полностью дезориентированы отсутствием командира, а флот так и вовсе начал бунтовать, военные отказывались выполнять приказы и рвались на поиски своих начальников. Оставшись без Главнокомандующего и одного из Гранд-адмиралов, войска показали свою почти полную несостоятельность. Это довольно сильно удручало Палпатина. Ему пришлось создать военные структуры практически с нуля, и они стали довольно эффективно действовать, после того, как их возглавил Энакин, но сейчас оказалось, что остальные командиры — Гранд-адмиралы и высший офицерский состав почему-то практически не имеют власти над армией и флотом. Чем это объяснить, Император не знал, он все-таки был политиком, а не военным. Все проблемы военного характера решал Скайуокер вместе со своими людьми, и Палпатин не слишком во все это вникал, благо армия и флот раз за разом приносили в Империю победу. А почему оказалось так, что двенадцать Гранд-адмиралов Империи были просто для галочки, Шив Палпатин ну никак не понимал. Он многое понимал, но вот этого он не понимал. Это не давало покоя. Получается, что почти все дееспособные офицеры были похищены. А на дальних рубежах зреет бунт, и кто тогда поведет войска в бой? Кто будет стоять на страже Империи? Кто будет возглавлять вооружённые силы? Никто… Император спокойно поставил чашечку, которую держал, на стол. Пододвинул к себе стопку документов, падд. Медленно взял стилус. И уже собрался написать новый указ о военной реформе, но вдруг резко смахнул все со стола, чашка полетела на пол и разбилась, бумаги разлетелись по всей комнате и медленно планировали в воздухе, падд упал на мрамор пола и отключился. Дарт Сидиус вскочил с кресла и намеревался выбежать из кабинета, чтобы быстрей добраться до своего медитационного зала и успокоиться, однако в зал неожиданно влетел один из адъютантов Императора. — Ваше Величество! Ваше Величество! — с порога закричал мужчина. — Посты охраны на входе в дворцовый комплекс доложили о том, что на территорию замка зашёл адмирал Миттʼрауʼнуруодо. Он был взят под конвой и сейчас в главном холле замка. Мы ожидаем ваших указаний! Палпатин застыл на месте. Траун здесь? Но он же был похищен вместе с остальными. Он смог сбежать? — Пусть немедленно ведут его ко мне! Немедленно! — приказал Шив, нервно проведя рукой по светлым, слега рыжеватым волосам. — От этого зависит судьба Империи! Адъютант кивнул и убежал, забыв даже об элементарных уставных правилах обращения с начальниками. Мужчина был слабым одаренным, но прекрасно чувствовал настроение своего владыки и сейчас вся Сила подсказывала ему незамедлительно бежать со всех ног и выполнять приказы Императора, ибо всё может закончится плохо. И он, едва успев притормозить, залетел в лифт, уже отдавая необходимые приказы подчинённым. А Шив Палпатин оглянулся вокруг и снова присел за свой рабочий стол. Так. Траун здесь. Значит он как-то смог сбежать. Это вызывало много вопросов. Да, Миттʼрауʼнуруодо несомненно был гением, но сбежать из плена, откуда не смогли улизнуть самые сильные одаренные — просто магия. Другого объяснения не находилось. Эта определённо не могли быть удачливость или везение, которые всегда благоволили чиссу, это вряд ли могла быть воля Силы, ибо Траун не был её адептом, и так же не возможен факт того, что за ним просто не углядели или плохо охраняли. А может его отпустили специально? От этой мысли Шив резко поднял голову и уставился на двери кабинета. Он прислушался к Силе, но смог уловить только отголоски чьего-то тщательно скрываемого гнева. Кто это был — не понятно. На что злился — не ясно. В жизни Палпатина ещё никогда не было так много вопросов. Это его нервировало, но в большей степени пугало, он в который раз почувствовал себя совершенно, абсолютно беспомощным, загнанным в угол. Император боялся принимать решения, каждый раз он вспоминал о дочери, ученике, внуке и понимал, что любое указание может навредить им, он может пойти по ложному пути и слишком поздно это понять, может выйти совсем не на тех преступников, может упустить власть и своей безвольностью и так неожиданно проявившимися слабыми чертами характера, развалить огромное государство, которое было создано неимоверными усилиями, кровью и многочисленными смертями. Император должен действовать, но все что в последние дни делал Палпатин — это сидел на кресле за рабочим столом с чашкой в руке до тех пор, пока напиток в ней не остынет и пока не онемеет рука. Он просто ждал отчётов. Ровно в одно и то же время приходил адъютант с докладом. Дарт Сидиус слушал, ничего интересного не было, будто бы спецслужбы и вовсе не работали или же фальсифицировали данные, о чем Палпатин боялся даже подумать. Новости были одни и те же: охрана Татьяны все ещё страдает неизвестным недугом, лучшие специалисты так вообще первый раз похожие симптомы видят, моффа-предателя нет, захватчиков найти не могут, будто их и не существовало, на дальних рубежах зреет восстание, но где именно — без понятия, придворные наводнили все пространство невозможными слухами и сплетнями, весь Корусант обсуждает якобы случившийся несчастный случай и гибель почти всей императорской семьи, Центральные миры гудят о непонятном сумасшествии Императора, флот бастует, не подчиняется, армия проигрывает. Казалось, расследование просто топчется на месте, специальные подразделения не могут искоренить лживые слухи, а офицеры не компетентны, словно они все не обладают даже начальными навыками ведения военной политики, да даже слово «армия» первый раз в жизни услышали только неделю назад, когда все и произошло. Это настолько поражало и угнетало Палпатина, что он ещё больше разуверялся в своей разумности, дееспособности и вменяемости. Он постоянно думал о семье, о том что может не успеть спасти их. Каждую ночь Императору снились пугающие сны, будто его окружает непроглядная густая тьма, и сквозь эту тьму он отчётливо слышит чье-то сердцебиение, спокойное и ровное, а потом звук становиться все тише, паузы между ударами все больше, и в какой-то момент невидимое сердце перестаёт биться, Палпатин просыпается и в первые секунды ему кажется, что он умирает, ему не хватает воздуха, в тёмной комнате взрослому мужчине становится страшно, снова приходят мысли о семье и своей слабости. Прошло совсем немного времени, а Дарт Сидиус уже даже не был уверен не то, что в своём рассудке, а даже в своей сущности ситха. Он стал слишком мягкотелым для последователя тёмной стороны. Вот его учитель Дарт Плегас был самым настоящим кровожадным, беспощадным ситхом-ученым, истинным адептом тьмы, он не испытывал никаких сомнений и не имел семьи, которая могла поставить под угрозу его власть, его не терзали принципы морали, которых не должно существовать для ситха. Да Плегас был великим, не то что его бездарный ученик. Палатин со злости ударил кулаком по деревянной столешнице. — Ну где же этот Адмирал?! — зарычал Император. Ему бы только узнать, откуда Траун сбежал, с какой планеты, или базы, или спутника, или звездолета, он бы тогда знал в каком ключе ему работать, где искать, он бы понял, кто это сделал. Если Миттʼрауʼнуруодо действительно в одиночку сбежал от этих террористов да и к тому же остался жив и здоров, то чисс явно бог, который скрывает свою сущность. Но теперь благодаря ему можно узнать точное местоположение базы похитителей, их личности, мотивы. Наконец то можно будет продвинуться в этом расследовании и сдвинуть дело с мёртвой точки. Император снова сможет восстановить контроль над самим собой и этой неясной ситуацией. Надо только поговорить с Гранд-адмиралом и выведать все, что тот знает и помнит о времени, проведенном там. Это будет ключом к спасению Империи. Двери в кабинет неожиданно громко открылись, Император сфокусировал взгляд на вошедших. Адъютант и четверо охранников, между ними стоит потрепанный крайне недовольный двенадцатый Гранд-адмирал Империи. — Ваше Величество! — возмущенно, громко взывает Траун. — Я не понимаю, в чем дело! Почему меня лишили свободы передвижения? Чисс смело шагает к Императору, прижимая к груди левую руку. Его чёрный китель порван, потрепан, измазан в грязи и местами, в большей степени на рукавах и воротнике, в крови, штаны в дырах, форменные чёрные сапоги исцарапаны и замазаны грязью так, что теперь их цвет был тёмно-коричневым вперемешку с светло-серым. Волосы мужчины растрепаны и торчат в разные стороны, он прихрамывает, но все равно твердым, почти уставным, шагом приближается к письменному столу, гордо выпрямив спину. Но что удивительно — на шее чисса, обхватив оба его плеча желтыми лапками, лежала такая же потрёпанная, как и сам Траун, исаламири с буро-желтой чешуёй и белым пухом. — Так почему меня поймала охрана на КПП? — снова недовольно спросил Адмирал, когда вплотную подошёл к Императору, — Я даже переодеться не успел! Возмутительно! Приходить к Владыке Империи в таком виде! — мужчина кинул грозный взгляд на охрану и молодого адъютанта, на пару лет младше его самого. Шив Палпатин медленно поднялся с кресла, пристально разглядывая чисса: — Миттʼрауʼнуруодо, где все это время Вы были? ***