Слабость правит разумом

Разрезав магией крепления со стулом, Император поднял на руки всё ещё связанную отступницу. Сакура была в состоянии оценить всю интимность этого жеста. Понимание, что они направляются к постели, отрезвило, испугало её. Только сейчас она почувствовала, что на его руках, на тех самых руках, прикосновение которых может превратить в рабу любую. «Нет, совсем мало времени прошло с той ночи…» - зелёные глаза оживились, забегали. Учиха опустил свою ношу на кровать, жадно наблюдая за ней. Устроился рядом, начал развязывать верёвки, попутно проводя руками по желанной девушке, отчего та смущалась и не могла хранить невозмутимость. Харуно освободилась, на ней лишь красовались эти огромные куски железа на руках и ногах, но это не важно, когда ОН касается тебя в тех местах, к которым запрещено касаться не мужу. Нечеловеческое искушение. Запрещать такое казалось сейчас девушке насилием над людской природой. «Пусть он делает это всегда» - подумалось отступнице, - «Мне ничего больше не нужно» Саске давно раздражала эта шнуровка на девичьем платье. Обычно девушки сами раздеваются, независимо от того, девственница в императорских покоях перед ним или опытная и продажная развратница в вонючем кабаке. Сакура же манила каждую клеточку его тела, он давно понял, что не справиться с этим. Она дышала - он слушал, она дотрагивалась до него - он дрожал, она кусала костяшку пальца – он представлял, каково испытать этот укус на себе… Неудивительно, что в один момент Император решил ей завладеть, но, чёрт возьми, Сакура никогда не отдала бы ему себя по доброй воле. Так хотелось её нежности, но лишь погрузив девушку в гипноз можно было всё это почувствовать на себе. Он ощутил, то чего так хотел, испытал эти эмоции, но с помощью принуждения... Докарец надеялся, что после одной ночи наваждение исчезнет, умрёт в нём эта унизительная привязанность, эта жалкая слабость, сколько можно идти у неё на поводу? Не судьба. Почувствовать запах вина недостаточно, нужно им сполна насладиться. Темная сторона души нашептывала Повелителю, что именно нестабильность женского сознания поможет ему. Какая-то его часть радовалась, что девушка сходит с ума, у него, вероятно, не вышло бы так всё легко, Харуно не присягнула бы ему на верность, сейчас она не извивалась бы от его рук, не позволила б себя раздеть… Император улыбнулся. Избавиться от одежды мешали кандалы. Полуобнажённая девушка замерла и перестала дышать, кода послышались звуки снаружи. Учиха их будто и не слышит, продолжая покусывать её и без того покрытое свежими увечьями тело. - Император, всё готово, в данной ситуации уместнее всего будет её утопить. Опасно медлить. –Бывшая Винорка безошибочно распознала Серата. Смертельно бледная Сакура натянулась как струна. - Проваливайте. – Приказал Саске, не отрываясь от приятного процесса. Там, снаружи все стихли. - Это придётся сделать, придёт время, и Вы тоже потеряете над капитаном контроль. - За первое непослушание я отрубаю правую руку. – Угроза, которая, к слову сказать, оказалась чрезвычайно эффективной, была адресована солдатам, но капитан вздрогнула и инстинктивно напрягла свою правую руку. «Неужели, он это делает? Нет, нет, он пугает так… пугает…» - Сакура, ты гибель моя – Шепча, мужчина взял в ладонь эту самую руку, и легонько прислонил к своим губам, - Не смей, слышишь? - Что не сметь? - Не смей отречься от меня, не смей предать, - Любовница докарского монарха, не понимая, что делает, начала избавлять мужчину от одежды, насколько позволяла цепь, – Забудь о войне, ты будешь ждать меня в моих покоях каждый день, ты будешь моей слабостью, которой я потакаю… Она остановилась. Докарка растянула оковы на руках и поднесла к мужчине. молча прося о высвобождении. Тот нахмурился и остановился. «Ну же» Его выражение лица не менялось. - Умоляю, уберите это. – шептала девушка. Мужчина взял рукой цепь и, вместо того, чтобы уничтожить её, потянул к изголовью кровати. - Нет, нет – Сакура качала головой, смотря на Учиху своими блестящими глазами. Цепь зацепилась за что-то там, где капитан не могла видеть, а вот железо на ногах разорвалось под ладонью Повелителя так легко, будто была из гнилых льняных ниток. - Звучало как ультиматум, - усмехнулся Учиха, - Кто знает, довезу ли я тебя, если освобожу. – Сам он стал быстро освобождаться от одежды. Единственная деталь платья, которую невозможно было снять, это рукава, мешали наручники, с остальным Повелитель быстро расправился, Харуно была нагая. Аристократка изо всех сил дёрнула руками, спинка кровати не поддалась. Она зарычала и дёрнула ещё сильнее, когда мужчина вновь занялся её телом. Он устроился там, внизу. Обессиленная девушка сконцентрировала всю свою волю и дёрнула третий раз, эта проклятая деревяшка и не думала поддаваться! Мужчина остановился и задержал на Сакуре взгляд. Он приподнялся к её лицу. - Ты боишься боли? - Нет! Освободите меня! – она поняла, что сил ей хватит на ещё один рывок, который она с криком сделала. Император обратил внимание на дорожку от крови на одной из её рук. - Прекрати! Докарка, дрожащими руками, в которых совсем не было сил, смогла ещё раз попытаться переломить спинку кровати, но на этот раз отчётливо ощутила, что сдирает кожу. Поморщилась, замерла. Руки уже не слушались, только немели. Смотря прямо в чёрные глаза, Сакура дёрнула ещё раз, как ей показалось, совсем несильно, но тут дерево поддалось. И не чуть-чуть, а проломилось полностью, что странно. Розоволосая сама не ожидала, что у неё получится. От этой картины, как девчонка без магии сломила довольно-таки молодое дерево, Повелитель опешил. - Уберите это. – Воодушевлённая собственной силой, повелела она ему. Саске усмехнулся, заметив, что уже начитает потакать ей. - Прежде, - он прилёг рядом, и обвил розоволосую рукой, приближая, - Сакура, ты помнишь, что обещала мне в Виноре? Флешбек – Всё будет хорошо! – шептала она между поцелуями. – Я буду рядом. Конец Флешбека - Молчишь? – рассердился Император. - Помню, я не отступалась от своих слов. Мужчина зарылся носом в незамысловатую, бледно-розоватую причёску. - Спасибо. – Едва слышно произнёс черноокий правитель, обхватил ладонью цепь и уничтожил наручники, под которыми кожа была разодрана. Раны на руках всегда сильно кровоточат. Учиха взял край одеяла и вытер кровяные дорожки с девичьих кистей. Под пристальным наблюдением Повелителя Сакура стала магией обеззараживать запястья. Магия светилась тем самым зелёным, который Саске видит в её глазах. «Хоть бы рубцов не осталось.» Монарх обнял лекаря и обратно уткнулся лицом в её волосы. В таком положении он и лежал, долго, лежал, даже когда его разум улетел искать сны в других мирах. Сакура же внимательно обдумывала, что сделает, когда взойдет солнце. … Огромные облака нависли над лагерем путников. К утренней свежести все привыкли, ну, или почти все. - А-а-апчхи! – Разбудил всю команду дозорный. - Подьё-м! – скомандовал давно проснувшийся Серат. Солдаты довольно-таки вяло поднялись. - Распустил ты команду. Не солдаты а пушечное мясо. Серат вздрогнул, развернулся на голос, и увидел её. Девушку из рода Харуно. Живую. Он невольно попятился назад. Она даже без наручников. Сакура выглядела ни то заносчиво, ни то торжественно… Держала грациозную осанку, но глядела на винорца довольно вальяжно. Слишком величественно для бесплатной девки, коей по мнению Серата она была. Склонила голову на бок. Её позабавил этот страх. - Серат, - обратилась отступница – со мной не надо ссориться, я имею привычку платить по долгам.