Райская птица

Эпиграф. Иногда я думаю, что лучше б тебя и не было, и сразу же понимаю, что лучше тебя и нет. Э.Сафарли

Оппоненты стояли друг напротив друга, брызгая слюной, потея. Глаза были переполнены ненавистью друг к другу. Но из-за чего? Почему они поливали друг друга грязью беспрерывно целый час?! Эрика этого не понимала. Она стояла в первом ряду, наполовину заслонённая мускулистой спиной Ресторатора. Любая девушка России продала бы душу за это уютное местечко с полным обзором на участников баттла. Но именно эту брюнетку не очень-то и интересовали разборки двух рэперков. Девушка молча стояла на одном месте, держа в одной руке бокал вина и внимательно следя, как рубиновая жидкость переливалась на свету софит. Вторую руку девушки за спиной крепко держал невозмутимый Ресторатор. Эрика была одета довольно элегантно, соответствуя своему статусу. Белая блузка с орнаментом из красных отпечатков губ, милая юбка чуть ниже колена с Британским пейзажем из серой улицы и ярких красных двухэтажных автобусов, высокие красные туфли на толстом каблуке и огромный вязаный, мохнатый джемпер без застёжек, с градиентом переходящим из бежевого в красный цвет. Многие девушки, посетительницы, поклонницы Версуса, положительно отметили лук таинственной незнакомки, за которую так печётся Ресторатор, но мало кто из гостей знал её статус. Наконец-то эти нудные минуты подошли к концу. Как только последний судья, он же небезызвестный Юрий Хованский, закончил высказывать своё мнение, баттлеры пожали друг другу руки, а народ начал расходиться, Эрика облегчённо выдохнула и залпом допила стакан вина. — Всё, бывай, гангстер, — усмехнулся Ресторатор, пожимая руку Хованскому, одному из последних выходящих из бара людей. Внутри остался только персонал, съёмочная группа, Ресторатор со своей пассией и кучка знаменитых рэперов. Они всегда были желанными гостями в "1703", так что их никто не выгонял даже после баттла. — Саш, я с трудом переношу эти твои баттлы, — вздохнула Столыпина и поставила бокал на барную стойку. Его моментально перехватил вечно улыбающийся бармен и протёр гладкую поверхность столешницы. — А на приёмы всякие ходить, значит, не устаёшь?! — усмехнулся Тимарцев и приобнял брюнетку за талию. — Ну, там хотя бы весело, — улыбнулась девушка и принялась доставать из сумочки телефон. — Кстати, Эрика, давно хотел тебя познакомить, — Ресторатору не дали договорить, девушке кто-то звонил. Саша опустился на барный стул рядом с друзьями-рэперами, среди которых были небезызвестные MC Oxxxymiron, Oxpa, Porchy и представитель компании "Booking machine" Илья Мамай. Все внимательно наблюдали за Эрикой, которая очень эмоционально говорила с кем-то по телефону. "Дратути. Вы где, сучки?! Я не собираюсь сегодня дома ночевать одна! Когда вы меня заберёте? А, ладно... А вы бухла купили?! Твари, только о себе думаете! Ладно, уже выхожу!" — Столыпина глубоко вздохнула и кинула дорогущий смартфон в миниатюрную бежевую сумочку. — Сашуль, завтра, все знакомства завтра, меня женщины мои у входа ждут, сегодня у нас пати... Девичник... Как и вчера... И во вторник... И в понедельник... Но это не важно, я возьму из бара три бутылки вина? — не смотря на друзей хозяина Версуса, спросила брюнетка и уже побежала за стойку. — Да-да, конечно бери! Только много не пей! — попытался пригрозить Тимарцев, понимая, что алмазное дитя всё равно его не послушает. — Ты же знаешь, что твои угрозы на меня не действуют! Всё, я побежала, развлекайтесь! Передам от тебя привет девчонкам! — звеня бутылками в пакете, всё также не обращая внимания на рэперов за барной стойкой, Эрика чмокнула своего молодого человека и выпорхнула из бара. Ресторатор через окно увидел, как его ненаглядная садится к знакомым девушкам в кабриолет. Подруги от чего-то смеются, после чего машина резко трогается с места и пропадает из виду. — Да, Санёк... Ты попал... Такая баба какого хочешь построит, — вздохнул Мамай, отхлёбывая виски. — А кто она? — сдвинул брови Охра. — Ты че, лол, мне кажется, все знают Эрику Столыпину, — удивился Тимарцев. — Ну знаешь, Ваня думал, что и Оксимирона с Охрой и Порчи знают все, однако в каком-то туровом городе ему женская половина клуба не дала, потому что фраза: "Девушка, вас может угостить Джонни Рудбой?", приглянулась не всем! Давай, рассказывай, я тоже о ней ничего не знаю, — улыбнулся Мирон и продолжил залипать в окно. — Дочь Александра Столыпина. У них огромный отель с горнолыжным курортом, и спа в Карловых Варах, и алмазные и золотые шахты по всему миру. Отец все время в разъездах, мать с младшим братом круглогодично живут в Карловых Варах, в том самом отеле, а она в доме одна, хотя чаще с подругами, у одной из которых папа нефтяной магнат, владелец Российского государственного банка, а у другой производит машины, эти... "Фольксваген", и какой-то зарубежный банк крышует, — выдал все, скрипя зубами, Ресторатор. — Нихуя ты закорешился. Колись, ради бабла? — усмехнулся Охра. — Да иди ты нахуй, — нахмурился Саша. — Не, реально, ты бы не стал с ней из-за чистой любви. Такие как она на это не способны. Да, все эти девушки красивые, да, с хорошей фигурой, но пустые, как пробки, — протянул Окси. — Нихуя вы не знаете. Она уж точно не Алиса из твоего альбома, Мирон! Не бухает на людях до потери пульса, не блюёт на свецких львиц, да, её семья баснословно богата, но это её не портит! — мечтательно выдал Тимарцев и закинул стопку водки. — Ну не знаю-не знаю... Не верю я в таких достойных девушек с глянцевой обложки, — стиснул зубы Янович.