Рassion or...?

Пронзительный взгляд, красивая улыбка, нежные прикосновения, горячие объятия, страстные поцелуи. Все это он. Йесон. Он знает, как и когда мне нравится, знает, как меня смущают все те вещи, которые мы делаем, но продолжает делать то, что ему хочется, потому, что он знает - мне все равно это нравится. Но мне нравится это только с ним, мне нравится, когда только его губы прикасаются к моей шее, когда только его руки гладят мое тело, когда только его рот вбирает в себя мою плоть, когда я глотаю только его сперму, когда только его член двигается во мне с таким остервенением, что в глазах искры. Мне нравится это только с ним. Вечер. Здание СМent. Длинные коридоры восточного крыла. Здесь почти никого не бывает, особенно в это время. Возвращаюсь от нуны-хореографа, которая помогает мне с сольным номером. За очередным поворотом стоит Йесон. У меня сердце в пятки ушло. Как он меня напугал. А ведь ничего особенного не сделал, просто стоял за углом оперевшись плечом о стену и сложив руки на груди. Просто стоял и смотрел из под длинной выбеленной челки, а на губах играла улыбка, больше похожая на ухмылку, и я прекрасно знаю, что это значит. Йесон в мгновение ока припечатал меня к тому самому месту, о которое секунду назад опирался сам. Проводит рукой от моей талии к бедру и ниже, приподнимая ногу и закидывая на себя. Второй рукой облокачивается на стену рядом с моей головой и кончиком носа прочерчивает линию по щеке, прижимаясь ко мне плотнее. Я вздрагиваю. Его дыхание обжигает лицо. Чувствую, как мои брюки понемногу становятся малы. Тяну руки к краям его футболки, что бы почувствовать его напряженный живот. А Йе целует меня в висок и отстраняется. - Тсс, малыш, не здесь. - Его хриплый шепот сводит с ума. Он целует в губы невесомо, почти не ощутимо, а я заливаюсь румянцем. Он отстраняется еще дальше, отпускает меня, давая отойти от стены, приобнимает рукой за шею, как младшего брата, подмигивает и кивает в сторону лестницы. - Идем, ребята ждут в машине. Сегодня пятница, а значит, как обычно, «семейный» ужин в ресторане, а после, кто куда. КюМины и Шиндон по своим девушкам, ЫнХэ в клуб, а может и не в клуб… кто их знает, уж они-то у нас традиционной ориентацией не отличаются и не скрывают ни от кого. А остальные ребята по родителям. За ужином все как обычно. Разговоры, о том, о сем. Ничего интересного, но под игрой алкоголя в крови все более чем внимательно слушают. И вроде бы ничего больше, вот только пристальный взгляд черных глаз не дает мне покоя. Чонун смотрит на меня весь вечер. Даже когда ехали в машине, даже когда сели за стол, весь вечер. Надоело, смущает, просил же, не делать так… хотя, если подумать, то я бесился бы еще больше, если Йе смотрел не на меня, а на кого-то другого. От мыслей о несуществующей ревности оторвали естественные позывы. Извинившись, я встал из-за стола и направился в уборную. Уже после, выйдя из кабинки, я наткнулся на Йесона. Он вновь смотрел на меня, словно я его добыча. Уверенной походкой Йе идет в мою сторону, вынуждая меня пятиться назад в кабинку туалета. Заходя следом за мной, поворачивает замок, перекрывая пути к отступлению. Его взгляд пронзительный и завораживающий. Глаза блестят черным глянцем, а уголок губ приподнят в ухмылке. Вот же дьявол… Тянет руки ко мне, обнимая за талию, а у меня мурашки по коже. Ничего ведь больше не делает, просто крепко обнимает, утыкаясь мне в шею, а я уже теряю рассудок. -Малыш,- произносит так тихо, что даже я еле слышу. Прохладные руки забираются под свободную рубашку, гуляя по тёплой спине, создавая приятный контраст. Легкий поцелуй за ушко и снова: -Мой маленький,- хрипловатый голос до безумия нежный, хочется расплавиться в его руках, но желание пропадает в одно мгновение. Одна рука больно хватает меня за волосы и оттягивает назад и вниз, заставляя меня сесть на крышку унитаза, а вторая уже расстегивает ремень хозяина. Перед моими глазами идеальный твердый член Чонуна, который через мгновение упирается мне в губы. Выдыхаю через нос и послушно киваю головой, чуть улыбаясь. Очень медленно губами прикасаюсь к головке и спускаюсь ниже. У самого основания чуть облизываю языком, ведя им снова вверх. Чувствую, как Йе сжимается от возбуждения. Кончиком языка задерживаюсь на уретре и поднимаю взгляд на него. Брови приподняты и сведены над переносицей, рот приоткрыт, на глаза спадает густая белая челка. Он прищурено и с поволокой наблюдает за моими действиями. Идеальный. Медленно облизываю головку и захватываю губами, чуть сжимая. Йесон громко выдыхает. Все так же медленно заглатываю его член, глубоко, следом имитирую глотание и с той же скоростью выпускаю его плоть из своего рта, снова сжимая губы на головке. Ускоряюсь, вбирая его на всю длину, жадно слизываю капли смазки, заставляя Йе хрипло стонать, и сам тихо постанываю от его вкуса на языке. Несколько раз Чонун сам подается вперед и почти выводит член из моего рта, заставляя открыть его шире. Знаю, как он любит. Беру плоть в руку, чуть помогая, и через секунду чувствую, как она взрывается от оргазма, пачкая мои губы и почти полностью попадая в рот. Сглатываю все, а Йесон наклоняется, целует страстно, слизывая себя с моих губ. Затем отстраняется и нежно чмокает в нос. -Любимый… - выдыхает мне в лицо, а у меня сердце замирает. Это не первое признание, но каждый раз реакция на него одинаковая. Любимый ли? Йе отстраняется, застегивает брюки и уходит, оставляя меня наедине с моим собственным возбуждением и запоздалым смущением.