Назад в Орегон

      – Дьявольские врата. Чёрт, звучит заманчиво, – пробормотал Броди Коуэн.       Чтобы взглянуть на него, Луке пришлось развернуться в седле:       – Это не так уж плохо. Нам не придется проходить через них; обойдём вокруг.       Прямо перед ними, недалеко от скалы Независимости, располагались Дьявольские врата. Огромная узкая расщелина, которую река Суитуотер делила на две высокие гранитные скалы. Расщелина всего тридцать футов в ширину, где Суитуотер пустила трещину, слишком узкую для переправки повозок, поэтому они вынуждены обходить скалы через южную сторону.       Некоторые эмигранты оставили свои повозки, чтобы подняться на вершину одной из скал, постоять у самого края, полюбоваться на это зрелище сверху или посмотреть, можно ли пробраться через Дьявольские врата по реке.       Как бы сильно Лука не хотела к ним присоединиться, чтобы ненадолго скрыться от пристального взгляда Норы и почувствовать себя хоть немного отдохнувшей, ей нужно было следить за надвигающимися тучами и держаться рядом с обозом и стадом.       Время от времени она давала Норе передохнуть от управления повозкой, и вскоре поняла, что не может смотреть ей в глаза после вчерашнего поцелуя.       ‘Ты идиотка,’ сказала она себе. ‘Ты чего натворила, а?’ Чувство вины и смятение полночи не давали ей уснуть. Она вновь и вновь твердила себе, что не следовало целовать Нору, даже если это казалось правильным. Нора не подозревает, кто она на самом деле, и Лука абсолютно уверена, что, узнай она правду, то и не подумала бы целовать её. ‘Целуя человека в неведении, ты лишаешь его выбора! Ты сделала в точности то же, что и клиенты, от которых хотела её спасти.’       Над ними нависала тяжёлая гряда облаков, такая же тёмная, как и её настроение, закрывая собой солнце и бросая тени на холмистую прерию. Ветер поднял и принёс с собой запах влаги, навеянный скорым дождём. С каждой минутой небо становилось всё темнее. Лука уже даже не могла разглядеть скалу Сплит с расстояния пушечного прицела, по которой они всё время ориентировались, двигаясь на Южный перевал.       С передней части обоза подали знак разбить лагерь. Мужчины поспешно установили палатки и поставили повозки кругом, вбив колья в землю, они тяжёлыми цепями привязали их к колёсам.       Не успели они даже подумать о том, чтобы разжечь огонь, как с неба упали первые капли дождя, и в течение нескольких секунд пошёл ливень.       Лука закрутилась вокруг, ища глазами Нору, и нашла пробирающейся по грязи, чтобы отпустить волов.       – Идите с Эми в палатку! – Раздался громкий крик Луки посреди хаоса в лагере. – О волах я позабочусь.       Не желая, чтобы Нора поскользнулась и упала в грязь, она взяла на себя её обязанности.       – Но…       – Ступай!       Без дальнейших протестов Нора схватила Эми за плечи и поспешила к палатке.       Лука быстро сняла с волов деревянные хомуты и отвела в загон из повозок. Когда она добралась до палатки, то была уже промокшей до костей. Сняв с себя шляпу, Лука затрясла головой.       Эми захихикала, когда капли дождя стали разлетаться во все стороны:       – Фу! Как собаська!       – Вот.       Нора подошла с полотенцем в руках и начала вытирать волосы Луки.       – Я сам могу.       Лука попыталась забрать у неё полотенце, но Нора не выпускала его из рук.       Она спускалась по шее, аккуратно обтирая полотенцем лицо и уши Луки. От нежных прикосновений по телу Луки пробежала дрожь.       – Раздевайся, – скомандовала Нора.       Несмотря на промокшую одежду, сначала по телу Луки пробежала волна тепла, и только потом охватило паникой. Она стала дико оглядываться по сторонам, в поисках любого повода покинуть палатку.       Закончив обтирание полотенцем, Нора нагнулась и отыскала в одной из сумок сухую рубашку.       – Ай! – Она замерла в движении, обеими руками хватаясь за живот.       Лука сделала большой резкий шаг вперёд к Норе и вытянула руку, чтобы коснуться и убедиться, что с женщиной всё в порядке:       – Что с тобой? Ребёнок?       Нора, которая всё ещё стояла склонившись, выронила рубашку из рук. Её лицо было бледнее белья, когда она смотрела на Луку испуганными зелёными глазами.       – Больно, – сквозь стиснутые зубы простонала она.       – Мама! – Эми бросилась вперёд с вытянутыми руками, чтобы по привычке схватить мать за юбку.       – Нет! – Лука быстро остановила девочку, схватив за руку. – Не трогай маму, малышка. У неё болит живот.       Почувствовав, как рука Эми задрожала в её хватке, на секунду, она была полностью обескуражена, не зная, что делать. Затем сделала глубокий вдох.       ‘Не время паниковать! Они надеются на тебя.’       – Может, тебе прилечь? – Предложила она.       Прижимая одну ладонь к животу, Нора протянула дрожащую руку.       Аккуратно придерживая мать за локоть, Лука попробовала успокоить её дочь.       – Эми, – спокойно произнесла она. – У меня к тебе очень важное поручение. Беги в палатку Гарфилдов и позови сюда Бернис. Сможешь?       Девочка кивнула со слезами на глазах.       – Хорошо. Я горжусь тобой.       Лука направила Эми к выходу из палатки, подальше от испытывающей боль матери.       – И побудь пока с Джейкобом, хорошо?       Как только плачущая Эми покинула палатку, Лука опустилась на колени рядом с Норой.       – Нора… - Она мягко коснулась влажного лица, и погладила рыжие волосы. – Что я могу для тебя сделать?       – Я…я не знаю. Я не знаю что со мной.       В теле была напряжена каждая мышца.       – Это похоже… Кажется, у меня такое было, когда я рожала Эми. Слишком рано, Лука, слишком… Боже, как больно!       Страх охвативший Луку был настолько сильным, она не испытывала такого даже на войне с мексиканцами. Горячие слёзы обожгли глаза от ужасающей мысли, что Нора может потерять ребёнка. Она опустилась на землю и притянула Нору к себе, чтобы та лежала на её коленях, в объятиях.       – Если я… ребёнок…       Лука нежно коснулась пальцем губ Норы:       – Ну, тише-тише, всё будет хорошо. С вами обоими. Всё будет хорошо, отдохни, расслабься, я с тобой.       Она прижалась губами к макушке Норы, которая находилась прямо под её подбородком. Взгляд сосредоточился на полупрозрачной коже, на крошечных волосках на лице Норы. Внезапно всё в Норе для неё стало хрупким и драгоценным.       – Лука…       – Всё хорошо. Всё будет хорошо, – успокаивала Лука, надеясь, что всё так и будет.       Она почувствовала, как Нора задрожала в её объятиях, и прижала к себе. Лука долгие годы не молилась, предпочитая держать судьбу в своих руках, но сейчас, когда в устрашающей тишине они сидели и ждали, она почувствовала, как губы двигаются в молчаливой молитве.       – Эта коробка… – тело Норы тряслось от рыданий. – Я не должна была вытаскивать её из повозки. Если…       Лука снова зашептала:       – Ты наговариваешь на себя. В твоих действиях не было ничего плохого.       Проведя кончиками пальцев по лицу Норы, она успокаивающе спустила ладони вниз по рукам и остановилась, положив руку на круглый живот, молчаливо прося ребёнка успокоиться.       Нора накрыла руками ладонь Луки и сжала в мёртвой хватке.       Ждали Бернис они в молчаливой тишине. Слышно было лишь капли дождя, барабанящие о палатку. Время от времени громыхал гром, с каждым разом раздаваясь всё ближе и ближе. Палатка стала протекать, и внутри начали образовываться лужи. Дождевая вода насыщала почву. Лука чувствовала, как и без того мокрые штаны пропитываются водой. Но проигнорировав эту мелочь, притянула Нору выше, усаживая себе на колени, чтобы разделить тепло своего тела и чтобы одежда на женщине оставалась сухой.       Маленькая вселенная, включающая лишь их двоих и общий страх, была разрушена, когда открылся вход в палатку.       – Что случилось? – Вошла Бернис Гарфилд в промокшем пальто.       – Не знаю! Я наклонилась, и внезапно тело пронзила острая боль. Теперь у меня колики. Думаю, это ребёнок!       Пальцы Норы вонзались в предплечья Луки. Но та молчаливо терпела, будто отнимая боль у Норы и перенося её на себя.       Бернис опустилась на колени.       Радуясь, что, наконец, дождались помощи, Лука попыталась отодвинуться и встать, чтобы освободить палату и дать Бернис осмотреть жену, но Нора её не отпускала:       – Пожалуйста, останься.       Бернис кивнула и продолжила её осматривать.       С тревогой наблюдая за подругой в ожидании заключения Бернис, Нора прижалась щекой к плечу Луки.       – Секундочку, – пробормотала Бернис и покинула палатку. Через минуту она вернулась с чашкой чая в руках. – Выпей.       – Что это? – Спросила Лука, взяв в руку чашку и поднося её к губам Норы.       – Смесь трав, – ответила Бернис. – Должно помочь с резями.       Нора скривилась, но храбро сделала первый глоток. Опустошив всю чашку, она опустила голову обратно на плечо Луки.       Все в палатке ждали, пока травы подействуют.       – Лука? – Из лоскута служившего палатке дверью появилось лицо Броди Коуэна. – Капитан тебя ищет.       Лука поднял глаза, взглянув на ожидающего Броди, затем опустила обратно на Нору, смотревшую на неё с болью в глазах. Всю жизнь она следовала приказам и уважала старших по званию, поэтому в этот раз Лука ответила без колебаний:       – Не сейчас.       – Но…       – Что бы там ни было, это подождёт, – сказала Лука. – Я не оставлю свою жену одну.       – Ты… ты можешь идти. Со мной всё будет в порядке, – храбро сказала Нора, но её сжатые пальцы, лежащие на шее Луки, говорили об обратном.       Лука не сдвинулась с места, продолжая обнимать Нору:       – Найди кого-нибудь другого, кто сможет тебе помочь, Броди. В данный момент я занят.       С ворчанием Броди развернулся и ушёл.       Когда травы подействовали и рези стали проходить, пальцы Норы, уже сжимающие спину Луки, постепенно начали расслабляться.       – Как ты? Лучше стало? – Заметила Лука. Она шептала, боясь повысить голос.       Когда голова Норы легла на её плечо, она почувствовала слабый кивок:       – Устала.       – Это травы, – сказала Бернис. – Они расслабляют, останавливают рези и от них клонит в сон.       Она взяла пустую чашку и встала.       Лука поняла, что Бернис собирается вернуться к своей семье и оставит их с Норой наедине.       – Бернис, – с тревогой обратилась она к пожилой женщине, смотря на сонную жену на своих коленях. – С ней всё будет хорошо?       – Да, думаю, что да. Сейчас ей необходим отдых.       – А ребёнок? Это…? – Лука не смогла закончить предложение. Слишком боялась озвучить свои беспокойства.       Бернис беспомощно пожала плечами:       – Мы не узнаем наверняка, пока ребёнок не родится. Но на данный момент с ним всё в порядке. Схватки прекратились. Будем надеяться, что сегодня всё пройдёт, и нам не придется снова посреди ночи разбивать лагерь. Это будет плохо для Норы.       Лука мрачно кивнула, наблюдая, как та идёт к выходу:       – Бернис? – Она подождала, когда женщина обернётся и посмотрит на неё: – Спасибо, что прибежала, чтобы нам помочь.       – Всегда пожалуйста. Эми может остаться с нами на ночь, если хотите, – предложила Бернис.       Лука посмотрела на уже дремавшую Нору. Она вполне могла бы сама позаботиться о жене. Но потом подумала, каково будет Эми если они оставят её с Гарфилдами. В памяти были свежи воспоминания из детства, когда её оставляли с ночёвкой у других людей, и всю ночь лежала, глядела в потолок, размышляя, где сейчас мама.       – Нет, спасибо. Думаю, будет лучше, если она останется с нами. Она должна убедиться, что с мамой всё хорошо.       Бернис кивнула:       – Ты прав. Я приведу её.       Когда Бернис ушла, Лука встала и стала поднимать Нору на руки:       – Держись за меня.       Со стоном она подняла жену и отнесла к своей подстилке. Аккуратно она опустила женщину и накрыла одеялом.       – Тебе всё-таки следует переодеться, - глядя на неё, пробормотала Нора.       Лука пощупала свой рукав. Ткань за это время уже подсохла.       – Уже высохла. Нам нужно переодеть тебя в ночную рубашку.       Она копалась в чемодане, пока не нашла что-то сухое, не успевшее промокнуть под дождём. Затем она посмотрела на Нору, в надежде, что та уже разделась, но Нора лежала без движения, а глаза были полузакрыты. Прикусив губу, Лука начала расстегивать её лиф.       Нора никак не отреагировала, но её взгляд последовал за пальцами Луки, когда та расстегивала крючок за крючком, и, наконец, сняла лиф и юбку.       На секунду Лука кончиками пальцев осторожно коснулась живота Норы.       Их взгляды встретились.       – Я так испугалась, – прошептала Нора.       Лука взяла её за руку и сжала:       – Да, я тоже.       – Правда?       Лука кивнула. Она не знала, как объяснить всё то, что чувствовала в те ужасные минуты.       – Мама? – Снаружи раздался голос Эми.       Лука в темпе надела через голову Норы ночную рубашку и потянула вниз. В палатку вошла Бернис с девочкой.       Нора вытянула руки. Рыдающая Эми окунулась в объятия матери.       Лука приобняла девочку за спину и благодарно кивнула Бернис.       Бернис ответила кивком и покинула палатку.       – Ляжешь с нами? – Спросила Нора, повернувшись и посмотрев Луке в глаза.       Лука потёрла переносицу. Она помнила, что должна пойти помочь капитану, который в ней нуждался, но не могла заставить себя оставить Нору. Она неловко опустилась вниз, пока не расположилась на краю подкладки.       Эми тут же устроилась между ними и со вздохом уснула.       Зная, что не сможет заснуть сегодня, Лука лежала с открытыми глазами, смотрела на маленькое тельце Эми, прильнувшее к матери.       Веки Норы опускались, но она боролась со сном, глядя на Луку.       – Спи, давай, – прошептала Лука.       – Лука? – Раздался громкий голос капитана за пределами палатки. – Ты здесь?       Кинув на Нору взгляд, полный сожаления, Лука повернулась:       – Здесь.       Она поднялась и пошагала к выходу. Не хотелось, чтобы он вошел и нарушил покой в палатке.       Эйб МакЛафлин стоял под проливным дождём. С его бороды стекали струи воды, а в глазах была дикость:       – Лука, ты нам нужен. Стадо само не своё в такую погоду, и я не доверю бездельникам и недорослям приглядывать за ними. Одно неверное движение, и стадо их затопчет.       Со вздохом Лука оглянулась через плечо. В почти кромешной темноте она увидела взгляд Норы, направленный на неё и вынужденный кивок.       – Хорошо. Сейчас буду.       Под предлогом забрать шляпу она вернулась в палатку и опустилась на колени рядом с Норой.       – С тобой всё будет в порядке?       Нора нашла в темноте её руку и сжала:       – Со мной всё будет хорошо. Пожалуйста, будь там поосторожней.       С мрачным кивком Лука надела на голову шляпу, развернулась и вышла под дождь.

***

      Она направила Корь по краю, держась от стада на определённом расстоянии. В небе вспыхнула молния, освещая обеспокоенных волов, мулов и лошадей. Одна из коров подняла голову, в глазах мерцал блеск и отражалась паника.       По другую сторону стада, едва заметного сквозь занавес дождя, Уэйн Гарфилд отважился приблизиться к нервным животным. Сжимая сильнее поводья, Лука попыталась подать ему знак уйти, но Уэйн даже не взглянул в её сторону. Она хотела крикнуть, предупредить об опасности, но зная, что любой крик может вызвать у скота паническое бегство, просто смотрела на происходящее с растущей тревогой.       Ещё одна вспышка молнии зигзагами пронеслась по небу, на секунду освещая прерию белым светом. Затем прямо над ними прогремел гром.       Стадо понеслось во тьму ночи, не заботясь о том, что стоит на его пути.       ‘Вот дерьмо!’ Лука увидела, что скот несётся прямо на неё. Чёрное стадо смотрелось как одна большая, непроницаемая стена, приближающаяся всё ближе и ближе. Лука отреагировала инстинктивно. Она погнала Корь вперёд, и кобыла помчалась впереди стада.       Мгновенный взгляд через плечо дал понять, что стадо следует за ней, и она с облегчением вздохнула – пока не вспомнила, в каком направлении неслась. Она направлялась к ограждению из повозок и палаткам, в миле от неё.       Лука могла разглядеть фонари в некоторых палатках, но движения в них не заметила. Она даже не видела охранника. Все, кто не приглядывал за стадом, вероятно, спали и отдыхали, ничего не подозревая.       ‘Похоже, они думают, что рёв в воздухе вызвал гром, а не паникующее стадо.’       ‘Нора! Эми!’       Не было ни времени, ни места, чтобы позволить стаду разбежаться. Если они не сменят направление, то пробегут прямо по палаткам и спящим в них эмигрантам.       Даже если кто-то и заметил приближающееся стадо, то поспешно покинули свои палатки. Но это не относится к Норе. Бернис Гарфилд предупреждала, что она может потерять ребёнка, если не отдохнёт сегодня вечером.       Вместо того, чтобы увести стадо влево, Лука поскакала прямо. Рукой она вытащила свой Уокер Кольт, несколько раз выстрелила в воздух, чтобы отпугнуть животных от лагеря.       Небо осветил очередной луч света, давая ей рассмотреть паникующую массу животных, бегущих на неё. Они не сменили направления. Звуки выстрелов смешались с грохотом грома и копыт, не поспособствовав замедлению стада.       ‘Чёрт!’ Сжимая зубы, Лука вытащила из ножен винтовку, и развернулась в седле. Теперь она держалась в седле только ногами. Подняв винтовку, она передвинула цилиндр.       В темноте было практически невозможно разглядеть животных в сплошной черной массе. Тьму разрушила мгновенная молния.       Времени колебаться не было. Лука нажала на курок.       Большой лидер МакЛафлинов упал. Сбитый с толку крупный рогатый скот, следующий за ним, слегка свернул в сторону.       ‘Этого недостаточно!’ Они почти добрались до лагеря.       Лука снова нажала на курок. Вол, ведущий за собой остальных, споткнулся и упал, от чего его собратья ещё сильнее отклонились от курса.       Затем, откуда ни возьмись, появились Уэйн и Броди. Лука замедлила свою кобылу, и все трое стали уводить скот за собой в сторону. Они промчались всего в десяти ярдах от лагеря.       Всадники уводили их влево, пока те не вернулись в широкий круг из повозок.       Кашляя и задыхаясь, Уэйн Гарфилд спрыгнул с лошади.       Он заметно дрожал, глядя на Луку:       – Мне очень жаль, я…       Лука была слишком потрясена, чтобы что-либо сказать. Мысль о том, что она чуть было не потеряла Эми и Нору, единственное, что крутилось у неё в голове. Она кивнула молодому человеку, и не сказав ни слова, направила свою кобылу к палаткам.       – Лука? – Нора часто заморгала, когда та тихонько проскользнула в палатку. – Дождь до сих пор не кончился? Мне показалось, я слышала…       – Да, дождь ещё идёт, – сказала Лука. – Но думаю, сейчас станет тише.       Нора вытянула руку, осторожно касаясь плеча Луки:       – Твоя рубашка снова мокрая.       Она посмотрела вниз. Мало того, что её рубашка была мокрой, вдобавок она была ещё покрыта грязью и травой. Зная, что ни у неё, ни у Норы недостаточно энергии для ещё очередной перебранки из-за переодевания, Лука обернулась и во тьме палатки, сменила мокрую рубашку на новую, надеясь, что Нора не заметит, что та тоже уже влажная.       – Ты больше не нужен капитану?       – Нет. – Стадо утихомирилось и слишком вымоталось для ещё одной давки. – Не нужен.       – Хорошо, – прошептала Нора. – Потому, что ты нужен мне.       Внезапно, Луке захотелось выскочить под дождь и в панике помчаться, куда глаза глядят. Она не знала, что, но что-то между ними определённо изменилось. Оставаться в стороне и быть объективной – уже не вариант. Подыскивая правильные слова, но не найдя таковых, она легла рядом с Норой, так, чтобы Эми лежала между ними. Она закрыла глаза и сосредоточилась на боли в мышцах ног, в попытке отвлечь себя от мыслей о женщине рядом и что с ней могло случиться сегодня вечером. Но явно в этом не преуспела, тем более, почувствовав, как рука Норы её обхватила.       – Не против? Не думаю, что смогу заснуть без…       Лука провела большим пальцем по тыльной стороне ладони Норы:       – Не против.       В тусклом свете она рассматривала тонкие пальцы, рабочие шероховатые ладони и тонкий изгиб запястья.       – Эй, что это?       Она нежно потёрла зеленоватое, почти исчезнувшее пятно на запястье Норы. Его легко заметить из-за бледного цвета кожи.       Нора развернула руку, скрывая синяк:       – Ничего. Один из волов немного переусердствовал, когда я его кормила, только и всего.       – Даже данная одному из них кличка Белоснежка не сделало его покладистым, да? – Лука ей улыбнулась и закрыла глаза.       Впервые в жизни она заснула, держа кого-то за руку.