To play a double game

Северус проснулся от сильного шума возле себя. Этим шумом оказался лай чьей-то собаки, совершенно не похожий на тявканье Милочки. Он открыл глаза и резко сел. Оказалось, что тем твёрдым, на чём он сидел, оказалась деревянная лавка под высокой, серой, бетонной коробкой. Лаял пёс какого-то мужчины, пытающегося остановить этого огромного волкодава с помощью поводка. Профессору Снейпу хватило одного пронизывающего взгляда, после которого собака заскулила и попятилась. Один из охранников или наёмников удивленно переводил взгляд с собаки на зельевара и обратно. - Ты что, брат Святого? - попытался пошутить незнакомец. - Кто такой Святой? - нахмурился волшебник. - А ты, наверное, из новеньких, - продолжил (судя по форме) всё-таки охранник так, как будто спавший на лавке человек - это обычное явление. - Да, короче, есть тут один такой, животных взглядом останавливает, а со змеями чуть ли не разговаривает. И странный он какой-то... Речь хозяина волкодава была прервана громким стуком открытой с ноги двери, распложенной неподалёку, которая чуть не слетела с петель от сильного удара. Из дверного проёма широким и быстрым шагом вышел Поттер. Нет, не Поттер. Харигер. На того Гарри, каким его помнил Снейп, он был похож лишь отдалённо. Мальчишка немного вытянулся, раздался в плечах, загорел. Заметно было, что он в отличной форме, коротко постригся, очки пропали (видимо, пользуется линзами) и стало видно его огромные зелёные, будто светящиеся, глаза. Он был одет в зелёную толстовку под цвет глаз и чёрные джинсы с высокими ботинками на шнуровке. Северус невольно засмотрелся, ощущая... Что? Восторг? Удивление? Что-то давно забытое три года назад всколыхнулось в его груди. Нет, он не смел и мечтать о том, что это было бы возможно, но сейчас, когда он вырос... - А вот и Святой, собственной персоной. Красивый, да? - усмехнулся охранник, прервав размышления зельевара. - Да... Оно того стоило. Профессор уже было хотел спросить: что чего стоило, как за Гарри из двери вылетел ещё один мужчина. На вид лет тридцати, тоже с короткими, но градиентно крашенными в золотисто-каштановый волосами, высокий, но всё же ниже самого Северуса, жилистый, с приятным лицом, хоть и искаженным сейчас гневом. Он закричал в след Поттеру: - Полар! Хар! Стоять! Да стой же, твою мать! Мужчина всё-таки догнал Хара и резко развернул того за плечо. Последний громко зашипел, пытаясь оттолкнуть противника, но тот держал крепко. Снейп поторопился спросить: - А это кто? - Это Сэм, местный авторитет. С ним лучше не ссориться, но Святому он позволяет всё. За его задницу можно золотые горы отдать. Ладно, встретимся позже, у меня обход. Охранник пошёл в сторону Хара и крикнул, подходя к ним: - Уже уходишь? А разве вчерашнее тебе не понравилось? Я бы не отказался повторить! Догадка пробила голову Северуса, и он стремительно пошёл к Поттеру, подхватив с лавки свой рюкзак. Гарри лишь молча смотрел в глаза противнику, не замечая приближающегося сзади зельевара, который, в свою очередь, услышал звуки разговора. - Хар, куда ты пойдёшь, а? На полигон? К своим тупым друзьям, которые не то, что драться не умеют, так ещё и такие же святые, как ты! Тебе самое место на том чёртовом кафеле! - Отпусти меня, урод, - зашипел Поттер, - иначе ты и глазом не моргнёшь, как сам окажешься на кафеле, только с пробитой башкой. - Кажется, мы уже говорили об угрозах в мой адрес? Хочешь повторить вчерашнее или сам пойдешь? За мной не останется! - мерзко ухмыльнулся блондин, а охранник захохотал. - Ладно, ребятки разбирайтесь тут сами, но если ты его уломаешь, Сэм, ты знаешь где меня искать, - подмигнув Хару, мужчина с волкодавом ушёл. - У меня нет никакого желания возвращаться, Сэм. Ты можешь засунуть себе своё мнение, сам знаешь куда, и уходить. - Неужели тебе так уж не понравилось? Я старался быть нежным, - язвительно ответил Сэм. - Каррей, отпусти меня и оставь в покое. Ты получил, что хотел, зачем тебе я? - проговорил Гарри так, что у Северуса защемило сердце от скорби, звучавшей в этом голосе, и он прибавил шагу, прекратив использовать невербальное прослушивающее заклинание. - Ты никуда не пойдёшь, Хар, иначе... - Иначе, что? - от глубокого бархатного голоса, узнаваемого из тысячи, прозвучавшего за спиной, у Хара закружилась голова, но тёплая рука легла на плечо, не давая выйти из реальности. - Ты кто такой, мужик? - грубо спросил Сэм, всё же убрав руки от Поттера. - В защитники невинных подался? Он уже далеко не невинный. - Тебя ни коим образом не касается кто я, Сэм. Ты свободен. Можешь идти. Полар идёт со мной. - А кто ты ему, что он идёт с тобой? - Близкий друг, - ласково ответил Северус, снимая плащ и укрывая им начавшего слегка дрожать Гарри, притягивая к себе. - Послушай, близкий ты ему друг или далекий, мне плевать. Он мой, - прорычал Сэм, отталкивая в сторону Хара. - И ты сейчас ответишь за свои действия. - На твоём месте я бы не был так уверен в своих силах, но если ты так хочешь... - Остановитесь, вы, оба! - закричал Гарри так, что вороны, сидящие на ближайшем дереве, поднялись вверх от звука его голоса. Оба мужчины остановились и посмотрели на кричавшего, а тот уже тише продолжил: - Я никому не принадлежу. Заберите свой плащ, мистер Снейп, а вас, мистер Керри, хочу предупредить, что изнасилование не является присвоением человека и означает лишь то, что вы редкостный мудак, - Поттер бросил стянутый с плеч плащ Северусу. - Спасибо, сэр, но я не нуждаюсь ни в вашей помощи, ни в вашей жалости. Всего хорошего. Хар поднял с земли сумку, которая сползла с его плеча, когда его остановил Сэм и, кивнув обоим, продолжил свой путь подальше от этого страшного здания. Сэм разочарованно рыкнул и крикнул Гарри вслед: - Ну и катись, шлюха, и только попробуй здесь появиться ещё раз! Поттер остановился и вздрогнул. Но, даже не повернувшись, снова возобновил движение. Зато Снейп не отличался такой святостью и через несколько минут у ног Поттера валялся его насильник, тихо рыдая и протягивая сжатую в руке бумажку. На ней было написано всего лишь одно слово: "прости". Волшебник просто кивнул и пошёл дальше, стараясь не думать, что мог Снейп сделать с Сэмом, чтобы он на коленях протягивал ему бумажку, не решаясь произнести это вслух. А через ещё несколько минут сильные руки обняли Гарри со спины, и они аппарировали. Оказавшись в неизвестном доме, первое, что сделал бывший ученик - это выхватил пистолет, предварительно перекатившись за быстро опрокинутый набок стол. Впрочем, Северус что-то такое и ожидал. Во всяком случае, зельевар успел выхватить сумку у вырывающегося мальчишки, так что его оружием может быть только что-то небольшое. Но у него может быть ещё палочка. - Я не собираюсь причинять вам вред, мистер Поттер. Вы можете выйти из-за моего стола и опустить пистолет. Ради вашей же безопасности. - Знаешь сколько раз я слышал эти слова, ублюдок?! - заорал герой из-за стола. - Судя по вашему тону, мистер Поттер, много. Но вы знаете, что сопротивление в любом случае бесполезно, на дом наложены всевозможные чары и аппарировать вы отсюда не сможете, как и пользоваться магией. Прошу не делать глупостей. Из-за стола послышался горький смех. Пистолет полетел в стену, а Гарри так и сидел, прижавшись к поверхности стола и смеялся. По щекам катили горячие слёзы, долго сдерживаемые ещё со вчерашнего дня. Северус стоял и смотрел на него около минуты, поняв, почему мальчишка так смеётся, а потом, сев на пол рядом, притянул его к себе, укладывая голову на грудь и укрывая сотрясающееся тело частью плаща. Магическое существо рядом с собой он не почувствовал. Ни капли магии, ни крохи, ничего. - Наслаждаешься? - тихо спросил бывший ученик, немного успокоившись и громко шмыгая носом. - Не понимаю, о чём ты говоришь, - нахмурился зельевар. - Ну как же... Ненавистный Золотой Мальчик теперь вовсе не знаменитость и даже не волшебник, - горько усмехнулся Поттер. - Что ты несёшь, глупый мальчишка? С чего ты взял, что я тебя ненавижу? - Не понял. Я же Поттер. Поттер - априори спесивый идиот, которому слава вскружила голову. А знаешь, даже если тебе всё равно, иди-ка ты, - прошипел Гарри и вскочил с пола. Загремели деревянные ступеньки и где-то на втором этаже хлопнула дверь. Снейп покачал головой. Такого поворота событий он не ожидал. Но знал, что что-то всё-таки не то. Сквибы ощущались как пустые флаконы, а Поттер был будто бы наполнен, но очень прочно закупорен и силы магии совсем не чувствовалось. У него блок? Но с чего бы? Зельевар поднялся с пола, отряхнулся и убрал в комнате. Пистолет, как и сумку Гарри, он отнёс к себе в комнату и, закрыв её на ключ, спустился на кухню сделать себе кофе. Он предварительно убрал все острые предметы, даже перья спрятал, и наколдовал на окнах решётки. А ещё, пока мальчишка плакал в его руках, он незаметно вытащил пару ножей из его карманов и пояса. После чашки кофе Снейп твёрдо вознамерился продиагностировать мальчишку, чтобы поить его соответствующими зельями и, может, приготовить мази от растяжений и повреждений. О том, что там с ним могли сделать эти моральные уроды, он не хотел даже думать. Северус поднялся на второй этаж и зашёл в комнату, где предположительно был Поттер. Собственно, там он и обнаружился. Сидел под окном на полу, опершись о стену спиной, и смотрел безразличным взглядом на вошедшего профессора. - Я хочу тебя диагностировать, для этого я должен воспользоваться магией. Ты позволишь? - Снейп вопросительно посмотрел на Поттера, потянувшись за палочкой. - Валяй, - все так же равнодушно ответил герой и, немного погодя, добавил: - Будто у меня есть выбор. - Изволь перебраться на кровать, раз уж ты великодушно разрешил, - съязвил зельевар, но Гарри молча и послушно выполнил просьбу. Северус подошёл ближе и провёл палочкой над телом бывшего ученика. Растяжения связок на обоих запястьях и левом колене, несколько ушибов, длинный порез на спине, глубокая рана на правом плече и такое яркое свечение в районе таза, что Снейпу пришлось прикрыть глаза, а потом и вовсе остановить процесс. - Почему ты не сказал, что у тебя столько травм? - зельевар вытащил из складок мантии пару закупоренных флаконов с зельями. - А какая тебе разница? - В отличии от тебя, я пекусь о твоём состоянии, Поттер. - С какой целью? - посмотрел Гарри в глаза профессору. Тот фыркнул. - На, пей. - Они... - Зелья действуют на всё живое, Поттер, давай скорее, у меня ещё куча дел, - ответил на незаданный вопрос Снейп и, забрав пустые флакончики, вылетел из комнаты. Помещение настолько пропиталось отчаянием, что в нём невозможно было дышать, руки Северуса вспотели, а безразличный взгляд мальчишки пронизывал насквозь, заставляя сердце болезненно сжиматься. С каких это пор зельевар стал таким сентиментальным? Ужас. Но Снейп ничего не мог с собой поделать. В голову лезли дурацкие картинки того, как Гарри жался к нему, кутаясь в плащ, а один небезызвестный орган ещё и проявлял к этим картинкам и полученным ощущениям неуместный интерес, в результате которого зельевару приходилось дрочить, как подростку в пубертатный период, ловя непонятное, но сильнейшее удовольствие. Гарри же проявлял абсолютное безразличие ко всему. Ел без аппетита, мало спал, постоянно сидел на кровати в позе лотоса, просто смотря в стену или в окно, перестал носить линзы, как и очки, и теперь натыкался на все подряд, сбивая себе пальцы о ступеньки, тумбочки и стулья, и шаря по деревянной поверхности кухонного стола руками в поисках вилки или ложки. Однажды они так столкнулись в тёмном коридоре, а потом Северусу пришлось срочно сбрасывать напряжение, вспоминая сильные руки, крепко схватившие его, чтобы удержать равновесие, и тёплые объятья, чтобы Поттер не свалился на пол. После этого Гарри вообще почти прекратил выходить из комнаты. Отвратительные журналы по квиддичу, которые зельевар приносил ему каждый третий день были проигнорированы и пылились на столе. То ли он их не видел, то ли принципиально не хотел иметь дело с магическим миром, предпочитая стену и окно. Мазь, оставленную на тумбочке, в которую Северус чуть ли не носом ткнул героя, чтобы тот точно уж заметил, на четвёртый день после её изготовления оказалась нетронутой. Узнав об этом, пока Гарри сидел на кухне, пытаясь проглотить свой тост и чай, зельевар впал в ступор. Он что, намеренно терпит боль или что? С этой баночкой он и пришёл на кухню. - Почему ты не воспользовался мазью? - сурово спросил профессор. Бывший ученик лишь пожал плечами. - Не нужна она мне. - А что нужно, терпеть эту боль? Не знал, что ты мазохист, - мальчишка молча покачал головой. - Так продолжаться не может. Либо ты это делаешь сам, либо это сделаю я. Поттер снова равнодушно пожал плечами, но явно не ожидал того, что перед сном в комнату заявится Снейп с той же баночкой в одной руке и полотенцем в другой. Он подошёл ближе и присел на край кровати. - Ну, так что? Даю тебе последний шанс справиться самому. - Я не хочу этого. Оставь меня в покое, - в последний раз попытался герой. - На нет и спору нет. Ложись. - Профессор! - Поттер, ляг на кровать, иначе я буду вынужден применить силу, - Снейп по слизеринской природе не собирался упускать шанс полюбоваться красивым загорелым телом, раз уж оно не подпускало к себе никого без уважительной причины. - Ладно, - Гарри снова натянул маску безразличия и лёг на спину, сложив руки на животе. - Стяни футболку, пожалуйста. - Вам же вроде не это... - Делай, что говорю, - перебил его возражения зельевар. Мальчишка молча стянул футболку и бросил её на стул, стоящий рядом, сложив руки на груди и уставившись в потолок. Тем временем Снейп достал совсем другую емкость и попросил его перевернуться на живот. Гарри почувствовал как его аккуратно приподнимают и подкладывают полотенце, а через несколько секунд по спине потекло что-то прохладное и вязкое. Почувствовалось прикосновение ладоней и тёплые руки опустились на шею, разминая зажатые мышцы. Сначала он весь съёжился от прикосновения, сжав в кулаке одеяло, но немного погодя поддался приятным осторожным поглаживаниям, призывающим успокоиться, и слегка расслабился. Сильные руки тёрли и разминали плечи и спину, старательно обходя синяки и ссадины, от нависшего над героем тела исходил какой-то жар. Гарри ощутил что-то ранее неизведанное, какое-то странное чувство, заворочавшееся в животе, и тихо вздыхал, получая странное удовольствие от мнущих мышцы пальцев. Сам Северус уже держался на одной гордости и усилием воли заставлял себя думать о теориях смешения ядов, но никогда эта статья не вызывала у него такого сильного желания. Стянув с Поттера штаны вместе с трусами, зельевар отбросил их в сторону и вернулся к плечам, снова успокаивая напрягшегося мальчишку. Он старался пока не рассматривать судорожно сжатую крепкую упругую задницу с соблазнительной родинкой внизу на левой половинке. Хотя что таить, он уже рассмотрел. И синяки с царапинами на ней тоже рассмотрел. Постепенно спускаясь, тщательно разминая каждый дюйм открывшегося ему тела и снова возвращаясь к плечам, Северусу снова удалось вернуть Гарри в более-менее расслабленное состояние. Он ещё немного помял плечи и поясницу, а затем накрыл мгновенно напрягшиеся половинки, разминая напряженные мышцы, даря приятную ласку, спускаясь к бёдрам и снова возвращаясь к ягодицам, иногда поглаживая спину. Капельки пота стекали по вискам зельевара, ему было невероятно жарко, ведь Северус натянул самую плотную мантию, какую нашёл, а под неё самые плотные штаны, а частое дыхание и редкие, невероятно тихие стоны "героя" никак не способствовали трезвому мышлению и улучшению ситуации. Наконец, Поттер снова чуть расслабился и Северус, не упуская возможность, приподнял его тело, подсунув подушку, а потом, ещё немного помяв, раздвинул половинки, кружа пальцем вокруг сжатой звездочки ануса. Прошептав очищающее, мужчина зачерпнул пальцами мазь из баночки и начал слегка надавливать на покрасневший вход. Тело Гарри напряглось и будто окаменело, но успокаивающее и расслабляющее зелье, растворенное в масле, начало действовать, и мышцы постепенно начали расслабляться. Когда Северус всё-таки ввёл один палец, Гарри сцепил зубы и постарался максимально расслабиться, издав лишь слабое шипение, не услышав такое же чужое, но ему это казалось заведомо провальной идеей. Начали всплывать воспоминания о той ночи: холодный окровавленный кафель, неприятные прикосновения, смех, гуляющий эхом по душевой, липкие от пота руки на бедрах, резкие хлюпающие толчки и разрывающая изнутри боль. Ему казалось, что всё это он переживает заново, и Гарри готов был закричать от отчаяния и безысходности. В реальность его вернули тёплые объятия и шёпот на ухо: - Всё, всё закончилось, Поттер, очнись. Гарри, успокойся, - зельевар стирал с его щёк мокрые дорожки и осторожно расцеплял сильно сжатые челюсти, грозившие раздробить зубы. - Ну же, чего ты... Но Поттер никак не мог расслабиться, трясясь в его руках, и тогда Снейпу пришлось применить последнее, что могло входить в его планы на этот вечер - он развернул Гарри лицом и позволил себе со всей нежностью, на которую был способен, прижаться к мягким губам своими, проводя по ним языком, прося открыться, придерживая его голову за затылок. И они впустили, разрешая зельевару долгий глубокий поцелуй. Он целовал Поттера до тех пор, пока уже совсем не стало хватать кислорода, а когда отстранился, сильно прижал его к себе. Они просидели так ещё минут десять, пока герой беззвучно плакал, а Снейп обнимал его, стараясь сделать так, чтобы его слишком неуместную эрекцию никто не заметил. Позже он обтёр мальчишку полотенцем и уложил в кровать, накрыв одеялом. Последний, вроде, успокоился и даже задремал, устав от сильного нервного напряжения. После чего волшебник, последний раз кинув взгляд на покрасневшие губы и, прикрытые длинными, густыми ресницами, глаза, тихо покинул комнату.