Мистер Сыщик: Парадокс времени

***

Майкл кипел от ярости. Уже второй раз всего за несколько часов журналистка выводила его из себя, что крайне удивительно, ведь Таррел вообще очень редко срывал на ком-то свой гнев. Пейдж еле удалось успокоить его, тем более что после слов Хейли она сама была напряжена, словно натянутая струна. Коллегам с трудом верилось в то, что говорила корреспондентка. Но самое интересное – у нее были своеобразные доказательства того, что Зак жив и…кхм… является предателем? -Во-первых, тело ведь так и не нашли, - констатировала Хейли, - его мобильный отследить по GPS не удалось, иначе бы вас тут не было, камень бесследно исчез… Вы меня, конечно, извините, но подумайте логически… -Он не мог так поступить! – взбешенно воскликнул Майк. -Допустим, не горячись, - примирительно замахала руками девушка, - я вовсе не хочу клеветать на вашего друга… -Но ведь именно это ты и сделала! -Статья в газете – всего лишь одна из версий, причем полиция с ней согласна, – Хейли пристально взглянула на спутников, – я никогда не пишу о смерти человека, пока не увижу его тела. И вы, кажется, пользуетесь тем же принципом? Так почему теряете надежду, допускаете хотя бы мимолетную мысль о том, что ваш друг погиб? -Мы не теряем.., - Таррел глубоко вздохнул, пытаясь успокоиться, и понизил голос, - мы не теряем надежду, иначе нас бы здесь не было. Но и предположить, что наш друг – вор, предатель и обманщик, пусть и живой, мы тоже не можем. -Я вас понимаю… -Неужели?! -Да, - с натиском произнесла Хейли, - Но то, что ваш друг либо сбежал с алмазом, либо уже погиб, либо лежит где-нибудь на берегу - факт… Пока же поиски продолжаются, я решила зайти с другой стороны дела: личность грабителя до сих пор не установлена. Отпечатков мужчины нет в базе, а при нем не обнаружилось ни документов, ни кредитных карточек. Только старые наличные деньги и пистолет, зарегистрированный на умершего 2 года назад старика. И судя по видео с камер наблюдения и показаниям свидетелей, подонок хотел завладеть именно этим алмазом, и никаким другим. Если грабитель считал себя истинным владельцем камня – это меняет дело, дает ему новый виток. Я решила проверить эту версию, поэтому сделала пару звонков, получив информацию в обмен на прощения карточного долга. Так вот, за право владения алмазом в одно время было много споров, я отметила каждый род, что пытался заиметь драгоценность. Когда я уже совсем потеряла надежду, просмотрев четыре-пять семей ничтожных маркизов, графов или лордов, мне повезло. Я проверяла династию Джорданов, англичан, между прочим, на наличие родственного сходства с нашим грабителем и обнаружила в архиве вырезку из старой газеты. Там был снимок, - Хейли-Джин принялась шарить рукой по карманам, - запечатлено все семейство. И в лорде Викторе Джордане я без труда узнала утонувшего грабителя. Но, - девушка наконец-то нашла вырезку и, расправив ее пальцами, протянула Пейдж, - кажется, милорд удивительно похож на еще одного человека. Мисс Соммерс взглянула на снимок и ее глаза в изумлении округлились, а брови поползли вверх. -Не может быть! – воскликнула девушка. Таррел в нетерпении заглянул напарнице через плечо, пробежал глазами заголовок и резко остановил взгляд на фотографии. Майкл побледнел, отступил на шаг и обхватил себя руками. Он просто не мог поверить тому, что увидел.

***

Я с трудом разлепил веки, очумело осмотрелся по сторонам, однако ничего не увидел. Там, где я находился, царил мрак. Голова гудела, словно вчера я всю ночь отрывался с Джоном в баре, во рту было слишком сухо. Я сидел на твердой холодной поверхности – пол, скорее всего – прислонившись к стенке, судя по ощущениям, деревянной. -Что же произошло?.. – пробормотал я, пытаясь пошевелить онемевшей правой рукой. Голова отказывалась нормально работать; гул, ноющая боль не позволяли сконцентрироваться и разумно мыслить. Вспоминай же, Зак, ну! Я прикоснулся рукой к затылку, пытаясь унять боль. Перебирал пальцами мокрые пряди волос…Кровь?! Ах, нет, всего лишь капли дождя. С чего я вообще взял... Со свистом втянув воздух, я поморщился и опустил руку. И что же все-таки случилось? -Эй, здесь есть кто-нибудь? – крикнул я. Ответом мне послужила лишь тишина. Где-то снаружи донеслось щебетание птиц. Что ж, уже хорошо. Значит, я нахожусь не в подвале. Да и к тому же метрах в пяти от меня (однако, я могу ошибаться, ведь нахожусь в полнейшей темноте), я заметил слабый проблеск свет – похоже на щель между полом и дверью. Это еще лучше. В помещении витал запах сена и еле слышный «аромат» лошадиного навоза и овса. Похоже на то, что я нахожусь в старой деревянной конюшне. Хм… Но каким ветром меня сюда занесло?! Последнее, что я помню, это… И тут я резко выпрямился сидя, так, что темнота затанцевала вокруг бурыми пятнами перед глазами. В моей голове вихрем пронеслись события за последние несколько часов до того, как я очутился здесь. Я вскочил на ноги, радуясь, что не прикован или связан. Моя душа жаждала действий, а гнев от того, что со мной произошло, притуплял боль. Медленно я стал мерить шагами помещение, пытаясь, таким образом, лучше изучить сарай, пусть и в кромешной тьме. Я измерил пространство вдоль и поперек, натыкаясь на стены. По тактильным ощущениям, они здесь довольно крепкие, хоть дерево старое и можно запросто загнать занозу. Пару раз мои пальцы натыкались на вбитые в дерево изогнутые гвозди, но как я ни старался, вытащить хотя бы один из них мне не удалось, только ногти сломал и засопел сердито от досады. Дверь была, естественно, заперта снаружи, на засов. Сколько я не дергал ее шершавую ручку, она не поддавалась. Я двинул дверь плечом, но та даже не шелохнулась! Зарычав от бессилия, я устало опустился на корточки. Я все вспомнил: и как приехал к Джонатану, как обнаружил алмаз, как прыгнул со второго этажа, как схватил не тот камень и вернулся в гостиницу… Именно в свою комнату я зашел, желая наконец отдохнуть, когда наткнулся… на кого-то. Последним моим воспоминанием были грубые офицерские ботинки. Проклятье! Кто бы это ни был, он заплатит сполна! Это что же, похищение? Да еще и мое собственное?! Я просунул руку в карман брюк: ножа там, естественно, не было, ровно, как и спичек, хотя, последних там и не могло оказаться. Что ж, обороняться мне в случае чего нечем, а боюсь, случай-то как раз представить. Ведь я – пленник, а причина моей тюрьмы - алмаз, что сейчас валяется в кустах около дома миледи Кемпбел. Однако уже хорошо, что я не связан, наверное, похитители рассчитывают на мирные переговоры.… Так вот, не дождутся! Для меня их «гостеприимство» – лишь возможность сбежать… и я этим шансом непременно воспользуюсь. Боль с новой силой ударила в затылок после моей жалкой попытки выбить дверь, так что, обхватив руками голову, я совсем съехал на пол, оперившись спиной о стену. В темноте перед глазами мелькали фиолетовые, синие, красные пятна, к горлу подступала тошнота… Поздравляю, Зак, похоже, у тебя сотрясение! Мне ведь только этого и не хватало! Вместо того чтобы решить проблему с бриллиантом и вернуться домой, я сижу здесь, кто знает где, запертый в четырех стенах, да еще и с ноющей головной болью! Несмотря на теплую летнюю пору, пол в сарае был ужасно холодный, или мне это так казалось? Я подогнул ноги и вдруг почувствовал, под подошвами что-то острое. Я принялся шарить по полу рукой и быстро наткнулся на небольшой кусочек какой-то металлической пластины с неровными зазубренными краями. Я поднес находку ближе к свету, чтобы рассмотреть, но успел заметить лишь, что она из железа, когда за дверью послышались шаги. Я быстро спрятал импровизированное оружие в карман, поднялся с пола и стал ждать. Неизвестный со скрипом отодвинул засов и отворил дверь ровно настолько, чтобы заслонить собой весь проем. Я увидел за спиной мужчины мелькнувшие тени, кусочек зеленой листвы, и перевел взгляд на пришедшего. Лицо его оставалось в тени под широкополой шляпой, но крепкое телосложение и манера держаться выдавали в нем солдата. Однако я понял, что ошибся, когда услышал голос мужчины. -Мистер Фостер, как же я рад нашей встрече! – обманчиво радостно воскликнул он. - Итан Беккет?! – недоверчиво переспросил я. - Да, ты прав, - боцман расслаблено прислонился к косяку, уперев ногу в дверь, - прошлый раз пленником был я, помнишь? -Да уж, - я машинально засунул руку в карман, дабы почувствовать холодный металл пластины, и увидел, как Итан резко сжал револьвер, который держал в правой руке. -Теперь твоя ситуация не лучше той, в которой оказался было я, по твоей милости, скорее даже хуже, - Беккет направил дуло оружия в мою сторону, - мне приказано любыми средствами достать из тебя определенную информацию. А ты даже представить себе не можешь, как же мне хочется унизить тебя, а затем уничтожить! -Ну, так чего же ты ждешь?! – Я зарычал и сжал в руке пластину так, что она врезалась в кожу. -Да, правду мне говорили о твоем нраве, - неожиданно Итан засунул револьвер обратно в кобуру, чему я был несказанно удивлен, - а еще мне сказали, что ты славный малый, и что все же можно попытаться убедить тебя сотрудничать. Тут я бы, конечно, поспорил, но приказ есть приказ. -Было бы очень интересно узнать, кому ты так беспрекословно подчиняешься, - пробормотал я. -Тебе предлагают сделку, - продолжил Беккет, не обращая внимания на мои слова, - ты рассказываешь нам, где камень, мы проверяем правдивость твоих слов и в лучшем случае отпускаем тебя, никогда больше не появившись в твоей жизни. Так что ты, может, даже еще успеешь к ужину. -А если я не соглашусь на сотрудничество? – прищурился я. - О, тогда я буду очень рад надрать тебе зад, - оскалился подонок, - но, к моему сожалению, милорд очень сокрушался о подобном варианте развития событий. Он не хотел, чтобы тебя лишний раз терзали, и уповал на твою благоразумность. Ведь, так или иначе, ты скажешь о местонахождении алмаза, тогда зачем же все усложнять? -Не слишком ли благородный ваш лорд для преступника? – Фыркнул я. - Почему же он сам не явился ко мне? И запер в сарае, в кромешной темноте?! -Не тебе здесь задавать вопросы, - безмятежно отозвался Беккет, - говори, ты согласен на сделку? Да или нет? Я задумчиво повертел пальцами в кармане металлическую пластину. Будь все иначе, я бы согласился, а после нашел этих злодеев, хоть на другом конце света, и мы с Пейдж и Таррелом расправились бы с ними в два счета. Жизнь стоит дороже всего на свете, ведь потеряв ее, уже невозможно будет что-либо исправить. Так говорила мне мать. И Ирен. Однако в моем случае… я слишком хочу увидеть снова свою семью, не могу рисковать пятиконечной звездой алмаза, ведь это моя путевка домой, уж не знаю, каким образом. Отойди я сейчас в сторону – грабители исчезнут с камнем раз и навсегда и если мне не удастся найти их снова, что вполне вероятно, я застряну в этом мире воскресных пикников, цилиндров и сюртуков навечно! Я раздумывал всего мгновение, бросил взгляд Беккету за спину и резко кинулся вперед, прямо на мужчину. Выхватив с кармана пластину, я навалился всем телом на противника, сбил его с ног и попытался добраться до его лица, ударить острым предметом, но боцман выставил вперед руку и крепко вцепился в мое запястье. Я уловил краем глаза быстрые тени где-то сбоку и понял, что если не выберусь сейчас, то попаду в лапы подмоги Беккета. А справиться с тремя, а то и больше, крепкими амбалами, мне не под силу, во всяком случае, не в моем теперешнем состоянии. Я перехватил пластину свободной рукой и резанул запястье Беккета; кровь потекла с вены. Мужчина вскрикнул и, округлив глаза, уставился на порез. Он обхватил его другой ладонью, пытаясь остановить кровотечение, я же воспользовался замешательством Беккета, вскочил на ноги и кинулся бежать на улицу. Как только я выскочил, словно ошпаренный, из сарая, яркий дневной свет ослепил меня и мгновение, казавшееся целой вечностью, я мчался, не разбирая дороги. Когда глаза наконец-то привыкли к свету, и я смог оглядеться, лишь слегка замедлив свой бег, то был совершенно ошеломлен. Я находился на территории, окруженной невысоким деревянным забором. Рядом стояла привязанная кобыла, а вокруг, за ограждением – непроглядные чащобы. «Лагерь», где меня держали, состоял из нескольких таких же сарайчиков, как тот, в котором находился я. Он расположился в лесу, на мили кругом росли лишь одни деревья: сосны, ясени, дубы, кусты и прочая растительность. Где здесь тропа, куда бежать – не ясно; кричи-не кричи, услышишь только шелест листьев. Но оставаться здесь я тоже не мог – противники все наступали и я, в отчаянной попытке, подскочил к лошади. Однако, в то же время, я оказался слишком близко к коренастому, сильному мужчине, что размахивал боевым топором, словно ненормальный. Я уклонился от удара, и острое лезвие врезалось в забор, сокрушив его и разорвав веревку, которой была привязана кобыла. Животное дико заржало и встало на дыбы. Я отступил еще на шаг, лихорадочно соображая, как бы вскочить в седло, не сломав себе при этом шею и не попав под удары секиры – мужчина как раз приготовился к новой безумной атаке. Но вдруг я услышал позади себя быстрые шаги. Я не успел даже обернуться, когда кто-то стукнул деревянной доской меня по спине. Не устояв на ногах, я упал на землю, изодрав локти и ладони. Осколок пластины валялся в трех метрах от меня. Тяжело дыша, я начал медленно поворачивать голову, однако чьи-то пальцы сзади вдруг обхватили мою шею. Я попытался задержать руки напавшего, впился ногтями в кожу противника, но он не расцеплял оковы. Я забил ногами, пытаясь скинуть урода с собственной спины, но тут ощутил резкий, но не слишком сильный, удар ребром ладони прямо по задней части шеи. Мрак полностью окутал мое сознание, я без чувств рухнул на землю. Когда я очнулся, то почувствовал себя еще хуже, чем в прошлый раз. Мои руки сейчас были связаны сзади, за спинкой неудобного деревянного стула, на котором я, собственно, и сидел. Веревки натерли кожу на запястьях, ссадины на ладонях немилосердно жгли. Я пошевелился, потягиваясь, разминая плечи, спину, насколько позволяла бечевка, и ощутил легкое покалывание онемевших конечностей. Я повертел головой, похрустывая затекшей шеей и осматриваясь. Естественно, я находился все в том же сарае, но теперь здесь горел фонарь. Он висел под балкой на потолке, излучая приятный, хоть и не достаточно яркий, чтобы осветить все помещение, желтый свет. Место, где меня держали, было и вправду старой, никому не нужной конюшней. Кстати, любопытно, почему это она стоит прямо посреди леса? Может, раньше здесь кто-то жил? Внутри сарай был довольно уютный, как для лошадиного жилья: в противоположном от меня углу все еще валялось сено, рядом стояло треснутое корыто, а на стене над ним сплел свою паутину членистоногий. Внезапно дверь конюшни распахнулась и, быстро шагнувший в помещение, черный силуэт вылил на меня ведро воды. -Очнись, болван, - услышал я грубый голос Беккета. Сыпля проклятиями, сплевывая грязную воду и пытаясь хоть немного отряхнуться, я чувствовал, как во мне нарастает гнев. Мышцы рук напряглись, головная боль усилилась, как будто кто-то сверлил мне череп. Я заскрежетал зубами. Если бы не веревки и крепкие узлы, сковывавшие мои движения, я бы подскочил к этому подонку и разорвал его на куски, несмотря на то, что, в отличие от меня, он вооружен. -Нужно было убить тебя, когда ты еще был моим заложником, - процедил я сквозь зубы, хоть и не был уверен, что смог бы так поступить. Беккет укоризненно зацокал языком и покачал головой. -Ну что ты, - он приблизился ко мне, и я заметил бинты, обмотанные вокруг его правого запястья, - если бы не мое прошение, ты пришел бы в себя с травмами, похуже чем эти. Конечно, если бы вообще очнулся. Ты очень разозлил лорда. -Тебе-то что, - огрызнулся я, - ты же сам мечтал убить меня! -Нет-нет! Убить я тебя всегда успею, но какое же в этом удовольствие? Я желаю унизить тебя, свергнуть твою гордыню, уничтожить морально… Ты расскажешь мне все… И как, скажи на милость, я это сделаю, если ты будешь мертв? - Я понял. Ты хочешь убедиться, - я поднял голову и твердо посмотрел прямо в глаза преступнику, - что все вокруг такие же жалкие, ничтожные человечишки, как и ты. Представляю, как сильно тебе хочется заставить меня говорить, ведь сам-то ты раскололся в два счета! Я усмехнулся, наблюдая, как Беккет белеет от злости. Похоже, я попал в саму точку. -Разве мамочка тебя не учила, что нехорошо провоцировать похитителей? – демонстративно скривился боцман, но я видел, с каким трудом он на самом деле сдерживается, чтобы не врезать мне… Удар. Все-таки не стерпел. Я зашипел от боли и злобы, не имея даже возможности утереть кровь из носа. -Знаешь, - продолжил Беккет, как ни в чем не бывало, - у меня сейчас паршивое настроение. И ты этому причиной. Так что для тебя же лучше будет, если ты сейчас расскажешь, где алмаз и мы быстро покончим с этим. -С этим? – уточнил я. -Не будь ты таким занудой! Ты же все понял! Лорд не давал мне никаких инструкций к тому моменту, когда ты признаешься. Я могу действовать по своему усмотрению. Конечно, до того времени ты ему нужен живым, но… -Тогда говорить о местонахождении алмаза мне совершенно нет резона, - усмехнулся я. -Неужели? – вдруг я почувствовал адскую боль и мне словно разом перекрыли кислород. Я хватал ртом воздух, словно выброшенная на берег рыбина, а Беккет расхаживал рядом, любуясь своей работой. Он нанес мне неслабый удар в солнечное сплетение и пока я приходил в себя, мужчина заговорил. Его слова доносились до меня, словно сквозь вату: - Да, ты можешь играть со мной в игры, - вещал он, - но ты сдашься, - это прозвучало, как неопровержимый факт, - и будешь повержен. И к тому времени ты будешь измучен, будешь молить о смерти. Так что выбирай, либо ты сейчас все расскажешь, и тебе не придется проходить все этапы неизбежного конца, либо ты останешься жить. Пока что, ведь второй раз сделку тебе никто предлагать не будет. И поверь, такая жизнь тебе очень не понравиться. -Для путешествия на тот свет я еще не собрал чемодан, - ухмыльнулся я. -Я как-то и не сомневался в твоем ответе, - оскалился Беккет, вытащил револьвер и выстрелил. Пуля вдребезги разбила фонарь, висевший под потолком. Осколки посыпались на пол, и тьма мгновенно окутала помещение. Беккет отворил дверь сарая, вышел на дневной свет, бросив мне напоследок: -Счастливо оставаться! Дверь захлопнулась. Снаружи ее заперли на засов – послышался характерный звук – а я остался один на один со своими мыслями в полнейшей темноте. Только на тоненькой полосочке света и сосредоточился мой взгляд. Я не могу сказать наверняка, сколько времени, сколько дней прошло с момента моего ответа Беккету, но мне казалось, что целая вечность. Мои последующие встречи с боцманом не включали в себя длинные диалоги, а состояли все время из одного и того самого вопроса, а также ударов, что сыпались на меня, когда я постоянно и упорно отвечал «нет», «не знаю», отрицательно качал головой или же просто молчал. Я не показывал подонку, как тяжело мне переносить все удары, я не вскрикнул, не попросил пощады… Лишь после его ухода хрипел, тяжело переводя дыхание, и сплевывал кровь. Но ни разу я не сдался, ни ему, ни себе самому. Я не позволял себе впасть в забытье. Все время, которое мне оставляли для сна, я использовал, чтобы обдумать в сотый раз варианты побега и снова попытаться развязать веревку ослабевшими пальцами. Я никогда не терял бдительности, находясь в сознании. И когда даже такому паршивцу, как Беккет стало хоть немного жаль меня, и он принес питьевой воды, наверное, чтобы я не испустил дух раньше времени, я подпустил его ближе, после чего навалился на мерзавца всем телом и весом стула, к которому был привязан. Я прижал его к полу, наслаждаясь пусть и недолгой, но местью. Правда, она обошлась мне очень дорого. На крик боцмана сбежались мужчины и, усадив меня обратно в вертикальное положение, принялись одаривать проклятиями и ругательствами, не забывая щедро осыпать меня ударами. Не обошли они и Беккета, обозвав того «безмозглым тупым кретином», с чем я был согласен целиком и полностью. -Мне это надоело, - заявил поверженный, пристыженный боцман, - этот ублюдок молчит и только смеется надо мной! Пора бы лорду либо покончить с ним, либо найти иной способ заставить говорить упрямца. - Есть один вариант, - ухмыльнулся мужчина с черной, совсем смоляной шапкой волос на голове и голубыми глазами. Он обернулся к кому-то, кивнул своей косматой головой и через минуту я увидел, как вновь распахивается дверь сарая. Щурясь от яркого дневного света, я различил в проеме два силуэта. Оба мужчины, причем один держал на мушке второго. Я присмотрелся внимательней и с ужасом узнал в несчастном, оказавшемся под дулом револьвера, Торсона. -Майкл! – воскликнул я и рывком попытался освободиться. Друг устремил на меня усталый, печальный взгляд, а подонок, державший у его виска оружие, грубо подтолкнул парня ко мне и произнес: - Возможно, смерть этого человека заставит тебя заговорить по-другому. Я смотрел на Торсона и видел в нем Таррела, моего лучшего друга, напарника и коллегу, все, что мы пережили вместе… Сколько раз он выручал меня из беды, спасал мою жизнь! А теперь сам находился под прицелом, из-за меня! Я не мог отвести глаз с друга, смотревшего на меня с отчаянием. Мужчина взвел курок револьвера… -Нет, стой! – я с мукой на лице взглянул на преступника, - я все скажу, только не трогайте его, отпустите Майка. -Вот видишь, - оскалился мужчина, - ко всем можно найти подход. Говори, где алмаз. Только правду, иначе твой друг попрощается с жизнью. -Это я уже понял. Да и какой смысл мне врать, находясь по обе стороны от смерти, если не своей, то его, - хмуро ответил я и добавил, - алмаз в кустах возле дома миледи Кемпбел, со стороны окна комнаты Джонатана, там еще конюшня метрах в пяти. -Что он там делает? – с недоумением воскликнул мужчина. - Я выронил его, когда прыгал с окна. Голубоглазый захохотал, но неожиданно Майкл перебил его: -Я же говорил, что нужно искать в том направлении, дубина, - резко произнес Торсон и, выдернув локоть со сжимавшей его ладони преступника, добавил, - быстро отправляйтесь туда и радуйтесь, если миледи еще не обнаружила камень в собственном поместье! Иначе я буду очень недоволен! -Да, милорд, - поспешно, наперебой отвечали мужчины и так же быстро покинули сарай. Торсон резко обернулся ко мне. Его глаза были холодными, а губы сжаты в тонкую линию. Я мог лишь в ошеломлении смотреть на него, не понимая, чему не верить, глазам или ушам? -Ты…, - только и смог выдавить я, - кто ты…? - Не ломай комедию, Зак, ты ведь быстро соображаешь и наверняка уже обо всем догадался. Я удивляюсь, что ты еще раньше не понял… Мне, конечно, это было только на руку. -Все это время… - я, не веря, подался вперед, пытаясь рассмотреть в этом человеке Торсона. -Ты славный малый, Зак, - перебил мои потуги выразить собственные чувства незнакомец, вальяжно расхаживая по сараю, - умный, но очень упрямый. И неосторожный. Я догадался, что ты не собираешься возвращать камень миссис Свон, так что мои люди поджидали тебя у гостиницы. Я не хотел причинять тебе вред… Хм, снова. Не удивляйся, это благодаря мне на твоем плече красуется та царапина. Помнишь тот вечер? Я приказал своему человеку следить за тобой, когда ты поехал к Ричарду Кемпбелу, на случай, если ты найдешь алмаз и не захочешь делится. Но все случилось по-другому и Зак Фостер сказал мне, в каком направлении искать добычу! Я решил, что ты мне больше ни к чему. Однако, после того как тебе удалось так удачно избежать смерти, я понял, что допустил ошибку. Нет, - мужчина покачал головой, - это было не случайно, я подумал, ты мне, вероятно, еще пригодишься. Так и произошло. Но не теперь, когда я знаю, где бриллиант. И все же я предложил тебе сделку! Хотел даровать тебе жизнь, - Майкл сердито фыркнул, - почему же ты отказался? Разве алмаз стоит человеческой жизни? -И правда, - тяжело дыша, спросил я, - стоит ли? -Ох, Зак, - вздохнул мужчина, - ты ведь даже не знал, во что ввязался! -Этот камень – буквально вся моя жизнь, Майкл, и если в тебе осталась хоть капля сове… -Не зови меня больше Майклом Торсоном, - резко перебил меня собеседник со звеневшей яростью в голосе, - я – лорд Виктор Джордан и отнюдь не простой извозчик или конюх! Многие люди отдали бы половину своего состояния за честь сидеть по правую руку от меня за столом, а ты, из-за своего незнания и заносчивости, посмел обращаться со мной, как с равным, и даже отдавать указания! Ты представить не можешь, как же я иногда сдерживался, чтобы только не убить тебя на месте! -Удивительно, что ты этого не сделал, зная твой характер, - хрипло молвил я. -Ты не знаешь ни меня, ни мой характер, - сердито скривился мужчина, - но все же, и правда, удивительно, что мне удалось держать себя в руках. Боги, я даже начал привыкать! Будь ты менее умен и ловок в своем деле, я бы, пожалуй, все же покончил с тобой. Но ты, мог привести меня к камню, и я отпустил бы тебя… Знаешь, мне даже немного жаль, что все закончиться слишком тривиально, Зак Фостер. Ведь теперь тебе известно, кто я. Лорд направился к двери, но у самого выхода оглянулся: -Как только бриллиант будет у нас, ты умрешь. И не забудь, если ты соврал, мы знаем к тебе подход… Как думаешь, Паола все еще в городе? Может, ищет тебя? Мужчина покинул сарай. Я откинулся на спинку стула и попытался успокоиться, но крупная дрожь била меня, словно я болен лихорадкой. Ощущения отчаяния, предательства и безысходности не покидали ни на секунду. Что же мне теперь делать? Нет ответа.