Стая.

С возвращением Глеба жизнь в «муравейнике» стала спокойней и проще. Как и обещал, вожак поделил сферы влияния. Теперь за весь быт стаи отвечал Максим. На его хрупкие плечи свалились заботы о досуге, питании, потребностях и многих других мелочах. Глеб забрал себе всю политику и иерархию, хотя от советов парня никогда не отказывался и выслушивал их очень внимательно. Свою команду Максим оставил на прежнем месте. Она продолжала быть его глазами и ушами. Где не успевал он, всегда могли присмотреть и подстраховать его архаровцы. Смотря на всё это, Зубастик задумался: может и ему такую завести. Ударный отряд это конечно хорошо, но такая подмога ему тоже не помешает. Даже начал рассматривать кандидатуры, втайне конечно. И первой был Кирилл. Кстати о нём! Глеб всё-таки поговорил с ним. После памятного диалога с Зарой, вожак на следующий же день навестил умирающего от передозировки помощника (автор: ну плохо он переносит валерьянку, плохо). Разговор был долгий и по душам. Зубастик хотел узнать, что же сподвигло Кирилла подвести в такой момент. Ведь Глеб на него рассчитывал. Только своему помощнику вожак мог доверить самое дорогое, что у него было — беременную пару. Всё оказалось до смешного просто — Кирилл, впервые столкнувшись с такой ответственностью, просто струсил, за что было очень стыдно. Одно дело, когда за тобой ещё кто-то стоит и совсем другое, когда ты один и подстраховать просто некому. Кирилл прекрасно понимал, что после такого признания он потеряет своё место и не сопротивлялся. Врать своему другу — худшее, что только может быть, и на такой шаг он просто не мог пойти. Но Глеб решил по-другому. Вместо того чтобы гнать в шею, он поручил Кириллу заниматься подбором кадров, т.е. главной обязанностью волка станет распределение юных волков по «рабочим» местам в клане. И тому было несколько причин: первая — лучше узнает людей и научится не пасовать перед трудностями, ведь оборотни весьма темпераментны; вторая — приобретёт стойкость и уверенность в себе. Успокоить и поставить на место юнцов — ещё та задача; третья — ответственность. От его решения будет зависеть «душевное» состояние клана. Определить человека на «его» место — что может быть труднее, если на беседу отводится всего лишь 15 минут? Да и обязанность советника с Кирилла никто снимать не думал. Мужчина, молча, принял свою участь, только подумав: « - Монстр!» - конечно без обиды. Он прекрасно понимал, что плохо Глеб никому не сделает. В английском королевстве наконец-то наступили спокойные дни. Правда, Максиму было совсем нелегко. Мало того, что загрузили по самое не хочу, да ещё и беременность начинала отзываться во всём организме (утренние обнимания с унитазом ему уже изрядно поднадоели), так ещё и Глеб жизни не давал. Зубастик везде ходил за парнем. Куда бы не повернул юноша, заглянул, сунул нос, наступил, кому бы не дал подзатыльника, похвалил или отругал на чём свет стоит — везде был он, личный ночной кошмар. За всем этим цирком наблюдал весь клан и тихо посмеивался в кулаки. Действительно забавно смотреть, когда мужик самой брутальной наружности ковриком стелется перед мальчишкой. Максим сам по себе человек очень терпеливый и выносить все эти шуточки, которые улавливал край уха в коридорах или в столовой, мог ещё долго, но его вторая сущность рвала и метала. Жози постоянно кипятилась где-то на задворках сознания и обещала после родов всем смельчакам напомнить, кто в доме хозяин, что уже смешно звучало. Поэтому, работая на все фронты, парень просто взорвался, и досталось, как всегда Глебу. В одно не очень приятное утро, когда «разговор» с белым другом был пройден и Максим, выходя из туалета, столкнулся со стоящим сразу за дверью Глебом, плотину прорвало. - Да сколько можно!? Если я залетел — это не значит, что вдруг получил группу (автор: имеется в виду по инвалидности)! - задрав голову и смотря прямо в глаза мужчине, парень выкрикивал всё накопившееся раздражение прямо в лицо. - Да никто так не считает, - спокойно сказал Глеб, продолжая подпирать плечом стену. - Тогда какого розового слоника, ты везде как хвостик за мной бегаешь? Мне, конечно, приятно, что ты за меня беспокоишься, но не до такой же степени! Хожу я нормально, не спотыкаюсь, под ноги смотрю, да и топографическим кретинизмом ещё не страдаю! - Я прекрасно это знаю. - Тогда какого *** (автор: цензура! Каждый пусть думает в меру своей распущенности ><)! - размахивая руками от бури эмоций, Максим сильно задел косяк. Вскрикнув, парень схватился за побитую руку. Глеб же просто подхватил его на руки и отконвоировал на постель, уместив там со всем возможным комфортом. Когда Максим стал напоминать ватную мумию (автор: одеяло было ватное), мужчина устроился у него в ногах и положил голову на бёдра парня. - Малыш, послушай меня внимательно. Никто не считает, что ты стал ущербным или ещё как-то изменился, нет... ну пока. В твою светлую головку не приходило, что я просто очень соскучился за то время, что меня не было. Я не видел тебя два месяца, - приподнявшись, Глеб посмотрел Максиму прямо в глаза. - не касался тебя, не вдыхал твой сладкий аромат. Не мог наблюдать за тем, как начинает меняться твоя фигура. Да, я фантазировал, каким ты можешь стать, каюсь, но видеть это воочию — совсем другое дело. Наблюдать за тем, как ты поправляешь уже отросшие волосы, как хмуришь лоб, трёшь переносицу, слушая очередные оправдания подчинённых, смеёшься над шутками своих друзей, даёшь советы, проказничаешь и всё остальное. Сейчас я начинаю изучать тебя заново. Мне очень интересно это делать, конечно, я хочу проводить всё время с тобой. - Это не повод забрасывать свои обязанности, - буркнул красный, как помидоринка, Максим. - А кто их забрасывал? Я их выполняю, - мужчина снова вернул голову на ноги парня. - Просто делаю это, когда ты спишь. - Приехали! Ты вообще отдыхаешь? - Ну... да, пару часов в сутки, - Максим на это только тяжело вздохнул. « - Похоже тут кое-кому ещё нужна строгая мамаша!» - Давай мы с тобой договоримся! Я не буду возмущаться на то, что ты везде меня преследуешь, и не кривись, а ты послушно выполняешь всё, что тебе говорит Кирилл, а то мне уже надоело успокаивать его истерики, и главное, делаешь это не по ночам. Тогда я разрешу делать всё, что только захочешь. Хоть на руках меня носи везде! - сверкающий взор Глеба подсказал Максиму, что последнее он зря сказал. - Договорились. Тогда начнём с этого дня! - мужчина поднялся, помог натянуть парню одежду, подхватил на руки и поинтересовался, куда сейчас нужно Максиму. После такого, «муравейник» гудел пару дней, никак не понимая, с чего вдруг Глеб везде носит Максима на руках. Завистники говорили, что Максим подхватил какой-то вирус, и не в состоянии ещё сам передвигаться. Романтики всё скидывали на великое чувство любви и нежности. Реалисты — мол, а чего? И мышцы качаешь и тискаешь всегда. Двух зайцев сразу. Споры ещё долго разгорались среди волков, но, в конечном счёте, сошли на нет. Прошло ещё полгода. Всё течёт, всё меняется. Вот и с Максимом произошло тоже самое. За прошедшие месяцы он потерял свою спортивную фигуру, которую долго оплакивал. Вместо неё сейчас был внушительных размеров живот, из-за которого даже ног было не видно, что очень осложняло жизнь. Трудно что-то делать, не видя, куда ступаешь. Благо Глеб всегда был рядом. После первых толчков своих детишек и заметного животика, у него словно все винтики из головы вылетели. Он просто проходу не давал, оберегая свою омегу, как Кощей золото. Таскание на руках не закончилось, мало того, к нему резко прибавились сытные завтраки, полдники, ужины, обеды и всякие перекусончики в любом месте и в любых ситуациях. В первое время парень сильно возмущался, старался вернуть свою, хоть и полудохлую независимость. Мужчина на это реагировал, как танк — прёт и всё, кто и что там под гусеницей его просто не волнует. Побившись так месяца два, Максим опустил руки и сдался на милость победителя. А на всех недовольных, которых считали камикадзе, просто рычали или выставляли вон, чтобы не портили своим видком такой важный сейчас приём пищи. Парня пичкали всякими укрепляющими, витаминами, настоями и отварами. Юноша всё это спокойно пил, наконец понимая, что у Глеба проявляется синдром «заботливого папочки ещё не рождённого малютки». При таком диагнозе мужчины носились со своими половинками хуже наседок, любой шаг, вдох, чих или не дай бог покашливание — и тебя тащат к врачу с криком, что ты помираешь и тебя срочно нужно обследовать. Выслушать, что ты просто подавился, никто не успевает. Поэтому Максим старался вести себя смирно, только уж в очень ненормальных ситуациях, порыкивал на Глеба. Но такая идиллия устраивала не всех. Арлина, так и не забыв обиду, которую ей нанёс Максим, старалась придумать, как бы так подпакостить. Пересмотрев все варианты, начиная от убийства и заканчивая клеветой, женщина пришла к выводу, что так ничего не получится. Во-первых, слишком много людей, во-вторых, этим она ничего не добьётся. За всем этим, она не заметила, что за её метаниями уже довольно давно наблюдают. И сидя вечером в столовой, в полном одиночестве, Арлина не ожидала, что приземлившийся рядом юноша задаст один просто вопрос: - Что, тоже тошно на это смотреть?