Райская птица

— Мирон! — мужчина уже стоял в дверях. — Нахуй иди! — отрезал МС. — Я не думала ничего такого! С Сашей мы была до того, как он поставил условия! Ты всё не так понял! — Эрика почти ревела, по щеке прокатилась первая слеза. — Пошла ты, — разъярённый Мирон вышел из дома и твёрдыми шагами пошёл прочь со двора. Не накинув плащь, Столыпина кинулась за мужчиной. — Постой! Прости, Мирон! Ты... Блять! Всё не так! — догнать его брюнетка на высоких каблуках не могла. — А как?! Не Саша, так я?! Лишь бы в наследство не только миллиарды получить, но и компанию?! — рэпер развернулся и выпучил на Столыпину глаза, после чего продолжил шагать и вскоре вышел за пределы двора дома. — Мирон! — девушка выебежала на дорогу и остановилась около калитки. Янович шёл слишком быстро, догнать его было нереально. — В пизду иди, Столыпина! Такая, как я и думал! Продажная шлюха! — МС явно перегибал палку. Эрика видела лишь его тёмный удаляющийся силуэт. — Ну и иди! — девушке уже ни на что не хватало энергии просто как нервно хмыкнуть и упасть на колени около входа во двор особняка. Из чёрных глаз брызнули слёзы. Он разлюбил её? Вот так внезапно? Нет. Он все ещё хотел заботиться о ней столько, сколько будет возможно. Мирон горячо желал её. Он всё ещё любил Эрику. Просто события сложились так, что мужчина был глубоко возмущён. И чтоб не натворить дел, Фёдоров ушёл. Но проблема многих людей в том, что несмотря на весь жизненный опыт, умение мыслить и чувствовать, они иногда делают, а потом только думают, когда уже становится поздно. Окси бы в любом случае вернулся. Завтра, послезавтра или через неделю, но не позже. Он бы извинился, и согласился на любую хрень, которую прикажет выполнить отец Столыпиной, ведь не важно ради чего, главное - они поженятся. Брак - жуткая штука, но Мирон снова был готов женится. Смешно, не правда ли? Да вот только Эрика его не дождётся. Она сегодня же покинет отчий дом, не сказав никому, куда направляется... Неделю спустя Она поднялась на нужный этаж, испытывая полное пренебрежение к самобытной обстановке парадной вокруг неё. Квартира оказалась незаперта. Девушка аккуратно толкнула дверь и вошла внутрь. В лицо ударил застоявшийся запах табачного дыма, затхлости и непосильной скуки. Меряя шагами расстояние от входной двери до нужной комнаты, девушка прошла в гостиную. Коридор наполнил стук каблуков. — Лера? — Мирон был неподдельно удивлён. Он стоял посреди гостиной в одних джинсах, он явно куда-то собрался идти. Филонову совершенно не смущал его оголённый торс, пустые пачки сигарет и бутылки, раскиданные по всей комнате. — Надо же... Имя моё помнишь? — выплюнула русоволосая девушка. Она выглядела злой, нет... Она была в гневе. — Случилось чего? — он прищурился, делая совершенно непонимающее лицо. — Случилось... Надо же, угадал! Уже неделю, как случилось. А тебе, как я погляжу, и дело нет, — задумчиво произнесла Филонова, пиная только купленными туфлями пустые бутылки и коробки из-под еды. — О чём ты?! Это про Эрику?! Что-то случилось?! — Мирон внезапно оживился и повысил тон. — Сядь! — крикнула Лера, что, казалось, сел весь дом. МС покорно опустился на диван. Русоволосая девушка подошла слишком близко к мужчине, склонилась над вжавшимся в диван Оксимироном и для устойчивости поставила колено ему между ног. Завитая прядь светлых волос едва касалась уха Фёдорова, заставляя мужчину поморщиться. — Пока ты тут играл трагедию, она ушла, — прошептала Филонова, смотря прямо в глаза рэперу. — Ушла?! Что?! Куда?! — возмутился Янович. — Ах, если бы мы знали! Мы ищем её уже неделю, и все безрезультатно! Значит так, найди мне её! Не знаю как, но ты должен найти нам Эрику! Иначе, я позабочусь о том, что бы ни один человек больше не пришёл на твой концерт и не купил и диска, ты и твои дружки поедите в пожизненный круиз по северному-ледовитому океану на байдарках! — девушка потихоньку перешла на крик и, кинув Мирону в руки его же диск, удалилась. Вот она - смертельная красота. Эти девушки подчиняют себе мир по одному хотению. Пока деньги на их карточках не кончились (а они не кончаются), всё будет у их ног. МС раз глубоко вздохнул и попытался осознать произошедшее. Он посмотрел на диск в его руках. На обложке такая знакомая Вавилонская башня и название альбома "Горгород" сложились в таинственную и так полюбившуюся многим картину. Там же, на обложке, красовалась роспись Фёдорова, мужчина вспомнил, как дарил его Эрике. Брюнетка рассталась с ним... Внутри у рэпера что-то больно кольнуло. Мирон открыл диск и на пол выпал свёрнутый листок розового цвета. МС аккуратно развернул листок, это было письмо. "Привет, Мирон, если ты сейчас это читаешь, значит меня уже нет в Питере, а Лера или Надя на тебя уже накричали. Знаешь, как давно я не писала от руки такие большие тексты? Ладно... В общем, я уехала. Не ищи меня, потому что не найдёшь, и никто не найдёт. Девочки тебе ничего не сделают, живи спокойно и в своё удовольствие. Только для начала переживи ещё один сопливый момент. Я тебя люблю, и это факт. Расстались мы с тобой не в самой лучшей ситуации, поэтому я извинюсь перед тобой так. Прости. Надеюсь, у тебя ко мне остались ещё хоть какие-то чувства. Я не прошу любви, хотя бы малейшего уважения. Дак вот во имя всего, что между нами было, у меня к тебе есть три пункта, которые ты должен соблюсти: 1. Помирись с Сашей. Я рассорила вас, поступила как последняя шлюха. Будет правильно, если после того, как я уйду из вашей жизни, снова помиритесь. 2. Забудь обо мне. 3. Живи дальше. Пиши песни, пей, трахайся, влюбляйся, кури! Весь мир в твоём распоряжении! Только имя Столыпиной Эрики навсегда забудь ради твоего же блага. Я тебя люблю. Пока."