Дракула 21 века

...Ночь окутывала сизым туманом, уходящего дневного тепла, исторические развалины древней лютеранской обители. Много раз власти Штудгарта пытались восстановить и реставрировать древнюю обитель и даже сделать ее действующей, но что-то постоянно мешало это сделать: то нехватка денег, собранных не только городом , но и федеральной землей, то какие-то проволочки Юнеско. Одним словом, древние развалины напоминали , среди миллионного города, только о его древней истории. Единственное, что сделали, это огородили древнее сооружение от случайных посетителей. Но случайных посетителей этого строения как-раз-таки и не было, потому, что как полтора-два десятка лет это место начало пользоваться несколько дурной славой и его многие жители города старались обходить стороной и даже заезжим туристам не рекомендовали забираться за ограждение. Власти досужим разговорам не придавали значения, но жители города пустили слух, что именно там начали пропадать люди, в частности, молодые женщины и девушки. Подозревали маньяка, но самое удивительное, что тел огромного количества жертв так и не находили нигде. Местная полиция даже не могла завести уголовного дела, потому как все исчезнувшие числятся, как без вести пропавшие. Итак...это сооружение хоть и было зловещим в ночной тиши, но не было совсем покинутым. В глубине этих развалин за длинными готическим окнами с еще кое-где оставшимися цветными витражами загорался яркий свет и почти всю ночь мигал, как будто в глубине обители кто-то разжег камин или костер. В полнолуние эти развалины , казалось, совсем оживали и как будто что-то густое в воздухе, почти осязаемое со всех старых улиц города направлялось к нему, воздух как будто наполнялся пряностью и серой одновременно. Уличные коты и кошки в такие периоды сходили с ума в брачных своих играх. В небольшом заброшенном саду близ развалин только и слышалось остервенелое кошачье завывание, сменяющееся временными стычками. Из глубины строения доносились голоса, в основном женские, совсем тонкие или зычно хохочущие. Временами слышались иступленные характерные стоны. И все это отдавалось эхом в ночной тиши. Внезапно сизый туман вокруг старых колонн стал более густым и почти белым, как будто облачным, выкатившимся из глубины здания; он наполнял собой пространство старого дворика и сада и почти медленно и ласково стелился по влажной траве. Потом резко начал собираться в единое целое, стал густо белым, принимая странные очертания... и вдруг...тьма... все куда-то исчезло и по тропинке дворика шел к воротам высокий мужчина, брюнет с черными длинными волосами , аккуратно уложенным назад, в таком же черном костюме, изящно сидевшем на прекрасной атлетической фигуре. В одной руке у него была странного вида черно-серебристая трость, холодный цвет благородного металла сверкнул на свету старого фонаря, расположенного по улице возле древней обители. Заперев чугунную выцветшую калитку , мужчина оглянулся по сторонам улицы... никого... было заполночь и в этом районе уже давно спали. Шумный город со своими увеселениями расположился чуть ниже, и мужчина направился в сторону городского неонового света. Он шел спокойной походкой уверенного горожанина, очевидно, знающего этот город очень давно. Свет фонарей освещал его бледное лицо. Его глаза рассматривали спящие окна домов, надеясь заприметить, возможно, чей-то еще не уснувший силуэт. Он привык, очень давно привык, рассматривать окна и живущих в этих окнах. Эти окна показывали плывущую жизнь из года в год, из века в век. И это все большим потоком времени протекало мимо него, он был наблюдателем приходящих и уходящих времен. Хищным, опасным временами, но наблюдателем. Время от времени ему приходилось пересекаться с живущими и он приобрел себе небольшую лавку со всякими древностями и антиквариатом, посадив туда старого своего лакея, такого же древнего, как и он сам. Тот мирно заделавшись под старого антикварного бюргера приобретал или сбывал разные ценности, а наш герой под видом посетителя или покупателя располагался в магазинчике и рассматривал приходящих покупателей, кого-то изучая, а кого-то запоминая. Но в данный момент, он направлялся не в эту лавку, а в другое заведение. Временами он крайне нуждался в толпе, да, да в оголтелой , потной, накачанной алкоголем и наркотиками толпе, он подпитывался так... а как еще?)))...