Ломая повседневность

На город опустился вечер. Загорелись фонари, вывески и окна домов, окрашивая город яркими огнями. В этот чудесный час Хейваджима стоял посереди многолюдной площади, вглядываясь в толпу. Объектом его поиска был некий мерзкий тип с гадким именем – Изая Орихара. Уши так и резало от одного звука, а еще у этого кровососа был противный голос, мерзкая ухмылка и змеиные глазки. От такой картины Шизуо скривился от отвращения. Но что поделать, не нравился ему этот Орихара, а если быть точнее, то он его просто на дух не переносил. - Ну, здравствуй, Шизу-тян, - перед блондином стоял Изая, мерзко ухмыляясь. - Почему ты не можешь умереть своей смертью? – вместо приветствия спросил Шизуо. - Как грубо, - театрально закатил глаза информатор. - Что-то я не наблюдаю рядом твоей подружки. Куда же пропала эта милашка? - Не твоё собачье дело, - рыкнул Хейваджима. - Забудь, что такое Икебукуро. Трави людей в Осако. - Но там ведь нет таких, как ты, Шизу-тян, - промурлыкал брюнет. Изая проворно увернулся от стремительно приближающегося к нему кулака. Орихара опёрся на ограждение, сложив руки на груди. Шизуо бросил презрительный взгляд на собеседника. Было достаточно одного лишь присутствия брюнета, чтобы кровь внутри бармена закипала лавой. Изая расплылся в змеиной улыбке. - А Минами-чан, смотрю, не теряет хватки, - протяжно заявил информатор. - Или же девушку тянет только на мужчин семейства Хейваджимы? - Пошёл вон, - Шизуо направился в противоположную сторону от бывшего одноклассника, но тут же потупил шаг, снова обернувшись, - что ты сказал? - О, ты наконец-таки меня решил послушать, - хмыкнул брюнет. Багровые глазки цепко схватились за душу Хейваджимы. Шизуо захотелось опорожнить желудок. - Что ты имел ввиду, чёртов кровосос? - повторил "деликатно" свой вопрос блондин. - Вежливее, Шизу-тян, вежливее, - издевался брюнет, насмешливо глядя на растерявшегося верзилу. - Быстрее, Изая-кун, быстрее, - повторил за информатором мужчина, - а не то в нос получишь. - Если ты вдруг решишь жениться на Минами-чан, оценит ли это твой братец? Шизуо задумался. Причём здесь его брат? Причём здесь Минами? Что имеет ввиду Орихара? В голове у Хейваджимы вертелось огромное количество вопросов, на которые мог ответить только один человек. Только один человек, которым, к сожалению, являлся Орихара Изая. Хейваджима достал из кармана пачку сигарет и взял одну. Чиркнув зажигалкой, он поднёс ко рту никотиновую радость и затянулся, выпустив колечко дыма. - Рассказывай, - спокойно сказал блондин, вдыхая едкий дым. - Но захочешь ли ты услышать это?

***

Шизуо шёл, нет, летел по улице, едва не сбивая прохожих. Люди даже не оборачивались на разозлённого блондина. Все настолько привыкли к выходкам подопечного Тома, что даже не награждали того взглядом. На улицу опустилась ночь. Всё реже и реже стали встречаться прохожие, появлялись уличные банды. Жёлтые платки пренебрежительно смотрели на члена Баксов, потирая в руках деревянные биты. Вдали послышался рёв мотоцикла. Таков был ночной Икебукуро. На горизонте появилась вывеска «Русские суши». Ресторан даже в тёмное время суток не прекращал работать. Приветливый русско-японский афро-американец Саймон радушно встретил своего друга. Он предложил Шизуо пройти в зал, сесть за лучший столик, но блондин отказался. - Где Минами? – сквозь зубы процедил Хейваджима. – Где она? - О, сегодня у девушки выходной. Но ты не волнуйся, у нас официанток ещё много. Тебе блондиночки нравятся? – по простоте своей начал Саймон. - Мне нужна именно она. Если Минами не было на работе, значит, она весь день провела дома. Шизуо направился в гости к девушке. Дыхание перехватывало, будто кто-то сжал своими гадкими ручонками горло. В глазах стелилась пелена, а в голове уже плясали чёртики. Правда ли то, что принёс на хвосте Изая? «…Много ли ты знаешь о своей любимой Минами? Знаешь ли ты, что она едва не стала матерью? Спросишь, где теперь ребёнок неродимой Хаякавы? Там же, где и её совесть. Выкидыш, Шизу-тян. Знаешь ли ты, кто папаша эмбриона? Тебе ответит твой братец. Уж расспроси его…» Впервые Шизуо за много лет захотелось опрокинуть холодильник на голову Касуки. Но на этот раз кости блондина выдержали бы и не такую тяжесть. - Юхей, - фыркнул Хейваджима. «… А её отец постоянно пьянствовал. Думаю, не стоит тебе объяснять, что случается в семьях, когда отец – алкоголик? Мать бросила его, забрав с собой дочь. Естественно, большого достатка в семье не было. Вскоре и мать спилась. Минами влезла в огромные долги. И угадай, кто пришёл тогда ей на помощь? Жених, которого ты знаешь лучше, чем кто-либо другой. Но Хаякава заплатила не меньше. Свадьба должна была состояться два года назад. И она имела место быть. Через некоторое время Минами забеременела…» Никто не открывал. Трель дверного замка эхом раздавалась в пустой квартире. Где она? Где та, что вызвала такой букет эмоций внутри блондина? Будто предчувствовала – испарилась. Шизуо опустился на пол, взъерошив волосы. Закурив очередную сигарету, он вновь погрузился в свои мысли. "…Случился выкидыш. Продюсеры Юхея этого и ждали. Им нужен был скандал. Минами узнала вся публика, вся орава молоденьких школьниц. На девушку обрушилась лавина негатива со стороны ярых фанаток твоего брата. Правда, были и те, кто поддерживал девушку. Но я сомневаюсь, что она сбежала из-за поддержки снисходительных подростков. Вскоре все забыли подружку Касуки. Как же ты упустил её из виду тогда, Шизу? Ах, да… Ты был слишком занят разборками Микадо и его компании…" - Шизуо? – маленькая ладонь опустилась на плечо Хейваджимы. – Что ты тут делаешь? С тобой всё впорядке? Шизуо поднял голову, заглядывая в фиалковые глаза, где играло беспокойство. Парень искал подвох. Всё его представление о ней, о Мин, было обманом. Всё то, что рассказывала ему девушка, было обманом. Всё, что творилось в последнее время, было обманом. - Кто ты? - «плюнул» блондин. - Шизуо… Я… Я не понимаю, что это значит. - Кто ты на самом деле?! – громко выкрикнул Шизуо. - Что ты имеешь ввиду? – Минами отошла от озлобленного парня, попятившись назад. Над ней нависла огромная гора-Хейваджима, которая оперлась руками по бокам от головы девушки. - Кровосос мне всё рассказал. И про Касуку, - глаза девушки расширились до состояния теннисных мячей, и заблестели слёзы,- и про ребёнка, и про семью. Больше всего на свете ей хотелось провалиться под землю, чтобы не видеть этого взгляда и чувствовать эту отвратительную злобу. Хаякава закрыла лицо руками, опускаясь на пол. _______________________________________________________________________ Хочу сказать большое спасибо Мету, если бы не он этой главы бы не было. Люблю тебя, чувак :3