Каменные драконы

      До Белой Гавани они летели вдоль устья Белого ножа. Далеко внизу поблескивала широкая река, теряясь в далеком море. Драконы летели ровно, набирая чудовищную скорость над ее гладью. На душе у Тириона было светло, но он гнал с лица блаженное выражение. Рейегаль чувствовал его состояние — огромный зверь временами начинал лететь еще быстрее и закладывал такие виражи на поворотах, словно хотел кувыркнуться через голову прямо в воздухе.       Замок лорда Мандерли был прекрасен с высоты. Высокие гордые стены, венчаемые зубцами, двойной белой короной опоясывали город. В гавани он видел сотни самых разных кораблей. Он не раз видел Белую Гавань со стороны моря — это было не менее прекрасным зрелищем.       Леди Мандерли встретила их тепло. Вилла давно дружила с Дейенерис, поэтому королева так любила подолгу останавливаться именно в Белой гавани вместо мрачного Винтерфелла. Однако на этот раз в ее распоряжении была всего одна ночь.       Мандерли поселили их в соседних покоях. Дени рано ушла с пира, сославшись на усталость. Тирион легко соскочил со своего стула, вызвавшись проводить ее. Дейенерис улыбнулась? Или ему лишь привиделась тень этой улыбки? — Спокойной ночи, моя Королева, — произнес он, когда она замешкалась у дверей своих покоев. Дейенерис посмотрела на него с интересом, а потом произнесла: — Спокойной ночи, муж мой, — и вдруг стремительно присев, как озорная девчонка, поцеловала его в губы и скрылась за дверью так быстро, что он опешил. Ему понадобилось около получаса и пара кубков, чтобы прийти в себя и дойти до той грани, когда он готов был поверить, что это все-таки было приглашение.       Он вошел в ее покои молча: на этот раз он был слишком трезв и банально боялся. Спальня Дейенерис встретила его тишиной. Дени спала, разбросав серебристые пряди по постели. Ее бедро ласкал лунный луч, и вся она казалась в нем серебряной и еще более прекрасной. Тирион, ступая бесшумно, приблизился к кровати и опустился на нее, стараясь не разбудить свою Королеву. Он улегся на спину, заложив руки под голову, размышляя о том, куда могла привести его эта последняя выходка.       Пожалуй, он все-таки дурак. На что он может надеяться? Она самая прекрасная женщина Семи Королевств, такой и должна быть истинная королева. Она честна и великодушна, она щедра и беспощадна к врагам. А он ее муж лишь по названию, а по факту — скорее мудрый шут. Его называют ее правой рукой. Ох, да он отдал бы эту правую руку, чтобы быть с ней. Ловить ее взгляды, отвечать на поцелуи, быть рядом всегда, когда нужен. Но факты слишком упрямая вещь. Никто и никогда не полюбит его, он упустил свой единственный шанс много лет назад. Была моя любовь прекрасна, словно лето, и локоны… Хм. Он вспоминал, но видел лишь Дейенерис. Локоны ее, серебряные, в которые вплел свои нити лунный свет, были ему дороже всего на свете сейчас.       Дени заворочалась во сне, сбрасывая одеяло. Тирион приглушеннно ахнул. Она спала обнаженной и высвободила в движении из-под одеяла маленькое белое плечо цвета слоновой кости. Мелькнуло и скрылось округлое колено. Он потянулся прикрыть ее самым целомудренным жестом, но в последний момент словно кто-то дернул его под руку. Тирион едва коснулся губами ее плеча, как она со стоном, в полусне, обвила его шею руками. Глаза королевы были закрыты, но руки безошибочно притянули его губы к ее. Тирион удивленно принял ее поцелуй, не в силах лишить себя этой ласки. Ей снится кто-то другой, в этом нет сомнения, думал он зло, но продолжал целовать ее мягкие губы. Она оторвалась от его губ, уткнулась лицом в его шею и прошептала: — Тирион.       И столько нежности было в ее голосе…. Он решил, что ему тоже снится волшебный сон, но он не хочет просыпаться. ***       Драконы поднимались по спирали, все выше возносясь в облака. Громада горы уже давно осталась внизу, но Тирион терял терпение, резонно беспокоясь за содержимое своего желудка. Черный силуэт Дрогона маячил далеко впереди, а Визерион следовал немного позади. Чешуя его сверкала, ослепляя карлика. Из всех драконов мне достался самый слепящий, подумал он, однако за ним меня и вовсе незаметно. Иногда это удобно. Их приземление в неудавшейся Богороще замка можно было назвать мягким, хотя и тесным. Драконам едва хватало места.       Орлиное гнездо было неприступным, и, в том числе поэтому, в замке было отчаянно мало места. Лорд-протектор долины и Хранитель Востока встречал Королеву в тронном зале. Он был на полпути от трона, когда она вошла. Его неизменная лукавая улыбка вызывала у Тириона неприятные ассоциации. Раз за разом перед его глазами вставало видение из прошлого. — Бейлиш использовал меня! Как шлюху, — Санса махнула рукой, роняя хрустальный бокал. Он со звоном разлетелся на мелкие части, оставив множество граненых ледяных осколков на полу. — И я не собираюсь быть еще и твоей шлюхой!       Ее рука была в крови, она струилась вдоль ее кисти и падала крупными каплями на усеянный осколками пол, словно слезы. Однако глаза девушки были сухими.       У этого человека был змеиный язык и дьявольское терпение. Он был хитер, словно родился Ланнистером. Но у Тириона был долг к Бейлишу, и он знал, что обязательно его востребует. А вот где и когда было пока открытым вопросом. — Лорд Бейлиш, — улыбка Дейенерис застыла, превращая ее лицо в посмертную маску. — Я надеюсь, наши покои будут выглядеть теплее, чем этот зал? — О, вы же не хотите сказать, что вы, — Бейлиш посмотрел на нее с восхищением, а потом презрительно перевел взгляд на Тириона, показав пропасть между ними, — и он будете делить… — Королю и Королеве естественно делить все тяготы управления королевством, равно как и постель, — жестко отрезала Дейенерис. —       Прискорбно сознавать, что некоторые Хранители брезгуют своими обязанностями и не женятся, лишая себя и королевство наследников.       Тирион был горд. Женитьба была ахиллесовой пятой Бейлиша. Подкупом и интригами он удержался на месте Хранителя Востока после гибели Лизы Аррен, принесшей ему это место, однако наследников у него не было. Тирион знал, что Бейлиш хотел в жены Сансу Старк, ну или Дейенерис на крайний случай. Ни одну из своих жен уступать этому похотливому старику Тирион не собирался. — Я берегу себя, Королева, — ответил Бейлиш, низко кланяясь. — Нет достойных мне леди в Вестеросе. — Я могу с легкостью решить этот вопрос, Хранитель, — продолжила жестко Дейнерис. — Декрет о женитьбе пишется быстро.       Она покинула зал, и только по скорости походки Тирион догадывался, как она взбешена. — Поосторожнее, лорд Бейлиш, — шепнул ему Тирион перед уходом. — В Белой гавани столько девиц на выданье.       Тирион едва успел за своей Королевой. Она уже сидела на кровати, и ее плечи мелко сотрясались. Кубок ходил ходуном в ее руках. — Этот, этот… — Ты права, дорогая, во всем права, — принялся успокаивать ее Тирион, — но этот отвратительный человек нужен королевству. — О, если бы ты знал, что он сделал с Сансой, — тонкие руки Дейенерис взметнулись к лицу. — Я знаю, — промолвил он, не замечая, как крошит хрусталь кубка между пальцами. Вино струйкой текло на ковер. — Она была моей женой тогда.       Дейенерис привстала на ложе, обернувшись к нему, забрала останки бокала и кликнула слугу, уводя Тириона в глубину комнаты.       Остановившись около окна, она застыла. Вид из него был удивительным: водопад слезы Алисы низвергался вниз и вниз, но не долетал до долины, разбиваясь в туманное марево. Неиссякающий, никогда не способный на исцеление. — Нельзя винить себя в том, что ты не мог предотвратить, — голос Королевы приводил его в чувство, приглушал клокочущую ярость. — Ты был в рабстве в Эссосе.       Она еще что-то говорила, говорила, а потом дождалась ухода слуги и распустила завязки платья. — Ты мне нужен, Тирион, — позвала она его, и вся ярость переплавилась в страсть.       Ее глаза блестели, а тело ждало его прикосновений, пело под его ладонями. Это было совсем иначе, чем в Винтерфелле. Они сидели на кровати друг напротив друга, изучая, касаясь пальцами и губами. Волосы Дейенерис серебряной волной текли по ее телу, когда она двигалась. — Ты прекрасна, — тихо прошептал карлик, не находя слов. Дейенерис улыбнулась ему, выгибаясь под руками, ловя каждое прикосновение, становящееся все более жадным. Он медлил, их руки сплетались, поцелуи становились все дольше. Страсть захватывала их все сильнее, нарастая неуклонно, как прилив, и гнала, гнала их навстречу друг другу. А потом были ветер, и волны, и шторм. Их маленькую лодку несло в этом море, прибивало к незнакомым берегам, вертело как щепку, швыряло из стороны в сторону. Где-то вдали в горах пронзительным крикам Королевы вторили вспышки молний, гром рождался внутри гортани и выходил львиным рыком.       Утро принесло прохладу. За окном шел дождь, стелился над горами серыми струнами, клубился и оседал. Где-то за его пологом скрылся водопад Слезы Алисы, не видимый теперь. Тирион проснулся первым. Его натруженное тело каждой клеткой молило о пощаде, в нем растекалась усталость и удовлетворение, но мозг упрямо анализировал и раскладывал все по полочкам.       Он столько лет шел к этому, ждал, когда Дейенерис даст ему шанс. Однако пока все складывалось из рук вон плохо. Слишком часто она вспоминала Миерин в последнее время, и Даарио, и Дрого. Ее память была цепкой и яркой, она запоминала образами, как он себе и представлял. Сравнение выходило не в его пользу и свидетельствовало о его провале. Он не хотел быть ее любовником. О Семеро, помогите, как прекрасно ее тело. Как она отзывается на его прикосновения, что она делает… Он отдал бы многое, чтобы еще раз услышать ее полный муки стон. И свое имя.       Их связывало так многое. Он давно и многократно доказал ей, что умен и полезен. И Дейенерис ценила его, доверяла вещи, которые не говорила больше никому. Однако никто в Семи Королевствах не верил, что Тирион ее муж по правде. Его прозвище Полумуж стало еще более оскорбительным с момента его женитьбы. Он Таргариен, у него две жены, и обе никогда не делили с ним постель. Что ж, теперь лучшая женщина в мире обнимала его во сне, а ночью выкрикивала в его адрес такие вещи, что Бейлиш, он уверен, страдал от бессонницы. А может, получал удовольствие…       Он хотел не только дать Дейенерис свою любовь, но вызвать ответную… Впрочем, Тирион никогда не ставил себе легких задач.