Да, наверно, я плачу

***

Спустя полгода. — Андрей, ну чего ты так смущаешься? — мама усмехнулась, вновь делая снимок на фотоаппарат. Наверняка, мы все опять плохо получились, — Обними Зою, что ли! Чего ты как маленький?.. — А если не ты, то я! — воскликнул Ярик, притягивая меня к себе. Я рассмеялась, закрывая лицо руками, — Ну же, ботаноза, обними любовь всей своей жизни. — Не ботаноза, а медалист, — подняв указательный палец вверх, подметила я. — Ну да, это все меняет, — Чернов заржал в голос, и я с непониманием посмотрела на Андрея. Он сегодня весь день был сам не свой. Улыбку его я заметила лишь один раз, когда сообщили, что он единственный медалист этого года. Тогда он был счастлив, а сейчас выглядит, будто его что-то терзает. — Все в порядке? — я коснулась его руки, привлекая к себе внимание, — Что-то случилось? — он посмотрел на меня. — Ничего, малыш, — притянув меня к себе, Андрей впился в мои губы глубоким поцелуем. Я вскрикнула от неожиданности, но тут же ответила ему. Никто уже и не удивлялся таким вот резким порывам, даже родители. Пару месяцев назад я поняла, что они действительно приняли наш выбор. Мне стало легче дышать. Будто с меня сняли утягивающий ремень, давая полый доступ к кислороду. — Раз! Два! — радостно закричала Настя, и ее все поддержали, -… Восемнадцать! — Пожалуй, хватит, — пробормотал Андрей мне в губы отстраняясь, — Люблю тебя, — он чмокнул меня в нос и, обняв за талию, обратился ко всем: — Ну и сколько вас еще ждать? Я хочу наконец-то сделать фотографию с выпускного! — я опять засмеялась. Все собрались вокруг нас: Ярик со своей девушкой, Настя и еще пять одноклассников Андрея, с которыми мы все общались. — Итак! — прокричала мама, — Раз, два… — Три, — прошептал Андрей, притягивая меня к себе и в очередной раз затягивая в головокружительный поцелуй. Ну блин. Приятно, конечно, но на фотографии я бы хотела видеть свое лицо в анфас, а не профиль. — Дурак! — я шлепнула его по плечу, но тут же обняла за талию, — Поздравляю, — он с улыбкой поцеловал меня в нос. — Смотри, кто тут, — толкнул нас Ярик, указывая на биолога, шагающего в нашу сторону с букетом в руках. Настя тут же зарделась и принялась поправлять платье. Я лишь улыбнулась, когда она, плюнув на приличия, присутствие собственных родителей и конспирацию в целом, бросилась на шею мужчине. Он подхватил ее на руки и закружил. Сквозь гомон выпускников я отчетливо услышала ее звонкий смех. — Эй, — я посмотрела на Андрея, — есть одно предложение…

***

— Зоя, ты уверена? — мама в который раз обеспокоенно схватила меня за руку. — Да, мам, — ответила я, глядя, как Андрей грузит чемоданы в машину, подаренную отцом на выпускной и отличное окончание школы, — Я действительно хочу этого. Сменю школу, проучусь один год вместо двух, заодно подберу институт. — Дочка, это такой ответственный шаг, — мама поджала губы, — Ты же еще маленькая… — Мне через три месяца восемнадцать, мамуль, — поцеловала ее в щеку, — Я не хочу находиться далеко от Андрея, пойми. — Понимаю, — она горько вздохнула и выпустила мои руки из своих, направляясь к Андрею. Тут же последовала речь о том, что я должна учиться, правильно питаться. И вообще мы должны выбить всю дурь из головы (дурь — это завуалированное слово «секс» в ее понимании). Я послала воздушный поцелуй в ответ на несчастный взгляд парня и пошла в дом, чтобы забрать последние сумки. Меня ждал ответственный шаг, который изменит мою жизнь, и сделать его было так тяжело и страшно. Я посмотрела на свою полупустую комнату. Все безделушки и мелкие украшения исчезли, забирая с собой весь уют помещения. И лишь надпись на стене между нашими с Андреем комнатами напоминала мне, что это мой дом, куда я всегда могу вернуться. «Сносите стены.» Цитата из какого-то очередного сопливого романа, словно клеймо, увековечилась на моей стене. Вздохнув, я прислонилась лбом к надписи. «Сносите стены». Я снесла все стены. Стену между мной и окружающими. Стену между мной и мамой. Стену между нами с Андреем. Единственная стена, что разделяла нас находилась прямо передо мной. И, если честно, мне было страшно прощаться с нею. Мы с Андреем теперь будем жить вместе. Вдвоем. Одни. Хватит ли нам терпения привыкнуть к отсутствию разделяющей нас стены? Не знаю. — Эй, — я посмотрела на Юру, стоящего в дверях, — Все только тебя ждут, — он подошел ко мне и положил руку на плечо, — Страшно? — я кивнула, — Это хорошо. Так и должно быть. — Что хорошего? — всхлипнув, спросила я. — Ты не знаешь, что тебя ожидает в новой жизни. Она будет непредсказуемой и интересной, а, значит, никогда не надоест, — он обнял меня, и я ответила на объятия. — А если я сделаю что-то не так? — Андрей тебе все простит, — поведал мне отчим, — Главное и ты будь к нему терпелива, хорошо? — я кивнула, — Тогда пошли, — Юра подхватил мои сумки и пошел на выход. Следующие пятнадцать минут мы пытались оторвать от нас с Андреем ревущую маму, которую невозможно было разубедить в том, что мы уже не маленькие. — Как же я без деток-то? — всхлипнула она. — Ань… — Андрей недоуменной покосился на нее. — Мам, через четыре месяца у тебя новый появится, — я тоже со скепсисом посмотрела на ее огромный живот. И вот мы мчим по трассе. До Москвы сто километров. Сто километров до новой жизни. Непонятной и непредсказуемой. Но такой желанной, если честно. Дом, в котором я жила последние четыре года, все сильнее отдалялся, и с меня будто камень сваливался. Я наконец-то могла дышать полной грудью, без страха за то, что сейчас расплачусь из-за противоречий, переполнявших меня. — О чем думаешь? — Андрей взял меня за руку, внимательно глядя на дорогу. — О насущном, — я поцеловала его пальцы. Впереди меня ждало что-то непонятное. Необъяснимое. Но такое манящее. И я, наконец-то была готова прыгнуть в этот омут с головой. Погрузиться в жизнь бок о бок с любимым. Я была готова к тому, что каждое утро я буду просыпаться от нежных поцелуев, а засыпать, обняв лучшего мужчину в мире. Вот же он, сидит рядом, внимательно следит за дорогой и даже не догадывается о том, как сильно я его люблю. Как сильно я боюсь того, что когда-нибудь он может исчезнуть из моей жизни. — Ты чего? — Андрей на секунду посмотрел на меня и улыбнулся. — Ничего, — рассмеялась я, чувствуя, как по щекам текут слезы. Наконец-то счастья. Свободы, — Просто я тебя люблю. Андрей, как же я тебя люблю! В машине повисла тишина из-за того, что радио не работало. Я, закусив губу, наблюдала за ним не в силах оторвать взгляд. На его губах застыла предвкушающая улыбка. Наверняка он, как и я, думал о том, что же теперь будет. Каково это: жить вдвоем. Без надзора. Как взрослые люди. А я отвечу: Хорошо. Тяжело. Интересно. Но мы справимся со всем. Вместе. — Я тоже люблю тебя, — наконец нарушил тишину Андрей, — И знаешь, я тут подумал, что тебе через три месяца восемнадцать. Может, после этого как-нибудь на досуге заглянем в ЗАГС?