Синица, огурец, врозь! Начали!

Утро не бывает таким же хорошим как ночь. Солнце едва начало просачиваться сквозь шторы, когда в дверь съёмной квартиры импровизаторов постучали; звук был похож на барабанное соло на рок-концерте. — Кого, блять, приперло в такую рань? — проворчал Антон, вылезая из объятий Попова. — Не открывай, — посоветовал Арс, прижимая парня обратно к груди. — Давай ещё немного побудем вместе. — Ага, умник, а если это хозяйка. Блондин надел первые попавшиеся под руку штаны и зашагал к двери. Арсений с трудом разлепил заспанные глаза, пытаясь подняться с кровати. Антону повезло меньше. Его голова разрывалась от жуткого похмелья, ноги отказывались сгибаться, а перед глазами точно летали чёрные мошки, которых невозможно отогнать. Прокляв Ди, напоившую его вчера, и пришедшего, Шастун медленно открыл дверь. Как оказалось, он дважды обругал одного и того же человека. — Ты всех гостей заставляешь ждать или только меня? — отпихнула зеленоглазого с прохода девушка. — Что ты здесь делаешь? — Естественно, ты не помнишь про наш вчерашний договор. Ладно, идём в спальню, там расскажу. Ди хлопнула ладонью по торсу Антона (после чего он скрючился пополам) и направилась в соседнюю комнату. Из-за пульсирующей боли в висках Шастун не сразу вспомнил про валяющегося на кровати голого Попова. Зеленоглазый попытался остановить подругу, но она вошла в спальню раньше, чем у него это вышло. — Какого хрена? — молниеносно натянул на себя одеяло Арс, прикрывая обнаженное тело. — Не дёргайся ты, — отмахнулась Ди, попутно осматривая комнату. — Удивлять меня уже нечем. Вчера я увидела достаточно, по этой же причине и пила в баре, пытаясь забыть. А у вас здесь чисто: нет мусора, пол чистый, даже вибраторы запрятаны в шкаф. Удивительно. — Ди, хватит, — остановил брюнетку Антон, ввалившись в комнату. — Тебе пора объяснить, зачем ты явилась в такую рань? — Если ты не забыл, то сегодня я стану твоей официальной девушкой. И будет довольно подозрительно, если в Instagram у нас не будет общих фото. — Это можно сделать и днём. — Утренние фотографии, где ты с заспанным лицом лежишь в горе одеял? Не думаю. План был такой, мы делаем кучу фотографий вместе, будем выкладывать постепенно. Должна появиться иллюзия, что мы всегда вместе. Арсений сверкнул глазами. Он понял, что Шастун даже не собирался разговаривать с Ди. Голубоглазый бы дал своему парню хороший подзатыльник, но он буквально прикован к кровати. Попов снова посмотрел на брюнетку, рывшуюся в сумке. Каждый её вздох вызывал у мужчины приступ гнева: она не имеет права так говорить с Антоном, касаться его нежной кожи, командовать им, точно собственным питомцем. Импровизатор находился на грани. — Тох, это же твоя футболка? Девушка показала Шастуну, обнимающемуся со стеной, цветную тряпку. Он едва заметно кивнул и тут же пожалел: его мозги точно пропустились через миксер. Ди потянула за края свой свитер, стянув его с себя; под ним был разве что чёрный лифчик. — Что… Ты… Зачем? — вылупился на подругу Антон. — Ну многие влюблённые дуры обожают надевать одежду своих парней, — пожала плечами Ди, затем сняла с себя ещё и джинсы. В голове Антона мелькнули воспоминания, когда Арсений менялся с ним одеждой, игнорируя разницу в размере. Чаще всего это происходило, когда голубоглазый ходил по «их» квартире, оправдываясь, мол: «Никто же не видит». Но однажды он запамятовал, что находился в вещах Шастуна, побежав на самолёт. То серое пальто и белая с цветными узорами рубашка до сих пор валяется где-то в доме Попова в Питере. — И бояться мне нечего, — девушка наконец набросила на себя футболку Антона, края которой оказались ниже её колен. — Я нахожусь в комнате с двумя геями. Даже если я сняла белье, у вас бы все равно не встал. — Спешу напомнить, что от вида женских тел я не отказывался, — сказал Арсений, отвернувшись к стене. — Что?! — крикнул Шастун. Парень уставился на Попова, едва сдерживая желание его побить. — Неловко вышло, — Ди отошла на шаг от ошеломлённого и немного злого Антона. — Поищу на кухне Тохе что-нибудь от головы. А вы пока поменяйте простыни. — Тебе надо — ты и меняй, — буркнул Арсений, не переставая изучать обои. — Я не чистюля, но притрагиваться к этому не желаю. И не вздумайте трахаться, пока вы не одни. — Назло тебе сейчас начнём, — повернулся к брюнетке Арс, угрожающе сверкнув глазами. — Тогда я сниму с себя все, и тебе придётся объяснять своему любовнику, почему у тебя затвердел хуй. Ди вышла из комнаты, напоследок хлопнув дверью; и без того напряжённая обстановка достигла своего апогея. Парни долго метали в друг-друга молнии глазами, не решаясь начать беседу. — Ты обещал с ней поговорить, — начал первым Попов. — Не было возможности, ведь я обсуждал с ней твой план. А теперь оказывается, что тебе девочки нравятся, — едва не переходя на крик, обвинял своего парня Шастун. Зеленоглазый подошел к Арсению. Он смотрел на него сверху вниз, что придавало ему ещё более устрашающий вид. — Дело не в женщинах, а конкретно в Ди, — увернулся от этой темы импровизатор. — Она перегибает палку, слишком сильно старается. — Если ты отключишь свою ревность, то увидишь, что она пиздец как нам помогает. Арсений не выдержал натиска Антона. Он поднялся с кровати, сокращая между ними расстояние. Попов смотрел ему в глаза, вновь изучая глубокий лес внутри них. Сейчас по этому лесу гуляет ураган, как и во всем теле Шастуна. Импровизатор вновь увидел складку на лбу Антона, появившуюся из-за плотно сдвинутых бровей. Это добавляло парню на вид несколько лет, делая его почти ровесником Попова. — Я не ревную, — медленно, делая долгую паузу между словами сказал Арсений. — Гонишь! По факту, это я должен ревновать, ведь это тебе нравятся бабы! И не вздумай меня успокаивать. — Ты такой сексуальный, когда злишься. Взгляд Антона тут же изменился. Парень слегка остолбенел, продолжая удивлённо пялиться на Попова, подбирая нужные слова для ответа. У него не вышло. — Это нечестно, — досадно всплеснул руками блондин. — Ты использовал секретный приём. — Я на это и рассчитывал. Мужчина взял Антона за подбородок, встал на носочки и поцеловал его. Зеленоглазый снова поддался Арсению, принимая его перемирие. Старший импровизатор скользнул рукой по недавним царапинам на его боках, положил руку на спину своего любовника и прижал его к себе, соприкасаясь с ним животами, после чего по ним пролетела волна наслаждения. — О-о-о, какие же вы милые, — раздался голос Ди. После появления в комнате брюнетки, Шастун хотел отстраниться, но Арсений не дал ему это сделать. Он начал активнее сминать губы Антона, проникая в его рот языком так, чтобы это увидела Ди, ещё и наигранно издав громкий вздох. Мужчина с трудом сдержался, чтобы не открыть глаза, дабы насладиться ошарашенным лицом девушки. Но даже сквозь закрытые веки импровизаторы уловили вспышку света. — Какой красивый кадр, — рассматривала получившуюся фотографию Ди. — Поставлю на аватарку. — Не шути так, — освободился от Попова зеленоглазый парень. — Пожалуйста, удали её. — Если вы не смените постель, то это фото окажется во всех известных мне социальных сетях. У вас три минуты. Арсений уже ненавидел этот день.

***

Когда парни все же поменяли постельное белье, началось самое страшное: фотосессия. Ди первым делом забралась на кровать и улеглась на подушке, обычно принадлежавшей Попову. Тот обещал молчать ближайшие полчаса, пока девушка вновь не переступит границы дозволенного. Арсения вывела из себя первая поза для фотографии: Шастун опустил голову на живот брюнетки, перекидывая через неё руку, будто она его личная вещь. Если бы сейчас измерили температуру тела Попова, то она бы достигла невероятных показателей, потому что от каждой новой позы он закипал все больше Голубоглазый продолжал наблюдать за тем, как его парень обнимал Ди, позволял ей оседлать себя, проводить рукой по гладкой щеке, груди, ради хорошего кадра. Такие фотографии не требуют даже редактирования: они идеальны изначально, но Арсений не любил такие, он предпочитал случайные моменты, когда «модель» на фотографии не играет специально, а излучает искренние чувства, которых не было на фотографиях Ди, и слава богу. Но Попова все равно передёргивало от прикосновений брюнетки к Антону, от его поддельной счастливой улыбки. Черт, если он сделает так ещё раз, то Арсений не обещает, что парень выйдет из этой квартиры целым. После каждой новой фотографии Ди меняла одежду, сверкая обнаженным телом перед импровизаторами; Арсений начал подозревать, что она делает это специально. Девушка перемерила почти все майки Антона, выбирая наиболее приятную. Фотосессия плавно перешла на кухню, затем в зал. Когда же все закончилось, Арсений, наконец, перестал быть настолько напряженным. Ди скрылась за дверью, сказав напоследок что-то про съемки. Сначала импровизаторы не поняли, но взглянув на часы, они начали быстро собираться на площадку. Когда влюблённые сели в такси, назвали адрес и отправились на съемки, они немного расслабились, ведь теперь скорость прибытия на работу зависела не от них. — Ди всегда перегибает палку? — продолжал Арсений. — Она все делает отлично, — упорно защищал девушку Шастун. — Знаешь, тебе ещё повезло, что ты ей понравился. — Это весьма спорно. — Брось! С другими она обходилась жёстче. Попов повернулся к своему парню, пытаясь уложить все свои мысли в одно предложение. У него будто пропал голос: он ещё полминуты, как рыба, открывал и закрывал рот. — Другими? — переспросил голубоглазый. — Это старая история, и уже не важно, что было тогда. — Либо ты рассказываешь, либо рассказываешь, здесь нет другого варианта. — Ну, почти с самого моего знакомства с Ди, мы, вроде как заботились друг о друге, не давали другим к нам приставать. Я был далеко не самым популярным мальчиком в классе, только в классе девятом я начал быстро расти, и меня стали замечать девчонки не только моего возраста. Сам понимаешь, встречаться со старшеклассницей — это роскошь; девушки всячески флиртовали, а я на радостях рассказывал все это Ди. Но вот когда я приглашал старшеклассниц погулять, они в ужасе шарахались от меня, и так реагировали все. Потом, когда мне уже исполнилось шестнадцать, я встретился со второкурсницей. Могу сказать, что я её очаровал, и мы договорились встретиться в парке, погулять. — Да ты альфач, — фыркнул Арс. — И ты мне это говоришь после вчерашнего? Мужчина настороженно кивнул в сторону таксиста, но музыка играла достаточно громко, что тот не слышал ни единого слова. — И больше меня не прерывай, — продолжил Антон. — Так вот… Естественно, об этой встречи я также рассказал Ди. Она тогда предупредила, что студентка может разбить мне сердце, но я пропустил её слова мимо ушей. Когда ждал около парка, я запаниковал, что она может заблудиться, и пошёл на встречу. Помню, как заметил её впереди — она шла медленно, любуясь дорогой, но затем кто-то в капюшоне закрыл ей рот рукой и затащил во двор. Была ночь и никто этого не заметил, кроме меня. Я побежал к ней и, залетев во двор, увидел, как её прижимает лицом к стене Ди, схватившись за белокурые волосы. Моя Диадема угрожающе ей говорила, что превратит её лицо фарш, если она не отстанет от меня. Студентка сопротивлялась, посылая куда подальше Ди. В эту же секунду прозвучала фраза: «Ну, с тобой хотя бы интереснее, чем с этими малолетними соплячками». После этого я ворвался в их разговор, разделяя девушек. Как же я был зол на Ди. Она говорила, что не хочет, чтоб мне разбили сердце, а я не стал её слушать, поэтому наша дружба и ослабла. Вот только через полгода второкурсница меня бросила, и я долго переживал по этому поводу. Как-то эта новость о нашем расставании разлетелась быстро, но я все равно хотел её вернуть. На следующий день пришёл к ней в университет, а её подруга сказала, что она заболела. И так совпало, что я встретил Ди с разбитыми костяшками пальцев. — Она все же напала на неё? — Честно, я был даже рад этому. С того времени она более терпеливой, сдержанной, но нарываться не стоит. Остаток пути импровизаторы сидели молча, хоть Антон и пытался продолжить разговор. Арсений даже не поворачивался к любовнику, лишь продолжал копаться в собственной голове. После рассказа про вспыльчивость Ди, Арсений задумался над отношением девушки к Шастуну: она так о нем заботилась и делает это до сих пор. Мужчина всерьёз предположил, что здесь примешано что-то большее, чем просто «дружба», но у него не было весомых фактов, что несомненно успокаивало. Попов поставил перед собой задачу: понять, что происходит в голове Ди.

***

Естественно, они опоздали. Парни как могли извинялись перед Пашей и съёмочной группой за задержку, на что все странно улыбались и подозрительно косились на Антона. Попов почувствовал неладное, и по неведомой ему самому причине, решил проверить аккаунт Ди. Оказалось, что она успела опубликовать одно фото, где Шастун, находясь в одних штанах, курил на балконе. Арсений едва не разбил телефон: это было его фото, сделанное на камеру Антона несколько дней назад, это так же значило, что зеленоглазый позволил девушке пользоваться своим телефоном. У Попова не просто загорелось все внутри, а взорвалось, оставив после себя неприятную тяжесть в груди. Ему стало тяжело дышать, словно его начали душить проволокой. В тот же момент мужчина решился высказать своему любовнику все, что думает о нем и его «девушке». Он подорвался с места и уже приготовил все известные ему ругательства, чтобы выплеснуть их на Антона, когда сообщили о скором начале съёмок. Попов старался вести себя спокойно, не срываться на других участниках шоу; на это ему потребовалось много сил. Воля все же заметил ненормальное поведение импровизатора, поэтому потребовал перерыв на полчаса раньше. Арсений покинул сцену, отправляясь бродить по павильону. Он пытался развеяться, потому что понимал, что серьёзный разговор может испортить настрой обоих парней, что они опять начнут ругаться во время импровизации. Сделав очередной круг, Попов уже хотел возвращаться к друзьям, когда заметил идущую перед ним Ди. Голубоглазый узнал её сразу же по сладкому аромату духов, смешанным с запахом алкоголя. Это вновь раздуло пылающий внутри мужчины костёр ненависти, что навело его на мысль самому поговорить с брюнеткой, раз Антон не хочет сделать это сам. В порыве эмоций он даже подзабыл о своём недавно появившемся легком страхе перед девушкой. Арсений быстро догнал Ди. Он схватил её за локоть так сильно и грубо, что останутся синяки, и толкнул в первую дверь, встретившуюся на пути. Девушка не успела осознать, как оказалась прижата спиной к стене в маленькой комнатке. Попов понял это по её ошарашенному и немного испуганному взгляду. — Слушай меня очень внимательно, — приблизился к её лицу Арс, грозно смотря ей в глаза. Он оперся ладонью о стену около головы брюнетки, создавая ещё большее напряжение. — Я хочу, чтобы ты перестала так откровенно клеиться к Антону, так смотреть на него, так отвратительно улыбаться, когда он шутит, и так отчаянно пытаться показывать, что вы вместе. — Заметь, это ты, как маньяк, затащил меня в маленькое помещение, — снова появилась ухмылка на ярко-красных губах Ди. — Нам бы скорее вернуться, а то пойдут ещё слухи. — Прекрати! Не контролируя себя, Арсений ударил рукой по стене рядом с актрисой. Она едва моргнула из-за резкого движения, не переставая улыбаться, что жутко раздражало импровизатора. Его бесило все: её внешний вид, лицо, глаза, голос, манера общения, запах, взгляд, которым она смотрит на Шастуна. Была бы она парнем, Попов бы устроил драку. — У тебя вышло обмануть всех, кроме меня, — продолжил Арсений. — Я вижу, как ты пялишься на Антона, тянешься к нему. И если ты не остановишься… — Признай, ты ничего не сможешь мне сделать, — перебила мужчину Ди. — Мне казалось, что ты знаешь, что значит играть свою роль. И если даже ты поверил, что я влюблена в Тоху, то я отлично справилась со своей работой. — Врешь! Я знаю это. Такой как ты плевать на преграды. Тебе абсолютно все равно, что Антон занят. Готов поклясться, что видел, как горели твои глаза, когда мой парень прикасался к тебе. Ты просто бесчестная сука, и главная задача твоей жизни — тешить своё эго! Арсений не заметил, как перешёл на крик. Он бросался колкими словами в лицо Ди, ожидая, что эта нахальная улыбка наконец исчезнет с её лица. — Наорался? — чуть серьёзнее заговорила девушка. — Ты прав лишь на половину. Да, мне плевать на преграды, но мне не нравятся такие как Антон, скорее такие как ты. Меня привлекают мужчины, которые выглядят всегда спокойно, хотя внутри них все взрывается, которые разговаривают так, словно они из элитных семей, которые элегантнее, чем любая девушка, «современные рыцари». И ты мне был бы симпатичен, если бы ты не оказался таким уебком. Напоминаю, что тебя в Питере ждёт жена и двое детей, а ты здесь резвишься с влюблённым в тебя по уши парнем, так что ещё вопрос: кто из нас сука. Ди толкнула Попова в грудь достаточно сильно, что он чуть-чуть пошатнулся. Брюнетка выскользнула из комнаты, оставив Арсения отходить от моральной пощёчины, которую она ему прописала перед уходом. Когда импровизатор осознал, что остался один, его мысли стали успокаиваться. Он ужаснулся своим действиям, ведь он бы никогда не позволил бы себе оскорбить девушку, не важно, кем она бы являлась, а здесь такое… Арсений ещё немного пробыл в пустой комнате, прежде чем опять выйти к людям. Естественно, он увидел Ди, беседующую с импровизаторами. Голубоглазый хотел извиниться перед ней, но он передумал, выбрав политику общения с девушкой: «Не приближайся, не говори и не обращай на неё внимания». Теперь она лишь прикрытие для парней, как вещь.

***

— А теперь приветствуем нашего гостя, Диадему Романову, — объявил Павел. От этого имени у Арсения вновь прошел холодок по коже. Мужчина повернулся в сторону, откуда на сцену вышла девушка. Она выглядела по-другому, нежели утром. Когда Арсений «разговаривал» с ней, то не заметил, как изменился её образ с «дерзкой бунтарки» до «эстетичной очаровашки». Проходя мимо импровизаторов, Ди пожимала им руки. Дойдя до Арсения она также протянула ладонь, но хоть на лице была улыбка, глаза её безжалостно впивались в Попова. Он же не обращал внимания, точно она — пустое место. — Тебе понравились мои медвежата? — спросил Воля, когда Ди уселась на стул рядом с ним. — Очень, они милые, — смотря едва ли не в упор на Антона, говорила брюнетка. — Поверь мне, ты поменяешь мнение о них после нашей первой импровизации «интервью». Попов ругнулся про себя. Ему не нравилось, что Ди будет фактически управлять Шастуном. «Дублёр» был бы уместнее. Закончив объяснять правила, Паша дал одобрительный сигнал, сообщающий о начале игры. Антон как всегда заменял гостя, становясь марионеткой в руках пришедшего, управляемый двумя кнопками. — Журнал «наливая валерьянку», — налету выдумал название журнала Арс. — Скажите, вы когда-нибудь разбивали сердца? — Нет, — почти мгновенно ответил Антон, после чего раздался звук одобрительной зеленой кнопки. — Я не делаю людям больно. — Вы встречались с поклонниками? — продолжил Сережа. — Да, — после этого ответа раздался звук красной кнопки, чему очень удивился Шастун. — Хотя, о каких поклонниках идёт речь? Я же просто актриса из второсортного сериала. Ди несколько раз нажала на зеленую кнопку. Арс не удержался и все же оглянулся на девушку. Он точно знал, что Ди притворяется скромной, поддерживает свой образ. Неужели только он один видит сквозь её маску? Остальные вопросы были обычны, хотя однажды Дима не удержался и напрямую спросил, нравится ли ей кто-либо. Антон отшутился, сказав: «Позвони мне», получив негодующий взгляд Попова. Импровизация «суфлёр» прошла более гладко, ведь в ней участвовали Позов и Матвиенко. Со следующей импровизацией «экстрасенс» могли возникнуть сложности. Арс особо не расценивал умственные способности девушки. — Итак, слушайте ситуацию, — обратился к парням Воля, когда Ди надела наушники. — Сантехник в гей-клубе убил черепашку. — Мы здесь до утра, — закатил глаза Арсений. — Если ты будешь опять все портить, то да. Паша направился к гостье, пока парни отошли на другой край сцены, обдумывать задание. — Арс, ты в порядке? — спросил Антон, положив руку на плечо импровизатора. — Все отлично, я лишь немного устал. Попов не добавил, что устал от Ди и её флирта с его парнем. Вот брюнетка уже стояла на середине сцены, не подозревая, какая жесть сейчас начнётся. Сантехника брюнетка угадала с четвёртого раза, когда Дима сказал, что берет оплату водкой. Убийство черепахи было раскрыто также быстро, хватило двух подсказок от импровизаторов. — И кто же теперь отдаст мне золотой ключик? — досадно всплеснул руками Матвиенко. — Где же мне с Мальвиной теперь… — Цензура, — напомнил Воля, прежде, чем Сережа закончил шутку. После ухода друга, на сцену вышел Антон, точнее выкатился, изображая ниндзю. — Я отомщу за моего зеленого брата Рафаэля! — завопил Шастун, тыкая воображаемой палкой в Ди. — Господи, я убил черепаху, — прикрыла рот рукой брюнетка. — Предлагаю убрать Антона со сцены, — угрожающе сказал Павел. — Он подыгрывает. Все снова рассмеялись, кроме Арсения, который смог выдавить из себя только кислую улыбку. Единственное, что хоть немного держало его в рамках, это почти безразличный взгляд Шастуна на Ди. Далее девушке нужно было угадать, что она находится в гей-клубе. Это было сложнее, чем с черепашкой. — Ой, Диадема, а что ты тут делаешь? — невинно спросил Матвиенко. — Шаст, это что, твоя девушка? — подхватил идею друга Позов. — Арс, блин, не нагнетай. Девушка залилась смехом, а вот у Арсения раскраснелись кончики ушей. В душе он понимал, что это безобидная шутка, но было все равно неприятно. Далее, когда Попов вышел на сцену, пытаясь объяснить, где оказалась Ди, он заметил, что её взгляд изменился, она перестала убивать его, едва посмотрев ему в глаза. Арсений подумал, что брюнетка просто больше не злится, что было, возможно, хорошо. — Ну не берут у нас на работу натуралов, — в лоб намекнул Попов. — Если я озвучу свою версию, они обидятся, — обратилась к ведущему Ди. — Ты думаешь, что находишься на нашей программе в нашей программе? — едва сдерживал смех Паша. — Мы бы такое не придумали. Попов знал, что Ди догадалась, где находится: она чересчур быстро отгадывала все остальное, а здесь изображает из себя тупую. Арсений не мог понять, зачем она тянет время, чего хочет этим добиться, поэтому мужчина не спускал с неё глаз, анализируя её действия, ведь от неё он только и ждал подвоха. Вот помогать пошёл Шастун, аккуратно отодвигая со сцены Диму. — Смотри, ты сейчас снимаешь штаны, если оказываешься мужиком, то с меня бесплатный стриптиз, а если бабой, то ничего не будет. — Вот это облом, — показала грустную мордашку Ди. — Если ты отгадаешь, то получишь танец от Антона и бутылку виски от меня, — уже был готов выйти на сцену помогать своим мальчикам Паша. Брюнетка вопросительно, немного игриво, изогнула брови, покосившись на ведущего. — Вот смотри, на мне трусы с блёстками, всем ПАРНЯМ нравится, — продолжал Антон, повиляв задницей. Попов отвернулся, почти до крови кусая себе губу. Он уже ругал себя, что представил Шастуна в золотом белье среди мигающих прожекторов. — Гей-клуб! — радостно закричала девушка. Воля подскочил за своей стойкой, ликующе барабаня по зеленой кнопке. Импровизаторы так же весело ударили друг друга по ладоням. Арсений заметил, что Шастун продолжает стоять около Ди, не отходя от неё ни на шаг. Парень обернулся и посмотрел на Попова, точно предупреждая. Голубоглазому начало казаться, что все замедлилось: музыка затихла, все исчезло, кроме него и Антона. Он никогда не испытывал такого сильного желания схватить блондина за руку, крепко прижав к себе. Арсений, сам того не понимая, сделал шаг вперёд, умоляюще смотря на Шастуна. Младший импровизатор не менее жалостно впился в Попова взглядом, лишь бы он не приближался. И Арс остался на месте. Он продолжал, точно в замедленной съёмке, наблюдать за тем, как Антон повернулся к Ди, неестественно улыбаясь. Зеленоглазый притянул к себе девушку за талию, наклоняясь, чтобы ещё больше сократить между ними расстояние. И Арсений заметил это, он поймал мгновенный взгляд Ди, прежде чем она закрыла глаза перед соприкосновением с губами Антона. Попов увидел этот неподдельный блеск в её глазах, который невозможно специально показать. Остолбеневший мужчина наблюдал за поцелуем новоиспеченной парочки, глядя в пустоту. Внутри него все упало, ноги превратились в деревянные палки, сердце замедлилось, а в голове крутились одни и те же слова, приводящие в ужас: «Она никогда не притворялась. Она никогда не притворялась».