Дракула 21 века

...Ночной клуб "братья Густав" имел вполне себе хорошую репутацию в городе: здесь собиралась как и молодежь - покуролесить и поболваниться, так и всякая-разная музыкальная и околомузыкальная тусовка. Одним словом, общество разных мастей и калибров, но вполне сносное. Мужчина занял свое излюбленное место, очевидно, забронированное им очень давно и неизменное сейчас и в будущем, судя потому, как суетился перед ним администратор. Небольшой замшевый диванчик и круглый эбонитовый столик и большая тяжелая портьера, которая , при желании, могла закрыть сидящего посетителя и его гостей. Но мужчина, усевшись, положив свою трость на столик, ничего при этом не заказывая, начал наблюдать за окружающим его многолюдным пространством. Ди джей со своей "увертюрой" разошелся вовсю. На нижнем ярусе танцпол был облеплен танцующей, ну, лучше сказать, трясущейся молодежью. Атмосфера, переполненная человеческим теплом и бурлящей алкогольной жизнью. ...С противоположной стороны, где был бар, за стойкой расположился весьма примечательный персонаж, мужчина не совсем уж молодой , но по его живым движением и бодрому голосу еще вполне себе крепкий, высокий, но забавным он казался в первую очередь из-за интересной, даже можно так сказать винтажной одежды - клетчатый костюм, видавший виды во многих местах, такая же клетчатая кепка и полуразбитое пенсне на носу, башмаки, знавшие немало дорог в этой и не только в этой жизни. Этот персонаж пытался развлекать стоявших возле бара таких же не молодых, но еще надеявшихся на что-то дамочек и, кажется, получал от этого удовольствие. Под его стойкой расположился огромных размеров котище, черный пушистый, на которого мало кто обращал внимание в этой суете, может потому что он был черный и из-за этого не выделялся в полутьме, но два оранжевых глаза очень внимательно и как-то странно, как для кота рассматривали пространство. Через какое-то время, умудрившись заболтать бармена, не рассчитавшись с ним, да так что тот и не заметил, что выпито клетчатым господином было много, а вместо денег в кассе оказались драже с фантиками, этот персонаж, откланявшись дамам, пошел искать приключений ближе к танцполу; котяра устремился за ним. Проходя мимо столиков, клетчатый персонаж с котом услышали ироничный голос: "Баа, конкурирующая фирма пожаловала, развлекаться..." Обернувшись, клетчатый и кот увидели за эбонитовым столиком на диване сидящего элегантного мужчину в черном с серебряной тростью. "Мсье граф.. вы ли это?" клетчатый снял пенсне с носа и протер его. А кот сразу шмыгнул под стол, чтобы потереться и заодно подластиться на, очевидно, старого знакомого. "Как видите, Фагот, это я собственной персоной, вы-то тут какими судьбами с Бегемотом? Я полагаю так: Мессир пожаловали в Штутгарт?" "Нет, нет, что вы, что вы!, господин граф, Мессир предпочитает Лондон или Мадрид, а если ностальгия берет, то Иерусалим, а мы тут, как бы это вам сказать..." "В отпуске!" - послышалось из-под стола. "Да, да, вот Бегемот прав, в отпуске... решили, так сказать, подлечиться..." "Понимаю, главное чтобы лечение.." - и граф указал в сторону бара, "было вам на пользу, друзья мои..." "Прошу заметить мсье граф, мы не можем быть вашей конкурирующей фирмой, потому как мы питаемся куда более прозаичной пищей, нежели вы, это пища называется - обман, приправленный глазурной фантазией". "Куда уж мне до вас, друзья мои. И как успехи тут? Много ль оставили простофиль позади?" "Нет, господин граф, Мессир с некоторых пор не разрешает нам слишком уж бурных увеселений, поэтому мы с Бегеметом стали весьма выборочны в "жертвах" "Аааа, провинились, значит... понимаю... но могу заверить, вас друзья мои, если уж хотите пошалить тут, с моей стороны будет тишина, аки на кладбище"... Из-под стола зычно раздалось мурлыкающее: "Где это вы, господин граф, на кладбище тишину встречали. Там если покойников не погоняешь, в жизни никуда не уйдут, а наше "ведомство" и то, другое, потом душ не досчитывается, а с нас потом столетия высчитывают" Граф даже рассмеялся на такие кошачьи рассуждения. "Бегемот, дружище, может, тебе пойти в банк кассиром работать? Уважаемой персоной станешь..." "Нет, господин граф, в банках было интересно работать лет сто-двести назад, плюнул на лапку и отсчитал купюру, а сейчас там сплошная электроника" "Месье граф, у него еще недавно, лет 70 назад, была другая забава - кондуктор в трамвае и, главное, кто, он , Бегемот, умудрялся честно пассажиров обилечивать, правда, при этом виртуозно снимая брошки-сережки, и, главное, все пассажирки, очарованные им, "спасибо" говорили" "Фагот, трамваи уже почти нигде не ходют, да и пассажиры в транспорте какие-то суровые стали, совсем не те, что были... господин граф, а вы тут по делу или за удовольствиями?" "Бегемот, мои дела всегда сопряжены с удовольствиями.." "Ааа, значит ищите жертву..." "Нет, ищу собеседника для начала или собеседницу, а потом уж решу: станет ли жертвой, ужином, ну, или завтраком или любовницей" "Столько веков, граф, , а вы не меняетесь..." "Я постоянен, Фагот, такова моя природа, мои привычки и вкусы также постоянны" "И какую же кровь вы предпочитаете, выражаясь словами Мессира, в это время суток?" Фагот многозначительно сузил глазки в пенсне. "Бодрящую, одним словом" "Предпочтение странное... а ну-ка Бегемот, поищи нам представительницу с бодрящей кровью для господина графа, да помоложе...." "Сию минуту , господа" и жирный котяра черной тенью выскочив из-под столика пошел рыскать между множеством человечьих ног в поиске жертвы для графа. "Хочу спросить вас, граф, в последние несколько десятилетий вы не появляетесь у Мессира на балу, что сталось? Вы еще молоды, в самом рассвете сил, 500 лет с небольшим: самый раз жить полной жизнью, а вы забаррикадировались в этом древнем капище со своими, кхм, дамами... рассчитываете на потомство хоть от одной из них? Но матушка-природа вам противоречит..." "Я предпочитаю уединение Фагот, уже очень давно. Жизнь отчасти проходит сквозь меня или мимо, но оставляет для меня роль наблюдающего, наверное, говорю как Мессир уже.." "Мессиру тысячи лет, он в праве так говорить, возраст у него такой и позволяет, а вам надо познавать и познавать жизнь, даже если вы ей давно не принадлежите... смотрите, смотрите, граф, кажется, наш Бегемот заприметил для вас очаровательную собеседницу. Вот же хитрющий.. хорошо быть котом..." Граф посмотрел в сторону, в которую показал Фагот; да, там, спиной к ним, но освещенная тусклым светом стояла молодая особа, невысокого роста с небрежно завязанным в узел на голове пучком густых волос... ...Девушка не могла понять, что это возле ног у нее трется, блики света мешали рассмотреть существо, но очертания напоминали крупного жирного кота, по всей видимости, черного и пушистого. Кот целенаправленно обтирал своей большой головой сначала одну ее лодыжку потом вторую, потом подставлял спину и зад. "А чей же ты такой пушистый и огромный, я раньше тут котов не видела... Ты хозяйский кот, такой ухоженный...и ошейник у тебя необычный с буквой даже" наклонившись и чухая Бегемота за ушком говорила она, но ее голос тонул в общем шуме музыке и десятков голосов. Бегемот понял, что зацепил ее, разложившись на спине и подставив ей брюхо для чуханья, балдел и внимательно своим оранжевым глазом смотрел то на нее, то в сторону, где располагался эбонитовый столик. Девушка поднялась на ноги, и Бегемот поднял передние лапы, указывая, чтобы та его взяла на руки. Девушка оказалась доброй душой, совершенно не подозревавшей, кем мог быть этот кот, да и откуда она могла догадаться? Держа его на руках и поглаживая спину, она оглядывалась по сторонам в надежде, что кота все-таки обнаружат, не похож он на бездомного. Бегемот расположив свою здоровую морду на ее плече и довольный, что подластился, посмотрел в сторону графа и почти чуть ли не по-человечьи расплылся в страшной гримасной улыбке, совершенно не естественной для котов и подмигнул одним оранжевым глазом. "Он страшный подлиза и почувствовал у вас что-то вкусное, а, может, вы ему просто понравились, фройляйн" Девушка с котом на руках обернулась. Перед ней стоял высокий молодой мужчина во всем черном, брюнет с серебристой тростью. Он даже в полутьме казался очень бледным, когда блик света падал на его лицо, видны даже были прожилки вен на висках бледной прозрачной кожи. Светлые холодные глаза, казалось, даже не улыбались, в отличие от красивой, даже открытой улыбки. Мужчина галантно поклонился ей и взяв ее руку, слегка поцеловал кончики пальцев. Девушка наверное в своей жизни не встречала просто таких типов, потому как она смотрела и не могла понять кто перед ней: человек, актер, жулик, маньяк или привидение. Или все это в одном, как говорится, флаконе. "Простите, это ваш котик?" робко спросила она. "Да он - мой. Бегемот, ты умник, конечно, и у тебя хороший вкус на собеседниц, этого не отнять" Бегемот только заурчал и только граф понял, что это урчание было ироничным. "Его зовут Бегемот? Какая странная кличка!" "Оригинальная. Фройляйн здесь одна или в сопровождении или с компанией друзей?" "К сожалению, сама. Я ждала своего друга, мы с ним поссорились месяц назад, а теперь решили примириться, и вот думали встретиться здесь, но он не пришел и я думала уже ехать домой." "Ну, во всяком случае, в друзья я вам не буду набиваться, неучтиво, после двух-трех минут разговора с вами, но могу вам составить компанию для беседы, не более того, если хотите..." "Нет, что вы спасибо, я не буду отбирать ваше время... возьмите котика..." при этом она подала Бегемота ему в руки, но Бегемот, и секунды не пробыв у него на руках, вырвался и растворился в полумраке. "Он не любит быть у вас на руках?" "Он ко мне привык настолько, что я успел ему надоесть, в то время как вы...простите, как фройляйн зовут?" "Моника, а вас?" Граф внимательно посмотрел на нее и, снова галантно поклонившись, сказал: "Влад Цепеш, к вашим услугам, фройляйн Моника" "Вы не немец, если такое имя носите, хотя говорите по-немецки безупречно, я бы даже сказала, чересчур безупречно, как будто читаете что-то" Граф понимал, что имела в виду девушка: нынешняя молодежь разговаривала не столько языком, сколько набором механизированных сленгов, кочующих из языка в язык. Когда он сохранил за собой умение разговаривать еще старым, более красивым , как немецким, так и литературным французским или английским языком. Хотя бы потому, что был лично знаком и с Шиллером и Гете, перечитывал рукописи Дюма-отца, когда тот засыпал за бокалом бордо, прям за столом и перо еще оставляло капли на его смятой рубашке. И к Уайльду после опиумной дозы любил приходить в странной, весьма интересной интерпретации снов, которые в той викторианской Англии называли содомскими. Другими словами, уже на протяжении 100 лет, граф Дракула так и не мог привыкнуть к быстрому и динамичному прогрессу человеческой натуры и ее свойств и предпочтений.