И это только начало!

Так проходила неделя. Каждое утро я ходила в лес. Нет, не на охоту, а просто прогуляться. Мы все так же продолжали завтракать обедать и ужинать вместе . Вечером, когда Сей и Хеймитч расходились по домам, мы с Питом ещё немного сидели на первом этаже в гостиной. Странно, но Лютик от меня так и не сбежал, а напротив, ошивается как хвост. Помню, одним утром, он чуть было не ушёл со мной в лес. А совсем недавно нам с Питом позвонила Энни. Девушка интересовалась, как мы живём и всё ли хорошо в Дистрикте. Пит долго о чём-то разговаривал с Финником, а я попросила девушку поподробнее рассказать мне о мятежах Капитолия во втором. Всё-таки четвёртый Дистрикт более осведомлён, чем мы. - Да, Капитолийцы пытались пробраться туда. Людям второго сейчас приходится не сладко. Я сожалею, Китнисс, но мы знаем об этом не больше вашего.- Я немного волновалась за Гейла, ведь он тогда находился именно там, в этой гуще событий. Но раз лучший друг даже не удосужился позвонить, то, видимо, у него всё хорошо. Энни и Финник звали нас к себе в четвёртый, но мы с Питом, ссылаясь на большое количество работы, временно отложили визит. Дел и вправду тогда было не мало. Мой напарник готовился к восстановлению пекарни. Мы часто засиживались вечером по этому поводу. Пит рисовал примерный чертёж будущего здания, а я советовала ему, как лучше и правильнее обустроить всё внутри. Жизнь постепенно набирала обороты и я была этому рада. *** Это утро погодой не очень-то радовало. Небо было укрыто густой пеленой серых туч, через которые почти не проникали солнечные лучи. Ветрено и прохладно. Но, несмотря на, столь не радующую глаз, погоду, я всё же решила сходить прогуляться если не в лес, то хотя бы до Луговины. Как обычно оставив Лютика одного, я закрыла за собой дверь и краем глаза заметила, что в доме Пита горел свет. Странно, что в такую рань, он уже бодрствовал. Нужно было бы проведать его днём. До Луговины я дошла быстрее, чем планировалось. Бескрайние лесные просторы манили зайти всё дальше и дальше, но я уже решила вернуться сегодня раньше, чем обычно. Устроившись под обширной кроной дерева, я прислонилась спиной к шершавому стволу. Птицы пели, но гораздо тише, чем обычно. Странно, неужели пасмурная погода так на них повлияла? Я молча щипала пальцами траву, глядя себе под ноги. Может, стоило вернуться? В дурную погоду не так-то приятно сидеть на холодной земле. Только я собралась вставать, чтобы вернуться обратно в Дистрикт, как хруст веток от чужих шагов, заставляет временно передумать. - Пит?- А кому ещё взбредёт в голову прийти ко мне в столь раннее время? Тем более, утром я сама чётко убедилась, что парень уже не спал.- Хватит пугать меня, выходи немедленно.- Я старалась говорить как можно приветливей, но страх неизвестности брал своё. - Как скажите, мисс Эвердин.- Грубый женский голос ввёл меня в окончательный ступор. Из-за деревьев выходили два человека. Женщина, крупного телосложения и мужчина с длинными тёмными волосами. - Мы конечно не тот, кого вы ожидали увидеть,- ехидно улыбается длинноволосый, делая шаг в мою сторону. Знакомый капитолийский акцент, предостерёг меня вскочить с земли и отойти назад. - Кто вы? Что вам нужно?- Резко спросила я, переводя взгляд от одного незнакомца к другому. - Мы ваш ночной кошмар,- засмеялись оба. Не успела я и шагу ступить, как мужчина одним движением скрутил мне руки и попытался подвести к напарнице. Я со всей силы ударила его ногой и попыталась закричать. Ненадолго помогло. Хватка ослабла и я почти вырвалась из засады, если бы не женщина. Она схватила меня за руку и сладко улыбнувшись, вколола что-то в плечо. Резкая боль начала растекаться по всему телу, и я обессиленно упала на землю. - За свободу Капитолия! Последнее, что я услышала – был радостный клик кочевников. *** Боль была адской. Особенно в руке. Я испытала многое, но то, что творилось со мной сейчас - было невыносимо. Веки стали свинцовыми и никак не хотели подниматься. Всё тело ныло и болело, словно я несколько дней бежала, не останавливаясь ни на секунду. Никаких звуков, никакого движения... Только обжигающая вены боль. Она словно расплавленное железо растекалась по всему телу. От плеча, до самых кончиков пальцев ног. Всё вокруг темно и беспросветно, как будто я нахожусь между сном и реальностью. Чернота то сгущалась, то, наоборот, расступалась, позволяя боли отступить на второй план. Сквозь неё доносились обрывки фраз и какие-то незамысловатые картинки. Я мечтала лишь об одно: открыть глаза и поскорее с этим закончить! *** Не знаю, сколько понадобилось времени, чтобы я снова начала здраво мыслить. Не было никаких обрывков фраз, никаких суетящихся людей, бессмысленно пытающихся спасти мне жизнь. Может быть, я уже умерла? Боль притихла, но всё равно тело жутко ломило. Я попыталась сделать глубокий вдох и поморщилась от резкого покалывания в районе плеча. Обоняния я ещё не лишилась. В воздухе царил ужасный запах медикаментов. Нет, я жива, только понятия не имею, где нахожусь. На свой страх и риск, осторожно попыталась открыть глаза. Ресницы задрожали и взлетели вверх. Спальня. Моя привычная небольшая и скромная комнатка. Как я рада, что оказалась не в какой-нибудь выбеленной палате с кучей трубок на руках и врачами, вечно ошивающимися поблизости. Я осторожно развернулась на другой бок. Инициатива пялиться на голую стену несколько часов, меня не впечатлила. Увы, но больное плечо не позволяло мне такой роскоши. С силой стиснув зубы, я легла на спину и просто повернула голову. Всё же лучше чем глядеть в пустоту. Розоватый свет с улицы проникал сквозь раскрытые шторы. Рассветное солнце отбрасывало косые тени на стены, кровать и на кресло, в котором сидел Пит. Он мирно спал, склонив голову на плечо. Солнечные лучи играли на его светлых волосах и отдавали тёплым золотым цветом. Я невольно загляделась на прекрасное свечение, исходящее от них. Вот бы разок прикоснуться к его волосам и снова ощутить их мягкость на своих руках... Я испуганно осознала, о чём думаю и тут же прогнала несбыточные мечты прочь. Нужно хотя бы узнать, что со мной произошло. Этого сумасшедшего Капитолийца я помню отчётливо. Тогда, в лесу, мне почти удалось сбежать, если бы не вторая. Его напарница - кандидат по моему уничтожению номер два. Женщина вколола мне что-то в плечо и ... Стоп! Вколола? Я лихорадочно вытащила одну руку из под одеяла и вздохнула, обнаружив на месте укола - забинтованное плечо. Поверить не могу... Они всё-таки добрались до меня и до двенадцатого! А что, если Капитолийцы снова напали на мой родной Дистрикт? Я испуганно села в кровати и тут же застонала от боли. Что если они решили стереть с лица земли не только меня, но двенадцатый в придачу? - Китнисс,- я резко повернула голову в сторону Пита. Странно, он он всё так же дремал, сидя в кресле и не просыпался . Не смотря на боль, я осторожно подползла к нему поближе и стала ждать продолжения. Да, он несомненно спал... и звал меня во сне. Скорее в кошмаре, потому что руки парня то и дело сжимались в кулак, а на лбу появлялась складка. Пит вздрагивал и часто шептал моё имя. Что мне делать? Разбудить его, или подождать, пока кошмар пройдёт? Нет, просто так сидеть нельзя. Я нерешительно взяла Пита за одну руку . Парень тут же крепко сжал её, словно хватаясь за спасательный круг - единственное способ на его освобождение из пучины кошмаров. Руки Пита такие тёплые и гладкие. Я уже и забыла, когда в последний раз прикасалась к его коже. Проходит всего пару секунд, прежде чем длинные ресницы задрожали и взлетели вверх. Пит тяжело дышал и пытался сообразить, где находился. Чистые голубые глаза метались по комнате и, в конце концов, остановились на мне. - Китнисс,- осуждающе начал Пит.- Зачем ты... - парень остановился на полуслове и ошарашенно перевёл взгляд на наши переплетённые пальцы. На его лице промелькнула сразу несколько эмоций: удивление, радость и одновременно с этим какое-то беспокойство. - Мне снова снился кошмар?- вздохнул он, не торопясь высвобождать руку. Я не стала заострять внимание на слове «снова» и просто согласно кивнула. - Прости, что напугал. Не рассчитывал, что так скоро придёшь в себя. Как ты?- И в очередной раз я поражалась, как ловко он умел сменить тему разговора. - Неплохо,- я пожала плечами и, совсем позабыв о больной руке, тут же сморщилась. Пит второпях поднялся с места и помог мне лечь. Парень снова захотел вернуться в кресло, но я вовремя остановила его. - Нет, останься.- Пит, слегка колеблясь, присел на край кровати рядом со мной. - Китнисс, если я попрошу ни о чём не спрашивать хотя бы сейчас, ты послушаешься?– Я, хрипловато посмеиваясь, отрицательно покачала головой. Не знаю что именно меня так рассмешило, но просьба Пита казалась более чем странной. - Сколько их было? - Ну конечно, мог бы и не просить,- закатывая глаза, пожаловался Пит. Я виновато улыбнулась в ожидании ответа. - Четверо. И все они из Капитолия,- вздохнул Пит. - Они пытались убить только меня?- На этот раз Пит не ответил, но я поняла, что это так. Капитолийцы хотели только моей смерти. Ни Пита, ни жителей двенадцатого, а моей. - И... И где они сейчас? - вздохнула я. Пит посмотрел на меня взглядом наполненным сожалением и обидой. - Если бы не Хеймитч в тот момент, то в аду полагаю,- с лёгкой ухмылкой бросил мой напарник. Я недоверчиво вздёрнула брови. - Нет, честно. Вини Хеймитча, что тот вовремя подоспел. Ну, а если серьёзно, то с этой четвёркой сейчас разбираются в первом и втором. Их специально отвезли подальше от нашего Дистрикта. - Но ведь от этого никакого проку! Посадят одних, посадят вторых... - Теперь нет,- неуверенно пробормотал парень. Я пытливо уставилась на собеседника. Пит колебался, обдумывая, что мне стоит говорить, а что нет. - В двенадцатом увеличили охрану. - Миротворцев стало больше? - Да, но это ещё не всё.- Я терпеливо ждала, пока Пит соберётся с мыслями, но, видимо, морально готовиться нужно было не ему, а мне. - Лес снова огородили. То, чего боялась, вновь осуществилось. Нет! Что угодно, но почему именно это? Единственное место, где я снова начала становиться самой собой находилось"под прицелом". Не сомневаюсь, что сейчас рядом с оградой кишмя кишат миротворцы. Я прикрыла глаза и начала глубоко дышать, не смотря на острую боль в плече. - Значит, в лес теперь снова не попасть?- уточнила я, не открывая глаз. Может быть первое время миротворцы поютятся рядом и со временем станут так же наплевательски обращаться с охраной как и раньше? - Китнисс,- я нехотя открыла глаза. Можно было бы снова проделать дырку в заборе ближе к земле, или идти через Луговину. Вряд ли там будет шибко много миротворцев. Сосредоточенный взгляд Пита, заставил меня на время прогнать будущие планы побега и взглянуть на него. - Нет,- чётко проговорил он. Я раскрыла рот от удивления. - Что н-нет? - Я уже знаю, о чём ты думаешь. Не смей сбегать туда, поняла?- Я попыталась навести на себя предельно непричастный вид. - Китнисс, пожалуйста,- почти умолял Пит. Я молча сидела, не веря своим ушам. Он знал обо мне больше, чем казалось поначалу. - Хорошо, я постараюсь,- вместо уверенного ответа с губ сорвался еле слышимый лепет, но видимо и этого было достаточно. Внезапно Пит раскрывает объятия, и меня бросает прямо к нему. Боль в руке снова пытается вывести меня из строя, но на этот раз я непреклонна. Пусть болит. Никто не посмеет лишить меня этого момента. Пит привлёк меня к себе и спрятал лицо в моих волосах. От касания его губ по шее и по все всему телу начало разливаться блаженное тепло. Мне так хорошо, так невероятно хорошо, что я не хочу разнимать объятия первой. - Я думал, что вижу тебя в последний раз. Пусть врачи и говорили, что с тобой всё будет в порядке - меня это не успокаивало. Ты лежала такая бледная и неподвижная. Да и ещё...- я не позволила ему договорить. Не знаю, наверное, я совершаю самую ужасную ошибку в своей жизни, но обратного пути - нет! Я обвила Пита руками вокруг шеи и очень медленно и осторожно прильнула к его губам. В тот момент казалось, будто бы миллионы электронных зарядов мгновенно пронеслись по всему телу. Никогда в жизни я не чувствовала себя более живой, чем сейчас. Никаких камер, никаких толп умиляющихся, глядя на нас. Сначала Пит ошарашенно заморгал, а когда осознал, что это всё происходило на самом деле, обвил меня вокруг талии и ближе притянул к себе. Я, отрываясь от его губ, устроилась у парня на коленях. Боль, которая всего пару секунд назад мучила меня - отступила на второй план, нехотя уступая место кратковременному счастью.