Проклятое зелье

Кабинет директора Хогвартса — Минерва, ты не можешь больше молчать об этом. Дети должны знать, они должны морально подготовиться. — портрет Дамблдора добродушно посмотрел на МакГонагалл сквозь половинки очков. Прервав её возмущенный жест, он продолжил. — Я прекрасно понимаю твое нежелание снова вовлекать бедных ребят в эту суматоху, но против Министра пойти нельзя. Тем более, он отчасти прав насчет этой подготовки. Детям это необходимо. — Но ведь они только что отошли от ужасов этой войны! Большинство из них потеряло всё, и только сейчас начали жить полноценной жизнью! Я не хочу заставлять их переживать всё снова и снова! — директриса тяжело вздохнула. — Но в одном ты прав, Альбус, они должны быть готовы.       Большой зал был как никогда заполнен. Все ученики со всех факультетов недоуменно переговаривались между собой, не понимая, почему их собрали посреди учебного дня. В зале царила атмосфера радостного возбуждения и ожидания. Гермиона посмотрела вокруг себя: все её друзья выглядели такими счастливыми! Гарри сидел, приобняв Джинни, и шептал ей что-то на ушко, Рон, высунув язык, дописывал сочинение по зельям, Невил через стол переглядывался с Полумной. Они все живут настоящим, строят планы на будущее, Гарри даже как-то обмолвился, что хочет сделать Джинни предложение. А что она? Увязла в прошлом по уши. Живет воспоминаниями… Девушка вздохнула. — Что с тобой, Гермиона? — внимательно прищурившись, спросил Гарри. — Ты какая-то грустная сегодня. И не говори, что всё хорошо, я же вижу, что тебя что-то волнует! — Всё и правда норма… — но она не успела договорить. В зал вошла МакГонагалл в сопровождении двух министерских работников. В зале воцарилась тишина. Прокашлявшись и тяжело вздохнув, женщина начала говорить: — Ребята! Все мы знаем, что сейчас над нами нависла угроза со стороны ещё не пойманных приспешников Темного Лорда, более известных как Пожиратели Смерти! Поэтому, Министерство Магии решило подготовить вас. С завтрашнего дня мистер Ректос и мистер Крон будут вести у вас дополнительный кружок по обороне. Спешу предупредить, что, к сожалению, это обязательно для всех учеников, начиная с первого курса, заканчивая седьмым. — МакГонагалл с болью во взгляде оглядела зал и прошептала: — Извините.       Золотое Трио переглянулось. Они видели МакГонагалл такой обеспокоенной только три раза: когда была открыта Тайная Комната, когда Амбридж жестоко наказывала учеников и когда Волан-де-Морт нападал на школу. — Похоже, действительно что-то серьезное. — тихо прошептал Гарри. — И что же они на этот раз придумали? — Гермиона нахмурилась. Ей никогда не нравилось вмешательство Министерства в дела Хогвартса.       Директриса, закончив, дала слово волшебникам. Мистер Ректос, подтянутый мужчина с лысой головой, покрытой татуировками, прокашлялся и начал говорить грубым голосом: — Итак, чтобы не было потом возмущений и всеобщей ненависти, я хочу сразу предупредить: для многих это будет ужасно сложно. Министерство Магии создало специальный аппарат, проецирующий определенную обстановку со всеми событиями, которые происходили тогда. Это, фактически, Маховик Времени, но с единственным плюсом: заклинания, летящие в вас, не будут причинять вреда. Мы будем перемещать вас в момент битвы за Хогвартс. — он тактично замолчал. В зале раздались крики и возмущенный ропот. Многие, кто сидели тут, помнили те ужасные дни, потерянных друзей, родных. Гермиона почувствовала, как внутри что-то как-будто разрывается от невыносимой боли. Она посмотрела на стол Слизерина. Паркинсон сидела бледная, и было видно, как у неё из глаза катится слеза. Малфой смотрел перед собой пустым взглядом, Забини, пытавшийся трясти Панси, сам дрожал. Переведя взгляд на своих друзей, Гермиона увидела, что Гарри пытается привести в чувство Рона, который просто не отзывался на крики друга, хотя сам был не в лучшем состоянии. В его глазах можно было прочитать огромную боль. Вдруг девушка услышала, как её друг встал. Расправив плечи, он громко сказал, обращаясь к министерским работникам: — Вы не можете заставлять нас опять переживать эти ужасы! Это несправедливо по отношению ко всем! Все мы потеряли в этой войне частичку себя! Мы только начали жить спокойно!       В зале раздались одобрительные крики, многие здесь поддерживали Гарри. Шум в зале становился все громче, но тут раздался усиленный магией голос мистера Крона: — ВСЕМ ТИХО! — и когда воцарилась тишина, он продолжил. — Знаю, как вам не хочется переживать это снова. Я бы тоже не хотел, но как иначе мы подготовим вас? В реальной битве все заученные в классе заклинания вылетят из головы, даже простейший Экспеллиармус, знаю на собственном опыте. Мы не хотим терять ещё больше невинных жизней. — добавил он тише.       Гермиона задумалась. В чем-то Крон был прав. Ведь в самый первый раз, когда им пришлось драться с ПСами, она сама чуть не умерла из-за того, что просто забыла заклинание защиты. Девушка оглянулась на друзей. Гарри тоже сидел и задумчиво хмурился, а Рон сжимал кулаки, будто уже готовый идти в бой. МакГонагалл снова взяла слово: — Завтра первое занятие, приходим по два факультета одного курса. Гриффиндор со Слизерином, Пуффендуй с Когтевраном. Начнем с седьмых курсов. Собрание закончено.       Сразу же толпа повалила из Большого Зала. Всем нетерпелось обсудить новый урок, высказать своё возмущение, написать родителям, и только Гермиона одиноко оставалась сидеть за столом Гриффиндора до тех пор, пока её не толкнул Рон. — Пойдем, Гермиона. — Рон приобнял девушку. — Мне тоже тяжело это принять, но так надо. — Да, Рон, наверное, так надо. — произнесла девушка и, грустно улыбнувшись, присоединилась к друзьям.