Тень

Джинён почувствовал, как на него обрушилось небо. Слова так просто прозвучали из уст Марка, так естественно. А Джинён будто взлетел. Даже ощутил разряжённый воздух на своих щеках. Боль ушла. Только сердце почему-то затрепетало сорвавшейся в бездну птицей. — Иен… — прошептал он, сжимая тёплую руку. — Молчи…береги силы… КоКо сделала ещё один круг возле ног Марка и заскулила, требуя, чтобы её взяли на ручки. Джинён оторвался от лица Туана и повернулся на этот зовущий звук. — Как его имя? — спросил он, обращаясь к Марку. — Это КоКо… — улыбаясь ответил Туан и отпустил руку Пака, — Она признала тебя… — он поднял щенка с пола и осторожно опустил рядом с кистью больного. Собачонка сразу принялась лизать открытую ладонь и покусывать пальцы. Лицо Джинёна расцвело. Оно вдруг стало таким ярким. — Вот увидишь, — сказал Марк, — Вы ещё станете самыми лучшими друзьями. Пак хотел что-то ответить, но в этот момент в кармане Туана зашевелился смартфон, издавая звуки песни. — Да, Джин-Хо… — тихо произнёс парень и посмотрел на Джинёна успокаивающим взглядом. — Марк, что случилось? Я ничего не понял… С тобой всё хорошо? — Да…всё нормально… Прости, что пришлось так поспешно уйти… — Уйти? Ты промчался мимо меня, как ветер! Я думал, что-то случилось! Предупреждать же надо… — Прости…я вернулся обратно…просто иногда я делаю такие ошибки…спасибо тебе за то, что помог… Я тебе потом всё объясню… А сейчас, мне очень некогда… — Хорошо… Теперь я спокоен… Пока…до связи… — Это мой друг… — ответил он на немой вопрос Джинёна. — Марк…давай уедем отсюда…я хочу домой…не хочу здесь оставаться… — Пак приподнял голову над подушкой, потянувшись мысленно навстречу Туану. А КоКо тут же пробралась по его телу к губам и попыталась дотянуться до них. Марк молча сгрёб щенка одной рукой к себе, а другой обхватил парня за шею, поднимая подушку повыше. — Если тебя отпустят, я непременно заберу тебя отсюда…не переживай… — он засунул КоКо за пазуху и та завозилась там, устраивая себе гнездо, — А если не разрешат, я побуду с тобой. Их отпустили. Уговаривать не пришлось долго и нудно. Туан нанял медсестру, которая вечером должна будет приехать и сделать всё необходимое для Джинёна. Марк уладил все дела по-адвокатски легко. *** — Марк, принеси мне мой ноутбук! — командовал Джинён, а Туан только диву давался. С тех пор, как ушла медсестра и убрала капельницу, Пак ни минуты не хотел оставаться один. — Джинёни, тебе ещё рано работать! Никаких ноутбуков! — Марк бегал из спальни в кухню и обратно, пытаясь приготовить хоть какой-то ужин. КоКо скакала за ним вприпрыжку, для неё тоже открылись новые возможности, о чём она даже не подозревала. Весь этот огромный дом принадлежал теперь ей целиком и полностью. — Марк! Мне скучно! Подай мне хотя бы смартфон! Или сам иди сюда! — Джинёни, я не могу! У меня каша убежит! — Туан заглянул в комнату и тут же скрылся. — Он что, собирается меня кашкой кормить? — тихо спросил Пак сам себя. А КоКо, которая забежала следом за Туаном, осталась в комнате и подошла к кровати болящего. Она попыталась забраться, отталкиваясь от пола. Но ничего не получилось. Тогда она стала перебираться по периметру кровати передними лапами, скуля и лая на Джинёна. Тот перевесился на бок и подцепил щенка одной рукой. КоКо тут же устроилась около него и задорно ухватилась за палец парня. — Будешь вести себя, как монстр, вылетишь из кровати. — сообщил ей Пак и погладил мягкую шёрстку. Всё так быстро поменялось в жизни Джинёна. Ещё утром он думал, что смысла нет ни в чём. И вот, смысл оказался в самом простом. Жить. Это была непоколебимая сущность всеобъемлющей правды. Она уникальна. Жить. — Джинёни, я несу тебе кушать… — Марк ввалился в комнату вместе с подносом. А КоКо тут же отпустила палец Пака и кинулась к краю кровати, возбуждённо тявкая от радости, что видит хозяина, — А ты почему здесь? — удивился Туан. — Я ей разрешил… — тут же ответил Джинён, облизываясь и приподнимая подушку повыше. Марк всё же спустил собаку на пол и поставил поднос удобнее. — Что ты мне принёс? Только не говори, что это рисовая каша! — Это рисовая каша. — Марк улыбаясь открыл крышечку, — Чувствуешь запах? — Нет. Я ненавижу каши. — Джинён смешно сморщил нос и чуть отодвинулся. — Джинёни, это рисовая каша, приготовленная с морскими гребешками. Сваренная специально на рыбном бульончике, приправленная фенхелем и оливковым маслом. Джинён принюхался и заинтересованно заглянул в чашку с дымящейся жидкостью. — Хорошо, я это съем…только если ты побудешь со мной. — Я даже могу тебя покормить. В конце-концов они оба перемазались, пытаясь покормить друг друга. Марк смешно разевал рот, а Джинён старался заехать ему куда-нибудь вбок, размазывая по губам мягкое варево. Туан притворно злился и ворчал, вытирая губы салфеткой и тут же пихая ложку в рот Пака. КоКо носилась по комнате и заливисто лаяла, сердясь на то, что её не берут играть. После того, как всё было съедено, Марк положил в руку Джинёна влажную махровую салфетку, свёрнутую в трубочку. Она была тёплой. Пак блаженно раскрутил её и вытер губы, закрывая глаза от удовольствия. — Марк, как ты узнал, что я обожаю тепло? — Просто так всегда делают, ты не знал? — Марк улыбнулся. А Джинён тут же залюбовался глазами парня. Он просто утонул в них. Страшно захотелось прикоснуться к заветному лицу. Потрогать кончики пушистых ресниц. Так сильно, что Джинён потянулся рукой и застыл, поражаясь своей смелости. Туан что-то понял. Он растерянно отодвинулся, но, через секунду, приблизил свои глаза настолько, что Пак увидел тёмные крапинки радужной оболочки. Марк прикрыл веки, а его брови выжидательно замерли. И тогда Джинён решился потрогать прозрачную кожу возле виска, на котором пульсировала тоненькая синяя жилка. Ресницы забились, как крылья мотылька. Джинён даже дышать перестал, водя тонкими пальцами по коже возле глаз. Потом кончики переместились к тонким щёточкам бровей. И снова к глазам. Потом ниже, ниже… К губам. Они дрогнули и сомкнулись плотнее. Пак осторожно выдохнул и коснулся их холодными подушечками пальцев. Губы снова дрогнули и раскрылись слегка, открывая тонкую полоску влажных зубов. Дальше Джинён не понял, как всё произошло, только его губы оказались слишком близко. А руки просто притянули сияющее лицо к себе. Чувствуя, как губы парня полностью подчинились нажиму и отдаются, ничем не защищённые, сладкие, такие податливые и чувственные. Марк почти потерял сознание, ощущая знакомый запах. Он принял поцелуй, открывая полностью своё сердце, без оглядки. Казалось, что так было всегда. Казалось, что такого никогда не было. Это было волшебное чувство. Дышать было невозможно. Но хотелось, чтобы губы никогда не разжимались. Джинён тоже запыхался. Он знал, как нужно целовать, чтобы дух выходил вон, но не контролировал себя. Забывая, что далеко не юнец. Казалось, что всё это происходит с ним впервые. Когда поцелуй затянулся, медленно превращаясь в смысл всей жизни, Джинён, наконец, отпустил пухлые источники наслаждения и прерывисто задышал. Голова кружилась. Марк тоже тяжело дышал, опаляя его своим горячим дыханьем. Пак откинулся на подушки и закрыл глаза. А когда открыл, Марка уже рядом не было. Он ушёл, забрав с собой поднос с грязной посудой и жизнь. *** Ночные мотыльки кружились, пытаясь потушить мягкий свет в настольной лампе, что горела на тумбочке возле Джинёна. В комнате было тихо, только КоКо нежно копошилась в складках одеяла, пытаясь справиться с очередной игрушкой. Пак заканчивал главу. Он работал совсем мало, но глаза уже слипались от усталости. Марк занимался уборкой на кухне и это было очень долго. Джинён закрыл глаза и задремал, убаюканный теплом. КоКо пошумела ещё немного и тоже затихла, прижавшись к мягкому боку. Туан открыл дверь и вошёл, неслышно ступая мягкими тапочками по пушистому ковру. Улыбнулся, разглядывая две любимые мордашки, так умильно заснувшие рядом. Потом убрал ноутбук и погасил настольную лампу. Хотел тихонько уйти и уже крался к двери осторожными шагами, как прерывистый шелестящий шёпот заставил его щёки покрыться румянцем. — Иен…иди сюда… Он подошёл и сел на кровать. Лицо Джинёна светлым пятном маячило перед глазами. Марк наклонился и мягко поцеловал пряди волос. — Спи, Джинёни…я не хочу тебе мешать… Ты ещё слишком слаб. — Не уходи…останься здесь… — Я не смогу себя контролировать… Я должен поберечь тебя. — Просто иди сюда, Марк. — Джинён потянулся обеими руками и ухватил Туана за шею, наваливая на себя. Иен тут же задохнулся от этого запаха, это было что-то такое знакомое, какая-то травяная смесь, нежная и пряная. Уникальная. Он провалился в вязкое и трепетное тепло, забывая обо всём. А тонкие руки Джинёна тут же полезли под его футболку, заставляя дрожать и вздрагивать. Но Пак всё же был ещё очень слаб и его руки остались на спине Марка и так замерли, обхватив его крепко и плотно. Они так и уснули, тесно прижавшись друг к другу, сморенные страстью и нежностью. Огромный огненный шар поднимался над крышами, раскрашивая серый мир в оранжевые оттенки. А потом пришло утро, презирая печали и тишину. И сразу стали слышны сонные вздохи разбуженного города. Птицы пробились сквозь все преграды своими голосами и всё заполнилось этими звуками. Сонное царство осталось только в тёмной комнате с опущенными шторами и двумя телами на кровати, распластанными в сладком сне. Марк видел во сне бесконечные дали океана. И чувствовал горько-солёный привкус на губах. Жёлто-белый песок притягивал своей кажущейся мягкостью. Марк упал в теплое месиво из крошки ракушек и мелкой гальки; и тут же почувствовал ни с чем ни сравнимый запах свежести и влаги. Такой знакомый и родной запах. Прямо из детства. Но сон кончился… Он открыл глаза и сердце сжалось в щемящей, радостной истоме. Прямо перед глазами, близко-близко…так близко, что черты расплывались и казались чем-то нереальным, лицо Джинёна. Такое милое… красивое. За дрожащими ресницами можно было наблюдать бесконечно долго. Не выдержав, Марк протянул руку и кончиками пальцев прикоснулся к прохладной, и покрытой лёгким пушком щеке. Джинён вздрогнул и тут же распахнул глаза. Увидев испуганное лицо Туана, заулыбался. Доверчиво и открыто. Трещинки и тонкие линии мимических морщинок тотчас проложили дорожки от уголков его глаз. Марк улыбнулся навстречу этому лицу. И тут же потянулся губами к этим чистым, удивительным глазам. — Марк…сегодня первый раз в жизни мне было жарко. — Джинён ухватил парня за шею и прижал к себе. КоКо тоже проснулась и кинулась к Туану, хватая его за руки, не давая парням нормально обняться. — КоКо-я! — прикрикнул Джинён и собака тут же присела от страха, — Что ты делаешь? — закричал Пак и Марк вздрогнул. — Что ты так кричишь? — Иен расслабил объятия, а Джинён вообще отпустил его. — Она насс…пописала на одеяло, Марк! — закричал он, — Это же настоящая бестия! — Ты не кричи на неё. Она же просто не привыкла, что кто-то громко разговаривает, — сообщил Туан, соскальзывая с кровати и собирая испорченное одеяло, — Я сейчас всё это постираю…не волнуйся, и не вставай, тебе нельзя… — Марк…подожди…потом! Иди сюда, я хочу тебя обнять! Но Туан уже скрылся в ванной комнате. Джинён посмотрел в чёрные глаза-бусинки и тихо сказал: — Если ты будешь мешать, я поселю тебя в будку. И ты будешь жить во дворе. И охранять этот дом снаружи. КоКо в ответ тявкнула и Пак усмехнулся. — А-а-а…не хочешь? Тогда пусть твой папочка научит тебя справлять нужду где нужно… — он ссадил собаку на пол и упал на подушки, улыбаясь и нежась в постели. Но Туана что-то долго не было. Джинён заскучал. Вскоре «примерил» на себя шкурку КоКо и спустил ноги с кровати. Жутко хотелось в туалет. Он медленно поднялся. Голова закружилась и он сделал два неловких шага. КоКо тут же вцепилась ему в ногу острыми зубками, вовлекая в игру. Пак засмеялся, наблюдая за шалостями глупого щенка, продвигаясь к ванной комнате. Марк уже застирал пятно и развешивал одеяло на сушилке. Он повернулся, когда Джинён вошёл. — Зачем ты встал, тебе же ещё нельзя? — прикрикнул он. — Знаешь, я не хочу уподобляться КоКо… Иначе тебе придётся весь матрас менять… Вчера мне было гораздо хуже и то такого не произошло… Марк непонимающе посмотрел на Джинёна, потом до него дошёл смысл и он рассмеялся: — Если ты так сумрачно шутишь, значит тебе полегчало… Я рад. — Туан, просто выйди уже, пожалуйста! — закричал Пак и попытался применить силу. Но у него очень сильно дрожали ноги и руки. Марк невесомо прикоснулся к его щеке губами и тут же выскользнул за дверь. Он понёсся кормить КоКо и нужно было позаботиться о Джинёне тоже. Тот ещё слишком слаб. Пак же вернулся в постель и облегчённо откинулся на подушку. Полежал немного, улыбаясь своим мыслям. Потом потянулся к столу за ноутбуком. Когда Марк уже заканчивал с завтраком, переворачивая омлет лопаточкой, вдруг раздался крик Джинёна. Он был таким испуганным и ломким, что Марк, бросив сковороду, кинулся наверх. Он перепрыгивал через две ступеньки, боясь опоздать. Вбежал и шумно дыша уставился на застывшее лицо парня. Джинён смотрел в монитор своего ноута и его глаза были, как два испуганных зверька. Эти зверьки кинулись в укрытие за тонкие веки. И Марк сразу шагнул к парню и забрал из ослабевших рук ноутбук. И тут же наткнулся на ровные строчки букв: Мой любимый автор! Извините за столь долгое молчание. Но мне приходилось много работать. К сожалению, это необходимое условие, чтобы выжить в этом мерзком мире. Вы же согласны со мной? Ваш нелёгкий труд тоже почётен. Я преклоняюсь перед Вашим талантом. Наверняка, Вы и сейчас работаете, низко склонившись над белым окном монитора. Правда же? Ваша красивая тень падает на стену возле вашего плеча. И оставляет в моём сердце неизгладимый след. Поверьте, Вы очень нужны мне. Так же, как я нужен Вам. Жду Вас через два дня. Ровно в девять часов вечера в Вашем любимом месте. Мы поговорим о деле. И, да, прошу, чтобы за вами не увязалась чужая тень. Ведь я уже есть у вас. — Марк…он проявился…шантажист… — прошептал Джинён. — Я уже думал, что нас минула сия чаша… Как же я ошибся… — Туан задумчиво посмотрел в глаза парня и положив ноутбук на стол, придвинулся к Паку, обнимая его, — Джинён, послушай, не стоит так переживать. Я всю душу из него вытрясу! — Он хочет меня уничтожить…за что? За то, что я написал такой неправильный роман? — Чушь, Джинёни. Твой роман ни при чём… И…мы же ещё не знаем, что ему нужно? Я пойду с ним на встречу и всё выясню. — Марк погладил тёплую спину, прижимая к себе испуганного парня. — Как же ты пойдёшь вместо меня, он же наверняка знает, как я выгляжу? — Я думаю, он знает и как выгляжу я… Послушай, я придумаю, как его поймать. Ты не должен сейчас думать об этом. Тебе нужно поесть, Джинёни… Я принесу завтрак. Не вставай. Марк отпустил руки и поднялся. — Я могу спуститься, Иен…если ты поможешь мне… — Джинён сделал попытку встать. Но Туан остановил его. Твёрдой рукой прижал его к подушке и нежно погладил по щеке. — Пока рано тебе вставать. Я быстро… — и тут же выскочил из комнаты. Джинёну сразу стало тоскливо без Марка. Сердце нервно дёрнулось и сжалось в каком-то яростном и холодном предчувствии…