Место для тебя

      Минуты ожидания показались вечностью. После того, как я положила трубку, Костя отключился. Я потрогала пульс на шее, а потом вышла из комнаты в поисках ванной. Набрав в тазик воды, а так же захватив с собой полотенце, я вернулась в комнату. Костя все так же согнувшись сидел спиной к дивану. Я присела около него и скинула куртку, так как уже вспотела. То ли в комнате было невыносимо жарко, так, что даже дышать было трудно, либо я настолько сильно волновалась.       Но паника отступила. На смену панике пришел страх, что люди, сделавшие это, могут вернуться. Но я строго настрого запретила себе нервничать по поводу этого, потому что главной задачей было сейчас обработать раны Кости. Парень был все еще без сознания, поэтому я смочила конец полотенца в теплой воде и, приподняв его лицо за подбородок, несколько раз прошлась по щеке. Спустя несколько мгновений угол белого махрового полотенца окрасился в кроваво-красный, но отмыть щеку парня оказалось намного труднее, чем я думала. Мне пришлось возиться с каждым сантиметром его кожи, пока прозрачная вода в тазу не окрасилась в розовую. Я периодически задерживала дыхание, потому что меня нестерпимо тошнило от металлического запаха крови, витающего во всему пространству. Через какой-то промежуток времени парень открыл глаза и ничего не видящим взглядом уставился куда-то сквозь меня:       — Я вырвался, Инна.       Я не поняла, что он имеет в виду, но все же несколько раз кивнула.       — Конечно, Кость, конечно. Прикрой глаза, давай я продолжу.       Пока я пыталась отмыть кровь с лица, он вновь отключился, но я продолжала гладить его свободной рукой по голове и приговаривать, что все будет хорошо. Не знаю, слышал ли он, но меня это успокаивало.       Когда я поняла, что с помощью таза с водой и обычного полотенца Костино лицо не отмыть, то отбросила мокрую тряпку и уселась рядом с ним, прислонившись боком. Он медленно дышал, но мне все же пришлось опрокинуть его голову, подложив при этом подушку, чтобы он не задохнулся.       Я устало выдохнула и прикрыла глаза, устраиваясь виском на плече парня. Я не знаю, сколько прошло времени — пять минут или два часа, но, когда в коридоре послышался шум шагов, я раскрыла глаза. Скорее всего, мне стоило бы спрятаться, потому что это могли быть люди, избившие парня, но вместо этого я съежилась в комок. Я слишком сильно устала, а мое сердце слишком часто пропускало удары от страха, поэтому я просто не могла подняться. Я поджала колени и опустила на них голову, чтобы не видеть лиц. Когда не видишь, становится не так страшно. Человек замер у входа в комнату, видимо, оценивая обстановку, а я задержала дыхание. Даже не смотря на то, что я сидела, конечности тряслись так, что колени стучали друг об друга.       — Инна?       Голос Яна Александровича разрезал давящую тишину, заставляя меня поднять лицо и сделать глубокий вздох. Я нашла в себе силы подняться и хотела кинуться мужчине на шею, но, опустив голову, заметила, что вся моя толстовка в кровавых пятнах, оставшихся после того, как я пыталась обработать Костино лицо. Я так и застыла посреди комнаты с разведенными в разные стороны руками.       — Ян… Александрович… надо… Костю… — слова никак не хотели складываться в предложения.       Даже понимая, что мне и Косте больше ничто не угрожает, я все равно не могла справиться с предательским дрожанием во всем теле.       — Косте… помочь…       Мужчина сделал несколько медленных шагов в нашу сторону, пытаясь разглядеть повреждения парня, лежащего за моей спиной. В следующую секунду под его ногами что-то хрустнуло, а я вновь зажмурилась, задерживая дыхание. Осознание того, что я приехала посреди ночи в разрушенную квартиру на помощь своему избитому другу, ворвалось в мое сознание. До того спавший инстинкт самосохранения начал вопить: «Какого черта ты здесь делаешь?!»       Я раскрыла глаза, уставившись в ужасе на преподавателя. Воздуха в душной комнате стало не хватать.       — Инна, — он поднял руки перед собой, делая несколько шагов ко мне, — все в порядке. Все. В. Порядке, — выделил он каждое слово.       Я кивнула, сглотнув, хотя понимала, ничто не было в порядке, и отступила на шаг в сторону, позволяя Яну Александровичу присесть на корточки рядом с Костей. Я стояла и с высоты своего роста смотрела, как мужчина осторожно и медленно приподнял распухшее побитое лицо моего друга, а потом перевел взгляд на меня.       — Его надо в больницу.       Я помотала головой. Волосы выбрались из хвоста и скользнули на лицо.       — Нельзя. Нельзя в больницу, — голос опять сорвался, но я изо всех сил старалась не расплакаться.       Сейчас было не время лить слезы, но мне было настолько страшно, что хотелось просто сесть на пол и закрыть лицо руками.       — Ладно, — мужчина кивнул и вновь посмотрел на Костю. — Я на машине. Поехали ко мне.       Мужчина не позволил мне помочь, поэтому я осталась в стороне смотреть, как Ян Александрович, подхватив парня, направился к выходу из квартиры. Костя на несколько секунд пришел в сознание, что-то пробормотал и снова отключился. Я медленно двигалась за Яном Александровичем, который практически на себе нес Костю: парень не мог двигаться самостоятельно.       На лестницу мы потратили около пяти минут. Я порывалась помочь, но каждый раз натыкалась на строгий мужской взгляд и вновь отступала, позволяя ему самому тащить Костю. Уже на улице около машины, он все-таки обратился ко мне:       — В кармане моей куртки ключи, — он кивнул на правый бок. — Открой машину.       Я трясущимися руками залезла в карман его спортивной куртки и извлекла брелок. Разблокировав машину, я сразу же открыла заднюю дверь и забралась на сидение, чтобы он мог уложить Костю ко мне на колени. Парень, очутившись в машине, на мгновение раскрыл глаза.       — Что происходит, Инна? Ты же обещала… Никаких больниц…       Я погладила его по голове, игнорируя раны с запекшейся кровью.       — Мы не в больницу, не беспокойся…       — Только не говори… не говори… — он вновь закрыл глаза и глубоко вздохнул.       Ян Александрович прыгнул на переднее сидение и тут же завел мотор.       Я не знаю, сколько мы ехали. Я монотонно поглаживала волосы Кости.       — Все будет хорошо… Все будет хорошо… Все будет хорошо…       Он еще неоднократно приходил в себя: открывал глаза, моргал пару раз, а потом вновь проваливался в забытье.       — Все будет хорошо… Все будет хорошо…       Когда машина остановилась около серой многоэтажки, а Ян Александрович вышел, я наконец-то опомнилась. Дверь с моей стороны открылась, а за ней показались вначале его глаза, пристально наблюдающие за моим лицом.       — Я в порядке, — кивнула я уже более спокойно. — Я надеюсь, Ирины нет?       — Нет, — он покачал головой, принимая тело Кости. — Она у моей мамы. Яр скоро возвращается.       Я кивнула и прошептала слова благодарности, сама не зная, кому они адресованы. Выйдя из машины вслед за Яном Александровичем, он вложил мне в руку две связки ключей. Одной я включила сигнализацию на машине, а вторая, видимо, была от квартиры. Набрав комбинацию на магнитном замке, Ян Александрович открыл пищащую дверь и пропустил меня в подъезд. На лифте мы поднялись на последний, семнадцатый этаж, а потом Ян Александрович кивнул на одну из дверей.       К этому моменту я уже немного успокоилась, и руки не так сильно дрожали. Я дважды повернула ключ в замке, а потом отошла, чтобы мужчина мог занести Костю в квартиру. В темноте мне было сложно ориентироваться, поэтому я застыла в дверях, пытаясь нащупать на ближних стенах выключатель.       — Слева, чуть ниже, — подсказал Ян Александрович из темноты.       Я опустила руку, куда он сказал, и включила свет, пытаясь оглядеться в поиске преподавателя. Квартира оказалась большой студией с совмещенной гостиной и кухней. Мужчина ногой толкнул одну из дверей, видимо, в еще одну комнату, а я, прикрыв за собой входную дверь, последовала за ним, не осматриваясь. Интерьер меня не интересовал.       Ян Александрович уложил Костю на диван в гостиной, а сам кивнул мне на открытую комнату.       — В шкафу есть одежда, переоденься. Ты вся в крови. Я пока займусь твоим другом.       Я опять кивнула и шмыгнула в комнату, прикрывая за собой дверь. Опустившись на край кровати, я уперлась локтями в колени и спрятала лицо в ладонях. В голове была пугающая пустота.       В дверь несколько раз постучали, и я подскочила с места.       — Все в порядке, это я, — в комнату шагнул Ян Александрович, а потом прошел до шкафа, который я до этого не заметила. Он немного порылся на полках, а потом протянул мне футболку. — Переоденься, а потом приходи на кухню.       Я кивнула, принимая из его рук одежду.       — Ванна за той дверью, — он махнул рукой за мою спину, и я вновь кивнула.       Мне хотелось его поблагодарить, но в горле появился ком, поэтому я промолчала.       — Все будет хорошо, — напоследок сказал мужчина, выходя из комнаты.       Почему-то когда об этом сказал он, мне стало немного лучше.