Если тебе повезет

Если тебе будет невыносимо, Настолько, что придётся что-то сделать с этим или просто расслабиться и позволить миру что-нибудь с вами сделать.

Поттер осмотрел номер и сел в кресло у окна. Оттуда как раз отлично просматривалась входная дверь. Его мелко трясло от волнения. Что-то внутри подсказывало, чтобы он бежал отсюда, но желание коснуться Малфоя, пусть даже под обороткой, как бы противно не было это осознавать, грызло горло до першения. Он откашлялся и запрокинул голову на спинку кресла, прикрыв глаза. Хмель сошёл на нет из-за отрезвляющего зелья, и эта идея уже не казалась такой правильной, да и смелости, что уж скрывать, тоже поубавилось. Забини можно и так помочь, чисто по-человечески. Где же тот всегда-всем-помогающий добрый волшебник? Все чаще в последнее время Гарри становилось противно от самого себя. Но… Всегда находились причины для очередного но. Семь лет назад надетая на лицо маска срослась с ним, и с каждым днем становилось всё труднее и труднее увидеть настоящее лицо, настоящие чувства. Желания и идеи, рвение и азарт к жизни, что всегда управляли Гарри в школьные годы, рассыпались пеплом, когда он прожигал спину Малфоя, покидающего зал суда. И сейчас его разрывало от боли в груди, когда в комнату медленно вошёл Блейз. Забини прикрыл за собой дверь, она тут же запечаталась магией — Поттер слишком поспешно наложил на дверь заклинания, как запирающие, так и звукоизолирующие. Ему даже показалось, что Забини вздрогнул и быстро отвел взгляд. Гарри же удобно развалился в кресле, почти раздетый, рубашка нараспашку, ремень на брюках расстегнут. — Забини, что как не родной, проходи уже, не смущайся, — Поттер откровенно язвил, его взгляд потяжелел и был таким, словно он собирается допрашивать, а не трахаться. Слизеринец провел по своим волосам, непривычно для него густым и жестким, проверяя, не спали ли чары, и дал себе мысленный подзатыльник, криво улыбнулся, вспоминая повадки друга. — Поттер, я думал ты уже в кровати ждешь не дождешься, а ты еще одет, — взгляд синих глаз изучающе прошелся по голому торсу Поттера: блядская дорожка черных волос уходила под линию брюк, сильные жилистые руки, натренированные в квиддиче и на службе. Широкая ладонь легла на пояс, и Гарри медленно, специально для Блейза, расстегнул ширинку и приподнял свой зад, чтобы выбраться из брюк. — Ты смотришь на меня, словно впервые видишь, — Гарри оттолкнулся и встал, откинув в кресло одежду. Хватило пару шагов, чтобы преодолеть расстояние от окна к Забини. — Я в душ, — Блейз как-то неестественно попятился к двери ванны, и Гарри удивлено повел бровью. — Стой! Нахера тебе душ, мы же все-таки маги? Забыл очищающее заклинание? — Гарри схватил Блейза за ворот рубашки, внимательно изучая лицо: — Ты странный, Забини, ну да ладно, иди уже, — Поттер потерял интерес к слизеринцу, подтолкнув к ванной. — Не забудь оборотку выпить, иначе никакой сделки. «Блейз» скрылся в ванной, и только когда за ним закрылась дверь, перевел дыхание и со стоном навис над раковиной, умываясь холодной водой. Еще минута, и он бы прокололся. Черные кудри начинали белеть, квадратные скулы худели, и уже через минуту в зеркало смотрел Драко Малфой. Его лицо стало еще бледнее. Теплый душ не помогал, все тело мандражировало. — Чтоб тебя, Забини, дементоры поцеловали, — Малфой выругался и, обернув свои тощие бедра полотенцем, зачем-то посчитал до десяти и вышел в комнату. Поттер застыл, на мгновение выпадая из реальности. Он сидел на краю кровати в ожидании «Малфоя» пока тот не показался. Драко облизал свои губы, и Гарри показалось, что его язык, как змеиный, слишком быстро спрятался во рту, захотелось сильно укусить, за губу, за язык, не важно, но желание сделать больно накрыло Поттера волной. Малфой словно в воду холодную шагнул, на мгновение прикрыв глаза. Он понятия не имел, адекватен ли Поттер в сексе, и только сейчас понял, что даже не расспросил Блейза о привычках и поведении того в постели. Это казалось таким ненужным тогда, а сейчас-то, что делать? Последний раз у Малфоя был секс еще в Америке, и он всегда был в верхней позиции. И о чем он думал, соглашаясь на сделку с другом? А главное нахуя он вообще сюда пришел? Когда полчаса назад сюда собирался Забини, Малфоя распирало от ревности, и порыв был обоснован. Так он думал. А сейчас он остановился перед Поттером, упираясь длинными пальцами ног в его ступни. Ноги у обоих были холодные, это почувствовалось от первого же касания. Однако руки Гарри, что легли на бедра, скинув полотенце, оказались сухими и горячими. А еще грубыми. Подушечки пальцев были мозолистыми. Поттер залюбовался упругим тонким телом, бледностью кожи, приятной на ощупь словно шелк. Он не скрывал жадного взгляда и рвано выдохнул, когда коснулся розового соска. Малфой же замер, не выдавая никаких эмоций и словно со стороны наблюдая за происходящим. Рука Гарри скользнула по иксообразному шраму на груди. Подняв взгляд от него к лицу Драко, Поттер наткнулся на стальное нечитаемое выражение лица. — Хм, как правдоподобно, если бы я не знал, что передо мной Блейз, я бы поспорил, что ты настоящий Малфой, — голос звучал ниже обычного и отдавал тоской. Однако желание скрыть было невозможно. У Поттера стоял, и опустив взгляд на его пах, Драко хватило пару секунд, чтобы самому возбудиться. — Потттер, ты собрался трепаться? Оборотное не вечно действует, — Драко поморщился от сказанного, язык сводило от лжи и хотелось крикнуть, чтобы Поттер узнал, понял, но вместо этого Гарри дернул его за руку, заваливая и подминая под себя, как куклу. — Сделай так, чтобы я забыл, что это ты, Забини, притворись, — Гарри раздвинул ноги парня своим коленом, протиснув между ними бедро и продолжая изучать тело. Волосы Малфоя рассыпались по подушке, а взгляд продолжал оставаться настороженным, но тело трясло, и Поттер успокаивающе провел ладошкой по боку, прижимая к кровати. — Какой же он костлявый, — Поттер надавил рукой на тазовые косточки, и ладонь переместилась на член, сминая его, оглаживая большим пальцем розовую головку. Член был такой же правильный и идеальный, как и его обладатель. В Малфое, несмотря на болезненную худобу, все было пропорционально. Длинные ноги дернулись, и Драко согнул их в коленях, словно собрался закрыться от Поттера, но тот не дал, надавив подбородком на ногу. — Не дрожи, как лист осиновый, — Поттер был сильно увлечен этим телом, и подозрительность поведения отошла на задний план. Вспомнив, что все еще в боксерах, Гарри стянул их с себя, показывая свое желание во всей красе. Толстый, больше среднего в размерах член, опутанный темными венами, прижался к плоскому животу, уздечка и головка выделялись более розовым цветом на фоне смуглой кожи. Драко сжал простынь рукой, но смотреть на него не перестал. — Что, он еще подрос или ты забыл, как стонал, принимая его? — Поттер поганенько ухмыльнулся. Драко ответил ему такой же ухмылочкой, но сказать что-нибудь ему не дали, больно прикусив за нижнюю губу, Поттер впечатал его голову в подушку, варварски врываясь своим языком в рот. Малфой сразу отступил, не видя смысла сопротивляться, если пришел сам. Гарри еще раз окинул взглядом тело любовника, безволосую грудь, светлые кудряшки на лобке и твердый вздымающийся член. Напрягшиеся мышцы свидетельствовали, что его хотят не меньше. Радость в груди разлилась не на долго, вспомнив, что это Блейз, он сильно сжал мошонку, вызывая хриплый звук у слизеринца. На мгновение его обуяли сомнения, но «Малфой» так соблазнительно выгнулся, откидывая голову назад и приподнимаясь на лопатках, что Поттер сорвался. Руки жадно, до красных пятен мяли шелковую кожу, губы оставляли метки на шее. Синяки проявлялись почти сразу, и Гарри хотелось оставить их еще больше, чтобы запомнить, чтобы впечатать эту картинку в мозг, и потом просматривать миллион раз. Он ненавидел Малфоя так же сильно, как и хотел. Хотел, чтобы он принадлежал ему, чтобы это Малфой желал его. Драко вздрогнул, когда почувствовал внутри себя холодок от смазки, и сжал анус еще сильнее. Сфинктер и без того пульсировал, а когда его грубо коснулись, покружив по контуру, и вставили сразу два пальца, Драко попытался расслабиться, стараясь сделать лучше для себя же. А дальше Гарри просунул ладонь свободной руки под ягодицы и легко приподнял их. Осознание того, что это прекрасное тело находится в полной власти, подчиняется, он, не думая больше ни о чем, не заботясь о растяжке, подсунул под зад вторую руку. Драко сам без слов согнул ноги и притянул их к себе, а Поттер с садистским наслаждением резко толкнулся в предлагаемое тело, он сжал зубы от боли и припечатал пятерней по ягодице, с шипением выдохнув. — Расслабься, придурок. Порву же, — член Малфоя сразу же опал, и Поттер разочарованно замер, давая привыкнуть, уж больно тесно было внутри. — Девственник он что ли? Малфою было больно и он уже готов был послать всю эту ёблю к чертям собачьим — не так он себе представлял их первый раз вместе. — Поттер, поосторожнее можно, в живого человека тычешь своей балдой, — Драко обхватил колени руками и прижал к себе еще ближе. Было жутко неудобно. — Развернись, неженка, — Гарри осторожно вынул свой член и опустился задом на пятки в ожидании вида тылов Малфоя. И как только Драко повернулся, показывая свой выпирающий позвоночник, Поттер по-хозяйски притянул его к себе за ягодицы, надавив на позвонки, прошелся по каждому, опустился грудью на спину Драко, захватив пятерней волосы на затылке, резко притянул Малфоя к себе, так, что тот оказался на коленях, и принялся надрачивать опавший член Драко, постепенно приводя его в форму. Его собственный стояк упирался в ложбинку между ягодиц и терся об нее, ощущая, как пульсирует анус любовника. Гарри так хотелось думать, что это от желания, а не от вынужденной ситуации. Драко тяжело дышал и подавался назад, и очередной несдержанный, но скупой стон сорвал последние тормоза. Поттера накрыло желанием, смешанным со злостью, и крики, вырывающиеся изо рта любовника, были явно не от страсти, но, мягко говоря, Гарри было по-фигу. Наслаждаясь властью, Поттер брал Малфоя грубо, размашисто и нетерпеливо, а когда кончил на покрасневшие от ударов ладошкой ягодицы, постепенно начал возвращаться в реальность. Малфой сразу же отстранился, опускаясь на кровать, и упираясь лицом в подушку. Его дыхание слышно не было, только видно, как опускаются плечи, и поднимаются выпирающие лопатки. Поттер положил руку на одну из них. Собственное сердцебиение разрывало грудную клетку и попадало в такт с серцебиением любовника. Поттер встал с кровати и направился в душ, он не хотел видеть, как кончается зелье, и Малфой превращается в Блейза, но больше всего он не хотел видеть лицо Драко, каким оно было прямо сейчас. Драко не кончил, и Гарри это прекрасно знал, к тому же он умудрился порвать его. Заметил он это уже в душе, когда вода окрасилась в розовый цвет. Настроение было препоганое. Призвав одежду, Гарри оделся, бросив Забини, что ждет его у себя к четырем, и убрался из номера, даже не взглянув на кровать. Поттер спустился в ресторан, в надежде увидеть настоящего Малфоя, посмотреть на него и еще раз поймать настороженный взгляд серых глаз. В зале было почти пусто, слизеринский стол был уже убран. Гарри аппарировал домой прямо из ресторана и не видел, как на него смотрел Блейз, прячась за колонной.

***

Сколько Малфой пролежал после ухода Гарри, он не знал, уже забрезжил рассвет, когда со стороны коридора в номер постучала горничная: — Уборка комнат!