Тень

Огромный пласт земли сполз вниз, даже не предполагая, что сотворит с городом. Нет, было не так. Сперва родилась гроза. Обыкновенная и реальная, как простое явление. Потом тучи раздвинулись и впустили шквал ветра. На море начался шторм. Волны катали в своих мощных ладонях всё, что только попадалось им по пути. Три стихии обрушились на город мгновенно. Небо разрывалось от грома, ливень размывал холмистую местность. Штормовой ветер отправил поток воды туда, куда ему хотелось. Город был на пути. Морская волна слилась с проточной. Реки и море вышли из своих берегов, пытаясь познакомиться поближе с вершителями судеб — грозными и сильными покорителями природы — людьми. Под влиянием силы тяжести, пласт земной коры сместился и, уже не в силах удержаться, ринулся вниз, собирая вместе с собой строения, деревья, всё. Джинён торопился. Ему не хватило какой-то малости, чтобы успеть. Когда он понял, что возможно никогда не увидит Марка, захотелось сдаться и заплакать. Машину качнуло и мгновенно понесло, обволакивая грязевым потоком. Пак даже знал точное название — сель. Течение было сильным, что-то успевать делать и даже думать — было невозможно. Это было похоже на море, только оно было не из воды. Вернее, вода там присутствовала, но, плыть в ней было нельзя. Обычно оползни тем и опасны, что в первые секунды человек просто забивает свои лёгкие грязью. Это почище, чем болото. Или примерно одно и то же. Такие мысли мелькнули в голове Джинёна и он вцепился в руль, пытаясь управлять автомобилем. Но всё было бесполезно. Его просто несло. Как маленькую песчинку. Стихии было всё равно: дерево это или «триста лошадиных сил», упрятанных под сталь. В какой-то момент его вынесло на широкие улицы города. Здесь бедствие было ошеломляющим. Общий шум стихии, грозовые удары молний, шквальный ветер, крики людей…всё смешалось в общей неразберихе. Машины несло сплошным потоком. В мгновение ока, весь Чинхэ превратился в Венецию. Стало жутко темно. Как будто невидимая рука Бога поторопилась выключить свет. Все силы ада поднялись на землю. Пак понял, что его машину, как щепку, бросит обо что-нибудь и в клочья разобьёт. Нужно было что-то предпринимать. Здесь селевой поток заметно поредел, преобладала вода. Нужно было спасать свою нежную шкурку. Пак перевесился через разбитое окно и набрав побольше воздуха, кинулся вниз. Плавать он умел. Руки работали с удвоенной быстротой. Но его всё равно несло. Только теперь уже не было защиты от скользких прикосновений грязной воды. Ещё, пришла в голову мысль, что теперь у него ничего не осталось. Стоило ли начинать что-то делать, если он потерял больше, чем имел изначально? Ирония преследовала его мозг. А он просто боролся с течением. *** — Мин Хо, мне нужно ехать искать Джинёна. — Марк быстрым шагом вошёл в комнату. — Я с тобой! — воскликнул парень. — Нет, тебе нельзя, ты ещё слишком слаб. Да и с КоКо остаться некому. И вообще, твоя помощь явно только помешает, из тебя чертовски неопытный пловец. — Марк, подожди, как ты пойдёшь? Мы вообще отрезаны от мира… Мы даже не знаем, что там происходит? Явно что-то страшное. Ветер не даст тебе спуститься с горы. — Я возьму машину. Буду передвигаться, пока смогу. Потом, если что, пойду пешком. Пока ещё светло. Боюсь, что случилось что-то глобальное… Я ещё никогда не видел такой страшной грозы. — Всё равно, я с тобой! Я не останусь тут один! — Мин Хо поднялся с кровати и тут же КоКо кинулась к нему со всех ног, пытаясь укусить его пятку. — Ты останешься с собакой. Я не могу взять её с собой. В прошлый раз, я её чуть не убил. Всё, Мин Хо, это не обсуждается! Я не могу больше тратить на тебя своё драгоценное время! Джинёну там наверняка хуже, чем нам. — Марк схватил щенка на руки и поцеловал в умильную мордашку. Мин Хо проводил взглядом эту картинку, зависая на лице Туана. — Тогда, хотя бы всели в меня уверенность… — попросил он, пряча глаза, — Мне тоже страшно. Если нас затопит, я не смогу спасти КоКо… Мы с ней оба погибнем. Марк хмыкнул и покачал головой, на миг задумавшись, просчитывая варианты. — Нет, сюда вряд ли доберётся потоп. Мы слишком высоко. Другое дело, если оползень внизу подмоет наш холм. Тогда нас ничего не спасёт. И всё вообще будет бессмысленным. Нам ничего не остаётся, кроме надежды, что пронесёт. А вот Джинёну точно там несладко… Всё, Мин Хо, мне нужно идти. Марк выбежал из комнаты. Он подготовился. Нашёл в подвале несколько спасательных жилетов и выбрал два получше. Один надел на себя, не застёгивая ремни. Второй бросил на сиденье машины. Ещё, нашёл длинную альпинистскую верёвку. Видимо, кто-то в семье Джинёна занимался скалолазанием. Когда выехал из подземного гаража, на улице значительно потемнело. Все яркие краски исчезли. Мир стал чёрно-белым и нереально простым. Всё сузилось до размеров песчинки. Ничего важного не осталось. Марк понимал, чем он больше будет думать об этом, тем быстрее его настигнет паническая атака. Думать было нельзя. Иначе можно было сойти с ума. Надо было просто действовать. Он зажёг фары и медленно тронулся вперёд по дороге. Увидеть что-либо было невозможно. Ветер свистел, обтекая закруглённые бока автомобиля. Машину покачивало, словно на волнах. Марк начал медленный спуск. Фары вырывали из пространства какие-то немыслимые формы предметов, искажая их в неверном свете. Навстречу не проехала ни одна машина. Было пусто на дороге, как в могильном склепе. Туан ехал осторожно, дорога была слишком узкой. Такие серпантины очень опасны. Автомобиль запросто может сбросить со скалы резким порывом ветра. Вот его источники света выхватили что-то бесформенное впереди на трассе. Марк подъехал поближе и понял, что дорога завалена камнями. Он поразмыслил минуту, осматривая завал. Потом привязал конец верёвки к рулю и застегнул полностью пояс спасательного жилета. Не выпуская другой конец из рук, намотал трос себе на локтевые сгибы. Обвязывать себя было категорически нельзя. Если машину смоет с дороги, она может утянуть его за собой. Поэтому верёвку нужно было просто держать. Она всего лишь необходима, на случай, если его самого смоет. Завал был небольшим, но камни казались слишком огромными. Тут работы минимум на три часа! Туан оставил фары включенными и дорогу впереди было немного видно. Ветер сбивал с ног. Но порывы стихали. Можно было сделать вдох во время короткого затишья. Марк решил пройти вниз по дороге, разматывая верёвку. Он понимал, что это опасно. Любой камень, который пролетал сверху, мог убить его или просто смести вниз. В пропасть. Обогнув скалу, он почувствовал, что ветер стал слабее. Машину не стало видно и фары больше не светили и не показывали ему дорогу. Но, как ни странно, Марк стал лучше различать предметы в темноте, чем при тусклом свете. Он быстрее пошёл по автотрассе, разматывая верёвку. Когда, в очередной раз, порывы ветра стихли, он попытался разглядеть город внизу. Его обрадовало, что огни кое-где маячили. Значит, город не совсем обесточен. Это давало надежду, что Джинён где-то просто пережидает стихию. Там, где есть люди, спасатели и врачи. Когда трос закончился, он решил идти дальше без страховки. Гроза закончилась, но ливень продолжал своё ужасное нашествие на Землю. Ветер сменил гнев на милость. Он уже не сбивал с ног. Но идти всё равно было очень тяжело. Туан вдруг вспомнил, что не взял из машины второй спасательный жилет. Он так и остался лежать на переднем сиденье. Ладно, если он найдёт Джинёна в этом хаосе, отдаст свой. Это было самое простое решение проблемы. Только бы найти его… *** Паку удалось зацепиться за крону упавшего дерева. Его корни не были убиты. Они тонкими упрямыми ниточками держались за истерзанную землю, куда просто не достала вода. Джинён забрался повыше, пытаясь отдышаться. Он прижался к мокрым листьям и застыл, боясь пошевелиться. В любой момент это дерево могло оторваться и унести его с собой неведомо куда. Было темно. Слышались какие-то отчаянные крики. Гроза бушевала. Молнии прошивали небо светящимися спорами. Джинёну показалось, что он попал в какой-то незнакомый мир. Всё случилось слишком неожиданно. Мозг отказывался сотрудничать с его телом. Он полностью был парализован. Но и без этого, его инстинкты самосохранения работали. Руки крепко держали скользкие ветки. Отдышавшись, он начал забираться вверх. Сантиметр за сантиметром, напрягая мышцы и расслабляя их всякий раз, когда сводило суставы. Наконец, ему удалось выбраться на возвышение. Он поднялся на ноги, но от сильного ветра чуть тут же снова не оказался в воде. Вцепившись в знакомые сучья, переждал. Потом смог разглядеть в темноте силуэты домов. Нужно было укрыться в каком-нибудь здании и переждать. Некоторые постройки находились в воде. Но если войти внутрь, вполне можно подняться повыше. Плохо то, что нигде не было света. Город полностью обесточили. Либо сработали системы безопасности, либо просто размыло все кабеля. Джинён не сильно в этом понимал и не заморачивался. Но, хорошо то, что мысли стали возвращаться в «свой дом». Мокрая одежда прилипла комом к его телу и оно онемело от холода. Пока Пак боролся с течением и был в воде, холод не замечался. Теперь же, на яростном ветру, его мышцы сводило. Он попробовал подумать о Марке. Сразу захотелось жить и бороться. Только бы ещё раз увидеть любимые глаза. Услышать низкий голос. Туан — то, ради чего стоило попытаться вернуться домой. Джинён сделал шаг. Вода не сбила его с ног. И он медленно начал пробираться к дороге в гору, по колено в грязи. Туда, где был его дом. *** Марк прошёл ещё один поворот. Становилось легче с каждым шагом. Силы стихии пошли на убыль. Ветер почти стих. Но ливень стоял непроходимой стеной. Туан чувствовал холод, но это всё было терпимо и можно было как-то двигаться вперёд. Он почти спустился. Дорогу ему преградила вода. И не было никакой возможности проверить, какова глубина этого растёкшегося моря. Поэтому, Марк не думая сделал первый шаг. Его ноги провалились. Но он устоял. Вода дошла ему до пояса. И сразу стало теплее. Но Туан знал, что это обманчивое заблуждение. Просто вода была слишком холодной, поэтому обжигала. Постепенно, уровень затопления дошёл до колен. Стало светлее. Марк посмотрел на небо. Оно всё ещё было завешено плотной завесой туч, но уже чувствовалось, что ураган ушёл к новым берегам. Далеко впереди можно было различить небольшие участки суши. Здесь стало легче идти. Под ногами ощущался ровный асфальт трассы. Всё ещё не встречались никакие продвижения людей. Не было машин. Марк пожалел, что из-за камней не смог проехать. Было бы гораздо быстрее попасть в город, если бы он передвигался на колёсах. А так приходилось торопиться. Главное, не останавливаться. Тогда не будет холодно. Пройдя ещё несколько метров, Марк увидел впереди какое-то движение. Ему показалось, что навстречу идёт человек. Он остановился и пригляделся. Вода цеплялась за колени и мешала идти. Мышцы ломило. Но это всё же было лучше того, если бы пришлось плыть. Туану не показалось. Впереди действительно кто-то шёл. Очень медленно приближаясь. Из-за шума дождя ничего невозможно было услышать. Но глаза видели. В какой-то момент, его сердце вдруг отчаянно затрепыхалось. Туан сделал несколько быстрых шагов навстречу и сквозь пелену холодных струй скорее почувствовал, чем услышал: — Марк… Они добрались до машины. Джинён совсем повис на Туане, пытаясь идти. Но сил не хватало. Марк поддерживал парня, как мог. Дождь почти совсем прошёл. Но всё ещё было холодно. Мокрая одежда липла к телу. Но они дошли. Увидев машину, Джинён оживился. Марк открыл дверцу и помог парню сесть. Тот откинул с сиденья жилет и оглянулся на Туана, многозначительно сощурившись. — Я думал, что весь город залило потопом… — пробормотал Марк. — Ты правильно думал. — Джинён бухнулся в кресло. А Туан поспешил на своё место. Размотал верёвку и закинул её на заднее сиденье. Нужно было как-то развернуть машину. Марк завёл двигатель и дал задний ход, отъезжая от камней. — Осторожно, — вскричал Пак, — Тут слишком скользко! После всего пережитого, мне не хотелось бы свалиться в пропасть. Туан доехал до широкого участка и осторожно развернул машину. Они медленно поехали вверх по дороге. Из плотных туч выглянула огненно-красная луна. *** — Мин Хо, я нашёл Джинёни! — крикнул Марк, втаскивая в дом любимое тело. Пак совсем расклеился. Силы резко покинули его. Но он старался не рухнуть прямо посреди огромного холла. Тут же наверху открылась дверь и Мин Хо быстро, как мог, спустился к парням. Обгоняя его, к ним неслась КоКо, повизгивая на ходу и виляя хвостом. — КоКо… — воскликнул Джинён и улыбнулся. А Марк, усадив его в мягкое кресло гостиной, принялся раздевать. Не реагируя на подошедшего Мин Хо, Пак закрыл глаза и поддался совсем не нежным прикосновениям ледяных рук. — Принеси простыню! — скомандовал Туан. И Мин Хо послушно заспешил снова наверх. Марк раздевал Джинёна, не обращая внимания на свою мокрую одежду. Он стянул с себя только спасательный жилет, потому что тот мешался и сковывал его движения. Подоспел Мин Хо. Он приволок огромное одеяло. Марк одобрительно тряхнул головой. И принялся заматывать холодное тело. Потом поднял его на руки и потащил вверх по лестнице, не замечая, что оставляет кругом мокрые лужицы. *** Когда первый порыв прошёл. И Марк, накормив всех, уложил обоих парней в постель, почувствовал, что в душе наступил временный перерыв. Мин Хо ни за что не захотел уходить в свою спальню. Он такими измученными глазами посмотрел на Марка, что тот плюнул в сердцах и позволил ему остаться. Джинён пришёл в себя. Его лицо порозовело от тепла. Он всё время протягивал руки навстречу Марку и тот сразу обнимал его, поглаживая спину, как ребёнку. Паку хотелось нежности. Ему было стыдно, что он потерял телефон Туана. И вообще, потерял всё. Но Иен не сказал ни слова об этом. Молчал и Джинён. Перед глазами всё ещё стояли потоки воды. Не верилось, что это всё происходило с ним. КоКо прыгала по кровати, нагоняя на лица улыбки. Наблюдая за ней, из души уходили плохие мысли. — Марк…мы теперь оторваны от этого мира, — пробормотал Пак, прижимаясь к тёплой груди, — У нас больше нет телефонов, телевизоров и осталась только одна машина… Теперь мне кажется, что мы никогда не выберемся из этого города. — Выберемся, — сказал Марк, закрывая глаза и чувствуя стук сердца Джинёна, — Самое главное, что ты — жив. Остальное неважно. И не имеет никакого значения. *** Только под утро Марк позволил себе уснуть. Он всё время смотрел, не разболелся ли Джинён. Лежал, тесно прижавшись к нежному телу и грел ледяные пальчики любимого о свою горячую грудь. Сердце ныло от упоительности происходящего. Бледное лицо казалось необычайно прекрасным и…хрупким, как фарфор. Тёмные волосы беспорядочно рассыпались по подушке. Марк любовался милыми чертами и его сердце сжималось от избытка чувств. Мин Хо спал на краю кровати, тихо сопя и болтая время от времени во сне. Около него лежала КоКо и повизгивала, когда слышала знакомый голос парня. Туан усмехнулся и поплотнее укутал спину Джинёна, пододвигая его к себе ещё ближе. Убаюканный тёплым дыханием, задремал, считая про себя выдохи и вдохи драгоценных губ. А когда, через секунду, открыл глаза, через плотные шторы пробивался молочный свет утра. Ещё вчера казалось, что день не наступит никогда. Что в жизни всё пошло каким-то другим путём, сбиваясь с привычной орбиты. Но, нет, утро пришло. И всё было так же, как будто и не произошло ничего особенного. Марк потянулся к любимым губам, что находились в паре дюймов от его лица, но вспомнил, что они тут не одни. Ограничившись мягким прикосновением ко лбу парня, понял, что температуры нет. Туан облегчённо вздохнул и выбрался из-под одеяла. Мин Хо зашевелился и поднял голову. Прошептал одними губами: — Марк…я уже совсем здоров… Можно я приготовлю завтрак? Туан молча подошёл к окну и аккуратно распахнул шторы. В лицо брызнул свет дня. Было необычно видеть яркое солнце. Оно светило так, как всегда. Ничего не изменилось. Жизнь продолжалась. Марк повернулся и посмотрел на вопросительное выражение лица Мин Хо. — Если ты хорошо себя чувствуешь, иди. Я пока покормлю КоКо. — ответил он тихо, боясь разбудить Джинёна. — Как он? — перехватывая заботливый взгляд, продолжил Мин Хо. — Всё хорошо, — прошептал Марк и потянулся к белой пушистой мордашке собаки. Он сграбастал её за загривок и нежно погладил, запутываясь тонкими пальцами в длинной шерсти. Мин Хо забыл, что хотел сделать. Туан заметил, что парень застыл столбом и улыбнулся ему острозубой улыбкой. А Мин Хо показалось, что солнце взорвалось прямо перед глазами. Даже сердце защемило от боли. — Что, ещё слабость? — Марк заботливо посмотрел ему в глаза. — Нет, всё нормально…уже иду. — пришёл в себя парень и ринулся из комнаты, забывая обуться и сходить в душ. А Марк проводил удивлёнными глазами тонкую спину в глупой пижаме. — Иен… — прошептал Джинён, потягиваясь и протягивая ладошки навстречу Туану. — Ты проснулся… Как себя чувствуешь? — забывая о собаке и Мин Хо, кинулся к любимому Марк. — Если не поцелуешь меня сейчас же, заболею и умру. — пообещал Джинён. Туан хотел быть нежным. Он аккуратно приблизился, ловя запах любимого тела и ощущая на губах дыхание парня. Но страсть поглотила всё. Стало тесно от плотного кольца губ и рук. Одежда мешала, она была до неприличия ненужной. Поцелуи убивали кислород, но давали ни с чем ни сравнимое наслаждение. Марк торопился. Его губы были ненасытны. Руки скользили по освобождённому телу, распаляя и вызывая трепет. Джинёна давно била дрожь. Он мог только ловить горячим ртом распахнутые навстречу губы Иена. Ловить и захватывать их в плен. Из горла, из самого дна души рвался какой-то звериный рык, который убивал нежность и давал выход самым низменным инстинктам. Ещё никогда Пак не чувствовал такую животную потребность в близости. Туан просто доставал из него всё, что было спрятано от глаз и чувств. Его парень имел способность разбудить в нём то, о чём он и сам не знал. Шея Марка была самой лучшей частью для утоления жажды. Пак принялся покрывать тонкий шёлк кожи беспорядочными поцелуями, граничившими с укусами. Туан не оставался в долгу. Он стонал от наслаждения, затыкая себе рот тёплой кожей, скользя по мышцам рук. В какой-то момент им показалось, что они оба превратятся в вулкан и спалят друг друга. Марк глубоко дышал, загоняя себя до боли в груди, но Джинён был ненасытным. Он превратился в сгусток пылающей лавы, сбивая всё на своём пути, превращал в огонь и уничтожал. Уничтожал и снова оживлял, раз за разом, секунда за секундой. Потом, Марку показалось, что его тело взорвалось и разлетелось на тысячи осколков. Не было никакой возможности собрать себя обратно. Не было желания и сил. Всё отдалось на милость победителя. Мин Хо заглянул в спальню и отпрянул. Его словно иглой раскалённой обожгло. Уж слишком был красив этот клубок сплетённых тел… До ужаса…до боли…до умопомрачения…