Настоящее Рождество

POV Санса Впервые за долгое время я так тщательно собираюсь куда-то. Сегодня весь вечер я буду в центре внимания, рождественская принцесса Готэм Сити, новая модная художница... У меня в альбоме аккуратно собраны вырезки из газет о моей работе, копии я посылаю родителям, они скучают, но очень гордятся мной. Я нашла самое закрытое платье в мире, из плотной ткани, расшитой жемчужной сеткой, роскошное, экстравагантное, оно обошлось Рамси очень дорого, но, кажется, он не сердится. Сегодня я совершу свой первый профессиональный шаг, шаг в ночной мир Готэма. Я закрываю глаза и загадываю желание, как в детстве. Пусть все пройдет как надо! Завтра я проснусь знаменитой. Это похоже на шоу из жизни звезд экрана, за нами приезжает лимузин, мы шикарно одеты, пьем шампанское по дороге. Чувствуем себя странно расслабленными после бесконечного марафона кошмаров, уже нет сил нервничать, сегодня же праздник, сегодня сбываются все мечты. Подбираем Джейни и Патрика, я понимаю, какими странно взрослыми мы смотримся на их фоне. Джейни в золотистом мини, расшитом блестками, Патрик, у которого на галстуке изображены снежинки, они оба такие яркие, веселые, полные жизни. Мы переглядываемся как-то по-родительски, и, мне кажется, Рамси даже бросает осуждающий взгляд на слишком короткую юбку Джейни. Я закрываю глаза и прислоняюсь лбом к холодному стеклу. Продираемся через толпу журналистов, нас фотографируют, выкрикивают вопросы, я машу им и улыбаюсь, на самом деле я улыбаюсь родителям и бабушке, они увидят все это в прессе. Внутри собралась настоящая толпа, пока старшее поколение Готэма чинно разделывает индейку дома, молодежь оккупировала танцпол. Теперь, когда включено освещение, клуб выглядит еще лучше, кажется фигуры на стенах и потолке двигаются в такт музыке, купол бассейна еще закрыт, на нем танцуют, а внутри, похоже, белое вино или шампанское. Я слышала о том, что после двенадцати они откроют бассейн и все желающие смогут искупаться, Джейни очень ждала этот момент. Со всех сторон меня окружают знакомые, со всеми нужно поздороваться и переброситься хотя бы парой слов, мы сделали это вместе, мы работали несколько месяцев, несмотря на форс-мажоры, невзирая на усталость. Мы обмениваемся понимающими взглядами, наконец можно будет отдохнуть и выспаться. Через пару дней они получат свои гонорары и разъедутся по отпускам, а я получу свободу. Я не знаю, захочу ли когда либо еще видеть Рамси, я много читала о Стокгольмском синдроме в последнее время, понимаю, что моя странная привязанность к нему скорее симптом, чем чувство. Я привыкла к нему, привыкла терпеть все его выходки, но я имею право на нормальную жизнь, в которой нет места постоянному страху, нет унижений и боли. Порой он бывает другим, в такие моменты мне хочется дать ему шанс, но готова ли я всю жизнь пытаться перевоспитать его? Я мысленно говорю себе «нет». В этот момент он целует меня, а в ответ на мой вопросительный взгляд показывает наверх, над нами венок из омелы. И тут же испаряется. В моей руке остается таблетка. Одна таблетка и не будет больше усталости, сомнений и напряжения. Одна таблетка, и я стану действительно счастливой, пусть даже на пару часов. Одна таблетка и я выгоню из головы все лишние мысли. Не сейчас. Не сегодня, не завтра, никогда. Мне больше не будет больно, и это все мне больше не понадобится. Завтра я оденусь потеплее, надену наушники и отправлюсь бегать. Потом вернусь домой и начну собирать вещи, чтобы вечером уехать к родителям на каникулы. Я вернусь в Готэм уже в следующем году, восстановлюсь в Академии, найду работу, благо теперь это будет нетрудно. Таблетка отправляется в клатч, а я закрываю глаза и вдыхаю запах своей новой жизни. Ко мне подходит незнакомец и увлекает меня в толпу танцующих, разговаривать бесполезно, музыка слишком громкая.

***

POV Рамси Когда отлично сделал работу, чувствуешь себя как выжатый лимон, валяться бы дома с гребаным пакетом чипсов, но нет, берешь смокинг в аренду, лимузин в аренду, даже идиотские часы потом придется вернуть обратно. Раньше я просто трахал тебя, детка, а теперь перекинулся в публичные персоны? Что за тупой хэппиэнд? Танцующие мажоры смердят точно так же, как шваль в дешевых барах, разве что парфюм подороже, музыка выбивает уши, главное, все нанятые мной парни на местах. Беру виски, нахожу какой-то закуток потише и обрушиваюсь там. Почти вырубаюсь, когда вижу рядом подружку Сансы, как её там, Диана, Дорис? Она пытается что-то сказать, но ни хрена не слышно, хватает меня за руку, тянет куда-то, да чего тебе надо, шлюшка, дай спокойно выпить. Разбираю пару слов про какие-то подарки, твою мать, это будет тупой разговор про «что подарить Сансе»? Идем в лаунж-зону, опомниться не успеваю, как она уже расстегивает мои брюки, вот это уже разговор, малышка. Люблю таких, не сильно умелых, но старательных, с огоньком. Вечер становится интереснее с каждой минутой, сосет она классно, первостепенная шлюшка, отличный презент на праздник, то, что надо, чтобы расслабиться. Прикрываю глаза, вспоминаю проститутку, которую пристрелил из арбалета, тоже была брюнеточка, надо было заставить её сосать, может чего бы и вышло, детка ускоряется и вот-вот доставит меня прямо на траханые небеса. Я открываю глаза и вижу Сансу в углу комнаты, она смотрит укоризненно и серьезно. Не бросается ко мне, не молотит кулаками по груди, просто смотрит, и от этого жутко погано, и все настроение падает в ноль, и подружка теперь тоже её заметила, натягивает обратно лямки платья. Санса выходит, застегиваюсь на бегу, её нужно догнать, она натворит какой-нибудь херни сейчас. Ловлю её силуэт, продираюсь за ней через толпу, на выход, на стоянку, хватаю за руку, она оборачивается вся в слезах. - Я ухожу от тебя. Больше не хочу тебя видеть. - Ты не можешь, - она видимо забыла условия, - а подружка? - Джейни? Стреляй на здоровье, вы кажется уже договорились. Родителей охраняют люди Джокера, ты их не тронешь. - Да ты хоть знаешь, откуда берутся люди Джокера, - закипаю, почти рычу на неё, какого хрена она вообще творит. - Не только от тебя, - она меняет свое решение, возвращается обратно в клуб, - Прощай. - Ты никуда не уйдешь, Санса, - не останавливается, словно больше ничего не слышит, - я часть тебя. Я смотрю ей вслед, пока она не исчезает в дверях долбанутого клуба. Достаю сигарету и закуриваю, слышу аплодисменты из здания. Скоро двенадцать. В центре огромного зала открывается бассеин с золотистой жидкостью. Она наверное рядом, смеётся вместе со всеми, пытается сделать вид, что все это не более, чем досадная мелочь, неспособная испортить праздник. Подружка прячется от неё, это нетрудно в такой толпе, ничего, завтра помирятся, и моя птичка прилетит обратно. А сейчас вокруг все эти чертовы гомики при деньгах, готовые купить ей полгорода. Диджей поздравляет всех с наступающим праздником, всем раздают бенгальские огни, на часах без двух минут, музыка становится громче, весь зал ждет команды, многие девушки заранее скидывают платья, чтобы первыми нырнуть. Внутри кто-то щелкает зажигалкой. Меня отбрасывает взрывной волной, падаю на спину и вижу, как «Джекил и Хайд» превращается в огромный факел. Кажется бьюсь головой, горящие осколки сыпятся вокруг, воют сигнализации, кто-то кричит, а у меня только одна тупая мысль в голове. Траханый клоун налил в бассеин бензин.