To play a double game

Утро встретило Гарри холодом и сыростью, наполнившими комнату через открытое вечером окно. Свет солнца был очень тусклым из-за затмивших его серо-синих грозовых туч, которые, казалось, вот-вот засветятся вспышкой молнии и загремят, заливая землю тяжёлым дождём. Лето очень напоминало осень и вчерашний яркий солнечный день не шёл ни в какое сравнение с сегодняшней погодой. Поттер сразу осознал, что не так. Дело было совершенно не в тучах, неудавшемся позже какао и треснувшей от слабого выброса чашке. Дело было в том, что герой проснулся в десять. Нет, он ничего не проспал и никуда не спешил, любил вставать очень рано, около пяти утра, или совсем поздно - к десяти, а то и к полудню. Странно было то, что Снейп не разбудил его в восемь к завтраку, не отругал за трещину на чашке, не согнал со своего кресла и не сделал замечание по поводу его потрёпанного внешнего вида. Его просто не было дома. Исчез, не оставив записки и не предупредив, куда ушёл. Сначала Гарри решил подождать. Но ни патронус, как и сам профессор не появился ни через час напряженного ожидания, ни через пять, ни через семь. Герой нахмурился, закрывая прочитанный до конца том по Защите и барабаня пальцами о стол в такт бьющим по карнизу дождевым каплям. Дождь шёл уже долго. Может, Снейп его бросил? Или срочные дела в Ордене? Но он же мог предупредить... А вдруг, что-то случилось? Маг резко подорвался со стула, хлопнув книгой, и направился в комнату зельевара. Она ожидаемо была заперта и легкая вибрация при прикосновении подсказала о наложенных на неё заклятиях. Поттер тихо откашлялся, потоптался у двери, бездумно подёргал ручку пару раз и пошёл в подвал. Через три часа непрерывных тренировок он вернулся к себе, взмокший и злой. Северус все ещё не появился. Во время ужина кусок не лез в горло, но Гарри жевал и глотал через силу, понимая, что если Снейп узнает, что он не ел - по голове не погладит. Без зельевара в доме стало как-то пусто, отпала охота как-то активничать и хотелось просто забиться под плед и сидеть, размышляя над тем, почему профессор бросил его. Герой снова странным образом оказался перед дверью Северуса, рассматривая резьбу. Он ещё раз дёрнул ручку в слепой надежде, что дверь откроется, а её обладатель будет сидеть в комнате, разбирая какие-то важные свитки. Он поднимет голову на звук, внимательно и чуть хмуро посмотрит на Поттера, буркнет что-то неодобрительное и разрешит погреться на ковре у камина. Гарри сядет и будет долго-долго смотреть на работу зельевара: на ловкие движения пальцев, быстро выводящие идеальные тонкие буквы, перо, кучу пергаментов, такие же красивые и точные рисунки и склонившуюся в свете огня черноволосую голову. И волосы у него совсем не грязные, а в школе он обмазывал их специальным маслом, не позволяющим опасным испарениям оседать на прядях. И глаза у него глубокие и красивые, совсем не угрюмые, просто очень внимательные, а улыбка совсем не ядовитая, а тёплая и приятная, хоть и редкая. Но этого не случилось, ведь ручка просто тихо щёлкнула, а дверь не поддалась. Герой тихо вздохнул и поплёлся на кухню - заварить себе чай. Внезапно пришедшая в голову идея залезть к Снейпу через окно показалась абсурдной и бессмысленной. Но это не помешало Поттеру её воплотить в жизнь. Окно оказалось завешено шторами и запечатано магией. Гарри аккуратно слез со стены дома и зашёл внутрь. Заварил вторую чашку чая. На этот раз с мелиссой. Северуса нет. Герою показалось, что его действительно бросили одного. Что ж, Снейп и не был обязан следить за ним, а тем более ухаживать, поднимать на ноги, заботиться. Внезапно Гарри осознал, сколько для него сделал зельевар, и задумался. Откуда столько желания? Не могло быть всё так только ради приказа Дамблдора. У профессора явно была своя цель, только вот какая? Ноги сами снова привели его к двери Северуса. Нет, Поттер, так нельзя. Это очень нехорошо. Слишком. Этот человек столько для тебя сделал, ты не можешь так поступить, - подумал он. Оказалось, что может. Дверь легко слетела с петель от сильного удара концентрированной магией. Молодой волшебник тихо, будто выбитая дверь не особо заметна, а за ним кто-то мог следить, зашёл в комнату, воровато оглядываясь. С тех пор, как он был здесь последний раз, ничего не поменялось. Гарри медленно оглядел помещение, отметил аккуратно заправленную постель, потухший камин, в котором угля осталось мало. Значит, сидел допоздна. Письменный стол был завален кучей сломанных и целых перьев, свитков, книг и листов пергамента, исписанных хоть и торопливым, но обыкновенно идеальным почерком. Волшебник словно в трансе подошёл ближе и взял в руки лежащую посреди этого хаоса тетрадь в кожаном переплёте. Открыв её где-то в середине, он увидел записи по различным ядам. Все бы ничего, но слова, увиденные на пятом курсе через плечо Гермионы, мгновенно всплыли в памяти. Статья действительно была Снейпа, но зачем ему нужно было переписывать свою же статью? Что-то явно было не так... Герой медленно прошёлся взглядом по ровным рядам. Буквы слегка поплыли перед глазами, и он потёр краем футболки очки, чтобы лучше видеть. Чёткость текста вернулась ненадолго. Гарри сильно напряг зрение и крепко зажмурился, а когда открыл глаза, понял, что текст просто ползёт по бумаге в каком-то зеленом свете, не осознавая, что свет исходит из его собственных глаз. Слова начали двоиться, а потом и вовсе превратились в совершенно другой текст. Кончики пальцев побелели от напряжения, стискивая края тетради, руки слегка тряслись, дыхание перехватило, внутри все сжалось в тугой комок, а тело стало каменным. Осознание жгло хуже раскалённого железа, и он пытался сдержать, собрать всю силу, всё, что в нём осталось, чтобы не закричать, не разрушить вокруг себя всё, устроив хаос. В надежде, что это всё ему только снится, молодой волшебник закрыл глаза, тяжело сглотнул и ущипнул себя. Боль была слишком реальной и глупая надежда испарилась, оставив о себе лишь невыносимую тоску. Герой ещё раз пробежался глазами по словам. Особо опасен. Прирожденный убийца. Жажда крови. Дитя Смерти. Жертвоприношение. Укротить. Клетка. Тюрьма. Боятся даже дементоры. Опыты. Внимательно рассмотрел рисунок себя самого и отметил, что Северус действительно красиво рисует. Очень точно, детально и реалистично. Глаза жгли злые слёзы. Неужели жизнь такая жестокая? Северусу казалось, что он услышал бы этот крик на другом краю земного шара, хотя стоял на пороге своего дома. Он недоуменно взглянул на окна и быстро открыл дверь, не на шутку испугавшись за Поттера. Не снимая с себя ничего, прямо в мокром дорожном плаще взлетел по лестнице и встал на пороге своей комнаты. О, нет... К нему повернулся Гарри. В его ярких зелёных глазах, казалось, собралась вся грусть и обреченность, которую можно было найти где-либо. Тетрадь выпала из трясущейся руки. А грусть превратилась в злость и такую же бесконечную ярость, засветившуюся зелёным пламенем, заполнившим глазницы. Руки сжались в кулаки, а между пальцами потекла кровь - выросшие когти просто порезали ладони. Северус медленно поднял руки, демонстративно роняя выхваченную палочку. Она упала с громким стуком, покатившись по полу и остановившись у ковра возле камина. Зелёные глаза прищурились, внимательно смотря в чёрные. Зельевар попробовал сделать медленный небольшой шаг вперед, но как только он поднял ногу, Поттер зашипел, а потом внезапно заговорил вполне обычным голосом: - Я доверял тебе! Как ты мог этим так воспользоваться?! Как тебе духу хватило так нагло врать мне?! За что ты так со мной поступил?! - Поттер... - Молчать! - Северус мудро заткнулся. - Ты всегда ненавидел меня и моего отца! Что я тебе сделал? Это такая месть ему? Да? Что ж... Она удалась! - Это... - Не ври мне хоть сейчас, ублюдочный лицемер! Как я мог вообще мысль допустить о том, что ты изменился?! Снейп медленно вынул под шипение Гарри нож из пояса и медленно положил на пол, а потом носком несильно пнул его, чтобы он отлетел к стене. - Тебе это не поможет, я знаю, что ты владеешь невербальной магией, Снейп. Хотел меня закрыть в клетке? Вперёд! Давай, я весь твой! - заорал Поттер, раскидывая руки и вздёрнув подбородок. - В какую позу встать, чтобы тебе было удобнее? Северусу очень не понравился этот чёрный юмор, учитывая, что Гарри обычно его не переносил. Он не двинулся с места, всё так же держа руки поднятыми и внимательно следя за всеми движениями бывшего ученика. - Это что, шутка такая? - поинтересовался демон. - Ты шутишь надо мной? Я, конечно, догадывался о твоём уровне цинизма, но не настолько же... - зельевар упрямо сжал губы, не двинувшись с места, несмотря на больно жалившие его слова. - Ну же! Где цепи, где твоя тюрьма, а? Ты же готовился, верно? На случай, если я стану неконтролируемым, правда же? Только не отрицай, я не поверю... Я сам бы так сделал. Только ты не учёл одну деталь, Северус. Когда попробуешь меня убить - буду уже не я, а тот, другой Гарри. Харигер. А он очень не любит это всё... - Поттер, прошу тебя... - Не надо меня просить, Северус, это же унижает тебя. Мерлин, попросить самого Поттера! Это же до чего нужно было опуститься, а, Снейп? Мне вот интересно только одно... Зачем ты меня тогда поцеловал? Интересно было, как оно, с монстром? Или очень хотелось кого-то на ночь, но потом, глядя на меня, перехотелось? Я что, такой урод? - Поттер, послушай... - ...ты идиот? - продолжил за него герой, как-то по птичьи наклоняя голову набок, - ...у тебя мозгов нет? Что Поттер? Что? Двадцать лет как Поттер, пока ничего не отвалилось от отвращения к хозяину! Но я действительно идиот... Так просрать свою свободу могу только я! Что же ты так проскочил, Снейп, с этой тетрадью? Свои вещи нужно лучше прятать, - Гарри медленно приближался к профессору, тихо царапая когтями пол. - Так где же твои приспособления, а? Отвечай! Северус молчал, не сводя взгляда с демона, но застыв, словно камень, с поднятыми руками. То ли от досады, то ли от отчаяния Поттер подбежал к нему и занёс руку для удара, но остановился. - А хотя... В чем ты виноват, Снейп? Как всегда, вышел сухим из воды, исполняя приказ Дамблдора, и никогда мне ничего не обещал. Мне не за что тебя судить. Пусть тебя судят другие, - он отвернулся и поднял тетрадь с пола, аккуратно закрыл и положил на стол, тяжело вздохнув: - Убей меня, - тихо проговорил он. - Что, прости? - Убей меня, - чётче повторил Гарри, упрямо взглянув зельевару в глаза. - Сейчас, пока я могу себя сдержать. Вы не сможете меня удержать, Северус, я пытался. Только от тебя сейчас зависят жизни других людей. Убей меня, пока это возможно. - Поттер, я не стану этого делать... - Больше не важно, что я хочу и что хочешь ты. У нас есть возможность, и мы ее используем. Он подошёл и, схватив Северуса за руку, переместил их в подвал. Там отпустил его, разрезал когтем себе запястье. Кровь полилась небольшой струйкой, окрасив дерево красными каплями. Круг, руны, увиденные в тетради. Гарри читал внимательно. Одна за другой они появлялись на полу кровавыми разводами. В руке откуда-то появился ритуальный нож, исписанный какими-то словами. Ему было все равно. Оружие было протянуто застывшему Снейпу, который молча принял вещь, мрачно глядя на демона, выводящего на своём лбу последний символ своей же кровью. Поттер аккуратно прошёл в центр круга и остановился, ожидая зельевара. Последний что-то медлил заходить, но потом всё-таки взял себя в руки и подошёл к Гарри, вставая почти вплотную. - Я думаю, ты знаешь, что делать. Северус кивнул и занёс нож, посмотрев ему прямо в глаза. Они уже не были заполнены светом, лишь тихо светились обреченностью, болью и упрямством, готовностью идти до конца. Зельевар тихо вздохнул, прикрыв тёмные глаза и, чуть взмахнув, кинул нож в противоположную стену. Зал заполнила тьма. Густая, непроглядная, она наполняла каждый свободный дюйм и протяни руку - ее уже не будет видно. В этой тьме светились лишь два больших зелёных глаза. Шипение, свист, не достал. - Ты - трус, Снейп! - А ты - идиот, Поттер! - послышалось сзади и крепкие руки обхватили его, не давая вырваться. Откуда столько силы? - Ублюдок! - Да-да, я уже слышал. А ты - суицидник маленький. Будем и дальше продолжать обмениваться любезностями? - Что ты творишь?! - То, что и следовало! Какие цепи, Поттер, ты себя видел? Я, конечно, понимаю, что тебе нравится какао с концентрированным ослабляющим ядом, но ты сейчас те цепи не удержишь даже. - Что? - Гарри даже перестал брыкаться. - Я очень старался, Поттер. Все для тебя. - Как ты... - Поттер, я специалист по ядам, а хороший специалист в своей области найдёт как отравить камень, не то что живое существо. Да, я очень долго подбирал формулу и ещё дольше её тестировал, но благодаря моим усилиям и твоему, хоть бы не сглазить, хорошему самоконтролю, ты сейчас мало того, что не разнёс полмира, а ещё и не в самой сильной форме. Да, в чай я тоже добавил яд, поэтому, как ты заметил, пил только кофе, к которому ты не прикасаешься. - То есть ты хочешь сказать, что всё это время я травил себя? - Абсолютно верно, Поттер. Удивлению Гарри не было предела. Как он не учуял? Как мог не опознать? - Опережая твой вопрос, я добавил в него часть своей магии, чтобы перекрыть магическую составляющую яда, и ты думал, что я просто прикасался к этой пачке, поэтому она, можно так выразиться, "пахнет" моей магией, хотя это не очень подходящее слово. А на других этот яд не действует, так как он универсален, хотя портит вкус напитка ужасно. - Но почему тогда ты просто меня не отравишь? Решил опыты ставить? - Нет, Поттер. Всего лишь, чтобы предотвратить такие вот ситуации, хотя, как видишь, пока не очень удалось. Демон покачал головой. Воздух заискрился зелёным, потрескивая словно костёр. Герой сцепил зубы, пытаясь преодолеть барьер магии Северуса, но ничего не выходило. Последний терпеливо наблюдал за тщетными попытками, крепко удерживая Поттера в кольце рук. - Хватит, успокойся, - Гарри прекратил, тяжело дыша и потряхивая головой, пытаясь прогнать назойливый звон. - Почему ты обо мне заботился? Дамблдор приказал? - тихо спросил он, слегка успокоившись и прекратив вырываться. - Нет, - коротко ответил зельевар отводя взгляд от повернувшегося лицом к нему Поттера. - А что же сподвигло тебя на сие великодушие? - яростно прошипел последний. Северус медленно наклонился ближе, так что смоляные пряди щекотали голую шею героя, а дыхание опаляло кожу, и посмотрел в широко распахнутые изумрудные глаза слегка затуманенным взглядом. Руки уже не сжимали, а нежно поддерживали за талию чуть дрожащего то ли от холода пола, то ли от чего-то ещё мальчишку. Темнота вокруг рассеялась, и его кожа сияла, подсвеченная неровным пламенем факелов на стенах. Зельевар неспешно осматривал длинные трепещущие ресницы, прикрывающие сияние глаз, лёгкий румянец на щёках, приоткрытые губы, слушал тяжелое дыхание и гулко бьющееся пойманной птицей сердце. Он и сам прикрыл глаза, осторожно притягивая волшебника ближе и нежно касаясь его мягких губ в лёгком поцелуе, ласково проводя по ним горячим шершавым языком. У Гарри неожиданно закружилась голова, ноги подкашивались, а тело совершенно не слушалось, откликаясь какими-то неизведанными пугающими чувствами на эти прикосновения тонких губ и влажного языка. Нет, он не думал поддаваться, у него и в мыслях не было прижиматься теснее, чтобы почувствовать жар, исходящий от Северуса. Он совсем не собирался отвечать тем же, играя с его языком, тихо постанывать, когда зельевар зализывал мелкие укусы или с силой проводил по губам, придерживая одной рукой его за затылок и цепляться за толстый кожаный дорожный плащ, всё ещё покрытый каплями дождя. Всё, чего он хотел - это пропасть куда-то, спрятаться и не испытывать это жгучее смущение и стыд от собственных желаний от осознания того, что ему нравится эта уверенность и настойчивость, что ему нравится отвечать, зарываясь пальцами в шелковистые мягкие пряди. Когда воздуха стало совсем мало, Снейп отстранился, тяжело дыша и поблёскивая угольными глазами. Он легко подхватил Гарри и переместился прямо к нему в комнату, аккуратно укладывая волшебника на кровать и заботливо укрывая одеялом. - Спи, тебе нужно отдохнуть после выброса. Поговорим завтра. - Стой! - взволнованно попросил Гарри. - Что? - Это правда? Ты хочешь меня изолировать? - Никогда, Гарри. Никогда не думай так. Это всего лишь выписки, на основе которых я делаю выводы о возможных границах твоей силы, не больше. Я не поступлю так. Не с тобой.