Оттенки акварели

      Клэри с раздражением захлопнула ноутбук, и, отбросив его на подушку, взглядом окинула темную комнату. Час ночи, а она до сих пор никак не может уснуть.       Изначально она винила в этом фонарь, светящий своим ярко-оранжевым светом, прямо в окно её комнаты. Но потом она поняла, что во всем виновата смена часовых поясов. В Нью-Йорке сейчас где-то четыре часа после полудня, а в Санкт-Петербурге уже час ночи.       Девушка устало помассировала виски. С картинами тоже в последнее время не ладится.       Живописный пейзаж Невского проспекта, так и остался в её фантазии, а трехногий мольберт, продолжил свое существование в темном, сыром чулане, и неизвестно удалось ли ему избежать участи старых кроссовок, или он так же как и они, покрылся темно-зеленой мохнатой плесенью.       Клэри думала, что убежав из Нью-Йорка, бросив всё, переехав в далекую Россию, ей удастся забыть темно-карие чарующие глаза, пухлые чувственные губы, грациозную фигуру, но ничего не вышло, всё это, стало её наваждением в последние несколько месяцев. И она правда не знает как с этим бороться.       Воспоминания приходят к ней во снах, всплывают тогда, когда она совершает совершенно обыденные действия, они просто не хотят покидать ее голову. Да и как бы они исчезли у неё из головы, если её жизнь остановилась в тот момент, когда она услышала те слова из уст её Иззи.       — Клэ… Клэри, — Изабель с трудом отстранилась от губ Клариссы, — мы должны поговорить. Это очень важно. — Да, Изабель? Что случилось? — серьезный тон девушки, очень насторожил Клэри, но она старалась не паниковать без повода. — Я думаю, что мы должны прекратить все это. — Иззи, ты шутишь? С чего тебе пришла в голову такая глупая мысль? — Нет, я абсолютно серьезна, — Несмотря на уверенность в голосе, Изабель отвела взгляд, чуть-чуть опустив голову вниз, и ненадолго замолчала, — Я влюбилась. В парня.       Клэри не могла вздохнуть. Она чувствовала как что-то внутри неё разбилось, что-то очень ценное, то без чего она больше не сможет жить.       Мир закружился вокруг неё, в ушах зазвенело, и ей даже показалось, что она начала падать. Но потом все резко прекратилось.       Вновь её окружило множество звуков шумного города, а лёгкие вспомнили как нужно работать, и она зажмурившись сделала глубокий вдох. В душе начала закипать злость. — И как давно вы вместе? — Клэри презрительно сощурилась, и резко взглянула в глаза Изабель, — Что, кувыркалась с ним, а потом бежала ко мне? Отсасывала ему, а потом я целовала тебя в губы?! — Клэри сама не поняла, когда она успела перейти на крик. — У нас ещё ничего не было. Он мне просто понравился. Я думаю мы с ним будем хорошей парой. — А мы с тобой? Разве мы не были хорошей парой?! — А нас уже нет, Кларисса.       Только тут Клэри поняла, что это не просто очередная ссора. Сейчас Изабель попрощается, и уйдет к своему… парню, они уже никогда не пересекутся. От этой мысли у неё в глазах защипало, и по её щеке скатилась первая слеза. — Прошу тебя, Иззи, не уходи от меня, — Клэри сделала шаг к Изабель, и с силой схватила её за руку, — прошу, не бросай меня. Я же, я же не смогу без тебя… прошу, останься, я тебя так люблю. Иззи… Сердце Изабель сжалось. Но она упрямо выдернула руку из железной хватки своей бывшей девушки. — Нет, Клэри, давай не будем устраивать драму. Мы взрослые люди. Любые отношения рано или поздно заканчиваются. Наши закончились сейчас, и даже твои слезы ничего не вернут.       Клэри всем телом вздрогнула от холодного тона Изабель, и разжав руки, отступила на пару шагов назад. Её взгляд остекленел, а на щеках продолжали блестеть дорожки слез, но она молчала. Спустя минуту молчания, Избель неловко прокашлялась. — Я думаю мне уже пора. Я рада, что мы смогли все прояснить, — Иззи повернулась и направилась к выходу, но как только ее ладонь обхватила ручку, она замерла, — Прощай, Кларисса, я очень сожалею что была той, кому досталась твоя любовь. Дверь захлопнулась.       Но Клэри этого не слышала. Её ноги подкосились, и она, опустившись на пол, закрыла ладонями лицо и зарыдала.       Это было больше полугода назад. Сейчас на место съедающей душу обиды, пришла тихая печаль. Сердце до сих пор жалобно сжималось от воспоминаний, но и это скоро должно было пройти. Она научится жить новой жизнью, и, возможно, даже найдет себе новую девушку. Она будет счастлива.       И она так и не узнает, что вот уже как три месяца, Изабель Лайтвуд проходит курс химиотерапии. Только вот прогнозы врачей неутешительные, и шансы на выздоровление практически равны нулю.