Red and Blue

— Вот и что мне с ним теперь делать?! — Стайлз смотрел, как волк удобно устроился в ногах ветеринара, и испытывал непреодолимое желание пнуть его под черный пушистый хвост. — Он мне все сидения в машине изгрыз и шерсть по ним раскидал! Он же волк, а не кошка! Разве собачьи вообще умеют так линять? Разве это не против всех законов природы? Дитон с беззлобной улыбкой наклонился и почти ласково почесал волка за ухом, словно тот был его домашним любимцем. Стайлз всегда поражался любви советника к животным и различным их представителям (типа оборотней). Парень почти был готов поклясться, что во время полнолуний этот друид привычно сдерживал себя, чтобы точно так же не протянуть руку и не помять заостренное ухо схлынувшего Стилински. Даже не так. Дитон бы точно это сделал, если бы только сам подросток не лязгал челюстями в районе лица и шеи ветеринара и вообще не выражал бы никакого желания разорвать того на кусочки как и все живое в радиусе пяти километров. Волк удовлетворенно зевнул на ласку, открыв свою огромную пасть и тем самым словно продемонстрировав лишний раз личный набор смертоносных клыков. И взгляд — о, этот взгляд! — который он кинул на Стайлза позже, нельзя было прочитать никак иначе чем: «Я опасен двадцать четыре на семь, даже во время сонных потягушек и когда глупо прикусываю кончик языка. А еще я надменная тварь и не ставлю ни во что такого альфу как ты». — Дитон! — Стайлз был готов взвыть. — Ты злишься, потому что он не склонил голову и не подставил тебе шею? Или потому что он рычит на тебя, но не вступает в схватку? — но Стилински не дал хитрому друиду поставить себя в тупик всеми этими извилистыми разговорчиками со странными вопросами «не в глаз, а сразу в оба», как обычно бывало, стоило только тому открыть рот. Стайлз никогда не считал себя глупым, но зачастую в обществе этого знатока оборотней он был готов провалиться сквозь землю от стыда и презрения к себе. — Я злюсь, потому что он настоящий уничтожитель всего, что мне дорого! И дело не только в машине! — на эмоциях прикрикнул Стайлз и, поймав удивленный взгляд ветеринара, поспешил пояснить уже более спокойно. — Я нашел заброшенный дом в лесу и решил сделать его своим тайным местом уединения. Ну, знаете, чтобы просто было, куда уйти из дома. Не то чтобы я пытался сбежать от отца или вроде того. Но иногда мне просто необходимо находиться не дома. Я не знаю, как это объяснить. Может быть, моему волку хочется иметь больше территории, такое вот волчье гнездышко? — Вряд ли это потребность волка, Стайлз, — Дитон смерил его почти сочувствующим взглядом, не отрываясь от поглаживания настоящего животного. — Тебе хочется вырваться из стен, потому что в них ты чувствуешь себя одиноко. И ты понимаешь, что этому чувству не место в твоем доме. Они несовместимы. Поэтому ты ищешь что-то, где обстановка действительно соответствует твоему состоянию. Чтобы оправдать пустоту, ты ищешь такое же пустое место. А волк внутри тебя просто принимает эту территорию как собственную и старается ее защитить от возможных недоброжелателей. Лишь бы его новый хозяин был спокоен. Стайлзу срочно потребовалось чем-то занять руки. Вертеть что-либо, перебирать пальцами, рассматривать — что угодно, лишь бы отвлечься от темных глаз друида, который в последнее время все чаще стал напоминать о своем родстве с Марин Моррелл — его школьной учительницей и личным психологом. Эти двое могли запросто залезть в его душу и выпотрошить из нее весь мусор, который Стилински годами накапливал в самых укромных уголках души, холил и лелеял его, изредка поливая (слезами?), чтобы от сырости он покрылся мхом и уж точно не вызвал желания трогать его ни у самого Стайлза, ни у кого-либо еще. Это было безопасно, это было необходимо. Но, очевидно, недостаточно. — Возможно, — нехотя согласился Стайлз, решив отдать на растерзание своим рукам какую-то колбочку со странным светло-зеленым налетом: она явно была уже безнадежно испорчена, так что если вдруг разобьется, то осколки не будет жаль выкидывать, ведь это — всего лишь очередной мусор. — В любом случае, этот злыдень знатно испортил диван в том доме. А это было единственным предметом мебели, хоть сколько-то пригодным для сидения. Большинство вещей там либо отсырела и прогнила, либо сломана, будто после погрома. И моих карманных не хватит, чтобы купить новый диван. Да и глупо все это. — А ты уверен, что он оборотень, а не обычная собака? — Дитон заметно насторожился. Он перевел взгляд на успевшего задремать волка и стал так внимательно рассматривать каждый миллиметр его тела, будто у него были какие-то глаза-сканнеры. — Уверен, — для большей утвердительности, Стайлз даже несколько раз кивнул. — Этот гад только и делал, что сверкал на меня своими зенками всю дорогу к клинике. Да и человеческую речь он явно понимает. Даже умеет огрызаться, знаете. Как настоящий злобный мексиканский мафиози. Ему только не хватает кокса на носу и пистолетов во всех четырех лапах. К тому же вы только посмотрите на него! Он же просто громадина! Еще один плюсик в пользу сверхъестественного. — Ты рычал на него? — Дитон ни на секунду не поднял взгляда на Стайлза за всю его длинную речь. И по какой-то причине Стилински это даже как-то задело. В конце концов, чей Дитон советник — его или этого омеги? — Рычал, скалился и вообще все эти волчьи «прелести» ему демонстрировал. Ничего, кроме недовольства, не получил, кстати говоря, — Стайлз с такой силой стукнул донышком колбы по столу, что та чуть было не пошла трещинами. — Этот парень вообще может распознавать сигналы альфы на перевоплощение? Да, я никудышный и бесправный альфа, но и такие трюки проделывать умею. Но кажется, он только и делает, что шлет меня подальше. Хвала волчьи богам, что не кусается, конечно. Иначе бы я сам ему глотку перегрыз уже давно. А что? Только сейчас Стайлз заметил, что друид внимательно изучает какой-то участок кожи на спине волка, слегка раздвинув шерсть, тогда как сама зверюга даже не шевелится под умелыми руками ветеринара, будучи в абсолютном бодрствовании. Он дрессированный, что ли? Или Дитон успел накачать оборотня транквилизаторами, пока Стайлз распинался в собственных эмоциях и негодовании от происходящего? Пора бы начать уже начать побаиваться советника. — Что вы делаете? — Стайлз осторожно приблизился, прекрасно осознавая, что если он двинется слишком резко или быстро, то волк взбесится и наверняка впустит клыки в чью-нибудь плоть. — Что это? С более близкого расстояния Стайлз наконец смог рассмотреть то, что пытался изучить Дитон все это время. Наконец стало понятно, почему друид так насторожился и начал сомневаться в оборотнической природе черной зверюги: на его спине словно был вырван кусок кожи. Красноватая «вмятина», по каким-то причинам все равно заросшая шерстью, красовалась прямо между лопаток. Таких шрамов не бывает у сверхъестественных существ — их просто не может быть. Все заживает рано или поздно, если рана не смертельная. А уж у урожденных и подавно не бывает никаких изъянов: бывали случаи, как рассказывал Дитон, что у таковых даже пупки рассасывались. А здесь… Просто отсутствовал кусок мяса. И никаких признаков регенерации замечено не было. — Как это возможно? — через какое-то время молчаливого разглядывания спросил Стайлз и уже было потянул руку, чтобы пощупать шрам, как тут же получил по рукам от друида. Словно маленький ребенок, лезущий изучать розетку. Сходство было еще и в том, что за подобное действие он действительно мог бы стать трупом. «Не лезь — убьет», — вполне уместная фраза, если находишься в одном помещении с этим зверем и жаждешь его хорошенько потискать за самые болезненные места. — Думаю, края раны обработали чем-то, чтобы он не смог исцелиться, — вынес разумное предположение Дитон и наконец решил оставить животное в покое. Волк поспешно встал с пола и встряхнулся, будто пытался избавиться от следов прикосновений чужих рук, после чего нашел себе новое место для сна в углу кабинета. Стайлз успел сосчитал количество черных волосков, которые оставило животное на кафельном полу. Свинья, а не волк. С ним действительно что-то не так! — Разве это не работа друида? — Стайлз устало прислонился к стене и начал теребить завязки худи, размышляя. — Кто еще мог сделать такое? — Вероятнее всего, это действительно был друид, — Дитон продолжил наблюдать за волком, будто тот не спать собирался, а закусить всеми кошками, находившимися на временном содержании в питомнике. — Тогда почему он его не убил? — Стайлзу интереснее было наблюдать за тем, как небольшой сквозняк перегоняет черные волоски с одной плитки на другую. — Хотел причинить страдания и боль? Значит, за что-то мстил. А если мстил, то определенно он знал его. Почему друиды и волки знают друг друга? Потому что находятся в связи. Дитон, советники могут причинить вред стае, которую должны оберегать? Утвердительный кивок заставил кровь в венах похолодеть. — Такое возможно, но совершенно не обязательно, Стайлз, — Дитон задумчиво потер подбородок и выдохнул так, будто был вынужден сказать то, чего рассказывать вовсе не хотел. — Любой, кто владеет искрой, может стать друидом. И сварить отвар, останавливающий регенерацию, не составит для него проблем. Это мог быть даже чей-то ученик. Здесь нет ничего сложного. Поэтому не стоит думать, что этот друид был советником его стаи. Тем более, вероятно, я знаю его. А вот теперь кровь Стилински превратилась в хрусталики льда и начала покалывать изнутри больным азартным интересом. Стайлз еле удержался, чтобы не накинуться с расспросами на ветеринара, но больно закушенная нижняя губа слегка отрезвила подростка, забывшего принять утреннюю дозу таблеток от СДВГ. Даже будучи оборотнем Стайлз так и не мог избавиться от своего синдрома. — Что? Кто это? Откуда вы его можете знать? Дитон! — Есть только одно объяснение, почему омега не сбежал с территории альфы по первому его требованию. Это его территория. — Нифига подобного, — Стайлз нахмурился. — Этот дом заброшен уже лет десять. Он просто не мог жить там. Я уже месяц ошивался по тем окрестностям и не заметил ни следов, ни запаха. Его там не было, Дитон. Просто не было. — Но он мог вернуться в свой родной дом, — друид только снисходительно улыбнулся на вопросительное выражение лица Стайлза, которое его, казалось, всегда забавляло. — И ты можешь проверить мою гипотезу. — Как? — Стайлз отлип от стены и без лишних промедлений пошел в сторону мирно сопящего волка. Ему необходимо было узнать хотя бы имя этого наглеца. Дополнительное знание — дополнительное преимущество. Хотя бы так он сможет выяснить настоящее место проживания омеги и, вероятно, отправит его восвояси, пригрозив буквой закона и серьезными связями в полиции. Ведь ничто человеческое не чуждо оборотню, ведь так? Каким бы озверелым он ни был. — Посмотри на его шрам внимательно. Там должна была быть татуировка. И если она была, ты увидишь ее. Тебе, как альфе, это под силу. — В смысле, посмотреть на него через эту красную пелену? — Стайлз всплеснул руками и перешел на пару тонов выше, чем в результате разбудил зверя. — Я не могу ничерта видеть, пока мои глаза налиты красным, Дитон! Это невозможно. Не могу сфокусироваться. Без стаи я не могу видеть ничего глазами волка… Вы сами мне это говорили. Это бесполезно. Но вместо ответа от друида Стайлз услышал только звериный рык прямо позади себя. Резко развернувшись и чудом устояв на ногах, он с шоком обнаружил, что волк зубами прихватил его за край худи и стал ее немного оттягивать, словно привлекая внимание. В тот момент, как их взгляды встретились, глаза каждого одновременно, словно по какому-то щелчку, приобрели свои волчьи окрасы: красный и синий. — Какие-то три завитушки, — словно под трансом произнес Стайлз, кажется, даже не осознавая, что он впервые смог видеть что-то помимо красной дымки этими глазами. — Трискелион, — поправил его Дитон и, положив руку на плечо Стилински, ободряюще ему улыбнулся. — Знакомься, Стайлз. Это Дерек Хейл. И отныне ты — его альфа.

© SSM [Sterek 18+]